Небо под ногами

      – Нам страшно госпожа Хельза, – покачал головой силач, оправдываясь. – У меня дети, жена.       – Я понимаю, – закивала головой старушка. – У этих солдат я думаю, тоже есть жены и дети.       Солдаты кивали головами.       – И ты думаешь, им не страшно?       Мужчина призадумался.       – Наверное, страшно.       – Они будут искать и найдут его, найдут Чёрный свет.       – Мы найдем! – смело заявил один из солдат.       Силач развернулся к нему и протянул руку, солдат робко пожал её и все наконец-то разошлись.       – Удивительно, – проговорила старушка Хельза. – Действительно удивительно. Чёрный свет убил и в Верхнем и в Нижнем городе, почти одновременно. Вы ничего подозрительного не видели, пока были внизу?       – Нет, – почти шепотом проговорила Лакуна, этой темы ей хотелось избежать больше всего.       – Вот и рынок, – эти слова спасли принцессу от неудобного разговора. – Теперь нам всего лишь нужно найти твоего друга обезьяну, в этой толпе людей.       – Задачка не из легких, – вздохнула Лакуна.       – Это с учётом, что он тут. А если его нет, нужно будет спуститься в Нижний город и искать уже там, – покачала головой Хельза. – Видишь этот памятник?       Старушка указала на небольшой обелиск перед входом на рынок.       – Вижу, что это за памятник? – хотела было уже спросить принцесса, но Хельза перебила ее и продолжила.       – Мы встретимся здесь, вечером.       – А как я узнаю, что уже вечер? – удивилась девочка.       – По городу везде стоят огненные часы, – пояснила старушка. – Смотри на свечку. Если она догорела до отметки восемнадцать, уже вечер и нужно поторопиться к памятнику, вне зависимости нашла ты своего друга или нет. Нам нельзя потеряться, стой.       Девочка уже хотела броситься на поиски. Ей не терпелось найти Тамаку, она жутко по нему соскучилась, сама не зная почему. Ни по кому кого она оставила на луне, она даже почти не вспоминала.       – Деньги, а деньги, – останавливая девочку, прокричала старушка. – Что ты будешь кушать целый день. Возьми тут немного, но на еду хватит, не трать на всякие побрякушки, ищи друга, до встречи.       – Спасибо, до вечера, – принцесса взяла деньги, и тут же скрылась за прилавками со свежеиспеченным хлебом.       – Эх, молодость, – с доброй завистью проговорила старушка и пошла следом, по пути соображая, как бы ей узнать в этой безликой толпе обезьяну, которая маскируется под человека.       Местный рынок действительно оказался огромным. Многочисленные палатки располагались, казалось в хаотичном порядке, но принцессе оставалось невдомёк, что в этом хаосе прослеживалась чёткая логика. Рыночные палатки расположены таким образом, чтобы самые необходимые товары можно купить здесь сразу, не заходя глубоко. Поэтому их понаставили много и втискивали эти ларьки, как попало. А более редкие товары расположены в глубине, там наоборот, достаточно много места и палатки стояли чёткими рядами не нарушая гармонии. Чего тут только не продавали, те магазинчики, что она видела по пути сюда, теперь казались девочке совсем уж бедными на ассортимент. Здесь её глаза просто разбегались у каждой палатки. Она бегала от одного ларька к другому, на первых парах, совсем забыв о своей главной цели. Но Лакуна быстро пришла в себя, приблизившись к прилавку с вырезанными из дерева детскими игрушками. Среди разнообразных животных, с краю справа стояла одна фигурка, которая привлекла ее внимания больше чем остальные. Маленькая обезьянка сидела на камне, положив локти на колени и задумчиво приложив руку к подбородку.       – Тамака, – прошептала принцесса.       После этого, она взяла себя в руки и уже не отвлекалась на красоты рынка и богатый ассортимент, начала поиски друга. Так прошёл почти весь день. Она плотно перекусила на обед, какой-то непонятной похлебкой в виде супа, с двумя обжаренными кусками хлеба с двух сторон. Когда уставала, отдыхала, рассматривая товары на прилавках, когда набиралась сил, продолжала поиски. Ноги гудели, глаза слипались, а голова раскалывалась от шума толпы, принцесса совсем не привыкла к окружению большого густонаселенного города. Но она не сдавалась и продолжала поиски, свечки на солнечных часах указывали на цифру пятнадцать, значит до восемнадцати, оставалось ещё три риски, три риски, чтобы в этой гудящей толпе попытаться найти Тамаку. Вдруг её внимание привлекли местные попрошайки. Они словно голуби расселись с обратных сторон палаток и наперебой галдели, выклянчивая милостыню или еду.       – Подайте на пропитание, – клянчил один из попрошаек.       – Еды, еды, не ел три дня, – перебивал его другой.       – Пару монет, всего пару монет на еду, – галдел третий.       – Подайте на спасение мира, – доносилось из-под капюшона мальчишки, закутанного в грязное пончо.       Принцесса со всех ног, бросилась к нему, несомненно, узнав в этом мальчике своего друга.       – Тамака, я тебя нашла, – крикнула она, нависнув над ним.       Голова повернулась вверх, и капюшон немного спал назад, из-под тряпок появилось измученное лицо мальчика-обезьяны.       – Прин... Лакуна, – еле ворочая языком от голода, проговорил он.       – Вставай, ну же вставай быстрее, – подала ему руку девочка.       Надо сказать, что Тамака не сразу узнал чистую и одетую в красивую одежду принцессу, ему на секунду даже показалось, что всё это ему чудится или он крепко спит и в это время видит прекрасный сон.       – Я так рад тебя видеть, ты нашла меня, – с улыбкой на устах, встав на ноги, вымолвил мальчик.       Они встали напротив друг друга и крепко обнялись, расцепились и посмотрели друг другу глаза и снова обнялись. Это всё те же мальчик и девочка что вышли из города горного народа, но что-то с ними стало не так. Что-то в них изменилось, наверное глаза, они стали более печальными и задумчивыми, от юной наивности ни осталось и следа.       Тамака, узнал, что его народ просто так объявил войну другому народу и расстреливает безоружных, не способных ответить им людей издалека. Что вся его жизнь пропитана ложью взрослых. Его сильно подкосило это обстоятельство. Потому что он и сам по наитию ненавидел ходоков, не понимая почему.       Лакуна, наверное, изменилась ещё сильнее. Узнав правду о войне прошлого, о предательстве её предка короля, о трусливом перевороте земли. Ей часто вспоминались те долгие часы учебы с учителем истории, те экзамены и контрольные которые постоянно она сдавала, те бессонные ночи зубрежки исторических книг, как теперь оказалось всё это время, она изучала ложь. Все эти книги написаны лживой рукой, враньём просочились их страницы, лишь на одно, скрыть постыдную правду, историю пишут победители, хотя кто тут победил и есть ли победители вообще. Теперь принцесса не верила всему, что знала ранее. Нет, она верила, что старушка Хельза говорит ей правду, тут сомнения её не мучили, но где уверенность, что она не рассказывает уже свою ложь, навязанную ей в то время, когда она сама была ещё ребёнком. Хотя в половине событий Хельза принимала участие самостоятельно, она не сторонний наблюдатель, и верить ей можно.       Друзья ещё раз посмотрели друг на друга и снова молча, обнялись, принцесса даже всплакнула, слезы сами собой покатились из её огромных глаз. Тамака покрепче обнял девочку, чтобы успокоить, его руки заметно дрожали.       – Ну, всё, всё, – вытирая покатившуюся по щеке слезу, проговорила Лакуна. – Надо тебя накормить, пошли скорее.       Тамака поднял с пола палку и мешок с книгой, и они вместе опираясь друг на друга, побрели к палаткам, что продавали уже готовую еду. Деньги после дневной беготни по рынку у принцессы почти кончились, но и того что осталось с лихвой хватило, чтобы купить две булки хлеба и стакан свежего сока. Уплетая за обе щеки булку, мальчик судорожно запивал сухой хлеб соком, иногда посматривая на сидящую рядом принцессу, та же положив локти на стол и подперев подбородок с умилением наблюдала, как мальчик-обезьяна поглощает только купленную еду и улыбалась.       – Где же ты был? – с придыханием спросила его Лакуна.       Мальчик перестал жевать и на секунду призадумался. Потом помотал головой, как будто пытаясь вытрясти из неё всё плохие мысли и ничего не ответив, продолжил прием пищи.       Принцесса не давила на Тамаку. Понимая, что в отличие от неё, которая принимала ванны, вкусно кушала и спала в теплой постели, мальчик оказался всего этого лишен и вообще непонятно, как он оказался тут, на рынке, как спустился вниз, если лестница разрушена и как прошел через охрану. Лакуна уже и не надеялась его тут найти и планировала у себя в голове завтрашний поход в Нижний город и поиски друга там. Но всё обошлось, вот он здесь, сидит перед ней живой и невредимый. Девочка не знала, какие силы благодарить, что мальчик остался жив и нашелся. С грустью она посмотрела на большие огненные часы, прямо над лавкой с готовой едой, времени почти не оставалось, свеча почти потухла, нужно двигаться к обелиску, где их должна ждать Хельза.       – Вставай, вставай, нужно идти, – поторапливала мальчика Лакуна.       – Куда? – удивился тот.       – Доешь по дороге, пошли, нас ждут.       – Кто? – забирая с собой недоеденную булку и выпив стакан сока залпом, продолжал удивляться Тамака, он и представить не мог, кто может их ждать в таком незнакомом месте. – Рыцарь Чайлд-Роланд?       – Нет, я по дороге тебе всё объясню.       – Хорошо, хорошо.       Они встали из-за стола и направились к выходу, обелиск, что стоял там большой и его можно увидеть почти с любой точки. Хороший ориентир, который легко отыскать глазами, что не давало возможности заблудиться, не знающим карту рынка чужестранцам, Хельза, хорошо придумала встретиться именно там. Тамака опираясь на палку, брёл за принцессой стараясь не отставать. Та постоянно оборачивалась, боясь снова потерять мальчика, поэтому всегда держала его в поле зрения, не упуская ни на секунду.       Толпа людей двигалась к ним на встречу, мало кто шёл к выходу, рынок почти закрывался, и люди торопились не упустить шанс ещё что-нибудь прикупить, так как перед закрытием продавцы часто делали скидки на не проданный за целый день, скоропортящийся товар.       Тамака шёл, опустив голову, и смотрел под ноги и мельком на ноги принцессы, чтобы не потерять снова. Двигаться, опираясь на палку, не так легко как казалось, и он так и не привык к этому. Что-то заставило его, в определённый момент всё-таки поднять глаза и посмотреть на людей. Как будто внутри себя мальчик что-то почувствовал, почувствовал что-то знакомое, что-то давно забытое, знакомый запах, что ударил в ноздри. Ему вдруг стало так тепло и уютно, будто бы его дух выбило из тела, пронесло через чужой город, через заброшенные шахты, пронесло через поля, вынесло и закрутило вокруг чёрной горы, и забросило прямиком в его собственную нору.       Что это за чувство? Мальчик-обезьяна не осознавал и не понимал, сначала ему показалось что это всё из-за принцессы, из-за того что он наконец нашёл её, но Тамака быстро пришел к выводу что это не так. Что-то взбередило его душу и он не догадывался что. Его глаза бегали от одного ларька к другому, от одного человека к другому, пока, наконец, не остановились на одном человеке в толпе.       Высокий мужчина с бледноватым лицом, с мокрыми, словно от несуществующего дождя прилизанными волосами. Под глазами небольшие болезненно синие круги, нос вздернут, губы тонкие словно ниточки, а глаза пустые и грустные. Ничего в этом человеке не оказалось особенного, простой человек, как и все вокруг. Одет, в повседневную одежду жителей Верхнего города, он ничего не нес в руках, он просто двигался в центр рынка не обращая внимания на мальчика, которого легко можно принять за обычного попрошайку.       Ноги Тамаки пошли сами по себе. Он быстро изменил траекторию движения, и тут же потерял принцессу, ровно шагающую впереди него, из вида. И направился прямиком, к незнакомцу. По какой-то необъяснимой причине ему хотелось подойти к нему и сказать – привет. Мальчик не мог сопротивляться этому, это словно животный инстинкт, который действовал против его воли.       – Привет, – еле слышно вымолвил Тамака и коснулся рукой рукава незнакомца, от чего тот быстро одернул руку.       – Отвали! – гаркнул он шипящим и наполненным презрения голосом и тут же ускорил шаг, скрывшись за лавками с сувенирами.       – Тамака, Тамака, – кричала позади него Лакуна, подбегая к нему. – Что случилось? Куда ты опять пропал?       Мальчик, молча, смотрел вслед незнакомцу. Его начинало отпускать, и через несколько секунд он снова пришёл в норму. Странная сила, что управляла им, исчезла, испарилась, будто бы её и не существовало.       – Всё давай сюда свою руку, – схватив его, зло проговорила принцесса.       – Больше ты не потеряешься.       Так они и отправились в путь, держась за руки. Тамака быстро пришёл в себя, ощущая у себя в лапе, теплую ладонь девочки.       – Вот и ты! – размахивая руками, кричала им одиноко стоящая возле обелиска старушка Хельза.       – Я его нашла! – радостно заявила принцесса.       – Умничка, – старушка смерила взглядом спутника девочки. – Так это и есть знаменитый Тамака, мальчик-обезьяна.       – Лакуна, – забеспокоился Тамака, наблюдая как незнакомая старушка разбалтывает важные секреты.       – Не волнуйся, она знает всё про нас, знает, что я принцесса с луны, знает про нашу миссию. Познакомься, бывшая принцесса, потом королева, госпожа Хельза, – успокаивающим голосом проговорила Лакуна.       – Приятно познакомиться, Тамака, – робко выдавил из себя мальчик.       – Я знаю, знаю, – заулыбалась старушка. – Целый день тебя ищу. Все ноги сбила, видишь, какая стала маленькая? А раньше-то я повыше была, стерла ступни на пару сантиметров.       Тамака смерил старушку взглядом, та действительно оказалась очень маленькой, и по манере речи мальчик сразу понял, что перед ним самая настоящая принцесса, такая же обманщица как и другая его знакомая.       – Не будем тут стоять, и привлекать лишнего внимания, за мной, – скомандовала Хельза и увлекла мальчика и девочку в свой дом.       Через некоторое время они вкусно ужинали за столом и весело болтали друг с другом. Рыцарь Чайлд-Роланд встретил пропавшего мальчика ещё холоднее, чем обычно, при встрече не проронив и слова и даже не посмотрев на него. Зато старушка Хельза в этот вечер не унималась, и налюбовавшись внешним видом мальчика-обезьяны, бодро травила всякие байки из собственной жизни, благо она оказалась очень длинной, и баек за это время, накопилось немыслимое количество.       – Лакуна ты с луны, это я знаю, а ты Тамака откуда? Где таких красивеньких обезьянок делают, – старушка не лукавила и не врала, по какой-то причине Тамака казался ей очень красивым и даже милым и она не упускала шанса потискать его за пухлые щеки и взлохматить его и так, лохматую прическу. – Хотела бы я знать.       – Я из Горного народа, – вдруг повесил голову мальчик.       – Горного? – не поняла Хельза.       – Да, вы называете нас здесь стрелками, – грустно выдавил из себя Тамака. – Мы те, кто стреляет в вас.       – Ты что ли стрелял в нас? – старушка ничуть не смутилась, узнав, откуда пришёл этот странный мальчик.       – Нет, вы что, я бы никогда, – затараторил Тамака.       – Ну, вот и славно. Не бери в голову и не грусти. Ты мальчик Тамака, пусть твоя голова будет забита всякими мальчишескими глупостями, а не глупостями взрослых, – отмахнулась Хельза. – На то вы и дети, хотя вы занимаетесь совсем не детскими делами. Ишь ты. Перевернуть землю затеяли. Подумать только.       Старушка встала из-за стола и начала убирать посуду, Тамака и Лакуна тут же подскочили и принялись помогать ей.       – А ну сидите и доедайте, – в приказном тоне, но как-то по доброму крикнула на них Хельза, – а сил то у вас хватит это сделать?