***
— Даже не думай, Эйприл, близко подходить к нему. Таких прохондох, как он — море… А что ты делать будешь, когда в подоле принесёшь? Тебе через год в университет поступать. Видела, как он девушек быстро меняет: сегодня шёл с рыженькой, вчера с чёрненькой, а завтра с блондинкой, — читает мне получасовую нотацию мама про нашего нового соседа. — Чтобы на всё, что бы он тебя только ни попросил, ты отвечала «нет». — Мам, да перестань ты. Я уже не маленькая, — отвечаю я натянуто, заканчивая макияж, нанося тушь на ресницы. — Вот именно, что не маленькая. Мне знаешь, прежде времени бабушкой становиться не хочется. — Да Лэндон в мою сторону даже не смотрит, — нагло вру я, закатывая глаза. — Мало ли что в голову таких маньяков, как он взбредёт. — Да, хорошо, мама, «нет», так «нет», мне в школу пора, — стараюсь поскорее закончить разговор. — Удачи тебе, доченька моя.***
А я сейчас лежу полуголая в его квартире и прогуливаю школу. — Знаешь, Эйприл, что клитор в женском организме создан только для удовольствия? У него просто-напросто нет другой функции, — перебивает мои мысли мой сосед. — Я где-то это прочитал. — В Playboy, наверное? — дразню я его, пытаясь расслабиться, на что он ухмыляется. — Знаешь, а ведь моя мама говорила мне отвечать на все твои вопросы «нет». — Значит, ты не будешь против, если я поцелую тебя? — Нет, — говорю я. Он наклоняется и проводит языком прямо по моей коже над бедром. Мои ноги невольно сжимаются, но он их удерживает. — Ты не будешь против, если я дотронусь до тебя «там»? — Не-ет, — выдыхаю я. Он несколько раз двигает внутри меня пальцами, и я чувствую, как всё моё тело охватывает жар. Когда он убирает их, я ощущаю пустоту и отчаянное желание. Вдруг он касается пальцами там, где начинал, и я прикусываю губу. — Х-м, знаешь, если ты и дальше продолжишь слушаться свою мамочку, мы прекрасно проведём время. Ты же не можешь ослушаться её? — Нет, — отвечаю я и вся горю. Лэндон достаёт из кармана джинсов пакетик из фольги, попутно спуская их, и разрывает его. Справившись через несколько секунд с презервативом, он резко входит в меня, и я вскрикиваю. — Тише, — говорит он и целует меня в губы, скручивая мой сосок своей ладонью, и я выгибаюсь в дугу. Он начинает двигаться осторожнее во мне, и постепенно болевые ощущения сменяются на более приятные. Вскоре меня пронзает волна удовольствия. Мы оба кончаем и обессиленные падаем друг на друга. — Как тебе? — спрашивает он, обхватывая меня за талию и притягивая к себе ещё ближе — Не знаю, — вру я. — Не скромничай, я же знаю, что тебе понравилось, и мне. Разве мы плохо провели время? — Нет, — говорю я, зная, что вряд ли меня погладит по головке за это мама, но я чувствую себя самой счастливой в этот момент.