Искра в темноте. Дитя Голубой луны

Брюнетка задумчиво смотрела на полную луну, которая была видна из окна чердака церкви, в котором она обитала последние три месяца, и задумчиво гладила свой довольно большой живот, где периодически брыкалось ее дитя. Ребенок в ее чреве в принципе был единственным, что было по настоящему ее. Ведь девушка помнила лишь последние три месяца, что здесь и жила. И все. Ни своего настоящего имени, ни фамилии, ни отца ребенка, ни откуда она и еще что-то… Ничего не помнила. Пусто. Чистый лист. Лишь страх и отчаянное желание спасти свое дитя. Вот и все что она знала и чувствовала, когда очнулась на обочине дороги, которая вела в Новый Орлеан три месяца назад. Очнулась одна, растерянная и беременная. Господи, как же она была напугана!.. Она несколько часов брела вдоль дороги, судорожно обнимая живот и глотая слезы, которые были незаметны под ливнем, под которым она и очнулась. Пока в какой-то момент рядом с ней не остановилась машина, из которой появился Марсель. Ее спаситель. И по совместимости вампир и король Французского квартала, и всего Нового Орлеана в принципе. Правда сначала он ее принял за какую-то Кэтрин Пирс, но потом все же понял, что она — человек. И был поражен их жутким сходством. Но она в тот момент даже и сама не знала, как выглядит, да и не до того ей было. Она просто вырубилась, едва увидела Марселя. А очнулась уже здесь. На этом чердаке. В компании Давины Клэр. Ее непоседливой соседки, которая за это время стала ей чем-то вроде младшей сестры. В конце концов, когда ты не помнишь, что было в большей части твоей жизни, к людям, которые появились позже, быстро привязываешься. Ну, или к ведьме и вампиру. Как ни странно, то, что ее соседка и ее спаситель являются таковыми, она поняла сразу и не удивилась. Словно прежде уже подобных встречала. Что вполне возможно. Колдунов уж точно, так как, если верить Давине, ее дочь явно будет ведьмой. И очень сильной. Да и вампиры… Судя по едва заметным шрамам на шее, тоже ей явно встречались. — Селена!.. — вырвал ее из размышлений голос Давины. Девушка у окна немного растерянно моргнула и обернулась. К имени, которым ее назвал Марсель, в честь богини луны, ведь именно в лунную ночь он ее и нашел, она все еще не привыкла и иногда не сразу отзывалась. Удивительно, да?.. И это имя казалось чужим, а своего не помнила. Хотя, когда Давина порой звала ее уменьшительным именем — Лена, что в глубине ее души отзывалось родством. Возможно, ее настоящие имя звучало похоже?.. Кто знает?.. — Что случилось?.. — спросила брюнетка, повернувшись к маленькому энерджайзеру, чья непоседливость, казалось, кого-то напоминала. Но вот кого?.. — Я хотела попробовать одно заклятие, — тихо сказала Давина, подскочив к девушке и нетерпеливо смотря на нее. — Какое?.. — с улыбкой сказала Селена, видя, как та топчется на месте из-за переполнявшей девушку желания сотворить новое заклятие. — Благодаря которому мы сможем узнать, кто у тебя будет, — с горящими глазами сказала девушка. Она схватила брюнетку и потянула ее к кровати. Селена со смехом неловко присела, оперевшись на руку. В последнее время даже это удавалось ей с трудом, и она прекрасно понимала, что близится момент родов. И ее это пугало. Ведь не здесь же ей рожать?.. Но Марсель обещал об этом позаботиться. Он всегда о ней заботится. И даже здесь она находится потому, что ее феноменальное сходство с одной старой вампиршей, которая нажила себе врагов в лице самих Первородных вампиров, могло ее сгубить. И ее ребенка. Поэтому девушка и не пыталась убежать. Да и куда?.. А Давина?.. Ее она тоже не хотела бросать. Девушка и так натерпелась. Ее пыталась убить собственная мать ради какого-то ритуала! Что за мать так поступает?.. Кстати, при упоминании о жертвоприношениях Селена не могла сдержать странную дрожь, а шрамы на ее шее начинали гореть. А еще ее мучали сны… Особенно после того, как Давина рассказала, как здесь оказалась и про ритуал Жатвы. Ей снилась луна и огонь. А еще руки… Горячие и обнимающие ее сзади, пока она смотрела на самую удивительную луну. Голубую. Почему-то Селена была уверена, несмотря на ужас и страх, который обычно был в ее душе, когда она просыпалась от этого кошмара, что мужчина, который ее обнимал, был отцом ее ребенка. И это ее пугало. Неужели она бежала от него?.. Может он какой-то тиран?.. Как ни странно, насчет первого она сомневалась, а вот насчет второго… Насчет этого ее терзали смутные предчувствия. Но в тоже время… Еще один сон, где она чувствовала те же руки, ласкающие ее живот, вносили в ее душу еще большую смуту. Не может же тиран быть таким нежным?.. А еще ямочки… Каждый раз, когда она видела на лице Марселя улыбку, отчего на его щеках появлялись ямочки, ее сердце екало. Нет, сам мужчина воспринимался ею скорее как друг, но эта черта… Селена чувствовала странную уверенность, что у отца ее ребенка они точно были. Тут Давина закончила шептать заклятия над медальоном и гордо выпрямилась. — Готово, — торжественно сказала она, в приказном тоне добавила: — Вытягивай руку. Селена послушно вытянула левую руку. — И что будет? — с любопытством спросила она. Давина поморщилась и заглянув в книгу, которая лежала рядом с ней, неуверенно ответила: — Ну, если кулон будет качаться справа налево, то девочка, а если наоборот, то мальчик. Вот. Селена была отчего-то уверена, что будет девочка, но не стала разрушать очарование нового заклятия для Давины и промолчала. Девушка тем временем тоже вытянула руку с медальоном поверх ладони брюнетки и высунув язык, стала наблюдать. Сначала кулон висел без движения. А потом стал тихонько раскачиваться, набирая скорость… справа налево. — Девочка, — завороженно прошептала будущая мать, радуясь, что инстинкты ее не подвели и у нее и впрямь будет маленькая принцесса. Давина тоже улыбнулась и гордо выпрямилась. Она была счастлива, что ее заклятие сработало и вызвало на лице ее соседки столь редкую улыбку. Вдруг момент был разрушен громким хлопком откуда-то снизу. Девушки вздрогнули. Такие звуки обычно в их тихом мирке не присутствовали. Они переглянулись и тихо встали. — Стой! — тихо прошептала Давина, чувствуя внизу опасность. Брюнетка, которая в отличии от девушки чувствовала, что там что-то важное, покачала головой и сказала: — Если мы не выйдем, ты не думаешь, что кто-то сюда наоборот поднимется? После этого она смело подошла к двери, придерживая живот, и вышла на балкон, с которого прекрасно было видно большой зал церкви. Да так и замерла. Там был мужчина весь в крови, который как раз добивал одного из вампиров, которые их с Давиной охраняли. Но едва она вышла, мужчина, стоявший к ней спиной, весь напрягся и медленно обернулся. — Древний… — в ужасе прошептала Давина, стоящая рядом с ней, и прищурилась, явно собираясь того заколдовать, но Селена ее рефлекторно остановила. Ее сердце отчего-то билось о ребра, а взгляд ее так и застыл, смотря в желтые глаза мужчины, залитые кровью, в окружении сетки вен. Вдруг, она и моргнуть не успела, как он уже стоял рядом с ней и подняв руку, едва ощутимо коснулся ее щеки, хрипло прошептал: — Елена… Брюнетка застыла, а в ее голове словно щелкнул переключатель и она все вспомнила. Кто она, как здесь оказалась… И самое главное, кто он. — Клаус?.. — выдохнула Елена Гилберт, смотря в уже человеческие глаза гибрида, и потеряла сознание.