Brightest Blue

Times are hard, people scarred We don't know if we're gonna fight Break a heart, play the card We just came along for the ride But in the dark, you're the spark See the future when I look in your eyes 'Cause you've given me The brightest blue Ellie Goulding — «Brightest Blue»

— А-Чжа-а-ань, Вэй И-ин, вы здесь! — заявил Лань Хуань, внезапно появившись на заднем дворе дома. — Как здорово! Вы дома-а, — он широко и неестественно улыбался, пошатываясь на ровном месте. — Брат?.. — с удивлением спросил Лань Чжань, оглядывая Лань Хуаня критическим взглядом с головы до пят. — Откуда ты?.. Ванцзи не зря удивлялся, Сичэнь и в самом деле казался странным. Однако дело было не в его внешнем виде — к нему было сложно придраться: узкие черные джинсы, подчеркивавшие все достоинства, светло-голубая футболка от известного бренда и дорогая кожаная куртка белого цвета. Вопросы оставляли стеклянный взгляд, растрепанные длинные волосы, лишь верхняя часть которых была перевязана тоненькой прозрачной резинкой, и несвойственное старшему Ланю глуповатое выражение лица. Вэй Ин переглянулся с Цзян Чэном. Этим вечером Усянь пригласил Ваньиня к себе в гости — поболтать и выпить, но, похоже, их плану было не суждено сбыться. Цзян Чэн пришел меньше часа назад, и они только недавно вынесли на задний двор стол, стулья и еду с закусками. Вэй Ин успел лишь разлить всем напитки — Лань Чжаню чистый тоник, а себе и Ваньиню виски с колой — и положить в свою тарелку немного еды, когда их прервал Лань Хуань. Цзян Чэн явно думал о том же, что и Вэй Ин — Лань Хуань успел немало выпить до того, как вернулся домой. — Я просто виделся с… — начал говорить Сичэнь, разглядывая мутным взглядом стол и всех присутствующих. — О! Цзян Чэн, — вскрикнул он, заметив его только сейчас, — и ты здесь! Как замечательно! Хотя… не очень, — он приложил ладонь к виску и резко замолк, покачнувшись. С его лица сползла фальшивая улыбка, и он ненадолго прикрыл глаза, пытаясь восстановить равновесие: то ли душевное, то ли телесное. — Брат, давай ты сядешь? — Лань Чжань хотел встать и подойти к Лань Хуаню, но Вэй Ин впился своей рукой в его правое бедро, не позволяя. — М? — он с непониманием уставился на Усяня. — Оставь его в покое, — шепнул Вэй Ин на ухо Лань Чжаню. — У него явно что-то случилось. Ванцзи еще раз посмотрел на Сичэня — тот как раз схватил со стола первый попавшийся бокал со спиртным — это оказался бокал Вэй Ина — и делал из него большие, жадные глотки. — Брат, у тебя что-то случилось? — Лань Чжань слегка нахмурился. Лань Хуань ненадолго задумался. — Я… — он хотел что-то сказать, но вдруг посмотрел в сторону Цзян Чэна и замотал головой. — Я в полном порядке! По-о-олнейшем! — Что-то непохоже, — тихо пробубнил Лань Чжань. — М-м, братик за меня переживает, — Лань Хуань улыбнулся брату, — как мило! Не волнуйся, А-Чжань, у меня все замечательно! Все прекрасно! Лучше не бывает! Честно! Вэй Ин и Цзян Чэн снова переглянулись. Даже если бы Лань Хуань повторил, что у него все замечательно, еще раз сто, они все равно не поверили бы. — У меня просто был… Хм-м… — мысли расползались от Сичэня в разные стороны. — В общем-то, денек был паршивым, но… — он сделал еще несколько глотков из бокала. — Но ты не волнуйся, я поря-я-ядке! — чем сильнее он растягивал гласные, тем больше сомнений вызывали его слова. Правая бровь Лань Чжаня поползла наверх. — Мне кажется, тебе уже хватит, — строго сказал он, глядя на напиток в руке брата. — Давай ты… Вэй Ин легонько ткнул Лань Чжаня локтем в бок и отрицательно покачал головой, давая понять, что не стоит останавливать Лань Хуаня. В глазах Ванцзи читалось полнейшее недоумение. Он наклонился пониже к Усяню и шепнул: — Ты не видишь, что он пьян? — Вижу, Лань Чжань. Все видят. Просто вряд ли ему сейчас нужны нравоучения, не думаешь? — осторожно ответил Вэй Ин. Он знал, что братья Лань частенько не видели границ в заботе друг о друге. Лань Хуань заметил, как надулся Лань Чжань, и присел на свободный стул возле него. — Диди, не злись, — он вплотную придвинулся к Ванцзи и закинул ту руку, в которой находился бокал с коктейлем, ему на шею, приобнимая. — У меня все преклично! То есть отрасно! Черт! — он на несколько секунд сомкнул веки, надеясь справиться с заплетающимся языком. — Сичэнь! — Лань Чжань резко вскочил на ноги. Лань Хуань распахнул глаза и ахнул. Он сам не заметил, когда успел пролить на белый свитшот А-Чжаня виски с колой. Темные пятна быстро расползались по светлой ткани и переходили на синие джинсы. — Ох, прости, А-Чжань! Я не хотел, честно… — алкоголь действовал на него все сильнее, поэтому речь становилась менее внятной. — Ты… — Прежде чем Лань Чжань успел что-то сказать, к нему подскочил Вэй Ин. — Все в порядке, Хуань-гэ, не волнуйся! — Усянь обнял Ванцзи за талию и прижал к себе, не давая сдвинуться с места. — Ничего страшного не случилось. — Но это был мой любимый свитшот, — тихо произнес Лань Чжань с легкой обидой в голосе. — А-Чжань, я не хотел, правда! Я куплю тебе новый, договорились? Я просто… Наверное, я немного устал, — он смотрел на брата с таким грустным выражением, что лицо Ванцзи сразу смягчилось. — Забудь, Хуань-гэ, с кем не бывает! — Вэй Ин радушно улыбался старшему Ланю. — Лань Чжань сейчас сходит переодеться, и все будет в порядке. Так ведь, Лань Чжань? — Ванцзи смотрел на него с легким непониманием. — Мне кажется, тебе стоит сходить переодеться. Сейчас. И не спеши, хорошо? Только когда Вэй Ин подмигнул Лань Чжаню, тот наконец кивнул, сообразив, что Усянь просто хочет поговорить с Сичэнем. — Мгм, — сказал он и посмотрел на Цзян Чэна. Ему явно не хотелось быть единственным, кого Вэй Ин спровадит. — Цзян Чэн, — Усянь посмотрел на Ваньиня, — ты мог бы пока на кухне сделать еще пару закусок? Лань Чжань тебе поможет, — он переводил взгляд с одного на другого, желая убедиться, что все поняли его намеки. Цзян Чэн с тревогой смотрел на Лань Хуаня, покусывая губы. Не было сомнений, что он предпочел бы остаться и узнать, что же случилось с Сичэнем, но понимал, что это было бы неуместно. Они не настолько близки. — Хорошо, — недовольно процедил он и вышел с заднего двора. Лань Чжань бросил прощальные взгляды на Вэй Ина и брата и последовал за Цзян Чэном. Вэй Ин сел рядом с Лань Хуанем и с беспокойством спросил: — Что произошло? Ты виделся с ним? — За то время, что Сичэнь и Усянь прожили в загородном домике, они успели еще сильнее сдружиться и доверяли друг другу многие свои секреты. — Угу, — расстроенно кивнул Лань Хуань. Он поставил свой опустевший после происшествия с Лань Чжанем бокал на стол и потянулся за бутылкой виски. Однако координация его подводила, поэтому он случайно задел рукавом куртки блюдо с рыбой, и тихонько ругнулся. — Да что ж это такое… — Я налью, не переживай. — Вэй Ин схватил со стола несколько салфеток и помог Лань Хуаню протереть его рукав. Убедившись, что все чисто, он взял со стола бутылку виски и налил из нее немного в стакан Сичэня. — С колой или без? — О, — Лань Хуань озадачился, — без, наверное, — он безразлично пожал плечами. Однако Вэй Ин все равно подлил Лань Хуаню колы в бокал, посильнее разбавляя спиртное. — Так что у вас случилось? Поругались? — он участливо смотрел на Сичэня, искренне переживая за друга. Прежде чем ответить Лань Хуань сделал один внушительный глоток из своего бокала и громко вздохнул. — Мы расстались, — еле слышно произнес он. — А? Что? — Вэй Ин не верил своим ушам. — Вы с Не Минцзюэ расстались? Серьезно?! — Угу, — он понуро кивнул, медленно потягивая виски с колой. Брови Усяня сошлись на переносице. Не удивительно, что Сичэнь настолько подавлен — Минцзюэ был не только его первой любовью, но и первым партнером, их связывало очень многое. — Я знал, что так будет… Знал, что рано или поздно мы расстанемся… Мы слишком разные, но… Черт! — Лань Хуань стукнул кулаком по столу. — Я все равно не был к этому готов. — К такому нельзя быть готовым, — Вэй Ин покачал головой. — Я не должен так страдать. Не должен убиваться. Я не хочу этого, — он сделал еще несколько глотков коктейля. Вэй Ин забрал бокал из руки Лань Хуаня, начиная всерьез переживать, что такими темпами тот напьется до беспамятства, и вложил в его руку креветку в панировке. — Съешь. Тебе нужно поесть. Сичэнь смотрел на несчастную креветку так, будто это она была во всем виновата. — Мне не хочется. Нет аппетита. — Тогда съешь маньтоу, м? — Усянь забрал креветку из рук Сичэня и, взяв со стола булочку, сунул ее ему между пальцами. Лань Хуань, нехотя, несколько раз укусил маньтоу и вяло жевал ее, глядя прямо перед собой пустым взглядом. — Что между вами случилось? Он тебя как-то обидел? — волновался Вэй Ин. Он был наслышан от Лань Хуаня о весьма суровом характере Не Минцзюэ. — Нет-нет, что ты. Никто никого не обидел… Просто, — он снова грустно вздохнул и отложил булочку в сторону. — Все подошло к своему логическому завершению. И, — он взял в руки свой бокал и задумчиво покрутил его, — мне кажется, у него появился кто-то другой. Хотя он этого и не сказал, но… — Это неважно, — Вэй Ин похлопал Лань Хуаня по плечу. — Хорошо, что вы мирно разошлись. Если ты чувствуешь, что так и должно было случиться — то это прекрасно. Все перемены всегда к лучшему. Слышишь? Все обязательно наладится, — он сжал предплечье Сичэня, надеясь приободрить его. — Я все это знаю… и осознаю, — Лань Хуань посмотрел на Вэй Ина полным алкогольного тумана взглядом, — но мне от этого не легче! Ни капельки не легче! Мне больно, понимаешь? Очень-очень больно, — левой рукой он сжал свою футболку в области груди, будто надеясь ухватиться за боль, что разъедала его сердце. Губы Вэй Ина сжались в тонкую линию. — Конечно, больно. Вы только что расстались. Было бы странно, если бы для тебя ничего не значили все те пять лет, что вы встречались! Просто дай себе время пострадать. Нет ничего постыдного в страданиях. Проживи эту боль, — он снова забрал из рук Сичэня бокал и отставил его на стол, — не прячься от нее, не бойся ее, не убегай и не заливай алкоголем. Это все равно не поможет. Куда бы ты ни шел, что бы ни делал — твоя боль всегда будет с тобой. — Вэй Ин, — Лань Хуань хлюпнул носом, — но я не выдержу это, — его пальцы бессильно скребли футболку, — это слишком. Я не могу это выносить… — его глаза заблестели еще ярче, а в их уголках начали скапливаться слезы. — Можешь, — Усянь говорил уверенно, надеясь что его уверенности хватит на двоих, — нам не дается та боль, которую мы не в силах выдержать. Лань Хуань часто-часто мотал головой из стороны в сторону, закусив нижнюю губу. Он не мог ничего сказать, так как сдерживался из последних сил — если он откроет рот, то обязательно расплачется. — Ну-ну, все в порядке, не сдерживайся, я здесь. Если хочется плакать — плачь, хорошо? Вместо ответа Лань Хуань накинулся на Вэй Ина с крепкими дружескими объятиями и уткнулся ему в плечо. — Я не могу это выносить. Просто не могу… Вэй Ин погладил друга по спине и тихо спросил: — Расскажешь, как все произошло? Лань Хуань громко всхлипывал, задыхаясь из-за накативших слез, но все же ответил: — Мы пришли в кафе пообедать, а потом… он сказал… — Сичэнь не смог договорить. Он до боли впивался пальцами в плечи Вэй Ина. — Не могу поверить, что мы больше не вместе. Не думаю, что смогу еще когда-нибудь кого-нибудь полюбить. Не хочу любить. — Ну-ну, — Вэй Ин улыбался, прихлопывая ладонью по белой куртке Лань Хуаня. — Ты еще обязательно сможешь полюбить, я уверен. — Он посмотрел в сторону дома: окна гостиной как раз выходили на задний двор. Стоило ему глянуть туда, как он сразу заметил две знакомых головы, торчащие из-за штор. — Более того, любовь ближе, чем тебе кажется. Вэй Ин знал о том, что Цзян Чэн уже много лет неровно дышит к Лань Хуаню, однако Ваньинь не мог ничего предпринять, так как Сичэнь находился в длительных отношениях с Минцзюэ. Зато теперь у Цзян Чэна, возможно, появится шанс. — Нет, не хочу. Больше никакой любви, — бормотал Лань Хуань, заливая красную толстовку Вэй Ина своими горючими слезами. Усянь тихонько усмехнулся. Эти слова звучали для него очень знакомо. Когда-то он тоже разуверился в любви и, как ему казалось, навсегда. Но не прошло и трех месяцев с того момента, как Вэй Ин дал себе зарок «больше никогда не влюбляться», как он встретил Лань Чжаня. — Любовь не спрашивает разрешения. Она приходит в нашу жизнь, когда мы к этому готовы. Хотим мы этого или нет — для нее не имеет значения. Любовь мудрее нас, она сама знает, когда мы в ней нуждаемся. — Тогда она точно больше ко мне не придет! Я больше никогда не буду в ней нуждаться! — воинственным шепотом произнес Лань Хуань, продолжая прижиматься щекой к плечу Вэй Ина. Усмешка на лице Усяня стала еще шире. — Кто знает-кто знает, — он снова бросил взгляд на окна дома, шугая подглядывающих за ними.

***

— Что за ерунда? Почему они обнимаются? — возмущался Цзян Чэн. Они с Лань Чжанем одновременно отпрыгнули от окна, когда Вэй Ин заметил их. Лань Чжань молча хмурился. — Тебя, что, не волнует тот факт, что твой брат обжимается с твоим парнем? Ни капельки?! — он не умел считывать выражения с непроницаемого лица Ванцзи. — Они друзья, — буркнул Лань Чжань. — Хороши друзья! — не переставал возмущаться Цзян Чэн. Он стоял, скрестив руки на груди, и нервно поглядывал в окно. — Прогнали нас, а сами там обнимаются! По-твоему это нормально? Лань Чжань, раздраженный поведением Цзян Чэна, сделал шаг вперед, вторгаясь в его личное пространство. — Какое тебе дело до того, что они обнимаются? У тебя чувства к Вэй Ину? — Не неси чепухи! — отмахнулся Цзян Чэн, на всякий случай делая шаг назад. В обществе Лань Чжаня ему всегда становилось неуютно. — Мы с Вэй Ином вместе росли! Он мне как старший брат! — Тогда у тебя чувства к моему старшему брату? — брови Ванцзи приподнялись. Цзян Чэн нервно сглотнул. — Почему сразу чувства?.. Просто… это странно… — он поправлял рукава своего фиолетового свитера, чтобы лишний раз не смотреть Лань Чжаню в глаза. — Тебе правда нравится Сичэнь? — А что если «да»?! — психанул Цзян Чэн. — Ты видел своего брата? Он же, — он бросил взгляд в окно, и у него перехватило дыхание. Лань Хуань всегда действовал на него подобным образом. — Он же… Такой… — Какой такой? — не понял Лань Чжань. Он разглядывал Цзян Чэна, склонив голову вбок. — Ну-у-у, типа очень-очень красивый, умный, добрый, — с энтузиазмом перечислял он. — К тому же, богатый и влиятельный. А еще заботливый, внимательный, чуткий… И очень-очень милый. И забавный, и… — Хватит, — Лань Чжань поднял в воздух руку и выставил прямо перед собой раскрытую ладонь. — Я понял твою мысль. — Он тоже посмотрел в окно: теперь он смотрел на обнимающихся Усяня и Сичэня с возросшей тревогой. — В любом случае, у твоего брата есть парень — Не Минцзюэ, верно? Так что у меня нет шансов, — Цзян Чэн устало вздохнул. Губы Лань Чжаня дрогнули от напряжения. — Брат говорил, что в последнее время у них все не очень хорошо, — задумчиво сказал он. — А его поведение сегодня… Может, они расстались? — предположил он. У него не было других вариантов, что еще могло бы повергнуть Сичэня в столь сильное отчаяние. — Расстались? — голос Ваньиня сорвался, и он откашлялся. — Кхэм. Ты серьезно? Ты правда так думаешь? — Мгм. — Ого! — Цзян Чэн почесал затылок. — Если это так… — его губы невольно расползались в улыбке. Нехорошо радоваться чужому горю, но он был слишком счастлив даже от предположения, что у него появится возможность завоевать сердце Лань Хуаня. — Идем на кухню, не будем подглядывать, — Лань Чжань кивнул в нужную сторону. — Пусть они поговорят. Цзян Чэн кивнул. Ему вдруг стало безразлично, что Вэй Ин сейчас обнимает Лань Хуаня. У Усяня уже есть Ванзци, а старший Лань теперь достанется только ему. Он сделает все, что в его силах, чтобы произвести впечатление на Сичэня.

***

— Брат, как ты? — спросил Лань Чжань. Они с Цзян Чэном вышли на задний двор лишь спустя час. Ванцзи держал в руках витаминный напиток, а Ваньинь — бутылку с пивом. — Все хорошо, А-Чжань. Прости, что заставил тебя волноваться. — Лань Хуань все еще выглядел не лучшим образом: красный нос и распухшие глаза, искусанные губы и подрагивающие руки. И все же улыбка на его лице казалась более искренней, чем когда он только вернулся домой. — Я схожу за пледом и вернусь, — он поднялся с места и тут же покачнулся. — Уф, как все кружится, — он неуверенно двинулся в сторону дома. — Брат, хочешь я принесу тебе плед? И возьми попить, — он протянул Сичэню пластиковую бутылку, что держал в руках. Однако Лань Хуань стоял ближе к Цзян Чэну, поэтому его взгляд машинально упал на бутылку пива в его руках. — Я схожу сам, — он глуповато улыбался, слабо воспринимая происходящее вокруг, — и я лучше выпью пива, спасибо, — невнятно произнес он, сразу делая внушительный глоток из бутылки и тем самым шокируя Ваньиня. Цзян Чэн, который уже успел отпить немного пива, не мог поверить, что теперь горлышка его бутылки касались губы Лань Хуаня. Вэй Ин громко хлопнул себя ладонью по лицу. — Это отвратительная идея, — заключил он, с досадой глядя на Лань Хуаня. — А-Чэн, сходи с ним, пожалуйста. И присмотри, чтобы… — он кивнул на пиво в руках Сичэня. — Ну ты понял. Цзян Чэн тоже выглядел встревоженным. Он кивнул Вэй Ину в ответ и перевел взгляд на Лань Хуаня: — Лань Хуань, идем, я помогу найти плед, — он спешно забрал пиво обратно. — О, ты так добр ко мне, А-Чэн! Как ми-и-ило с твоей стороны! — улыбался Сичэнь. Вэй Ин тихонько хихикнул, глядя на пораженного Цзян Чэна — Лань Хуань впервые называл его «А-Чэн». Скорее всего, Сичэнь сделал это неосознанно, случайно повторив за Вэй Ином, но Ваньиню все равно было приятно. Цзян Чэн увел Лань Хуаня в дом, а Лань Чжань сел рядом с Вэй Ином. — Уф, ну и вечерочек! — Усянь покачал головой. — Хочешь креветок? Или курицу? Все остыло, но… — он осекся, заметив недовольный взгляд Лань Чжаня. — Что такое? — озадачился он. — Ты переживаешь за Лань Хуаня? Да, ему, конечно, не стоило после всего пить пиво и понижать градус, но не волнуйся, я уверен, что А-Чэн за ним как следует присмотрит. Лань Чжань отрицательно покачал головой. — Я знаю, что брат будет в порядке. — Тогда в чем дело? — Почему ты назвал Сичэня «Хуань-гэ»? — А? — Вэй Ин удивленно моргал. — Почему ты назвал Сичэня «Хуань-гэ»? — спокойно повторил Лань Чжань. — Почему? В каком смысле почему? — Вэй Ин не понимал, что странного было в его обращении. — Лань Хуань — твой старший брат, но мы с ним дружим уже столько лет, что я и сам уже воспринимаю его, как старшего брата. Это плохо?.. — Тебе нравится Сичэнь? — прямо спросил Ванцзи. Рот Усяня приоткрылся. — Что?.. — Мы с Цзян Чэном видели, как вы обнимаетесь. Вэй Ин почесал бровь. Он все еще не понимал сути проблемы. Что именно расстраивало Лань Чжаня? — Да, я вас тоже видел, ты же в курсе. Лань Хуань просто расплакался, и я по-дружески его обнял. Не понимаю, к чему вообще все эти вопросы?.. Ты же знаешь, что он души в тебе не чает, но просто не может делиться с тобой некоторыми переживаниями — ему не хочется тебя расстраивать и обременять. Ты ревнуешь, что он рассказал все в первую очередь мне, а не тебе? — недоумевал Усянь. Лань Чжань снова отрицательно качнул головой. — Дело не в этом. Но твой ответ меня успокоил. — И все же, что… — Забудь, — перебил Ванцзи. — Подожди-ка, — не унимался Усянь, — я, кажется, понял! Ты приревновал меня к Лань Хуаню?! Ты серьезно? Меня? К нему?! Уши Лань Чжаня сразу же вспыхнули красным. — А что удивительного? Мы с братом похожи, а Сичэнь очень-очень красивый, умный, добрый. К тому же, богатый и влиятельный. А еще заботливый, внимательный, чуткий и… Вэй Ин накрыл рот Лань Чжаня ладонью. — Не знаю, с чего ты все это взял, но, поверь мне, для меня ты самый красивый, самый умный, самый добрый и дальше по списку. Никто другой мне совершенно не нужен, — он плавно скользнул ладонью с губ на щеку Ванцзи. — Ты — мой идеал, я даже не смотрю на кого-то другого в романтическом смысле. — Он нежно гладил подушечкой большого пальца скулу Лань Чжаня. — Правда? — с надеждой переспросил Ванцзи. — Правда-правда, честно-честно, — улыбался Усянь. — Твой брат, конечно, замечательный человек, но он не привлекает меня, как мужчина. — А я? Я привлекаю? — Лань Чжань снял руку Вэй Ина с лица и крепко сжал ее в своей горячей ладони. — Привлекаешь, Лань Чжань! Еще как привлекаешь! — Усянь забросил руки на шею Ванцзи и сцепил их в крепкий замок. — Так привлекаешь, что я готов зацеловать тебя до полусмерти прямо здесь! Хочешь? Уголки губ Лань Чжаня приподнялись. — Мгм. — И не боишься? — шутливо спросил Вэй Ин, прищурившись. — Вдруг я все-таки перестараюсь? — Тогда сделаешь мне искусственное дыхание «рот в рот», — ответил Лань Чжань, медленно сокращая расстояние между и лицами. — Можешь делать со мной все, что захочешь. Я весь твой. Бархатистый шепот Лань Чжаня был усладой для ушей Вэй Ина. — Разве я могу отказаться от такого предложения? — Усянь накрыл губы Ванцзи своими и сладко поцеловал. Однако Лань Чжань довольно быстро отстранился. Он настороженно посмотрел в сторону гостиной. — Не боишься, что Сичэнь и Ваньинь вернутся? Вэй Ин издал короткий смешок. — Очень сомневаюсь, что они еще придут сюда. Скорее всего, им и без нас есть чем заняться. — Мгм, — Лань Чжань кивнул и снова соединил их губы в страстном поцелуе. На этот раз он целовал Вэй Ина смело и уверенно, растворяясь в своих чувствах.

***

К тому моменту, когда Лань Хуань и Цзян Чэн нашли плед в одном из шкафов в гостиной, лицо Сичэня стало совсем белым. — Одного пледа хватит? Может, захватим еще несколько для остальных? — предложил Цзян Чэн, роясь в шкафу. Однако ответа не следовало. Тогда он обернулся и посмотрел на Лань Хуаня. — Ты в порядке? — в его голосе слышалась плохо скрываемая тревога. — Ты совсем бледный! Весь лоб Сичэня покрывала испарина, а губы слегка подрагивали. Лань Хуань отрицательно покачал головой. — Что-то мне совсем плохо, — признал он. Цзян Чэн громко цокнул и скрестил руки на груди. — Тошнит? — Угу, — Лань Хуань слабо кивнул, боясь лишний раз трясти головой, — и все кружится… очень сильно… — он слегка прикрыл глаза, будто надеясь, что это поможет. Ваньинь вздохнул. — Вот если не умеешь пить, зачем берешься?! — с деланым раздражением причитал он. На самом деле какой-то его части даже нравилось наблюдать за Лань Хуанем в минуты его слабости. Когда еще ему представится подобный шанс? — Сильно тошнит? — Угу, — Лань Хуань вновь несильно кивнул и приложил ладонь ко рту. — Идем тогда скорее в ванную! Давай, — он подтолкнул Сичэня к ванной комнате, положив ладонь ему на поясницу.

***

Лишь спустя час Цзян Чэну удалось уложить Лань Хуаня в кровать. Он помог Сичэню промыть желудок, умыться, переодеться и даже завязал его волосы в нетугой пучок. — Лучше? — спросил Цзян Чэн, заботливо укрывая Лань Хуаня одеялом. Он аккуратно подоткнул его со всех сторон, надеясь, что Сичэнь быстро согреется — его все еще сильно знобило после приступов рвоты. — Д-да, с-спасибо, — его губы подрагивали, а речь звучала невнятно. — Мне т-так неловко из-за того, что тебе пришлось со мной возиться. Цзян Чэн присел на край кровати и улыбнулся. На самом деле ему очень понравилось ухаживать за пьяненьким Лань Хуанем. Возможно, впервые в жизни тот был с ним абсолютно честен и открыт, и даже рассказал о том, что они с Не Минцзюэ расстались. — Мне было нетрудно, — его рука невольно дернулась — ему очень хотелось взять Сичэня за руку, но это было бы неуместно. Они все еще не настолько близки. Однако Лань Хуань, чье сознание все еще покачивалось на волнах опьянения, считал иначе. Он сам взял ладонь Цзян Чэна в свою и легонько сжал ее. Он чувствовал себя очень слабым после всего, что произошло этим вечером. — Спасибо. Правда. Большой палец Цзян Чэна начал выводить узоры на костяшках Лань Хуаня. — Засыпай. Я пока побуду рядом. Если тебе что-то понадобится — скажи мне. Сичэнь благодарно улыбнулся и закрыл глаза. У него не осталось сил бодрствовать. Когда дыхание Лань Хуаня замедлилось и выровнялось, Цзян Чэн наклонился чуть ниже и прошептал: — Я буду рядом. Всегда.