До встречи в нашем завтра

Просыпаться теперь ещё тяжелее. В некотором смысле я как будто бы вернулась в те дни, о которых так хотела забыть. Как будто снова не было смысла пробуждаться ото сна и жить дальше. Снова жизнь заставляет меня прощаться с тем, кого я так люблю… может, стоит уже привыкнуть? Попрощаться со всеми? И почему люди, которые мне так дороги, не просто уезжают в другой город, страну, или ещё куда-нибудь, а сразу умирают? Да, я бы безумно сильно скучала по ним, если бы у нас не было возможности увидеться или поговорить, но была бы счастлива, если бы они просто жили, и я знала, что когда-нибудь, но мы можем пересечься. Но такого не случается в моей жизни. Нет, это же слишком просто! Тэхёна снова нет рядом со мной. Боль во всём теле дополняет тяжёлое пробуждение. Видимо, спала я не слишком удобно. Вдруг я понимаю, что слышу едва слышный, но всё же доносящийся до меня звук телевизора. Девушка рассказывает в подробностях новости прошлого дня, и внезапно я осознаю, что где-то в её речи пролетело «Second Life», после чего быстро подрываюсь и стараюсь вслушаться в слова телефедущей.  — …Несмотря на огромные надежды, возложенные на компанию, — с непроницаемым лицом сообщает молодая девушка, — Директор «Second Life» Ким Намджун обратился с официальным заявлением ко всем хозяевам, приобретшим когда-либо андроидов. Картинка резко меняется и на экране с лёгкой грустью, скрывающейся за вежливой улыбкой, появляется профессор Ким вместе с Мин Юнги. Его взгляд направлен в камеру, но почему-то сейчас меня пробивает лёгкая дрожь от ощущения, что он смотрит мне прямо в глаза.  — Хочу извиниться сразу же перед всеми, кто приобрёл или хотел приобрести андроидов производства нашей компании, — раздался голос профессора, который был мне теперь уже очень знакомым, — Проблема, возникшая в результате последнего обновления, принесла и приносит до сих пор огромные жертвы среди людей, но мы уже ведём активную работу по её исправлению.  — Если проблема не решится в течение следующей недели, — подхватывает директора его заместитель, — Нам придётся пойти на крайние меры по просьбе правительства Южной Кореи. Ещё раз приносим свои извинения. Мы переглядываемся с Тэхёном, который наконец выключил телевизор и всё это время стоял у дивана. И у нас обоих во взгляде читался один вопрос: «Значит, нам осталась неделя?»…  — Нужно просто надеяться на то, что они смогут решить эту проблему, — комментирую я неуверенно, надеясь получить поддержку во взгляде Тэхёна, но он оказывается теперь совсем не мягким и тёплым как раньше.  — Тебе нужно как можно скорее забыть обо мне, Риын, — складывает андроид руки на груди, обращаясь ко мне строго. Мне сразу же вспоминается мой прямолинейный старший братец, так любящий покомандовать. Вот только чувствам не прикажешь, — И прости, что сорвался вчера на тебя.  — Ты расстаёшься со мной? — спрашиваю я, стараясь прикрыть боль в груди безразличием.  — Тебе нужно отвыкать от меня, чтобы быть готовой к тому, что может произойти, — продолжает Тэхён, не смотря даже мне в глаза, — Если же всё будет хорошо, мы, конечно, продолжим встречаться.  — Если я снова захочу… — кидаю я обиженно, абсолютно не обращая внимания на то, что ему тоже обидно и очень тяжело. Почему именно сейчас, когда я так ждала от него поддержки, Тэхён ведёт себя так, будто бы мы друг другу никто? Почему нельзя как раньше — сесть рядом, погладить по спине и обнять? Мне даже слова не нужны, одно его прикосновение уже могло бы отвлечь меня от того, что творится сейчас вокруг нас. И снова мы не разговариваем, только теперь уже не из-за скромности или моего плохого настроения. Дистанция между нами растёт с каждой минутой молчания и недосказанности, но никто из нас не спешит её уменьшить. И если честно, я бы это сделала, если бы не его отношение. Ну как он может так говорить, когда своими глазами видел, как я страдала, потеряв любимых родителей. Разве он считает, что можно так вот просто взять, и забыть его? Вот же дурной. И почему я сейчас не злюсь на него так, как должна бы?.. От Чимина приходит короткая смс-ка с предложением помочь ему в лавке. Пару раз я стояла на кассе, поэтому работа не затруднит меня, и нам с Тэхёном это не помешает, чтобы не наговорить ещё больше режущих сердце слов. Мне стоит как можно скорее забыть о том, что возможно, через неделю, он станет просто частью моего прошлого. А ведь у нас даже нет ни одного совместного фото… Бросив Тэхёну лишь, что пошла помогать бабушке Чимина в лавке, и, получив на это короткое «Угу», отправляюсь на место встречи. Солнце светит ярко сегодня, но постепенно начинает холодать. Как-никак, осень уже почти на носу… Вот и листва деревьев уже не такая зелёная и свежая, а будто, как и я сама, потрёпанная временем и событиями, держится за тонкую веточку, стараясь не упасть на землю. В лавке рисовых палочек меня встречает бабушка Чимина, которая отправляет меня к нему на кухню. Она же не хочет сказать, что я…  — А-а, Риын, доброе утречко! — выкрикивает очень даже бодро друг, протирая кастрюлю, — Сегодня тебя ждёт очень интересный день со мной на кухне! Ты же рада, да? Да, она именно это и хотела сказать. Я проведу весь день на кухне с Чимином, замарав свою любимую чёрную футболку мукой. Прекрасно, о чём я ещё могла мечтать, кроме как лепить палки из рисовой муки?  — Доброе, — бурчу я, пряча рюкзак в шкаф, где мука его точно не достанет. И слава богу, ибо стирать рюкзак мне хочется меньше всего.  — Что-то ты сегодня не такая бодрая, как вчера, — произносит парень, роясь в навесных шкафчиках в поисках какой-то белой тряпки, с которой подходит ко мне, — Подожди, сейчас я фартук завяжу тебе, и будешь готова. Но в муке уделаешься гарантировано. Чимин подходит ко мне сзади и аккуратно завязывает фартук, стараясь не затянуть его сильно. Я чувствую, как его руки касаются моей спины и понимаю, что Чимин делает это немного по-другому, чем Тэхён. Но всё же, какая-то часть меня как будто подсказывает — он слишком аккуратен! Может, он из тех, кто слишком уважает личное пространство других людей? Но раньше я за ним этого не замечала…  — Как там твой этот… Тэхён? — спрашивает он как бы между делом, но в интонации слышится явное пренебрежение к андроиду.  — Плохо всё, — бросаю я, стараясь закончить разговор о Тэхёне и не втягивать в это дело Чимина, — Возможно, скоро расстанемся. Просто мы разные, и это было понятно сразу. В ответ мне Чимин как-то загадочно угукает и ничего больше не отвечает. Надеюсь, что он понял, что я имела в виду, что Тэхён — андроид. Ведь если бы не это обстоятельство, я бы никогда так не сказала. Никогда.  — На сегодня у нас много заказов, — достаёт парень список из кармана своего фартука и просматривает его внимательно, размышляя, какие из них достанутся мне, — Учитывая то, что ты не особенно-то сильная физически и твоя кожа очень нежная, к печи ставить я тебя точно не буду. Может, тесто позамешиваешь? А потом можешь помочь мне формировать палочки и украшать их.  — Хорошо, — соглашаюсь я, представляя, сколько работы меня ждёт сегодня, — И когда это ты заметил, что у меня чувствительная кожа?  — Да это так… — теряется сразу Чимин и начинает бегать глазами по посуде, расставленной вокруг меня на столе, а его лицо покрывается красноватыми пятнами, — В любом случае, к печке лучше не подходи! Первые заказы пошли уже с самого утра. Для начала мне нужно было замесить тесто. Но раз за разом оно выходило то слишком густым, то слишком жидким, и никак не хотело подходить под «стандарты Чимина». В какой-то момент мне даже хотелось всё бросить и уйти, чтобы не заставлять друга сердиться из-за моей криворукости. Но несмотря ни на что, парень терпеливо помогал мне, по десятому разу объясняя, как нужно делать. Так мы и продержались почти до закрытия.  — Остался последний, — зачёркивает Чимин выполненные заказы и после достаёт красный пищевой краситель, — Поможешь мне украсить? Там ничего сложного.  — Хочешь, чтобы я снова всё испортила? — ворчу я, наблюдая за тем, как парень ловко замешивает теперь уже розоватую глазурь, — Прошлые палочки, вышедшие из-под моей руки, можно было смело выкидывать. Повезло, что ты смог их исправить…  — У тебя сегодня сложный день, — озвучивает мои мысли Чимин, поглядывая на меня периодически, отвлекаясь от глазури, — Но ты очень старалась. Тем более, теперь я свободен и буду всегда рядом. Что-то в моей груди ёкнуло от этих слов. Ах, да, что-то подобное обещал мне Тэхён. Вот только, кажется, теперь не сможет сдержать своего обещания… Весь сегодняшний день, в моей голове был только он. Никак в моём сознании не укладывалась мысль о том, что человек, с которым я чувствовала себя так хорошо и комфортно, к которому у меня проснулись чувства за столь долго время, теперь вынужден уйти… Даже если это будет не по его желанию, ведь это ничего не изменит… Он уже попрощался со мной утром. И как мне теперь принять то, что буду снова одна?.. Но что, если мои чувства к Тэхёну никогда не пройдут? Если я проживу всю жизнь одна, потому что на самом деле, хоть этого и не показываю, но очень сильно люблю? Буду вспоминать его всю жизнь, вспоминать те моменты, которые заставляли нас обоих чувствовать близость и смущение… вспоминать то, через что мы прошли… И если бы я сейчас была дома, наверняка бы поругалась с Тэхёном. Стала бы кричать на него и выводить всячески на эмоции, стараясь узнать его настоящее отношение ко мне. Но, слава богу, его здесь нет.  — Чимин, — обращаюсь я к другу, пытаясь отвлечься от своих мыслей и покрывая последнюю партию палочек розовой глазурью, стараясь не испортить всю нашу работу, — У тебя же есть девушка, верно?  — Что? — парень резко останавливается и удивлённо смотрит на меня таким взглядом, будто бы я только что перепутала дату его рождения после десяти лет дружбы, — У меня никого нет, Риын. Я всё ещё один.  — Но разве тебе совсем никто не нравится? — продолжаю я спрашивать, замечая, как друг встрепенулся после моего очередного вопроса, — Помню, слышала, что в старшей школе тебе нравилась какая-то девочка, но ты никогда не говорил с нами о ней.  — Да, было дело, — подходит ко мне Чимин и пристально наблюдает за моей работой, но уже через пару мгновений оказывается позади меня, направляя мою руку своей так, чтобы глазурь покрывала рисовую палочку ровнее, — Мне и сейчас она нравится, но есть другой парень, которого она любит. Трусость помешала мне признаться ей, и я не успел.  — И кто же эта особенная девушка? — хитро улыбаясь от подступающего ощущения, что друг вот-вот расскажет мне, кто ему нравится, поворачиваюсь к нему, как раз окончив работу. Мы смотрим друг другу прямо в глаза. Вокруг всё будто бы замерло, и только полотенце в опущенной руке Чимина ещё слегка покачивается, но и оно уже совсем скоро замирает. Он будто бы смотрит куда-то сквозь меня, вспоминая её лицо, наверное. Но уже через минуту наше молчание прервало его скромное и тихое:  — Ты. Это слово ещё долго звучит в моей голове, пока я с широко раскрытыми глазами смотрела на того человека, с которым дружила ещё со средней школы, и всё это время считала его только очень хорошим другом  — Это ты, Риын. Неловкость повисла в комнате, и оставалась вместе с нами до самого окончания уборки на кухне. Бабушка уже ушла домой, поэтому лавку закрывали мы с Чимином вместе.  — Почему ты раньше не сказал? — спрашиваю я его, скрестив руки на груди, пока Чимин, хоть и умело, но с некоторой дрожью в руках и неуклюжестью, всё пытался всунуть ключ в замочную скважину «правильной стороной».  — А что бы ты ответила мне? — отвечает парень вопросом на вопрос, поправляя рюкзак на плече и поворачиваясь ко мне, — Ты же всё это время считала меня другом. Что бы ты сказала на моё признание? И тут я задумалась над словами уже-не-друга. И в правду, а что бы я сказала? Чимин был для меня особенным человеком, он всегда заботился обо мне, может, даже больше, чем как друг. Я не дружила с парнями в детстве, поэтому не знала, как чувствовать себя с Чимином, когда мы познакомились, что нормально, а что — нет. Для меня это было нечто среднее между общением с братом и с парнем, который мне нравится. А теперь оказывается, что всё это время он делал так много для меня из-за влюблённости… и молчал… Чимин как-то неуверенно берёт мою руку, и теперь я чувствую, как меня волнует это прикосновение. Только теперь прикасается ко мне не Тэхён, а мой лучший друг, Чимин. Но одёргивать руку я не спешу, а наоборот, настороженно наблюдаю за тем, как он приближается ко мне.  — Ты ведь никогда не испытывала чувств ко мне, да? — поднимает он глаза и произносит так, будто я только что вынесла ему приговор, — Поэтому я был для тебя только другом. Но ты в этом совсем не виновата, Риын, нет. Для меня это — подарок судьбы, быть твоим близким человеком, иметь возможность помогать тебе и делать счастливой. Даже если ты выберешь не меня… Наши взгляды вновь встречаются. В глазах Чимина отражается блеск фонаря недалеко от нас. И почему мне говорят такие важные вещи вечером на улице? Теперь я чувствую себя потерянной в этом мире, где друзья оказываются не совсем друзьями, любимые уходят, а те, о ком я давно забыла, вновь врываются в мою жизнь, пытаясь ворошить давно забытое прошлое, стихшие чувства. И как же всё было бы просто, признайся мы все друг другу раньше в том, что на самом деле чувствуем. Но нет. Обстоятельства, давящие на нас, сомнения и страх не дают сделать шаг вперёд к пугающей неизвестности. А что если там, дальше, за границей нашей привычной жизни, того, к чему мы привыкли и от чего не можем отказаться, нас ждёт нечто большее, чем отказ? Да, пережить его очень сложно. Но это лучше, чем сидеть на месте и бездействовать, когда жизнь вокруг тебя стремительно проходит. Проходит мимо, пока ты боишься встать и пойти навстречу.  — Ты знаешь, что андроидов скоро могут изолировать от людей? — задаю я вопрос спустя долгое время, с лёгкостью глядя теперь в глаза Чимину, которому всё ещё сложно поверить, что он смог признаться.  — Да… — отвечает он, опустив взгляд, — Поэтому и позвал помочь, хотел узнать, как ты. И был прав — на душе у тебя ещё та буря. Вот только рассказать об этом ты никому не могла, а я в прошлый раз обиделся. Что будешь делать, если всё-таки…  — Он уже сказал мне, что делать, — улыбаюсь я Чимину, не выдавливая из себя улыбку, а делая это искренне, поражаясь своему странному состоянию опьянения в этот момент, будто лишилась контроля над телом и мыслями, — Я должна забыть его. А теперь это сделать будет гораздо проще, когда мы встречаемся, верно?  — Что?.. — испуганным щенячим взглядом взгянул на меня парень, и я почувствовала, как его рука невольно сжала мою ладонь, — Но это ведь неправильно, вы даже не успели расстаться…  — Он уже успел, — перебиваю я на полуслове, и быстро приближаюсь к щеке парня, чтобы оставить на ней след моих губ, отчего его лицо сразу же покрывается румянцем. Эмоции и нежелание смиряться со сложившимися обстоятельствами толкнули меня на такой форсированный поступок… но всё же, в глубине души я чувствую, что мне нужно это.