Посредственность

В Алфее я почти никому не нравилась. Было очевидно, что большая часть учениц считали меня чем-то инородным, этаким серым пятном в пестрой толпе студенток и профессоров. Слишком требовательная, строгая и... обычная. Мне стоило мягче относиться к ученицам, но поганый характер и иррациональная обида на все и вся брали верх. Почти всегда раздражение побеждало голос разума. А ведь я никогда не считала свой предмет каким-то особенно важным, и даже не требовала чего-то невозможного от студенток, тишина на занятиях была меньшим, о чем можно было просить. Но, как показывала практика, хотела я слишком много. Пять лет моей работы в роли преподавателя прошли почти незаметно. Что в первый год работы, что в пятый, нервотрепка была одинаковая.

***

Свою прошлую жизнь я вспомнила в пятнадцать, когда, закрыв младшую сестру от обломков падающей балки, получила энчантикс. Вместе с новым превращением пришли и воспоминания о жизни в другом теле. Но они были довольно смутными, прошлое имя или те же обстоятельства своей смерти я не помнила от слова «совсем». Мою память можно было сравнить с решето, потому что я могла пересказать свой обычный день из жизни в прошлом теле, свои повседневные дела и прочее. Но каких-то особо важных воспоминаний у меня не было. Единственное, что я помнила очень четко, это мультсериал о девочке-подростке, которая стала феей и не раз спасла мир. Иронично, что события мультфильма отпечатались у меня в сознании до мельчайших подробностей. Смотрела я первые сезоны и, кажется, забросила «Винкс», так назывался мультик, из-за смерти любимого персонажа, Валтора. На момент выхода третьего сезона я была уже подростком. Демон-маг, порождение тьмы и искры огня Дракона, а также просто красивый харизматичный и брутальный персонаж с прикольным именем, мечта, а не мужчина. По этим бесхитростным причинам Валтор и стал моим любимым персонажем, смерть которого стала веской причиной забросить мультик. Детские мечты стать феей меня продолжали иногда посещать даже во времена моего обучения в старшей школе, собственно, в тот период я и умерла. Что ж, мечты сбываются. Не Газпром. Только вспомнив свою прошлую жизнь, я очень надеялась, что попала не в «Винкс», а воспоминания об этом мультсериале просто были самыми яркими в моей жизни, что звучало как минимум тупо. Все сомнения на счет мира, в который я попала, меня покинули, когда я в первый раз увидела Фарагонду, придя на собеседование в Алфею, школу волшебниц. Да и до этого было слишком много совпадений, учитывая, что жила я на планете Мелодия. А по воспоминаниям из прошлой жизни эта планета была родной для Музы, феи музыки из клуба Винкс. Впоследствии, хорошо поискав в Интернете, я наткнулась еще на туеву кучу совпадений, по крайней мере, хотелось верить, что это были просто совпадения со вселенной «Винкс». Но, к моему огромному сожалению, это оказалось не так.

***

До начала учебного года оставался месяц, школа еще пустовала. У меня была уйма времени, чтобы посидеть в библиотеке, в обществе любимых книг. Не то чтобы я не любила людей. В прошлом я была довольно социальным человеком. А потом проснулась силы. Вернее, пробудилась окончательно. Фея правды. Истины, если хотите. Звучит хорошо? Вот только пользы от этого никакой. Любая ментальная магия недешево обходится владельцу: физические заклинания получаются так себе, особам несильно талантливым не дается даже бытовая магия. А, и особая привилегия фей правды, лгать — это больно. Слышать ложь — больно. А люди, магические существа и прочие врут всегда. Вот ну вообще всегда. Хочешь не хочешь, а книжки станут милее людей, а? В общем, как фея я была еще та посредственность. Причем самая посредственная среди посредственностей. Истории про толерантное магическое сообщество — сказки про добрых фей. Слабосилков ни феи, ни ведьмы не любят. Фей правды вообще никто не любит. Ну, разве что магические суды. С такими способностями я могла пойти и в ту же политику. Но в мои планы подобное не входило. В планах было заработать и улететь куда подальше от Алфеи, Магикса и вообще магического измерения. Особенно одинокими вечерами мысль поселиться отшельницей на Пиросе казалась единственно верным решением. Желательно аккурат перед поступлением главной героини в школу. Иметь какое-либо отношение к событиям, которые происходили в «Винкс» даже косвенно не хотелось. А пока можно было расслабиться, в Алфее даже и не пахло присутствием хотя бы Стеллы, которая поступила на год раньше остальных героинь мультика. Во всяком случае, я так думала.

***

Учебный год в Алфее начался почти спокойно, не считая того, что в день поступления новых учениц я выцепила взглядом из толпы блондинистую макушку в ярко-розовом платье. Это была Стелла, чертова Стелла. Отлично, здорово, мне нравится. Конечно, это был сарказм. А еще в школу пришел работать Палладиум, еще один мой любимый персонаж из прошлой жизни. Эльф был красивым, высоким, длинноволосым, очень очаровательным мужчиной. Мечта любой феи. Стоп, нельзя пускать на него слюни. Не то чтобы у меня была низкая самооценка. Ладно, да, была. Иногда, конечно, в три часа ночи я могла покрутиться у зеркала с мыслями «а вообще, я еще ничего». Но это так. Иногда. Обычно у меня не было проблем с критическим мышлением. Я сто раз могла быть симпатичной, но на фоне таких же, а чаще и более, симпатичных девушек выглядела просто «никак». И это тоже нормально. Не всем же быть красивыми. Единственным моим внешним достоинством я видела глаза — большие зеленые глаза и пушистые зеленые ресницы. Ну красота же. В прошлой жизни у меня были рыжие волосы, в этой мне повезло больше. Волнистая зеленая копна до колен тоже была моей гордостью. Попробуйте отрастите такую. Это не было как-то по-особенному красиво, но маме нравилось. Если вернуться к, можно подумать, уничижительным рассуждениям, о том, почему я не могу понравиться такому красивому мужчине, как Палладиум, то он просто меня не заметит. Потому что, ну, давайте объективно. Внешность у меня обычная, характер — стремный. Для феи так точно. Ох уж эти стереотипы. Так что, проигрывала я по всем параметрам абсолютно любой фее в Алфее. Впрочем, оно и к лучшему.

***

— Профессор Зеро, повторите, пожалуйста, в каком году был основан Оурантэс*? — спросил у меня очень знакомый блондин. — В 1203,— ответила я Брендону, который Скай, — если что-то непонятно, или вы не помните, то спрашивайте сегодня. На следующем занятии у вас будет тест по истории двух измерений, которые вы проходили с другим преподавателем в прошлом году, — сказала уже для всех в аудитории. Со всех сторон послышались страдальческие вздохи. Специалисты оказались еще теми нытиками, но кто любит историю. Я начала преподавать у них на этой неделе, с третьего дня от начала учебного года. Пришлось по просьбе Фарагонды заменить уволившегося преподавателя в Красном Фонтане. Это был уже третий урок у специалистов, после которого мне придется сразу бежать в Алфею. Сама понаставила себе учебные часы как попало и страдаю теперь, что не успеваю никуда. Через несколько минут прозвучала приятная трель, оповещающая об окончании урока. — Всем до свидания, хороших выходных, — пожелала я и начала собирать вещи с преподавательского стола. — До свидания, вам тоже хорошо отдохнуть, — послышался нестройный хор голосов с разных концов аудитории, специалисты начали потихоньку выходить из кабинета. Я устало стояла на выходе из аудитории и вяло думала, как лучше будет попасть в Алфею. Выходило два варианта: на крылышках или на своих двоих. И то, и то так себе. Но так как портал Красного Фонтана сбоил, второй раз за день я через него пройти не рискну. Поплохеет еще. И без того Первую половину двухчасовой лекции в Фонтане провела кое-как. — Профессор Зеро, вас подбросить? — откуда-то сбоку послышался мужской голос. Резко повернув голову, я уперлась взглядом в «Bitch» на груди молодого парня с бордовыми волосами. А это даже интересно. — Спасибо, только давай без гонок. — Без проблем, — он улыбнулся и указал направление. — Стоянка вон там. Он пошёл первым, периодически оглядываясь, следя, чтобы я не отставала. — Вы до сих пор после телепорта такая зеленая, профессор? — спросил парень, явно чтобы начать разговор. — Мне уже два раза обещали его починить, — покачала головой я и добавила, — если мы за стенами школы, можешь звать меня просто Зеро. Не вижу смысла в церемониях, учитывая, что я не намного тебя старше. — Хорошо, Зеро, — кивнул он, и в его глазах вспыхнуло любопытство. — Кстати, о возрасте... сколько тебе, если не секрет? — Двадцать четыре, — ответила я прямо, без игр в угадалки. — Ни за что не поверил бы, — оценивающе протянул он. — Выглядите на восемнадцать, профессор. — Спасибо, наверное, — я пожала плечами, давая понять, что тема закрыта. — Хотя это создает свои проблемы, когда пытаешься быть строгой с ученицами. Мы вышли на стоянку, и он с гордостью указал на свой байк. — Впечатляет, — констатировала я, осматривая блестящую машину. — Это мой верный конь. Поехали? — он протянул мне запасной шлем. Путь до Алфеи пролетел быстро. Я держалась за его плечи, стараясь сохранять дистанцию, но на поворотах инстинктивно цеплялась крепче. — Следующая остановка — Алфея, — прокричал он, заглушая ветер. — Спасибо за подвоз, — сказала я, возвращая шлем, как только он заглушил мотор. — Тебя проводить? — неожиданно предложил он. — Мне в любом случае по пути. Я хотела отказаться, но тут полезла в карман и с досадой обнаружила, что оставила магическую карту в учительской. Дура. — Буду признательна, — пришлось согласиться я. — Только давай без марш-броска. — Без проблем, — он убрал байк и жестом показал «пропускаю вперед». — Идем не спеша. Мы зашагали по тропинке. Я старалась идти осторожно, зная свои способности к нахождению препятствий на ровном месте. И все же моя нога снова нашла тот самый предательский корень, о который я спотыкалась уже в третий раз. Я резко полетела вперед, но Ривен, идущий рядом, оказался на удивление проворным. Он не стал ловить меня в пафосном пируэте, а просто резко подхватил под локоть, вернув равновесие. — В порядке? — спросил он, не выпуская мою руку. — Да, спасибо, — я поспешила освободиться, чувствуя, как по спине пробежали мурашки от неожиданности и резкого движения. — Ненавижу эту корягу. Она преследует меня. — Может, тебе стоит просто смотреть под ноги? — предположил он с легкой ухмылкой. — Спасибо, капитан Очевидность, — фыркнула я, но беззлобно. — Пойдем уже, а то я опоздаю на собственный урок. Он лишь усмехнулся в ответ. Больше по дороге в школу ничего не произошло, мы шли, болтая о мелочах, быстренько попрощавшись и разошлись. Урок у фей я провела относительно спокойно, не постоянных перешептываний Стеллы и ее нынешней компании. Устало вздохнув, завалилась на софу в зале своей небольшой учительской квартирки, неожиданно послышался стук в дверь. Ну, и кого там принесло на ночь глядя? Открыв дверь, я увидела профессора Палладиума, который устроился работать в Алфею за две недели начала учебного года по рекомендации какой-то там важной шишки. — Добрый день! Не помешаю? Хотел пригласить вас на чашечку чая, познакомиться поближе, — его улыбка была настолько искренней, что я невольно расслабилась. Вообще, для Палладиума уже устраивали приветственное чаепитие, на котором меня не было из-за отработки с феями. И сдалось ему это знакомство, блин. Хотя, с другой стороны, кто их, этих загадочных эльфов, разберет? — Здравствуйте! Буду рада принять ваше приглашение, — ответила я, стараясь скрыть усталость за улыбкой. — Благодарю за согласие. Вы свободны? Или могу предложить вам зайти ко мне на неделе, — поинтересовался Палладиум, внимательно изучая мой облик. — Если вы не против подождать пару минут, я могу сегодня, — ответила я, вопросительно глядя на блондина. — Разумеется, я подожду, — его улыбка стала ещё теплее. Пропустив гостя в квартиру, я пригласила его присесть на диван, пока сама скрылась в спальне. Быстро сменив деловой костюм на уютное серое платье с белым кардиганом крупной вязки, я дополнила образ мягкими белыми слипонами. Собрав волосы в косу, я была готова к выходу. Палладиум встретил меня доброжелательным взглядом. — Готовы идти? — спросил он, и я молча кивнула в ответ. Закрыв дверь квартиры, я резко обернулась и... снова столкнулась с кем-то. Только на этот раз это была грудь моего коллеги, а не студента. Похоже, судьба решила, что пора мне расти над собой. — Прошу прощения, — тихо произнесла я, отступая. — Пустяки, — ответил эльф и направился по коридору, оставив меня с мыслью о том, как быстро меняются обстоятельства. Квартиры преподавателей мужчин были в другом корпусе. — Вы давно здесь работаете? — пытаясь подстроиться под мой шаг, спросил у меня Палладиум, видимо, из вежливости, чтобы не было неловкой тишины. — Ну, относительно давно. Почти шесть лет уже, — ответила я, краем глаза рассматривая профиль эльфа. — Давненько,— протянул блондин и продолжил ,— а сколько вам лет? — Уже второй раз за день у меня спрашивают про возраст, — улыбнулась я и ответила на вопрос Палладиума,— мне почти двадцать пять лет, коллега. — А если не секрет, то кто вас еще про это спросил? — с живым интересом задал вопрос мужчина. — Да так, один студент из Красного Фонтана, я с этого года начала там преподавать, — просто ответила я. — И как вам там, понравилось? — Ну, не то чтобы очень, но парни потише будут. Что удивительно, конечно. Может, вообще туда уйду в следующем году, — сказала я. А вообще, это неплохая идея, только надо будет успеть свалить в отпуск до нападения Трикс. Это главное. — А что, мужская компания вам больше по душе? — с легкой иронией в голосе поинтересовался эльф, его усмешка оказалась неожиданно приятной. — Отчасти, — ответила я с улыбкой. Палладиум вдруг словно помрачнел, возможно, его смущала тема отношений между преподавателем и студентами. — Хотя, если честно, с парнями мне проще общаться — я их меньше стесняюсь, что ли. Не могу объяснить, если честно. — Вот мы и на месте, — прервал мои размышления эльф, учтиво открывая дверь. Чай у Палладиума оказался поистине восхитительным — настолько, что я не удержалась и попросила рецепт. За чашкой ароматного напитка мы погрузились в профессиональные разговоры: обсуждали методики преподавания, делились опытом работы с ученицами и размышляли о тонкостях психологии. Прощание вышло тёплым. Вечер оставил приятное послевкусие — нечасто удается насладиться такими изысканными угощениями, как печенье из лучшей кондитерской Магикса. Правда, последствия визита дали о себе знать на следующее утро: засидевшись до полуночи, я едва могла открыть глаза. Но воспоминания о вкусном чае и увлекательной беседе согревали душу. А вот здоровье, как обычно, подвело — стоило бы теплее одеваться. Ну что ж, опыт — дело наживное.

***

— Ой! — я резко остановилась, едва не врезавшись в кого-то в коридоре. Сильные руки вовремя подхватили меня. — Осторожнее! — прозвучал знакомый голос Палладиума. Ну конечно, именно с ним я чуть не столкнулась! — Простите… — пробормотала я, отступая на шаг, ну какое же клише, о Великий дракон. — Задумалась. — Все в порядке, — улыбнулся эльф, все ещё держа меня за плечи. — У вас все хорошо? — Да, просто… много мыслей, — призналась я, поправляя рюкзак. — После занятий всегда так. — Понимаю, — кивнул Палладиум. — Куда направляетесь? — Домой, — пожала я плечами, — последнее занятие закончилось, думала просто прогуляться. — Может, тогда составите мне компанию за чашкой чая? — неожиданно предложил он, и его глаза заблестели. — С удовольствием, — улыбнулась я, чувствуя, как внутри разливается тепло. — Вы не боитесь, что я такими темпами привыкну к вашему чаю? — Нисколько, — заверил эльф, жестом приглашая следовать за ним. — Кстати, давайте перейдём на «ты»? Мы же коллеги. — Конечно, — кивнула я. — И ты тоже можешь обращаться ко мне неформально. — Спасибо, Зеро, — его улыбка стала ещё шире. Пока мы шли к его квартире, разговор тек легко и непринужденно. В его присутствии я чувствовала себя удивительно спокойно и свободно, словно знала его всю жизнь. Чаепитие обещало быть приятным, и я поймала себя на мысли, что этот случайный момент может стать началом чего-то особенного.

***

Учебный год пролетел совсем незаметно, как и три месяца каникул, завтра в Алфею должна поступить Блум, принцесса Домино, хранительница огня Дракона. Главная героиня мультсериала «Винкс», после появления которой и начался тотальный пиздец магического мира. То всякие малолетки недоучки армию Тьмы разбудили. Трикс ведь и правда всего лишь глупые маленькие девочки, не понимающие, что творят. Как только армию возродили, неизвестно. То какой-то Темный феникс, который больше похож на жаренную курочку, хочет мир уничтожить, то Валтор, великий демон, которого победили феи недоучки, Тьма, прости Господи, какой только бред не произошел после появления рыжеволосой принцессы. Но мне, в принципе, было пофиг на все, что произойдет после появления «земной» феи. Я до того момента планировала свалить далеко и надолго, желательно, куда-нибудь на Землю. Во всяком случае, мне было пофиг до тех пор, пока Фарагонда не отказалась подписывать мое заявление об увольнении. А у нас же контракт магический, если что. Просто так не свалишь. Когда я подала заявление месяц назад, директриса сказала, что сразу не подпишет его, потому что найти замену у нее пока возможности нет и «такого хорошего преподавателя, как ты, Зеро, найти довольно сложно». Бред в общем, полнейший. Я тогда знатно расстроилась, даже почти всплакнула. Но Фарагонда попросила подождать еще полгода. А там уже найдет замену или не найдет, все равно увольнительную подпишет. О своем желании уйти я никому не рассказывала. Стоило бы Палладиуму сказать конечно, но что-то во мне противилось этому. Мы начали неплохо так общаться на почве общих интересов. Он не был так помешан на книгах, как я, но читать тоже очень любил. Как выяснилось, литературные вкусы у нас с ним совпадали. Ну, почти. Но не могут же люди совпадать идеально. Кроме эльфа у меня друзей, если таковым его можно было считать, не было. С ученицами я дружбы не водила, с другими преподавателями в силу возраста отношения были просто ну... как с коллегами. Да и без того мне тяжело было близко общаться с людьми. И не только с людьми. А с Палладиумом все получилось само собой. Послышался настойчивый стук в дверь. Со стоном я отлепила себя от кровати, где лежала в позе звезды, и поплелась открывать. На пороге стоял Палладиум, его вытянутое лицо сияло приторной невинностью, а кончики ушей пылали таким густым румянцем, что, казалось, вот-вот задымятся. — Зеро, я, конечно, многое повидал, — выдавил он, уставившись куда-то за мое плечо. — Но мои нервы, увы, нет. Пожалей древнего эльфа, прикройся хоть туманом прошлого. — Пф, да расслабься, — фыркнула я, на ходу натягивая висевшее на вешалке домашнее платье, — там смотреть не на что. Тебе бы не на меня, а на свои уши взглянуть — они же сигналят, как маяки. Какая уж тут скромность? Палладиум для меня — подружка-недотрога. Ну не видит он во мне женщину, в конце концов. Серые мыши редко будоражат воображение шикарных эльфов. Это не скромность, а констатация факта. — Ошибаешься, — задумчиво протянул он и, словно ничего не произошло, проследовал на кухню. Палладиум освоился в моей квартире настолько, что чувствовал себя здесь как дома. Впрочем, я в его обиталище чувствовала себя не менее вольготно. — М-м, яблочный дух витает в воздухе? — втянув носом воздух, эльф блаженно зажмурился. — Ага. Сегодня суббота, или ты забыл, что я специально для тебя по выходным превращаюсь в кондитера? — ехидно бросила я, плюхаясь за стол. На нем уже стояла моя любимая кружка, наполненная чаем, который Палладиум налил с трогательной заботой. — Божественно, — промычал он, отправляя в рот половинку куска шарлотки. — Она слегка подгорела. Главное — не подавись восторгом, — сказала я, делая глоток. — Кстати, что там у тебя стряслось с теми... специалистами? Ривен и Скай, кажется? Ничего из твоего сообщения не понял, — спросил эльф, отламывая еще один кусок. — Ой, да ничего особенного. Ривен меня в прошлом году подвез, я вообще про это сто раз забыла, а вчера их в кафе встретила. Оказалось, мальчик проиграл желание Брендону и был обязан ко мне «подкатить», ну и подкатил. Буквально. — Хохотнула я и приложила ладонь ко лбу. — Оригинально, — хмыкнул Палладиум. — Вот именно. Да я бы предложение подвезти никогда за ухаживания не восприняла. И скажи на милость, как я могла бы понравиться кому-то вроде Ривена? У меня даже мыслей таких не водилось. — Ты себя недооцениваешь, — на этой фразе я громко фыркнула. — Я трезво оцениваю свои скромные возможности, мой дорогой друг, — улыбнулась я. — Эх, — обреченно выдохнул блондин. — Ладно, тему закрываем, тебя не переубедить. Кстати, ты в Магиксе-то что забыла? — спросил эльф, сменив тему. О, сейчас начнется восстание его изысканного вкуса восставал моего гардероба. Несмотря на мягкий характер, при виде моих серых балахонов он превращался в капризную диву из мелодрамы. — Купила. Симпатичную водолазку. И да, она не серая! — опередила его я. А ведь в сером нет ничего плохо. Эльфу просто зеленый больше нравится. Но не могу же я вся быть зеленая. Волос и глаз вполне достаточно. А то буду как кикимора какая. — Показывай, — оживился эльф. Не говоря ни слова, я направилась в комнату. Палладиум последовал за мной, устроился на краю кровати и смотрел с видом строгого критика. Я стянула платье — стесняться его было так же глупо, как стесняться собственной тени. Натянула обтягивающую синюю водолазку и повернулась к нему. — Ну, как? — покрутилась я перед зеркалом. — Идет... — он прищурился. — Но с чем ты будешь это носить? Хм, а правда, с чем? Развернувшись к шкафу, я попыталась откопать в его недрах черные штаны, но споткнулась о собственные ноги и рухнула прямиком на эльфа. И вот я уже лежала на нем, вжавшись в его мощную грудь. Поменьше клише в мою жизнь, вселенная. Руки уперлись по бокам от его головы, а ладони эльфа обхватили мою талию. Идеальное падение в стиле Зеро. — Блин, извини, — попыталась я подняться, но, сделав неловкое движение, шлепнулась обратно, уткнувшись носом в его ключицу. — Я поражаюсь твоей грации, — усмехнулся он, и его дыхание коснулось моей макушки. Ситуация вышла неловкой — мы оказались слишком близко друг к другу. — Извини, — пробормотала я, пытаясь встать. — Ничего, — улыбнулся он, придерживая меня. — Просто будь осторожнее. — Палладиум, у тебя есть девушка? — решила сменить тему я, наконец скатившись с него. — Не с ученицами же мне романы крутить, — спокойно ответил он, делая вид, что ничего не произошло. Ладно, проигнорирую. Наверное, у него просто слишком давно никого не было. — А что, среди учениц много симпатичных и умных. Почему бы и нет? — Мое сердце занято одной особой. Которая, в силу своей невероятной проницательности, этого не замечает, — покачал головой эльф. Ого. Значит, влюблен. Интересно, в кого? Узнаю — вправлю этой недотёпе мозги. Мой друг заслуживает счастья. Когда пришло время прощаться, эльф заметно торопился. Его поведение казалось странным, но я списала это на усталость. — Думаю, она просто не замечает твоих знаков внимания, — заметила я на прощание. — Да, — вздохнул Палладиум. — Но я надеюсь, что однажды она поймет. До встречи, Зеро, — тепло улыбнулся он. Закрыв дверь, я еще долго стояла, размышляя над произошедшим. В голове крутились мысли о Палладиуме, его скрытой влюбленности и о том, как сложно порой бывает признаться в своих чувствах. Завтра предстоял тяжелый день, но сейчас я была слишком занята догадками о том, кто же нравится эльфу.

***

Я устало прикрыла глаза, вот и закончился первый день учебы фей. С членами клуба Винкс познакомиться не получилось, потому что занятия по истории магических измерений у них начнутся только через месяц после начала обучения. Слава Тьме, что я ни с кем из них не столкнулась в коридоре, надеюсь, что и дальше контактировать с ними не придется. Сейчас я сидела на скамейке, в ожидании автобуса, на котором я смогу добраться до Красного Фонтана, урок в школе специалистов никто не отменял. Эх, а если бы я смогла уволиться из Алфеи, то сейчас спокойно бы дошла до аудитории из преподавательских покоев. Но, не судьба.

***

Прошло две недели с начала учебного года, и я по-прежнему умудрялась избегать встреч с Винкс даже в школьных коридорах. Это казалось почти невероятным, но я предпочитала не забивать голову лишними размышлениями — чем меньше контактов, тем лучше. Завтра планировалась вылазка учениц на Грязевые болота под руководством Палладиума. Я решила присоединиться к группе — побывать там вживую было интересно, а в одиночку я бы ни за что не рискнула отправиться из-за своего топографического кретинизма. Моя магическая способность — магия Истины — была непригодной для поля. В отличие от фей, чьи силы были направлены на защиту или атаку, я могла лишь распознавать правду и при должно старании выудить у человека то, что он и сам не помнит. Но и только. А все мои обширные знания из прошлой жизни хоть и были бесценны, но не давали мне никаких боевых преимуществ. Во всяком случае, от тролля в случае чего мне поможет только Великий дракон. В отличие от пришибленной Блум, я ореолом главной героини не страдаю. Принцесса Домино воплощала собой образ классической героини, в то время как я в этой магической драме играла роль наблюдателя, который предпочитает держаться в тени. Будем честными. Я даже не могу активно вмешиваться в события — силенок не хватает. И все, что остается — держаться в стороне, подальше от эпицентра событий. Одно хорошо, сейчас можно немного расслабиться — основные неприятности должны начаться только к концу учебного года. Еще есть время, чтобы придумать план отступления. Единственный плюс моего положения — возможность легко найти новое место, где мои способности будут востребованы. Должны же быть хоть какие-то привилегии у ходячего детектора лжи.

***

Грязь на Болотах была не просто грязью. Она обладала собственной жизнью, намерением и цепкостью. Сто процентов так и было, да. Отскребая ком серой, вонючей жижи от бедра, я мысленно благодарила себя за старые штаны и выцветшую футболку — вещи, которым уже давно было плевать на свою судьбу. Палладиум, шедший впереди, обернулся. Его взгляд скользнул по моей фигуре, на секунду задержался на тонкой ткани, прилипшей к мокрому боку, и снова вернулся к моему лицу. Ни одна мышца на его лице не дрогнула, но я почувствовала знакомое напряжение. — А я говорил тебе надеть что-то более подходящее, — его голос был ровным, без возмущения. — Это и есть самое подходящее, — парировала я, отдирая очередной пласт грязи. — Его не жалко. В отличие от твоего безупречного плаща. Он не удостоил это ответом, просто развернулся и пошел дальше, его осанка была воплощением тысячелетней эльфийской грации на фоне хлюпающего безобразия. Я, спотыкаясь, поплелась следом. Мы вышли на каменный уступ, где грязь сменялась сырым, но твердым камнем. Палладиум остановился, глядя на очередное болотце. — Подожди здесь, — попросил он. — На границе барьера что-то происходит. Он сделал шаг, но затем замер и обернулся. В его глазах плескалось что-то непривычное — не гнев, а скорее… внутренняя борьба. Он подошел ко мне. — Зеро, — он произнес мое имя тихо, и в его устах оно звучало как заклинание. — Что? — спросила я, чувствуя, как под его взглядом по коже бегут мурашки. — Эта футболка, — он начал и тут же замолчал, сжав губы. — Дело не в ней. И вообще не в том, как ты одеваешься. — Тогда в чем? — и правда, в чем же? Он провел рукой по волосам, редкий жест раздражения для всегда спокойного эльфа. — Твое показательное пренебрежение к себе… даже то, что ты носишь и как разговариваешь. Это все показывает, как ты к себе относишься. Ты... молода, и в твоей юной голове не должно быть таких мыслей. Не смотри на меня так. Я давно это хотел сказать. Я отшатнулась, словно он ударил меня. Дракон, снизьте концентрацию пафоса, пожалуйста. — Это просто футболка, Палладиум! — выдохнула я, но в моем голосе уже не было прежней уверенности. — У меня нет причин носить что-то иное. Моя одежда не имеет отношения к тому, как я себя чувствую, — я указала на свои испачканные штаны. — Ты ошибаешься, — его голос снова стал тихим, но твердым. — Ты прячешься. От всех. И я вижу человека, который отказывается видеть собственную ценность. Который прячет свою силу, свой ум и свое… — он запнулся. Он сделал шаг ближе, но не для того, чтобы вторгнуться в мое пространство, а чтобы его слова дошли до цели. — Ты думаешь, я, проживший столько лет, не различаю подлинное от фальшивого? Вокруг меня слишком много ненастоящего. А ты… ты единственное реальное за последние десятилетия. И когда ты так небрежно обращаешься с этой реальностью, мне хочется не кричать, а… — он не закончил, просто смотрел на меня, и в его зеленоватых глазах я наконец-то увидела не древнего эльфа, не хранителя знаний, а просто — человека. Уставшего и одинокого. — Ты не можешь... — запнулась я, это была мольба, — посмотри на себя. А потом на меня. Это… это нелогично. — С твоей ограниченной, человеческой логикой — да, — в его голосе прозвучала слабая усмешка, — но я не человек, Зеро. И мои чувства не подчиняются твоей арифметике самоуничижения. Он не стал целовать меня. Он просто протянул руку и очень осторожно, почти не касаясь, провел кончиками пальцев по моей щеке. Этот легкий, почти невесомый жест был сильнее любого страстного поцелуя. В нем была нежность, которую я не могла вообразить. Я замерла, чувствуя, как внутри что-то рушиться. — Я не знаю, что сказать, — призналась я, и голос мой дрогнул. — Тогда не говори ничего, — ответил он. — Просто смотри на меня. Он опустил руку и отвернулся. — Телепортирую тебя к Алфее. Позаботься о себе. А потом он ушел, растворившись в тумане, оставив меня одну у ворот. Впервые за долгое время мне захотелось последовать чьему-то совету. Потому что что делать, если тебе признался краш твоего детства — я не знала. Гайд по этому вопросу вселенная как-то не предусмотрела.

***

День пятый. Выходные, взятые у Фарагонды под предлогом «накопленной усталости», подходили к концу, а вместе с ними и моя способность к бегству. Я не ревела. Слезы требовали энергии, а у меня ее хватало лишь на то, чтобы лежать на диване и смотреть в потолок, заедая онемение уже кажущееся безвкусным мороженым. Идеальный мужчина. Вот ведь ирония. Вместо того чтобы схватить его за полу исчезающего в тумане плаща, я предпочла паническое отступление. Логика была железной: зачем начинать то, что гарантированно закончится болью? Он – бессмертный эльф, я — фея с сомнительными перспективами. Любой математик подтвердил бы мой расчет. Но почему-то эта безупречная арифметика самоуничижения теперь казалась пустой. Я не чувствовала триумфа от своей «продуманности». Только тяжелую, гулкую пустоту в груди и стыд за свою трусость. Утром снова приходил Палладиум. Слышала его шаги, замершие у двери, и сжалась в комок, затаив дыхание. Он не стучал, не требовал. Простоял несколько минут в тишине – и ушел. И от этого, черт побери, было только хуже. Крики и упреки я могла бы пережить. А это молчаливое ожидание... оно заставляло чувствовать себя последней дурой, которая сама выкопала яму и с размаху в нее прыгнула. Я с силой провела ладонями по лицу. Хватит. Пора возвращаться к жизни, в которой нет места для эльфов с их вечными чаями и взглядами, видящими тебя насквозь.

***

Прошло несколько месяцев с того дня на болотах. Я нашла самый эффективный способ избегать Палладиума: плотное расписание, занятия в Красном Фонтане и отработки с отстающими феями. Мы превратились в мастеров ритуального танца «коллеги, которые случайно не пересекаются». Его попытки поговорить стали редкими и почти церемонными — видимо, вежливость эльфа взяла верх над упрямством мужчины. И это к лучшему. Моя реакция — не каприз и не игра. Это вопрос выживания. Желание быть с ним было невыносимым, но страх был сильнее. Принц из сказки посмотрела не то что на Золушку. На читательницу «Золушки». На самом деле, я не боялась будущей боли расставания. Я боялась себя — своей неуверенности, своей вечной готовности к предательству, своего нынешнего характера, который превратил бы любой наш роман в медленное самоуничтожение. Я бы изводила и себя, и его сомнениями, ожидая, когда же он наконец одумается. Лучше так. Мы оба взрослые люди, а не персонажами сказки. В сказках принц замечает Золушку за ее доброе сердце. В реальности — за внешность, харизму или статус. У меня нет ни того, ни другого, ни третьего. Палладиум — существо из иного мира, и его внезапный интерес кажется аномалией, ошибкой, которая неминуемо должна быть исправлена. Поэтому единственный логичный выход — побег. Но Фарагонда, к моему разочарованию, так и не нашла замену. Проклятый магический контракт висит надо мной дамокловым мечом, превращая жизнь в ожидание конца учебного года и наблюдаемый крах. Но, если быть честной, если бы я правда так сильно хотела сбежать — сбежала бы. Наблюдая за клубом Винкс, с каждым днем все больше убеждалаюсь в неизбежном провале. Если Трикс хоть наполовину так сильны, как в сериале, они разнесут этих девочек за пять минут. Из всей компании прогрессирует лишь Текна, но ее жажда знаний часто опережает способность эту информацию фильтровать. Шансов против вышколенных, безжалостных ведьм у них никаких. Просто прекрасно. — Профессор Зеро, вы не могли бы объяснить? Я не совсем понял, что стало спусковым крючком для этой войны. Голос Брендона за спиной заставил вздрогнуть. Стул подо мной опасно качнулся, но падения не последовало — парень вовремя придержал спинку. — Брендон, предупреждай, когда подходишь сзади, — выдохнула я, разжимая непроизвольно сжавшиеся кулаки, нервы были ни к черту. — Виноват, профессор, — смутился парень. — Ничего. Садись, — кивнула на стул у стола, оставшийся после зачета, — объясни, что именно непонятно. — Ну... — Брендон сел, сосредоточенно хмуря лоб, — я не понимаю логики. Два народа, столетия в союзе, и вдруг — такая бойня. Формальные причины в учебнике выглядят натянутыми. Вот это неожиданно. Кто-то кроме Тимми умеет читать. Чудеса. — Официальная версия — это всегда компромисс, — сказала я, — есть и другая, которую не вносят в учебники. Война началась из-за глупости двух мужчин, не сумевших справиться с собственным тщеславием. Короли Хоггара и Эсперо положили глаз на одну и ту же женщину — ведьму иллюзий по имени Эрис. Брендон скептически поднял бровь. — Смешно, правда? — я усмехнулась, — ирония в том, что ведьма обоим отказала. У нее уже был возлюбленный, и она ждала от него ребенка. Короли устроили бойню за призрачную благосклонность. — И что с ней стало? С Эрис? — А ничего. Живет-поживает на Мелодии, прикидывается милой старушкой. Ее возлюбленный, кстати, тоже жив-здоров. Он, между прочим, светлый маг. — Хорошо устроилась, — заметил Брендон, и его взгляд задержался на моей кружке с кофе, — и из-за такой ерунды погибли тысячи... — Такова природа власти. Часто она принадлежит всяким... кхм, — я заметила его взгляд. — Хочешь кофе? А то смотришь на мою кружку, как на спасательный круг. — Если можно, профессор! — он буквально просиял. Я налила ему кофе из термоса, который всегда брала с собой. — А почему не магией? — поинтересовался он, принимая чашку. — Потому что потому, — пожала плечами я. Брендон на секунду замолчал. — Профессор, а вы не в курсе... Стелла ко мне как относится? — выдохнул он наконец свою главную мысль. Так вот в чем дело. Я улыбнулась. — В курсе. Можешь расслабиться, она от тебя без ума. — Спасибо, профессор! — просиял он. — Всегда пожалуйста, — хмыкнула. Нашел у кого спросить. Ну, по крайней мере, чья-то любовная история сегодня имела шанс на счастливый конец.

***

— Зеро, берегись! Голос Палладиума прорвался сквозь грохот битвы, но было уже поздно. Я застыла на месте, глядя, как огромная тварь, похожая на оживший обломок скалы, нависает надо мной. Мыслей не было — только животный ужас, сковывающий конечности. Вот так и закончится все? Из-за какого-то случайного монстра в конце первого сезона? Я зажмурилась, ожидая удара. Но вместо него пространство передо мной вспыхнуло ослепительным лучом. Когда я снова открыла глаза, на месте чудовища дымилась груда пепла. Я обернулась и увидела Брендона, который, стоя у стены, опускал дымящийся гаджет. Он коротко кивнул мне. Я подняла руку в благодарственном жесте, но мой взгляд уже искал другого. Палладиум был возле меня за несколько секунд. Его лицо было искажено паникой. Без лишних слов он подхватил меня под колени и быстрым шагом понес в сторону арки. — Что ты здесь делаешь? — его голос был резким, пока он на ходу осматривал меня, проверяя на раны. — Преподавательское крыло обрушилось, — выдохнула я, все еще не в силах полностью прийти в себя. — Я едва успела выбраться. Он не ответил, просто на мгновение прижал меня к себе так сильно, что у меня перехватило дыхание. — Я думал... я видел, как оно на тебя надвигалось, — он прошептал это прямо в мои волосы, и его руки дрожали. Я инстинктивно обняла его в ответ, чувствуя, как что-то внутри ломается. Восемь месяцев избеганий, гордыни и страха — и все это рухнуло в одно мгновение, под аккомпанемент далекой битвы. Осознание накатило волной: я могла умереть. Сейчас. Так и не сказав ему самого главного. Так и не признавшись, что все это время была просто напугана. — Я люблю тебя, — прошептала я, уткнувшись лицом в его плечо. Он замер, а затем медленно отстранился, заставляя меня встретиться с его взглядом. Его глаза были полны недоверия и надежды. Ну еще бы. — Правда? — его голос сорвался на хрип. — Да, — я сглотнула, набираясь смелости. — Правда. Я... просто слишком боялась. Он не стал ничего говорить. Его губы нашли мои — нежно, почти несмело, как бы проверяя, не исчезну ли я. А потом поцелуй стал глубже, отчаяннее, в нем был весь страх только что пережитого ужаса и ярость от мысли о возможной потере. Я вцепилась пальцами в его волосы, отвечая с той же жаждой, а его руки прижимали меня к себе так крепко, словно он пытался вобрать меня в себя. Мы разомкнули объятия одновременно, запыхавшиеся, с разгоряченными щеками. Реальность в лице далеких криков и взрывов напомнила о себе. — Зеро, — он прошептал, прижимая лоб к моей груди, и его плечи на мгновение обмякли. Я провела рукой по его затылку, чувствуя, как дрожь постепенно покидает его тело. — Нужно возвращаться, — тихо сказала я. — И я вернусь. Но только я. Ты же пойдешь в укрытие, — он поднял голову, и в его глазах снова появилась привычная твердость, — менталистам нечего делать там. Я кивнула, без возражений. В этой битве мое место точно в тылу. И сейчас, когда между нами наконец-то не осталось недоговоренностей, у меня появилась еще одна причина беречь себя. — Будь осторожен, — сказала я, поднимаясь на ноги. Он встал вместе со мной, на прощание крепко сжав мою руку и на мгновение прикоснувшись губами к виску. — Обещай, что будешь ждать. — Обещаю, — ответила я, и он, кивнув, развернулся и побежал обратно к эпицентру хаоса. Я же, все еще чувствуя на губах вкус его поцелуя, направилась вглубь школы.

***

Я устало прикрыла глаза. Заседание совета длилось уже шесть часов, и воздух в зале был густым от лжи, лукавства и попыток самооправдания. Это было настоящей пыткой. Каждое приукрашенное слово, каждое «я полагаю» вместо «я знаю» и «возможно, они не хотели» отзывалось в висках тупой болью. Фарагонда и Гриффин, две сильнейшие волшебницы измерения, вели дискуссию, но даже их речи были выверенными дипломатическими конструкциями. А я сидела здесь не по своей воле. Меня, как живой детектор лжи, притащили сюда для установления объективной картины. После того как один из чиновников министерства начал лгать о масштабах ущерба от атаки Трикс, Фарагонде пришлось раскрыть мою природу. Теперь на меня смотрели с любопытством, страхом и надеждой, что я вовремя пропущу чью-нибудь мелкую, но удобную ложь. В этот момент я почувствовала, что могу что-то изменить. Мир буквально дал мне все карты в руки. Я знаю будущее, но никому не могу об этом сказать. Не поверят. Но я также знаю, что есть здесь и сейчас. А здесь и сейчас три юные ведьмы, пойманные на месте преступления, не раскаивались. Я чувствовала это — их надменность, их уверенность в своей правоте была для меня оглушительной, как рев сирены. Они лгали, даже когда молчали. Их сожаления касались только того, что их поймали. Их планы на будущее были полны той же тьмы. И каждый в этом зале, кто предлагал дать им второй шанс, либо слепо верил в добро, либо лгал сам себе, и эта ложь обжигала мне душу. Было ли мне жаль их? Нет. Мне было противно. Противно от этой каши из оправданий, политической целесообразности и страха принять жестокое, но единственно верное решение. Они не видели того, что видела я — леденящую душу Истину: эти девочки были пустышками, одержимыми жаждой силы, и они бы не остановились. Я поднялась. Голова раскалывалась, но голос прозвучал чётко, разрезая гул в зале. — Их следует отправить туда, откуда они не смогут сбежать. Никогда. Все взгляды устремились на меня. Я не стала ждать и смотреть в их лживые, полные надежды лица. — Не мне выносить приговор, но вы спрашиваете моего мнения как феи Правды. Оно таково: их раскаяние фальшиво. Их слова о сожалении — ложь. Их намерения остаются прежними. Они не видят ничего плохого в том, что сделали, и считают гибель невинных допустимой платой за власть, — я перевела взгляд на Фарагонду, чье лицо исказилось от боли, — вы просите Истину. Вот она. Оставить им пути отступления — все равно что оставить зажженный фитиль рядом с бочкой пороха. В зале повисла тишина, на этот раз — искренняя, пронзительная. Без шепота и перешептываний. Лгать после моих слов стало бессмысленно. — Вы... — голос Фарагонды дрогнул, — вы не оставляете им шанса. — Они свой выбор уже сделали, — ответила я. Я не стала ждать вердикта. Моя работа здесь была закончена. Правда была высказана, и ее горькое послевкусие останется со мной надолго. Выйдя из зала, я прислонилась к прохладной стене, чувствуя, как с меня будто стекает грязь чужих грехов и самообмана. Это и была моя магия — видеть самое неприглядное нутро мира и не иметь права закрыть на это глаза.

***

Палладиум молча налил в стакан воды из кувшина и протянул мне. Его лицо было невозмутимо, но глаза цепко следили за каждой эмоцией на моем лице. — Выпей. Ты почти не спала всю ночь. Я машинально взяла стакан, пальцы дрожали. Вода оказалась прохладной и немного успокоила жар в горле. Я сделала несколько глотков, прежде чем найти в себе силы говорить. — Верным решением... — мои собственные слова прозвучали горькой насмешкой. — Знаешь, в чем главный парадокс моей силы? Я могу отличить правду от лжи. Но я не могу сказать, что из этого — лучше. Я знаю, что они не сожалеют. Но от этого не легче. От этого только противнее, потому что любое решение оказывается дерьмовым, просто с разных сторон. Я отставила стакан и подошла к окну. За стеклом бушевала настоящая, не метафорическая буря. Ливень хлестал по стеклам, ветер гнул вековые сосны. После душного зала суда, природа лила слезы по своим оступившимся дочерям. — Иногда мне кажется, что единственный способ сохранить рассудок — это сбежать от всего этого. Уехать на какую-нибудь заброшенную планету, где нет ни фей, ни ведьм, ни необходимости решать, что такое «справедливость» для тех, кто сам о ней не думал, — я произнесла это скорее в пространство, глядя на потоки воды, стекающие по стеклу. За моей спиной воцарилось молчание, настолько густое, что стало слышно тиканье часов в соседней комнате. Затем раздались мягкие шаги. Сильные руки легли на плечи, развернули меня от окна. В глазах Палладиума не было ни утешения, ни гнева. Было лишь ощутимое недовольство. — Сбежать? — его голос был тихим, — и когда ты планировала поделиться этим грандиозным планом, Зеро Лаватейн? В записке? «Уволилась, улетела, не ищи»? Я попыталась отстраниться, но его пальцы мягко, но цепко впились в плечи, не давая отступить. — Мы... я... — слова застряли в горле. Что я могла сказать? «Ты не так понял, не воспринимай это буквально»? Но ведь Палладиум все правильно понял. Когда только успел научится так хорошо меня «читать». Я закрыла глаза, позволив голове упасть ему на грудь. — Обсуждать это сейчас — бессмысленно, Палладиум. Я никуда не уехала. Он не ответил сразу. Я чувствовала, как бьется его сердце — ровно. — Это не обсуждение, Зеро. Это предупреждение, — он наклонился так, что его губы почти коснулись моего уха, — ты можешь делать все что угодно, но идея ретироваться в стиле «спасибо за все, я ушла в нирвану» — отныне вне закона. Мы вернемся к этому разговору. Без пафоса и истерик. Как взрослые люди. Поняла? Он не ждал ответа. Разжав руки, эльф отошел на шаг, его лицо снова застыло маской спокойствия. Буря за окном казалась теперь лишь слабым отголоском той, что только что пронеслась между нами.

***

Пару дней назад появилась Лейла, вышла из леса. Точно так же, как и в мультфильме. Отлично, здорово, просто супер, в кавычках, конечно же. Ее появление не сулит ничего хорошего, скоро объявится Даркар, Темный феникс. Я прикрыла глаза. Благо, что Трикс уже на Омеге.

***

— Профессор, с вами все в порядке? Я с трудом оторвала голову от прохладной столешницы. В аудитории не было никого, кроме меня и Блум, застывшей перед моим столом. — Да, мисс Блум. Просто мигрень. Вам что-нибудь нужно? — голос прозвучал хрипло. Шторм, бушевавший два дня подряд, очень давил на мозг. Обычные обезболивающие не помогали, но отсиживаться дома было нельзя. Накопилась гора проверочных работ, да и попробуй этим феям что-нибудь отменить. — Я хотела спросить про тот камень в озере. Вы ничего о нем не знаете? Камень. Создание темного Авалона. Фарагонда провела экстренный инструктаж для старшего преподавательского состава утром. Информация — строго конфиденциальна, пока не будет оценена угроза. Якобы. — Могу только настоятельно порекомендовать вам не приближаться к озеру. — Но... — Правила безопасности пишутся кровью. Не становитесь иллюстрацией к этому правилу. Ясно? Она насупилась, но кивнула. Добросовестная, но слишком любопытная для ее же блага. Впрочем, на таких мир и держится, да? — Вам точно не нужна помощь? Вы выглядите неважно. — Спасибо за заботу, но я справлюсь. Идите на урок. Она нехотя вышла. Я снова опустила голову на руки. Тишина в кабинете была единственным лекарством. Дверь открылась с резким скрипом, от которого я вздрогнула. На пороге стоял Палладиум. Он окинул меня одним быстрым, оценивающим взглядом. — Я только что видел мисс Блум. Она сообщила, что ты здесь умираешь. Зеро пять лет? Или, может, семь? — Она преувеличивает. Обычная головная боль, — я попыталась сесть ровнее, но мир поплыл. Эльф подошел ближе, его пальцы легли на мои виски, холодные, как всегда. На мгновение боль отступила — простой успокаивающий заклинательский жест, которому он научился, видя мои постоянные мигрени. — Твоя «обычная головная боль» выглядит как попытка провести сеанс телепатии со столом. У тебя лицо серое. Идешь домой сейчас. — Не могу. Через час урок у второкурсниц, а потом... — Отменим мы твой урок. Пошли. И спорить со мной не смей, Зеро Лаватейн. — Палладиум... — Вставай, или я пронесу тебя по всему коридору, и тогда слухов о наших отношениях станет еще больше. В голосе Палладиума послышались знакомые нотки раздражения. Он терпеть не мог мою склонность игнорировать собственное состояние. Я сдалась. Позволила ему помочь мне встать. Отношения с Палладиумом были странными. В том смысле, что иногда эльф начинал вести себя как... как эльф, которому триста с хвостиком. Было у него что-то общее с драконами. Они славились своими гиперопекающими замашками. И ревностью. Да. Вообще, конечно, наши с эльфом взаимоотношения были максимально здоровыми. Он меня слышал и слушал, я его — тоже. Но проскакивало у него иногда... «что-то». Это «что-то» было тенью его подлинной природы — не-человека, древнего существа, для которого я была не временной подругой, а явно надолго выбранной парой. Если не навсегда, о чем я даже думать боялась. В такие моменты внимание Палладиума напоминало то, как дракон оберегает свое сокровище, не позволяя никому к нему приблизиться. Но по извращенной логике моего исковерканного восприятия, мысль о том, что я кому-то настолько нужна, что меня готовы буквально в клетку посадить ради моего же блага, казалась не ужасающей, а успокаивающей. Впрочем, откуда ж мне знать, о чем на самом деле думает эльф. Уже брежу от жара.

***

Неся впереди себя внушительную стопку учебников, я полностью перекрыла себе обзор. Мысль идти в два захода показалась мне нерациональной — лучше уж один раз помучиться. Результат не заставил себя ждать: я с размаху врезалась во что-то твердое, и книги трагично разлетелись по полу. — Великий дракон, моя спина... — прошептала я, не поднимая глаз, и тут же принялась собирать фолианты, мысленно посылая проклятия тому, кто встал у меня на пути. Логика была железной: если я ничего не вижу, то и виноват тот, кто не удосужился меня обойти. — Прошу прощения, — раздался спокойный мужской голос где-то сбоку. — Угу, — буркнула я в пол, продолжая сгребать книги в кучу, помощь сейчас была бы кстати, но гордость и раздражение оказались сильнее. — Вам помочь? — настойчиво повторил он. Я наконец подняла голову, чтобы огрызнуться, и замерла. Передо мной стоял не Палладиум и не Уизгис. Смутно знакомые черты — Авалон. Ну конечно. — Не стоит, я справлюсь, — отрезала я, кое-как поднимаясь. — Вы тоже преподаватель? — поинтересовался мужчина, игнорируя мой отказ и подобрав пару оставшихся томов. —Да. Зеро, — коротко представилась я, пытаясь перераспределить тяжесть в руках и едва не роняя все обратно. Его руки молниеносно подхватили основную стопку, оставив мне лишь два нижних тома. — Авалон. Приятно познакомиться, профессор Зеро. Куда направляемся? Сопротивляться было бессмысленно. — На мой же урок. Кабинет вон там, — кивнула я в сторону двери, смиряясь с неизбежным. Пусть несет, раз так хочет. — Опаздываете? — в его голосе прозвучала легкая, незлобная насмешка. — Так вышло, — пожала я плечами, шагая рядом. — Какой предмет ведете? — Историю магических миров. А вы? — из вежливости задала встречный вопрос, хотя ответ уже был известен. — Магическую философию, — мы остановились у нужной двери. — Спасибо за помощь. До свидания, — сказала я, Авалон без возражений вернул мне книги, и я на мгновение встретилась с его изучающим взглядом. — Всегда к вашим услугам, профессор, — его прощальная улыбка показалась мне на удивление искренней.

***

— Ты ему нравишься, — уверенно заявила Стелла, отхлебывая чай из моей любимой кружки. Мы сидели на кухне в моей квартире. Палладиум вел последнюю пару, а у меня сегодня не было занятий. Стелла же «отрабатывала индивидуальный проект», что на ее языке всегда означало прогул. Я до сих пор не понимала, как наша трехчасовая болтовня скатилась к обсуждению Авалона. — Стелла, — вздохнула я, — твое романтическое воображение снова берет верх над логикой. Авалон — коллега. Он вежлив. Он задает вопросы о методиках преподавания. Это называется профессиональное общение, а не флирт. Наша странная дружба со Стеллой началась в тот момент, когда я застала ее одну в слезах после ссоры с Брендоном. Ей явно не хватало человека, который бы просто выслушал, не пытаясь что-то посоветовать. Все мы грешны этим по молодости. С тех пор девушка стала заходить чаще, видимо, находя в наших разговорах что-то, чего не хватало в ее обычном окружении. — Ой, Зеро, ты просто не хочешь видеть! — настаивала она. — Я вообще удивлена, как профессор Палладиум этого не заметил. Или заметил, но делает вид? — Палладиум не герой мелодрамы, чтобы устраивать сцены из ничего, — парировала я, зевая. — Ага, конечно, — Стелла фыркнула, — если бы не Брендон, я бы сама не отказалась от такого «ничего». Профессор Авалон выглядит... опытным. — Избавь меня Дракон от таких размышлений. Тема закрыта, — сказала я, не желая тратить силы на опровержение ее фантазий, — но и правда горяч. Да. — А шуму-то было, — хихикнула девушка, но тут же нахумрилась, — ты в последнее время какая-то... уставшая. Все в порядке? — Просто не выспалась, — уклончиво ответила я. — Нервы. Работа. Даркар, настоящий Авалон, вы. Стелла посмотрела на меня с пониманием, которого я от нее не ожидала. — Ладно, пойду я, а то скоро твой эльф вернется, — сказала она, вставая. Закрыв за феей дверь, я прислонилась к косяку. Как же хочется отвлечься от этого всего. Процесс готовки — отмерение муки, ритмичное помешивание теста — действовал медитативно. Я надела наушники, пытаясь заглушить собственные мысли. Щелчок замка прозвучал как раз тогда, когда я переворачивала последний, идеально румяный оладушек. Сняла наушники, но не обернулась, делая вид, что полностью поглощена процессом. Руки эльфа предсказуемо мягко легли на талию, а губы коснулись виска. — Привет, — сказал Палладиум, в голосе слышалась усталость. — Привет, — ответила я, наконец повернувшись к нему, — садись, почти готово. Он с неохотой отпустил меня и устроился за столом. Я поставила перед ним тарелку с оладьями и его личную кружку с уже остывшим до нужной температуры чаем. — Как уроки? — спросила я, садясь напротив. — Стабильно. Мисс Стеллы, кстати, не было. Где бы она могла быть? — с намеком произнес он. — У нас была консультация по проекту, — уклончиво ответила я, — девушка испытывает интерес к истории Эсперо. Палладиум хмыкнул, но не стал развивать тему.

***

— Зеро! Постой! Я обернулась. Стелла, запыхавшаяся и с растрепанными от бега волосами, догоняла меня в коридоре. — Что-то случилось? — спросила я, остановившись. Она, оглянувшись по сторонам, подошла вплотную и прошептала: — Это касается профессора Авалона. Я кивнула и жестом предложила следовать за мной в один из закрытых кабинетов для индивидуальных занятий. — Что вы на этот раз придумали? — спросила я, прикрыв за собой дверь. — Мы… то есть, мы думали проследить за ним, — видя мой скептический взгляд, девушка продолжила. — Он ведет себя подозрительно! Я вздохнула и села на край стола. — Стелла, ваш энтузиазм похвален, но направлен не туда. Авалон — не тот монстр из пророчества Текны. Но он и не тот, за кого себя выдает. — Откуда ты знаешь? — в ее голосе прозвучало сомнение, но уже не столь уверенное. — Я — фея Истины, — напомнила я ей, — я не могу прочитать его мысли, но я чувствую магию. И он пропитан темной магией насквозь. Это не просто след, это… фон, на котором существует его тело. Я удивлена, что Фарагонда этого не чувствует. Возможно, он использует очень сильные скрывающие чары. Фея смотрела на меня с широко раскрытыми глазами. — Я… я не понимаю, — растерянно призналась она. — Вы все просто ищете громкие заговоры и очевидное зло, а оно иногда приходит в форме учтивого профессора с хорошими манерами, который зло весьма посредственное. Слушай, — я посмотрела на нее прямо. — Не лезьте вы к нему. Только спровоцируете, кто знает, что он сделает, если почувствует угрозу. Лучше займитесь чем-то полезным. Поищите в архивах информацию о клонировании или переносе сознания. Это будет куда продуктивнее. Она молчала, обдумывая мои слова. Я видела, как в ее голове борются желание действовать и доверие к моему «профессиональному» мнению. — Хорошо, — наконец сказала она. — Я попробую отговорить девочек. Но, Зеро… когда все это закончится, ты мне расскажешь, как это все работает. — Когда все закончится, — уклончиво пообещала я.

***

Стелла каким-то образом смогла отговорить Винкс от идиотской идеи разоблачения профессора, и феечки всей компанией засели за книги. Увидев их всех скопом в библиотеке, я немного обалдела. Но это в какой-то мере порадовало, все-таки девочки перестали маяться ерундой и спасением всех и вся. А еще я заметила одну вещь, похоже, Авалон все же планирует похитить Блум, во всяком случае, все его приготовления говорят именно об этом. Но я препятствовать не собираюсь. Хранительница все равно неубиваемая.

***

М-да, без Трикс, которые сейчас благополучно отдыхают в вечном заточении на Омеге, Даркар просто не смог достать все части кодекса, но по какой-то причине все же реально решил похитить Блум с помощью Темного Авалона... Как я и ожидала, Винкс Блум спасли и Темного Феникса убили. Причем убили тем же способом, что и в сериале. История победы над Даркаром была до ужаса нелепой. Меня пробило на хи-хи, как вообще существо, которое подчинило трех Древних Ведьм и будет посильнее фей недоучек, помрет вот так. Но, в общем-то, ничего удивительного. Это же магический мир, здесь возможно все. Да и у Винкс есть Блум, сама хранительница Огня Дракона, победа им была обеспечена. Настоящего Авалона, кстати, спасли. Когда логово Даркара начало разрушаться, Блум какой-то своей, особой, чуйкой определила, что в подземельях остался живой человек. Ну, и, естественно, полетела его спасать. Этот Авалон, в отличии от каноного, решил остаться преподавать в Алфее. Больше Стелла, слава Дракону, никаких странных взглядов с его стороны, направленных на меня, не замечала. Видимо, то была прерогатива Темного клона. На секунду даже грустно стало.

***

В Алфее начались каникулы, а на Андросе — классический магический апокалипсис. Связь с измерением оборвалась, что в девяноста процентах случаев означало лишь одно: какой-нибудь древний артефакт треснул, выпустив на свободу нечто очень старое, очень злое и очень недовольное. Учитывая хронологию, ставлю на Валтора. Видимо, Айси таки набралась сил и устроила себе досрочное освобождение из ледяной тюрьмы. Эх, а я так надеялась, что у нас в запасе есть еще пару лет. Утро началось с того, что наша квартира была стремительно захвачена Стеллой. Блондинка, не церемонясь, ворвалась в спальню, стащила с нас одеяло и с воодушевлением сапера принялась за мой шкаф. — Это — нет, — заявила она, швыряя в сторону мою любишую футболку. — Это — тем более нет. Зеро, это вообще откуда? Кажется, оно застало коронацию моей прабабушки! Я в полусне лишь покорно кивала, пытаясь заварить кофе и лишь минут через десять осознала, что половина моего гардероба отправлена в небытие. Протестовать было бесполезно. Стелла, обладающая силой солнца и упрямством ишака, просто подхватила меня на руки и, бросив Палладиуму многообещающий взгляд, вынесла из квартиры. На подходе к автобусу в Магикс она уменьшила чемодан и на ходу сменила мой пижамный комплект на что-то презентабельное, после чего буквально втолкнула меня в салон прямиком к Блум. Я почти не сопротивлялась. Философски решив, что если Судьба решила свести меня с ума. Инцидент с Химерой нам удалось предотвратить — я просто вцепилась Стелле в рукав, когда та попыталась ринуться в погоню за ученицами Беты. Девушка надулась, но мгновенно оттаяла, стоило предложить ей полный карт-бланш на выбор моего бального наряда. Для нее мы нашли то самое ослепительно-розовое платье — оно Стелле, что уж там, шло. Платье для Блум искали дольше, и когда я увидела то самое, из своих воспоминаний, во мне что-то екнуло. Совпадения такого масштаба уже не радовали, а настораживали. Но я отогнала дурные мысли — этот мир и так регулярно подкидывал сюрпризы, отличающиеся от канона. Мое платье феи выбирали с особым рвением. Я же покорно примеряла все, что девушки мне подсовывали, и в итоге их дуэт выбрал очень даже симпатичный вариант. Теплый розовый цвет, струящаяся газовая юбка, шифоновый лиф с жемчужной вышивкой — выглядело это все так, словно одевали не меня, а какую-то куколку.

***

День бала Стелла начала с того, что подняла меня и Блум с первыми лучами солнца, требуя помощи. Я тут же отговорилась необходимостью «освоиться в географии дворца, чтобы не заблудиться по дороге в туалет». Мой топографический кретинизм был не притворным, так что часа три я вполне искренне бродила по бесконечным коридорам, изучая гобелены и портреты предков Стеллы. Бал начинался вечером, так что у меня был целый день, чтобы «заблудиться». Именно в тот момент, когда я разглядывала особенно уродливую вазу, я почувствовала на себе тяжелый, изучающий взгляд. Оборачиваться не хотелось. Очень не хотелось. Но инстинкт самосохранения пересилил. Медленно повернула голову. Валтор. Великий Дракон, ну конечно. Я тут же сделала вид, что меня поглотило созерцание безвкусного фарфора, но тут зазвонил телефон. Блум. — Алло, — проговорила я, вкладывая в голос всю возможную беззаботность. — Возвращайся. Стелла впала в истерику и требует твоего экспертного мнения по поводу оттенка помады, — устало сообщила Блум. — Скажи ей, что мое экспертное мнение заключается в том, что у нее отличный вкус, а у меня — его полное отсутствие. Пусть доверяет себе. — Если ты не придешь, у тебя станет на одну ученицу меньше. — Шантажистка, — вздохнула я, — как только найду кого-нибудь, кто укажет дорогу, так сразу. Я положила трубку, мысленно ругнувшись. План «потеряться до самого бала» рухнул. И тут я услышала его голос прямо у своего уха. Глубокий, бархатный и до смерти знакомый. — Простите за беспокойство. Тьма. Я медленно обернулась. Он стоял опасно близко. — Вы не подскажете, где можно найти графиню Кассандру? — спросил он с вежливой, почти невинной улыбкой. Внутри все сжалось в комок. Он мог все что угодно — убить, искалечить, поставить метку. Но, судя по всему, я выглядела настолько незначительной и безобидной, что великий демон счел меня недостойной внимания. Ура. — Боюсь, я не в курсе, — ответила я, стараясь, чтобы голос не дрогнул, — я сама гостья. — Жаль. Благодарю вас, — он кивнул и удалился тем же бесшумным шагом. Выдохнула, лишь когда он скрылся за поворотом. Фух. Пронесло. Надеюсь, наши пути больше не пересекутся. А если и пересекутся — пусть он продолжает считать меня частью интерьера.

***

— Нам нужно Зеркало Правды, — заявила я, глядя на Стеллу, прячущую свое заколдованное лицо под капюшоном. Девочки уставились на меня в непонимании. — Волшебное озеро в пещере за Барьерными горами, — пояснила я без лишних эмоций. — Снимает даже самые сильные темные чары. Находится под охраной ледяных духов, так что прогулка обещает быть веселой. — И... и это точно поможет? — голос Стеллы дрогнул, выдавая ее страх. — Это единственное, что гарантированно поможет, — сказала я твердо, устало потирая переносицу. — По крайней мере, в учебниках не зафиксировано ни одного случая провала. Если, конечно, доползти до него живым.

***

Валтор уже на Андросе. Скоро туда рванут Винкс. Им позволят это сделать. Совсем еще детям, которые жизни-то настоящей не знали до недавнего времени. Вчерашние дети на войне взрослых. Меня от этой мысли передернуло. Мыслей было так много, что единственно верным показалось рвануть через портал на окраину Магикса, отправив Палладиумму короткое «гуляю:)». Резко обернулась, почувствовав на себе тяжелый, изучающий взгляд. — Вы замерзли, — констатировал мужской голос. Передо мной стоял незнакомец. Высокий, темноволосый, с глазами цвета, да простят небеса мне этот пафос, льда. В них плескалось холодное любопытство, будто мужчина разглядывал лягушку. Я, в своих дурацких шортах, тонком плаще и с сигаретой в потенциально обмороженных пальцах, ей и выглядела. Молча отвернулась, уставившись в пока не замерзшую воду пруда. Сзади раздался короткий, насмешливый звук. На плечи с тяжестью упал чужой плащ. Интересно, все горячие мужики у одного парфюмера закупаются или что. — Вы потерялись? — снова спросил он. Идиотский вопрос. И тут по мозгам ударило осозание. Эти глаза. Я видела их однажды, на балу у Стеллы. Валтор. Ну надо же. Дернулась, обернулась — и оказалась носом к носу с его грудью. Он подошел бесшумно, как призрак. Демон, вернее. Сигарета выпала из онемевших пальцев. Я запрокинула голову, встретившись с ним взглядом. В Валторе не было злобы. Лишь хищный, почти научный интерес, с которым кот тыкает лапой в полуживую мышь. — Что вы делаете? — выдохнула я, пытаясь придать лицу как можно более глупое и непонимающее выражение. Демон не ответил. Его пальцы с неожиданной нежностью взяли меня за подбородок, заставляя держать голову прямо. Длинный острый ноготь медленно провел по щеке, от виска к скуле. Во рту пересохло. — Неудобно, — буркнула я, пытаясь вырваться, мои попытки выглядели жалко. — Что? — он приподнял бровь, явно не понимая. — Шея. Болит, — Великий Дракон, я жалуюсь на боль в шее великому демону, идеально. Он странно хмыкнул, отпустил мой подбородок, и в тот же миг пространство вокруг нас поплыло. Когда мир снова встал на место, мы были в пещере. Сырой, холодной, но явно обжитой. О Великий. Что ему от меня нужно? Я не героиня, не угроза. Я — никто. — Что вам нужно? — спросила я, глядя куда-то в сторону, на груду свитков в углу. — Вы замерзли, — повторил он и насточиво усадил меня в огромное кресло, сам устраиваясь напротив. Взгляд Валтора был все таким же — пристальным. Я невольно вжалась в кресло. — Не смотри на меня как на чудовище. Есть я тебя пока не собираюсь. — А как мне на вас смотреть? — голос дрогнул, — вы внезапно притащили меня сюда... — Забавная, — будто самому себе сказал он. И в следующее мгновение демон уже сидел рядом, на подлокотнике кресла, снова прикасаясь к моему лицу. Уже без личины. Тьма. Почему Валтор так чертовски красив. Не эльфийской красотой Палладиума, а чем-то дьявольским, но неуловимо на эльфа похожим. Нечеловеческая красота. Щеки запылали. Его горячая ладонь легла на мою щеку. Я, предательски неосозанно, прижалась к ней. — Можно мне домой? — спросила я, зажмурившись, как жалко, и глупо. — Ты же знаешь, кто я? — проигнорировал он мой вопрос, губы демона растянулись в ухмылке. — Мужчина с Солярии? — попыталась я блефовать. — Ты знала, кто я, еще тогда, — отрезал он, и игра была окончена. Внутри что-то оборвалось. Вся накопившаяся усталость, злость на разбитую кружку, на драку специалистов, на весь этот безумный мир — все это вырвалось наружу. К горлу подкатил ком, и по щекам потекли предательские, горячие слезы. Я беспомощно хлопнула ресницами, глядя на него распахнутыми, мокрыми глазами. На лице демона мелькнуло неподдельное, почти комическое изумление. — Вроде, я еще ничего не сделал, а ты уже плачешь? — он смахнул слезу с моей щеки, в этом движении была какая-то растерянная неловкость. — Кружка, — всхлипнула я, не в силах остановиться, — я разбила ее с утра. А потом эти феи... Специалисты опять подрались на моем уроке... А теперь ты... Я хлопнула ладонью по его руке, не в силах выразить все это иначе. И просто разрыдалась. Он рассмеялся. Не злобно, не цинично, а с искренним, пугающим весельем. — Смешно, да? — всхлипывала я, растирая слезы по лицу. — А мне нет! — Очаровательно, — проговорил он, едва сдерживая смех. — Просто очаровательно. Что с ним не так? Где тот манипулятивный, циничный ублюдок из сериала? Этот... этот был почти человечным. И от этого было еще страшнее. — Не понимаю, — вырвалось у меня, когда рыдания поутихли. — Не понимаю, зачем это все. Он перестал смеяться, его взгляд снова стал внимательным и пронзительным. — Ты стояла там. Одна. В снегу, полураздетая. Мне... стало интересно. И жалко. Его объяснение было таким простым и таким честным, что мой мозг отказался его обрабатывать. — Как так? — прошептала я в полном ступоре. — Это же бред... В кармане завибрировал телефон, оглушительно разрывая напряженную тишину. На экране — «Лесной принц». Палладиум сам так себя записал, в отсутствии самоиронии эльфа бы не получилось упрекнуть. Сердце упало куда-то в пятки. Судорожно вытащила телефон. — Зеро, все в порядке? Где ты? — его голос был напряженным, полным тревоги. Валтор наблюдал за этим с неподдельным интересом. — Я в Магиксе. Не волнуйся. Скоро вернусь, — приложила все силы, чтобы голос звучал спокойно, — хочу еще немного побыть одна. Из трубки донесся тяжелый, усталый вздох. — Надеюсь, ты не вернешься с воспалением легких. Будь осторожна. Я люблю тебя. Что-то острое и холодное кольнуло меня внутри. — Я тоже. Пока. Я положила трубку, не в силах смотреть на Валтора. — Твой возлюбленный? — спросил он, и в его голосе прозвучала легкая, язвительная нотка. — Ага... Возлюбленный, — выдавила я, и сама удивилась той пустоте, что отозвалась во мне в ответ на эти слова. Он заметил. Конечно, заметил. Его глаза сузились. — Зеро... — он медленно произнес мое имя, будто пробуя его на вкус. — Зеро, значит... Я не могла оторвать взгляда от его губ. Проклятая, нездоровая притягательность. — Что теперь будет? — спросила я, и это был самый важный вопрос. Он на мгновение задумался, а потом улыбнулся. Улыбкой, в которой не было ни капли тепла. — А что должно быть? Я телепортирую тебя к барьеру Алфеи, и ты будешь делать вид, что ничего не произошло. — Так просто? Но я ведь... угроза. Теоретически. — Так себе из тебя угроза, — демон посмотрел на меня так, будто видел насквозь. Мужчина снова положил руку мне на голову. Широкую, тяжелую руку, которая почти что... успокоила. — Поэтому ты жива. Я вздохнула, убрав его руку. Страх почти ушел, осталась лишь оглушающая усталость и какая-то иррациональная, нездоровая благодарность. — Мне пора. — Пора, — согласился демон. Мир снова поплыл. Мы оказались у самого барьера Алфеи. Снег все еще кружился в воздухе. — Мы еще встретимся? — вырвалось у меня, и я тут же похолодела от ужаса. Что я несу? Валтор усмехнулся, и на этот раз в его ухмылке было что-то почти... теплое. — Встретимся. Конечно, встретимся. Он плогладил меня по голове, но быстро убрал руку. Заставив меня разочарованно выдохнуть. — Беги. Твой эльф заждался. Кивнула, развернулась и сделала шаг к барьеру. Затем обернулась. Он стоял и смотрел. Я, сама не зная зачем, помахала ему рукой. Он в ответ качнул головой, мол, иди уже. Переступила барьер и скрылась в здании. Прислонилась к холодной стене и прижала ледяные ладони к пылающим щекам. Да. Я определенно окончательно сошла с ума. Определенно.

***

— Мы отправимся на Андрос, — заявила Стелла, врезаясь в мою комнату без стука, ее лицо было бледным, но решительным. Глупо было надеяться, что они придут к другому решению. — Хорошо, и я вас даже прикрою, но при условии, — девушка внимательно смотрит, продолжая напряженно сжимать кулаки, — я пойду с вами, и вы ко мне, как минимум, прислушиваетесь, договорились? — Да... но ты, — прерываю ожидаемый поток вопросов девушки, поднимая ладонь, Стелла послушно замолкает и растерянно кивает, на что раздается мой хмык. Стелла кивнула, слишком быстро. — Хорошо. Ждите меня в вашей квартире через пятнадцать минут. И да, я знаю про портал. Когда дверь закрылась за ней, я потерла виски. В воздухе запахло грозой. — Я все слышал, — тихий голос Палладиума прозвучал прямо за моей спиной. Я не обернулась. Его руки легли мне на плечи, тяжелые и теплые. — Суешься к дракону в пасть? Это не твоя война, Зеро. — Моя, теперь как никогда моя, — ответила я, глядя в стену, — сторонних наблюдателей здесь не будет. Только участники и жертвы. Он развернул меня к себе. Его лицо было напряженным. — Зачем тебе это? — Устала прятаться. Я могу им помочь и сделаю это. Так или иначе. Эльф изучающе всмотрелся в мое лицо. В его было... что-то. Палладиум молчал несколько секунд пальцы сжали мои плечи почти до боли. — Хорошо, — он выдохнул. — Но на моих условиях. Он отошел буквально на секунду и вернулся с простым серебряным браслетом. Вроде как серебряным. — Это обет. Брачный. Я застыла. Это было уже слишком. — Палладиум, сейчас не время для... — Это единственное время! — в его голосе был надрыв, эльф схватил мою руку, — я не могу отпустить тебя просто так. Этот браслет свяжет нас. Если ты будешь ранена — моя сила поддержит тебя. Если... если умрешь, я почувствую. Это не был красивый жест. Это был акт отчаяния. Готовности потерять. Я киваю, лишь бы убрать из глаз напротив это загнанное выражение. — Ты понимаешь, на что соглашаешься? — взгляд эльфа посуровел, — это навсегда. Я смотрела на его руку, сжимающую мое запястье. На браслет, который выглядел как кандалы. И понимала его желание сделать хоть что-то. Это было ужасное решение. Но в мире, где вот-вот может рухнуть небо, оно казалось единственно верным. — Давай, — прошептала я. Мы не стали произносить торжественных клятв. Эльф просто надел браслет на мое запястье. По руке пробежала легкая волна тепла, и на секунде показалось, что я чувствую его сердцебиение. — Мы еще поговорим об этом, — сказала, разглядывая след буквально «вплавившегося» в кожу браслета. — Когда вернешься, — он не улыбался. — Теперь ты часть меня. Не заставляй меня идти за тобой на Андрос и устраивать сцену. Я кивнула, слишком ошеломленная, чтобы говорить. Палладиум протянул мне уже собранную сумку. — Винкс заждались. Я взяла сумку и, уже выходя, обернулась. — Палладиум. — Да? — Если Гризельда спросит, я у тебя. Готовлюсь к семинару. Его губы дрогнули в улыбке. — Ложь от феи Истины. Мне должно быть лестно. — Так и есть. Вышла в коридор, чувствуя вес на запястье, хотя на коже остался только рисунок. Это не было гарантией счастливого конца. Это было напоминанием: теперь за моей жизнью стоит другая. И умирать стало гораздо сложнее. Считаю до восьми, выдыхаю. Ну, дракон мне в помощь. Лишь бы Трикс не заметили.

***

Холодный ветер разгоняет грязные волны, что с высокими брызгами бьются об острые скалы, непоколебимо стоящие под напором страшной стихии. Грязно-серое небо будто застыло. Этот мир не просто умирал — он разлагался заживо. Без русалок, поддерживающих баланс, Андрос обречен. Я закурила, плотнее закутавшись в плед. Девочки парили над водой, с опасением посматривая вокруг. Картина воистину страшная, передергиваю плечами, в мультсериале все не выглядело таким жутким. — Девочки, — позвала я, и шесть пар глаз устремились на меня, — держитесь выше. Как можно выше. Краем глаза заметила темное пятно в воде у самого уступа. Инстинктивно отпрыгнула назад, как раз в тот момент, когда из воды вырвалось нечто. Не русалка — изуродованная пародия на нее. Сигарета выпала из пальцев. — Тьма, — выдохнула я. — Мы должны им помочь! — голос Блум дрожал на границе с истерикой. — Поможете, — сказала я уверенно, закуривая новую, — но не в одиночку. Попробуйте конвергенцию. Все вместе. Потоки их магии слились в один и ударили по покалеченному существу. Проклятие отступило почти мгновенно — сил шести фей, даже неопытных, оказалась достаточно. Щелчком расправилась с окурком и активировала превращение. Вообще, после энчантикса есть еще ряд превращений, но они выступают обычными усилителями и за полное превращение не считаются, поэтому энчантикс называют условно последней ступенью могущества фей, да и последующие превращения получали единицы, а из ныне живущих вообще только Фарагонда дошла до точки, когда весь резерв заклинаний можно использовать без крыльев. А я вот как получила энчантикс в юности, так в нем и останусь. Меня еще в прошлой жизни прикалывали развратные костюмчики фей, так вот, в жизни они, о великий дракон, реально такие. И меня это стороной не обошло, ну еще бы. Изящные витые полупрозрачные крылья светло-зеленого цвета, юбка и топ с ярко-золотыми лентами с изящным кружевом, такие же золотые ленты вокруг запястий и лодыжек, а еще волосы, ставшие длиной буквально до щиколоток, что меня в первые годы ужасало, впрочем, слава всему, что превращаюсь я редко, ибо без надобности, так как из полезного только пыльца. Пока Винкс увлеченно обсуждали успешную конвергенцию, подлетела к ним. — А теперь, девочки, слушайте меня внимательно и смотрите не отрываясь: во-первых, как вам говорила Фарагонда, после получения энчантикса вам открываются новые возможности, ого-го-го какие силы и бла-бла-бла-бла,но, как мы знаем, атаки у всех разные, но кое-что общее у этого превращения есть, и это пыльца, которая снимает почти любые проклятия, но сразу скажу, об исключениях вам знать не обязательно, по крайней мере пока, так что, да, если кто-то из вас получит новое превращение, вы сможете на раз-два снять проклятие, например, с русалок точно, показываю. Заметив парочку злобно шипящих в нашу сторону русалок, тут же призываю волшебную пыль, как звучит-то, обращая действие проклятия, через несколько секунд на нас пяляться две красотки с испуганными глазами, машу им в сторону корабля с военными Андроса — Во-вторых, девочки, вот сейчас реально вам стоит меня послушать. Наша задача сейчас — проклятие русалок и эвакуация оставшихся жителей. Не Валтор. Он — демон, который старше вас не на, а в, и это в очень большое число, он гораздо сильнее, умнее, опытнее. Ваша задача — не геройствовать, а выжить, — на секунду замолкаю, переводя дух. — Но мы же прибыли сюда бороться с ним, — вставляет Лейла. — Принцесса, я уже сказала, почему от него нужно держаться подальше, и ты не сделаешь себе славы, если умрешь вот так. Мы здесь, чтобы решить проблему с порталом в Омегу и проклятием русалок. Если встретите его — ваша единственная задача будет бежать. Он не станет тратить силы на уничтожение мух, но если муха будет лезть ему в глаза, он ее прихлопнет. Поняли? — Давно не виделись, девочки, — раздался сзади знакомый голос. Я резко обернулась. Дарси. Ну конечно. — Профессор, улетайте! — крикнула Флора, отражая атаку. Резко приземляюсь за валуны и деактивирую превращение. Остается только ждать. — Вот мы и встретились, — мужской голос прозвучал прямо у меня над ухом. Дергаюсь, и, потеряв равновесие на мокрых камнях, почти падаю, но сильная рука подхватывает меня за локоть, грубо поставив на ноги. Что здесь делает демон, вроде же Хранительницу Огня выжидать должен, загадка. — Неожиданно, — бормочу я, чувствуя, как холодеют пальцы. — У тебя странная привычка одеваться не по погоде, Зеро, — совершенно обыденным тоном произносит Валтор, накидывая на мои плечи плащ. Пожимаю плечами, кутаясь в теплую ткань, и замечаю, как он создает маскировочное поле. — Между прочим, в нашу первую встречу я была одета вполне соответствующе, — возражаю, удивляясь собственному спокойствию, видимо, тот факт, что демон оказал мне поддержку в критической ситуации, притупляет чувство опасности. — О, так ты все-таки помнишь нашу первую встречу, — ухмыляется Валтор, создавая лавочку, мало кто способен на такую трансфигурацию. Сажусь, наблюдая, как он присаживается рядом. Его аура давит, но в то же время успокаивает. — Твою ауру невозможно забыть, — говорю я, глядя куда-то мимо него. — Даже сквозь чары я чувствую ее. — Ты слишком восприимчива, — пожимает он плечами, — для большинства я выгляжу обычным середнячком. Вдалеке гремит битва между Трикс и Винкс. Демон явно прислушивается к ней. — Ты осознаешь свое положение? — наконец спрашивает он, поворачиваясь ко мне, во взгляде нет угрозы, только усталость. Выдыхаю. Смотрю на свою руку, где под тканью скрывается вязь. — Я... Его взгляд задерживается на моем запястье. — Непредвиденный фактор. Но мне интересно. — И? — спрашиваю, не понимая, к чему ведет демон. — Мне стоит тебя убить, — произносит он буднично, я вздрагиваю. Он пододвигается ближе. Я не двигаюсь с места — бежать бесполезно. — Я не убью тебя, — продолжает он, и в его глазах мелькает что-то похожее на сожаление, — не хочу. Но я не могу позволить тебе остаться здесь. Его рука поднимается. Щелчок. — Это только начало, Зеро, — произносит он. Пространство искажается. Последнее, что я вижу перед тем, как тьма поглощает сознание, — его спокойное лицо. О Великий дракон. Нечто между нами было самым логичным и в то же время иррациональным, что этот мир мог преподнести мне. Между мной и Валтором было... было.

***

Комната, в которую нас перенес демон, разительно отличалась от пещеры нашего первого свидания. Ни тебе каменных стен, ни груды свитков. Вместо этого — просторное помещение, больше похожее на будуар какого-нибудь декадентского аристократа. Посередине возвышалась огромная кровать, застеленная черным атласом, на который так и тянуло прилечь. Окон не было видно. Я поежилась от сквозняка. Мы пересклись с демоном взглядами. Решив, что после всего случившегося имею на это право, я аккуратно взяла его лицо в ладони, заставляя наклониться. Валтор издал самодовольный смешок. — Уже не боишься? — спросил он, застыв в неудобной позе — Стоит? — парировала я, отпустив его и плюхнувшись на кровать. Скидываю кроссовки и кутаюсь в ткань, которую стянула с кровати. Сбоку кровать прогнулась под чужим весом. Валтор снова оказался неприлично близко. — Почему так? — прошептала я, пальцы демона легли на мою щеку. Тот посмотрел так, будто видит меня насквозь. — А ты не чувствуешь? — его голос прозвучал низко и бархатисто. — Мы... Истинные. Звучит противоестественно конечно. Меня пробирает истерический смех. Дракон побери, я на его мультяшную версию в прошлой жизни слюной пускала! А в этой меня угораздило оказаться его истинной. — И это из-за Истинности? — Тянуло бы тебя ко мне, будь иначе? — глаза демона смотрят внимательно, ответ ему явно важен. Хочется выкрикнуть «да!». Конечно же да. Покровительственное поведение Палладиума, эти поглаживания по голове — от всего этого у меня в душе что-то непотребное шевелилось. А у Валтора подобных приколов еще больше. Наверное, у меня и правда какой-то дэдди-кинк. Надеюсь, в моих глазах сейчас не читается весь этот позор. — Тянуло бы, — выдохнула я, и щеки мгновенно вспыхнули предательским румянцем, — ладно, «тянуло» — это мягко сказано. Лицо демона озарила торжествующая улыбка. — Вот ты и ответила на свой вопрос. Нас просто друг к другу. Кивнула, не решаясь спросить, а испытывал бы он что-то подобное не будь у нас такая хорошая магическая совместимость. Правда, Истинность как таковую в магическом мире считали чем-то больше, чем просто совместимлость магических потоков. Но звучит это все крайне сомнительно. Однако же игнорировать эту странную тягу получается хреново. И тут пришло осознание, что лицо демона стало еще ближе. Пока я растерянно хлопала ресницами, заливаясь краской с головы до пят, Валтор поцеловал меня. Стоило мне приоткрыть рот в ответ, как поцелуй стал глубже, настойчивее, требовательнее. Тепло разлилось по всему телу, сконцентрировавшись горячим комком внизу живота. А потом нас окатило волной ледяного ветра. Я резко оторвалась от демона, повернувшись на звук, и уперлась взглядом в Палладиума. На его обычно спокойном лице застыло... даже разобрать не смогла, какие эмоции отразились на лице эльфа. Но что-то явно недоброе. Перевела взгляд на Валтора. Тот уже стоял на ногах, зеркаля кровожадное выражение эльфа. Итог: они стоят по разные стороны кровати, а я сижу между ними, как приз за участие в самом сюрреалистическом конкурсе. — Кхм... Поговорим? — наконец не выдержала я, не сдержав истеричного смешка. — Что происходит? — голос Палладиума был холоднее льдов на Омега. — Ну... Нечто странное? — нервно дернула плечом, увидев приподнятую бровь эльфа и ехидный прищур демона, выдохнула, — ладно, по порядку. Палладиум, это Валтор. Валтор, это Палладиум, мой... муж. А, да. Мы с Валтором — Истинные. И да, я знала, что ты придешь. Вроде все, — выпалила я на одном дыхании. На лицах обоих мужчин отразилось неподдельное изумление. — Истинные? Ты знала? — спросили они в унисон, о, какая синхронность. Уголки моих губ дрогнули в улыбке. Ну с этим можно работать. — Да, Истинные. Ты же сам угрожал мне устроить сцену, вот я и ждала, — съехидничала я, наблюдая, как напряжение понемногу спадает. Теперь бы только выбраться из этой спальни — не самое подходящее место для выяснения отношений мирового масштаба. — Раз уж никто ни на кого не бросается, предлагаю продолжить в моем кабинете, — будто прочитав мои мысли, произнес Валтор. — Это временное перемирие, Валтор, — прошипел Палладиум, и я тут же подскочила, чтобы взять его под руку, стараясь успокоить.

***

Мне всегда казалось странным, почему именно Винкс отправляют в самое пекло. И ведь изначально понятно, что их чуть ли не в спины подталкивают на далеко не безопасные авантюры. Чего стоит вылазка феечек в Облачную Башню и это чертово «приключение» на Андрос, а уж чего стоят все эти умалчивания о силе и происхождении Блум, ведь Фарагонда точно не могла не знать про то, что Лейла не будет сидеть на месте, узнав об угрозе родной планете. А вылазка за зеркалом правды... да, с одной стороны — это я им о нем сообщила, но они бы в любом случае узнали, и им позволили туда отправиться, в магические горы, где легко можно умереть от птиц-хранителей, да просто заблудиться и умереть во льдах. Но их никто не остановил, а все эти барьеры и ограничения — это ни черта не реальные меры, а лишь их видимость. И вот на этом моменте у меня закралось сравнение с Дамблдором... А если Фарагонда не такая уж и добрая. Ведь все это правда напоминает какой-то фарс. Да еще и все так спокойно приняли факт того, что самого Темного Феникса победили феи-недоучки... интересно, и ни у кого из директоров других школ или тех же властей это вопросов не вызвало, получается. Да это даже в мыслях звучит бредово. Что-то пазл не складывается. Перевожу взгляд на Палладиума и Валтора, которые разговаривают, сидя в креслах напротив друг другаю На удивление мирно, но оно и к лучшему. Я же села на кресло-стул за столом вместе с ногами, решив пока не участвовать в беседе. Обсуждали мужчины важный вопрос, а что же нам делать дальше, собственно. Вообще, наверное, жить втроем, потому что с обоими неразрывная магическая связь и без них не получится... М-да. — Валтор, а что ты теперь планируешь делать? — с опаской спросила я, акцентируя внимание на слове «теперь», оба мужчины вопросительно на меня посмотрели, — в том смысле, а что ты вообще до этого хотел и будешь ли ты этого добиваться сейчас? Ведь его планы с Омегой и Трикс рухнули еще до начала, а с Даркаром мы разобрались без его участия. Что осталось? — А все зависит от тебя, Зеро, чего ты сама хочешь? — а, то есть мне карты в руки на правах предначертанной, ну хорошо. — То есть, если я предложу нам жить где-нибудь тихо-мирно, подальше от всего и от всех, ты согласишься? — внимательно смотрю за чужой реакцией, ожидая чего угодно, но не снисходительного кивка, перевожу взгляд на совершенно не удивленного эльфа. Я что, одна чего-то не понимаю, вопросительно вскидываю бровь в ответ на жест мага. — А чему ты так удивляешься? У меня есть ты, я вернул свои силы, мстить мне некому, все мои враги мертвы, до престарелой команды света мне все равно, поэтому да, я действительно могу просто жить вдали от всего с тобой, и да, с твоим мужем, но ты и сама понимаешь, почему против него я ничего не скажу, — спокойно поясняет маг, пока я немного в шоке, то есть у него нет никаких матримониальных планов и все вот так просто... Интересно. — Хорошо, ладно, да, я поняла, окей. Палладиум? — не совсем веря в то, что все так просто, спрашиваю мнение эльфа, который сейчас абсолютно спокоен. — Зеро, да у нас просто даже выхода нет, кроме как где-нибудь втроем затеряться и продолжать тихо жить, ты же и сама это понимаешь, верно? И я это понимаю, и со временем приму, потому что по-другому уже не получится просто, — говорит эльф, смотря мне прямо в глаза. Послушно киваю, задумчиво скользя взглядом по вспыхнувшей брачной метке. — А я так и не спросила, а у истинности есть какие-нибудь проявления, метка там, или что-то такое? В смысле, мы же это поняли, потому что брачная связь не взбунтовалась, а по-другому как? — действительно, не будь поцелуя на Андросе, сейчас бы я с Винкс королеву русалок спасала, о дракон, нужно будет связаться со Стеллой. — При встрече истинных появляется вязь, похожая на брачную, но она может оказаться на любой части тела, — в этот момент меня немного дергает, фантазии о любой части тела далеко не приличные, а если реально у кого-то такое было, подколочка от судьбы, кошмар. — Зеро, не озвучивай нам сейчас свои пошлые мысли, я по глазам вижу, что у тебя в голове, — прерывает мое хихиканье Палладиум, знакомый с моей манерой иногда говорить что-то такое, глупое и пошлое, но смешное же. — Эй, ничего я такого сейчас не подумала, или подумала, не смотри на меня так! — шутливо отвожу взгляд, тут же делая серьезное выражение лица, и вот уже очередь Валтора переглядываться смешливыми взглядами с Палладиумом, что-то быстро они поладили... — Вернемся к теме меток, у нас они не проявились, потому что я ни разу не предстал перед тобой в истинном облике, то есть не раскрыл свою магию полностью. При полноценном контакте наших сил появятся метки, у тебя, я так думаю, сплетется с брачной, — с задумчивостью проговорил демон, о как, стоп... истинный облик. — Хорошо, — односложно отвечаю, раздумывая над моментом, а когда же стоит это все провернуть. Палладиум меняет тему разговора, спрашивая, сегодня ли стоит подать заявление на увольнение: у нас уже есть легенда о том, что я забеременела и мы, узнав, сразу же поженились. Из-за нестабильной ситуации мы хотим отправиться в королевство эльфов из соображений безопасности, а так как сейчас введено чрезвычайное положение, препятствовать Фарагонда не сможет, надеюсь, это сработает.

***

Через пару часов разговоров Палладиум телепортировался решать вопрос с вещами и увольнением. Плюсом стоило уведомить Винкс о том, что меня якобы телепортнуло прямо к эльфу в руки с помощью брачной вязи из-за прямой угрозы, а он меня перенес сразу в свое семейное гнездо и мы вообще отчаливаем. Нужно будет обязательно связаться со Стеллой. По итогу, было принято решение, что завтра вечером Палладиум перенесется сюда, а потом уже мы затеряемся в горах Линфеи. Да, если ничего не случится, конечно. Тяжело вздыхаю, раздумывая над тем, а куда Валтор денет свои легионы и прочие «активы», но решила оставить эту головную боль ему. Я все еще сижу в кабинете Валтора, но уже в одном из кресел, где до этого сидели мужчины. Кружка с какао приятно греет руки, пламя свечей мягко освещает комнату. Маг сидит за столом, с внимательным видом изучая свитки. На часах уже полночь, наверное, стоит пойти спать — день оказался слишком насыщенным. Но для начала стоит кое-что сделать. Тихо встаю из кресла, ставлю очищенную магией кружку на низкий столик и подхожу к демону, который склонился над столом, что-то расписывая на до этого читаемом свитке. Осторожно обнимаю застывшего мага со спины, ласково проводя ладонями по широким плечам. Наклоняюсь, ставя подбородок на напрягшееся плечо. — Давай установим связь? — осторожно спрашиваю тихим голосом, чувствуя, как мышцы под пальцами становятся еще тверже. — Ты же знаешь, что боевой облик страшен, да? — уточняет Валтор, накрыв мои руки своими и крепко, но осторожно, сжав. — Я знаю, но ведь это ты, так почему это должно быть важно? — уж не знаю, от чего меня тянет на подобные речи, видимо, уютная атмосфера располагает. В любом случае, это ведь всего лишь правда и не более. — Хорошо, — выдает излишне собранно мужчина, убирая мои руки с плеч и вставая из-за стола. Я чуть отхожу, остановившись в небольшом шаге от него. И тут по Валтору просто проходится темная дымка, меняя облик на... Кхем, в сериале безбожно наврали, нарисовав демонический облик Валтора стремным. Кожа демона приобрела насыщенный черный цвет, глаза же будто засияли еще более пронзительным синим, а вот черты лица остались идентичны обычной ипостаси мага, разве что острые клыки появились. На руках — очень длинные когти, за спиной — перепончатые крылья. И что главное — это выглядит необычно, завораживающе и очень даже привлекательно. Запястье приятно покалывает. Замечаю, как черная сияющая лента сплетается с золотой, и правда, как и говорил Валтор, метки сливаются. На запястье демона светится белый узор. Выдыхаю и опять перевожу взгляд на мужчину. Завороженно провожу пальчиком по литой груди. Твердые мышцы медленно вздымаются и опускаются. Вау, у меня сейчас слюна потечет. Поднимаю голову — демон стал еще выше в этом облике, и сейчас я ему чуть ли не в пупок дышу. Мужчина внимательно следит за моей реакцией, очевидно не ожидая, что я проведу по его прессу. О Мерлин, да он же каменный! Тут же расплываюсь в довольной улыбке. — Поцелуй меня, — требую я, понимая, что даже привстав на носки, до губ Валтора не дотянусь. Демон вопросительно приподнимает бровь. — Тц, я не дотягиваюсь, — бурчу недовольно, тыча пальцем укоряюще в середину мощной груди. — То есть облик мой тебя не пугает? — проводя острыми когтями по щеке, спрашивает демон, внимательно наблюдая за реакцией. В ответ отрицательно машу головой, подставляя щеку под ласковую ладонь, зная, что даже не поцарапает. — Ты вообще лицо свое в зеркале видел? — с претензией спрашиваю, скрещивая руки на груди. Ловлю вопросительный взгляд в ответ. — Да оно же у тебя идеальное! Ну, цвет кожи сменился, и что, велико изменение? — в конце фразы фыркаю и продолжаю: — Ну теперь-то ты меня поцелуешь? В голове почему-то мелькает «ты был прекрасен как иисус», а демон со смешком прижимается к моим губам.

***

— Мир изменился, — смешливым голосом выдает черноволосая девочка, забавно болтая ногами в водах Реки Мертвых. — Именно за этим эта девочка и оказалась здесь, — фыркает рыжеволосый юноша, поигрывая с пламенем, что скачет меж его пальцев.

***

— Профессор, не ставьте мне двойку,я больше не буду опаздывать,— шутливо клянчит блондинка, умоляюще заглядывая мне в глаза, на что та лишь смешливо фыркает. — Мисс Стелла,у вас будет самое суровое наказание, я уже выпила ваш кофе,— поправляет невидимые очки девушка, противно гнусавя. — О, я не смогу этого пережить, — хватается блондинка в ответ за грудь, делая умирающее выражение лица, но спустя несколько мгновений на него наползает серьезная маска, тут же перестаю улыбаться. — В школе волнения, да? — спрашиваю, больше констатируя факт, Стелла кивает. — После того, как Валтор пропал, нас быстро сплавили на Домино, а после него Блум Фарагонду до пепла спалила, — это я уже знаю от Валтора, с которым недавно связалась королева Марион, просящая помочь скрыть факт разморозки планеты до нужного момента,— все думают, что она просто пропала и пока не хотят назначить кого-то на ее пост, — продолжает говорить Стелла. — Радует, что она точно не вернется, — говорю, стоит девушке закончить рассказ о том, что вся эта трагедия с Блум была затеяна директрисой с целью в итоге заставить ту добровольно выжечь себя, жертвуя магию Фарагонде, истина похлеще злодейских планов Дамблдора из фанфиков, однако я все-таки высказала свои догадки мужьям, и Валтор помог Блум докопаться до правды, по итогу теперь королевская чета Домино у демона в долгу, и мы переезжаем на восставшую планету. — Ты так и не рассказала, как ты умудрилась вступить аж в двойной брак, — переводит тему блондинка, блестя глазами от интереса. — О, эта история будет долгой, — фыркаю, начиная рассказ аж со знакомства с Палладиумом. Моя история сейчас напоминает что-то, что заканчивается на «долго и счастливо», но жизнь не заканчивается так просто, и дальше будет еще много того, о чем стоит когда-нибудь рассказать.