«В жизни не так уж часто удаётся найти того, к кому испытываешь настоящее притяжение. И если с тобой такое случается, ты должен за это бороться»
Шантаж. Агата/ Алекс
26 августа 2020 г., 10:33
Я лежала на диване, закинув ноги на спинку и листая ленту социальной сети. Хоть и глаза были прикованы к экрану телефона, мысли были совсем не об этом.
После того как я рассталась с парнем, с личной жизнью совсем не ладилось. Какая там личная жизнь, если бывший не считает себя таковым и не дает заводить отношения.
Знаете, что он выкинул в прошлый раз? Он заявился в ресторан, где я ужинала с новым ухажером, устроил там скандал, заявив, что меня дома ждут дети, а я рассиживаюсь тут. В общем, нет больше ухажера.
Если вы спросите почему же мы расстались с ним, то я скажу. Меня достала его ревность, а еще отношение ко мне как к собственности.
Хоть и какая-то часть меня безумно скучала по нему, особенно будоражили воспоминая о страстной, сумасшедшей близости, бессонных ночах, другая умоляла не возвращаться к нему и не наступать на те же грабли.
Я злилась, безумно злилась на его поведение, но когда видела его глаза цвета морской волны, то остатки чувств бушевали во мне. Во мне сражались правое и левое полушарие, демон и ангел на моих плечах. Один просил предаться желаниям, наплевав на чувство собственного достоинства, в то время как другой, более слабый, просто на коленях вымаливал, не поддаваться его чарам.
Я совру, если скажу, что не люблю его… и он любит, я знаю. Но бывает, так, что люди не подходят друг другу. Не сошлись характерами… так обычно говорят?
Из великих дум меня выходит вибрация телефона в руке.
*НЕ БРАТЬ ТРУБКУ*
«Знаешь, что у меня есть, каттен?»
…
*НЕ БРАТЬ ТРУБКУ*
" Думаю, что это не стоит игнорировать, зеленоглазка»
" Чего тебе надо, Нильсен, неужели нельзя просто оставить меня в покое?» — гневно стучу ногтями по экрану, набирая ответ.
*НЕ БРАТЬ ТРУБКУ*
" За год наших отношений в моем телефоне накопилось приличное количество фотографий твоего прекрасного тела, особенно нравятся фото, где я тебя трахаю.»
Брови сводятся к переносице, а рот приоткрывается от неприятного удивления. Какая же ты сука, Нильсен. Если этот ублюдок вздумает меня шантажировать, я не знаю что с ним сделаю!
«Что ты хочешь, придурок» Я зла, я чертовски зла.
*НЕ БРАТЬ ТРУБКУ*
" Если не хочешь, чтобы все твои родственники, друзья, коллеги увидели то как я тебя жарю, то советую быть повежливее, киса, но это пока первая обязанность, а еще я хочу тебя.»
Вот ублюдок! Мои руки до побелевших костяшек сжимают телефон, готовые бросить его об стену в любой момент. Так, спокойно, Агата, ты всё решишь.
«А ты в курсе, что за шантаж привлекают к ответственности, милый?»
Он шутит, он просто шутит… Это же Нильсен.
*НЕ БРАТЬ ТРУБКУ*
" Ты ничего не докажешь, котёнок. Как думаешь, с кого мне начать? Как на счет твоего босса или лучше твоей тетушке? Думаю, ей не очень понравится, правда?»
Я резко меняю позу, скидывая ноги на пол и принимаю вертикальное положение. Да я просто в бешенстве! Какого хрена этот придурок вздумал меня шантажировать, он думает, что ему всё сойдет с рук?
«Что ты себе позволяешь, Нильсен? Если в тебе осталась хоть капля уважения ко мне, то ты не сделаешь этого! Что тебе вообще нужно от меня?!»
*НЕ БРАТЬ ТРУБКУ*
" Маленькая мисс Харрис, не стоит сомневаться в моих словах. Как я уже написал выше, я хочу тебя трахать и делать это тогда, когда вздумается. Все равно мы оба будем в плюсе. Не поверю, что ты не вспоминаешь наши ночи и твои трусики не мокнут от этого. Приезжай ко мне завтра в 17:00, только не надевай шелковое бельё, ты же знаешь я не люблю.»
Вскакиваю на ноги и кидаю телефон в стену, сбивая вазу на комоде, та с оглушительным грохотом падает на ламинат, разбиваясь, довольно точно описывая мое состояние.
— Да как он может?! Конченный придурок! Я ненавижу тебя, Нильсен!
Я срываюсь на крик, и от злости начинают течь слезы. Это правда происходит?
***
Поднимаюсь на лифте в квартиру шведского ублюдка. Делаю глубокий вдох и невероятно громко стучу в дверь, вкладывая в этот стук всю свою агрессию.
Дверь открывается, и на пороге предстает Нильсен в серых спортивных штанах и с голым торсом. О, Шепфа! Кажется я слишком долго пялюсь на его кубики и Алекс замечает это, о чем говорит его приподнятая бровь.
— Привет, котенок, рад тебя видеть, — с улыбкой произносит швед.
— Не могу сказать того же, — едко выплевываю я, заходя внутрь, не упустив возможности задеть его плечом.
Я скрещиваю руки на груди и устремляю, наполненный злости взгляд на Нильсена:
— Что ты хочешь от меня?
Мужчина подходит ко мне, проводит ладонью по щеке и я таю, еле сдерживаясь, чтобы не поддаться его действиям. Я слишком давно не ощущала его рук на себе, слишком соскучилась, слишком сильно не могу без него. Но не покажу! Не покажу ему своих чувств, пусть думает, что он мне безразличен.
— Хочу, чтобы ты перестала строить из себя гордую и неприступную.
Я сбрасываю его руку и делаю шаг назад.
— Удали всё, что связано со мной!
— Не так быстро, киса. Не забывай про условия: ты не заводишь новые отношения, не злишь меня своим поведением, спишь только со мной. Разве это сложно?
Я снова подлетаю к нему и тычу в него пальцем:
— Да как ты можешь?! Прекрати вести себя так будто я твоя! Мы больше не вместе, я тебя ненавижу! Хватит вмешиваться в мою жизнь, хватит влезать в мои отношения! (которые были, чтобы позлить Нильсена).
На последних словах я стучу кулаками по его груди, а слезы градом льются из глаз. Самоконтроль полетел к чертям.
Александр захватывает мои запястья, не давая вырваться, я уже не кричу, а просто пытаюсь сделать ему больно, продолжая рыдать. Швед сжимает меня в кольце рук и делает шаги вперед, садится на диван и утягивает меня за собой, сажая на колени. Он продолжает обнимать меня и слегка покачивать, успокаивая.
— Чш-ш, — шепчет на ухо Нильсен, поглаживая меня по голове, которая лежала на его груди.
Я тихонько всхлипываю и жмусь к такой родной груди, вдыхаю его запах. Как ему удаётся так воздействовать на меня?! Еще секунду назад я готова была его растерзать.
Я поднимаю голову и заглядываю ему в глаза, вытирая нос тыльной стороной ладони.
— Зачем ты это делаешь?
Он молчит несколько секунд, а потом возвращает мне взгляд в котором мелькают смешанные чувства.
— Каттен… дай мне еще один шанс… не обещаю, что мой характер исправится, но я сделаю всё для тебя. Я устроил это, чтобы встретиться с тобой, ты не оставила мне выбора…
Было видно, что слова даются ему тяжело, его руки крепко сжимали мою талию.
НЕТ! Не вздумай соглашаться!
— Хорошо…
Что ты, блять, творишь, Агата? Что с твоей головой?
— Что? То есть, правда? Я хотел сказать, что счастлив.
Он обнял так крепко, насколько мог. Алекс оставлял легкие поцелуи на ключице, шее, подбородке, щеках, а затем добрался и до губ, он нежно впился в них, прижимая руками ближе.
Александр меняет мое положение, я оказываюсь лицом к нему в позе наездницы. Действия мужчины становятся настойчивее.
— Я так скучал, — говорит Нильсен, руки которого блуждают по моему телу, а член упирается мне в бедро.
— Я чувствую, — шепчу я, двигаясь на его возбужденном органе, от чего мужчина издаёт еле слышимый рык.
Он запускает руки под мое платье А-силуэта, дотрагиваясь до резинки трусиков.
— Шелковые…
Александр недовольно кусает меня за ключицу, а затем шлепает по попе. Я хитро улыбаюсь и закусываю губу.
Он резко дергает нижнее белье вниз, я приподнимаюсь и помогаю снять их. Такой же путь проделывают платье с туфлями-лодочками. Я остаюсь полностью обнаженной и считаю это нечестным, потому что Нильсен всё еще был в брюках. Я тянусь к резинке спортивок и тяну вниз, не обнаруживая под ними бельё.
Алекс надевает презерватив, я слегка приподнимаюсь, и член входит в меня, вызывая тихий стон. Мужчина нажимает на мое плечо, и я насаживаюсь на полную длину, больше не сдерживаю эмоции и громко вскрикиваю.
Я переплетаю наши руки и придавливаю их к спинке дивана, завладевая Нильсеном полностью.
Я покрываю его шею поцелуями, плавно двигаясь на мужчине, дразня медленными движениями.
Алекс разрывает сплетение наших рук и хватает меня за бёдра, устанавливая свой темп. Он привлекает меня для поцелуя и наращивает скорость. Нильсен рычит мне в ухо, бешено вдалбливаясь в меня, полностью контролируя ситуацию.
Толчки становятся грубее, я ногтями впиваюсь в его шею и бурно кончаю, бессильно падая на грудь мужчины.
Нильсен совершает последние толчки, и вслед за мной его настигает оргазм.
Мы тяжело дышим, не произнося ни слова, а лишь наслаждаясь долгожданной встречей и близостью.