Дорогой мой Эйджи

Свет понемногу заполняет комнату, укрывая мир золотой сетью. Пахнет свежестью, и чувствуется, как сам воздух постепенно нагревается. Из открытого окна слышны первые песни ранних птиц, пара пролетает совсем рядом, словно можно их коснуться и улететь вместе с ними. Вот бы улететь. Какая у тебя несбыточная мечта, Эш. Усмехаюсь сам себе, переводя взгляд на обшарпанную комнату, которую нашли ребята из моей банды. В кровати сопит, раскинувшись звездой Эйджи. У рта виднеется, отблёскивая в первых лучах, мокрая дорожка. Должно быть, совсем вымотался. Лишь спустя минут десять созерцания моего темноволосого ангела понимаю, что улыбался всё это время. Закрываю лицо рукой, утыкаюсь в колени и смущаюсь совсем как девчонка в первый раз. Эти мысли веселят, где-то в груди разливается тепло, как после цунами, расходясь огромными волнами. Поворачиваю голову и снова смотрю на него. Эйджи. Мой милый Эйджи. Дурацкая улыбка не сползает с моего лица, пока ты не видишь. Её вообще никто не должен видеть. Смотрю на твои губы и вспоминаю наш с тобой поцелуй в тюрьме. Это было не только вынужденной мерой, я ведь мог отдать тебе эту дурацкую записку ещё кучей способов. Ты первый, кого я поцеловал по собственному желанию. Руки тянутся к собственным губам, а мозг подкидывает все детали того дня. Сознание перелистывает картинки с отчаянной скоростью, вновь и вновь повторяя всё по кругу, иногда мешаясь, но возвращаясь к главному. Вот твои тёмные ониксовые глаза излучающие свет и тёплая улыбка, когда подходишь ко мне. Они расширяются и дрожат, когда я касаюсь твоих чёрных смоляных волос. Ты перехватываешь дыхание, поддаёшься напору, а я, бесстыдно пятная тебя, проникаю языком внутрь, засовывая капсулу от таблетки поглубже. Затем я смотрю прямо в твои глаза, давая понять, чего хочу. Конечно, ты не понимал тогда, чего ещё я хочу кроме передачи послания. Да я и сам не понимал, но уже тогда я был готов защищать тебя так сильно, как только могу... дорогой мой. Спина побаливает от долго сидения у холодного проёма оконной рамы. Вставать и вновь окунаться в холодный жестокий мир не хочется. Ты делаешь меня мягким и делаешь меня счастливым, Эйджи. Мой милый и добрый Эйджи. Никто во всём мире не заботился обо мне так, как ты. Каждый чего-то ждал от меня, но не ты. Ты совсем другой. Ты видел меня разрушительного, грязного, ненавидящего, злого, слабого, потерянного. Но ты до сих пор со мной. Ты помог мне, зная о моей дурной славе и о том, в каком мире я живу. Эйджи, ты всё ещё продолжаешь мне помогать. Я прошу делать тебя не самые хорошие вещи, но ты делаешь их с улыбкой на лице. И ты же мне перечишь, когда видишь, что они выходят за грань человеческих поступков. И всё равно каждый раз переживаешь обо мне, извиняешься бесчисленное множество раз, лишь бы я больше не уходил. Ты готов спуститься со мной на самое дно, только бы я не был больше один. Осознание этого делает меня счастливым до одури. Мне сносит башню и я готов голыми руками двигать горы. Я снова улыбаюсь, вглядываясь в твои пушистые тёмные ресницы, скрывающие любимые мной глаза. Обычно тьма любит чёрное, но в тебе её нет. А во мне же её столько, что хватит весь мир затопить. Судьба посмеялась, подарив мне золотые волосы и выразительные зелёные глаза, которые я возненавидел ещё с детства. Моя внешность привлекала моральных уродов и маньяков, которые слетались, как сороки на никем неприкаянный пирит. Блестел красиво, а внутри всё съели эти чёртовы птицы. Я закусываю губу, а брови сдвигаются к переносице сами по себе. О тех ужасных вещах думать не хочется, ведь вспоминая что-то одно, вспоминается и другое, захлёстывая штормовыми волнами. У меня нет на это времени. Эйджи вздыхает, смешно бурчит во сне: "Эш, оставь и мне кусочек". Переворачивается на бок в мою сторону и довольно улыбается. Чёрт побери, ты даже во сне спасаешь меня из тягучей трясины. Я уже по голову в ней, но ты продолжаешь сжимать мою руку. Это придаёт мне сил освободить голову и вдохнуть новый свежий воздух, наполненный тобой. Ты пахнешь ландышами. Эйджи, ты, как весна, пробуждающая в дряхлом и уже пустом стволе дерева новую жизнь. Это дыхание мчится по моим венам, проникая в лёгкие и расправляя их впервые за долгое время. С тобой даже дышится легко, дорогой мой. Эйджи. С тобой не противно, с тобой всё кажется правильным и светлым. С тобой сама жизнь. Ты словно солнце, касающееся лучами цветов чужих душ. Ты помогаешь им раскрыться. Даже мои суровые ребята приняли тебя, радуясь твоему появлению каждый раз, как только ты попадаешь в их поле зрения. Эйджи, ты пришёл в опасный мир, но я сделаю всё, чтобы защитить тебя, даже если ценой будет моя жизнь. Ты пришёл в этот мир, в мой мир, чтобы сделать его хотя бы на несколько мгновений счастливым. Мою благодарность не выразить словами, да я и не умею говорить что-то по-настоящему доброе и искреннее. Времени уже почти шесть утра. Пора вновь становиться холодным и расчётливым, пора пользоваться тем, чему меня научил Гольцине и улицы Нью-Йорка. Но пока... Я бесшумно спрыгиваю с подоконника, подхожу к тебе. Осторожно, словно боясь заразить темнотой или сломать твой горящий хрупкий свет, касаюсь твоих прядей, как тогда, в тюрьме. Мягкие. Пальцы зарываются глубже. Я ощущаю, что тону в весеннем покрывале ночи, из которого соткан ты сам. Иногда мне кажется, что тополиный пух и перья, часто путающиеся в твоих волосах, стремятся заменить звёзды. Мой дорогой Эйджи, надеюсь, что следующий наш поцелуй будет под ясным голубым небом в поле среди золотистых колосьев ржи. В месте, где нас никто не найдёт, в месте, где мне не нужно будет оружие, а тебе не нужно будет спасать меня. А пока, прости меня, милый. Я касаюсь твоих губ своими, закрываю глаза и загадываю желание: хочу, чтобы ты всегда был рядом со мной, как и обещал. Благодаря тебе, Эйджи, я верю, что это возможно. Пусть этот украденный поцелуй будет обещанием на будущее. Я защищу тебя, дорогой мой, и твой свет. Без тебя я уже не смогу выжить в этом мире. Эйджи, это ты подарил мне это тёплое трепетное чувство, от которого сердце заходится в груди каждый раз, как вижу тебя, а глаза щиплет от накатывающей волнами влаги. Ненавижу его, оно делает меня слабым, раздражает. И в то же время оно незримой нитью соединяет меня с тобой. Только поэтому я люблю его, Эйджи. Спасибо, что появился в моей жизни и привнёс в неё давно утерянный смысл. Дорогой мой Эйджи. В порыве чувств целую твой беззащитный лоб и подрагивающие веки в быстрой фазе сна. Только тебя одного я так отчаянно и нежно хочу целовать, Эйджи. Только ради тебя одного я переверну весь ад и убью Люцифера, если потребуется. Ради тебя я вытерплю любые муки. К тебе одному я прыгну в пылающее жерло вулкана, не задумываясь. Я вырву сердца всех людей и сложу к твоим ногам, если попросишь. Для тебя я сделаю всё возможное и невозможное, Эйджи. Даже если весь мир отвернётся от меня, ты останешься со мной. Дорогой мой Эйджи. Только оставайся. Всегда.