Забытые.

Бежать. Демон ринулся вперед, искусно оббегая мощные дубовые стволы и пролетая через широкие канавы. Преследователи оказались чересчур умными в этот раз, не купившись на его трюк с заменой тела. Бежать. Мадара обогнул еще одно дерево, ускоряя бег из-за приближения врагов. Чакры оставалось совсем немного, и Учиха начинал молиться про себя, чтобы той хватило хотя бы на еще один час бега. Óни почти настигли его-Мадара слышал приглушённый рёв и скрежетание клыков, жалобный скрип ломающейся древесины. Кажется, и он перестал замечать деревья, несясь напролом и ломая стволы своим телом. Внезапно демон начал замечать, что деревья стали редеть. Ускорив бег, Мадара практически вылетел на широкую поляну, ощутив защитный барьер. Он выругался, увидев за спиной сияющие разноцветные огни. Преследователи были слишком близко. Тяжело вздохнув, демон ступил сквозь барьер, сжимая зубы от невыносимой боли и злобы. Ноги тряслись, каждый шаг давался ему с огромным трудом. Оставалось надеяться, что хозяин защиты не прибьет его сразу: все остатки чакры Мадара потратил на прохождение барьера. С последним рывком демон упал на мягкую траву, силясь отдышаться и цепляясь когтями за холодную землю. Сзади послышались пронзительные визги, рычание, скрежет острых зубов о барьер. Учиха тяжело вздохнул, позволяя себе передохнуть. Спустя время Мадара медленно поднялся, отряхивая одежду и поправляя катаны на поясе. Приведя себя в порядок, демон огляделся-теперь он увидел большой храм, стоящий посреди поляны. Довольно ухмыльнувшись, Учиха подошёл к зданию, садясь на ступени и расслабленно облокачиваясь на последние. Демон прислушался к своей чакре, отмечая, что та начала восстанавливаться. Судя по всему, боль при прохождении барьера была из-за вытягивания его чакры, но когда он смог проникнуть под защитный купол, то действие того прекратилось. — Странно. Сегодня я не звал никого в гости, — проговорил тихий, но строгий голос позади Мадары. Демон резко обернулся, в мгновение вытаскивая оружие из ножен. К сожалению, Мадара не успел-острые ледяные иглы уже были возле его шеи. На верхней ступени стоял знакомый ему белоснежный китсуне. Красные глаза лиса смотрели на него устало, два больших хвоста лениво трепетали из стороны в сторону позади божества. Тонкие пальцы умело выполняли призыв ледяного оружия. — Тобирама Сенджу, — Мадара улыбнулся уголком губ, нарочито медленно произнося имя хозяина храма. На лице лиса не дёрнулся ни один мускул, а руки уверенно продолжали держать иглы возле шеи демона. — Учиха. После короткого приветствия между ними опустилась тяжёлая тишина. Сенджу, как и Мадара, смотрел на другого не моргая и не отпуская оружия, пока демон резко не задвинул мечи с громким стуком обратно в ножны. Тобирама приподнял бровь, удивлённо наблюдая за действиями Учихи, но иглы не убрал. — Уже уходишь? Мадара отрицательно покачал головой, отворачиваясь от лиса и возвращаясь в расслабленное положение. Губы китсуне нервно дернулись — Сенджу не был готов к подобной наглости. — Сначала восстановлю чакру. Лис не ответил. Значит, Учиха оказался прав — Тобирама также был истощен, иначе труп Мадары уже бы доедали óни за барьером. Сенджу лишь недовольно цокнул языком, убирая лёд, и тихо вернулся в храм. *** Усталость сморила Мадару, погрузив того в глубокий сон на несколько часов. Проснулся демон поздно — лишь цикады мерно стрекотали в ночной темноте, разрывая тишину. Потянувшись, óни поднялся на ноги и прошел по лестнице вверх, ко входу в главное здание храма. Деревянные двери тихонько скрипнули под мощной ладонью Мадары, впуская того внутрь. Демон огляделся, изучая мрак комнаты. Щелчком пальцев Учиха зажёг свечи, стоящие по углам. Помещение оказалось гостевой комнатой. Несмотря на простую обстановку и отсутствие кого-либо, комната была прибрана. Мадара прошел через гостиную, не гася свечи, и забрел в длинный коридор. Чуть поодаль на пол падал слабый свет одной из комнат. Учиха подошёл к ней, заглядывая внутрь. В центре сидел Тобирама. В руках лиса были свитки и кисть с тушью, которой он старательно выводил некие знаки, Учиха не успел разглядеть. — Проснулся? — голос Сенджу вырвал Мадару из размышлений. Демон сдержанно кивнул, проходя внутрь комнаты. Китсуне недовольно цокнул языком, ощущая раздражение из-за внезапного визита. — Да, — коротко ответил Учиха, присаживаясь на соседний татами. Тобирама искоса взглянул на демона, затем снова возвращаясь к своей работе. — Тысяча? — пробормотал Мадара, мысленно подсчитывая дату их последней встречи. — Тысяча и один год. *** — Ты вообще хоть чем-то питаешься? — раздраженно рявкнул Мадара, роясь в кухонных шкафчиках, — У тебя даже чая нет… — Это похоже на гостиницу? — Тобирама безразлично пожал плечами, продолжая работу над свитками. Мадара скрипнул зубами, но вступать в спор с лисом не стал, сейчас он все же был на территории Сенджу. Полка шкафчика вновь оказалась пустой. Учиха мысленно взвыл. Ему была необходима еда, хоть какая-то пища, в частности мясная. Демон со злостью захлопнул дверцу очередного шкафчика и сел напротив китсуне. Тот поднял на óни недовольный взгляд. — Сможешь ослабить барьер, чтобы я мог пройти в лес? — Неужели дорогой гость решил покинуть меня? — холодный тон Тобирамы начинал выводить демона из себя. Мадара тихо прорычал, до крови вонзая когти в кожу ладоней. Выдохнув, он продолжил под осуждающим взглядом алых глаз. — Давай сделку? Ты позволишь мне передохнуть в своем храме, а я достану тебе необходимые ингредиенты и материалы для новых заклинаний. Тобирама недоверчиво прищурил глаза, оценивая Учиху, затем слегка наклонил голову, осматривая потрепанную броню последнего. — Идёт. *** Они ужинали в тишине. Войдя на кухню, Тобирама был шокирован. Острое обоняние мгновенно позволило ему ощутить все нотки свежеприготовленной жареной утки, узкие зрачки расширились, с жадностью впитывая каждую деталь блюда. Качнув головой, словно выныривая из глубокого тумана, Сенджу вернул себе строгое выражение лица. Несмотря на все старания китсуне, демон заметил перемены в настроении лиса и нагло усмехнулся, приоткрывая острые клыки. Тобирама не ответил, недовольно хмыкнув, и сел за обеденный столик, внимательно осматривая утку. — Это еда, а не враг, — Мадара тяжело вздохнул, вытирая руки и присаживаясь напротив лиса. Сенджу тихо фыркнул, принимаясь за ужин. Учиха слегка приподнял уголки губ, сдерживая улыбку, и также занялся пищей. Брат его лучшего друга совсем не изменился, оставшись таким же недоверчивым, холодным и самодовольным божеством, что, в какой-то мере, обуславливало их взаимную неприязнь — Мадара был абсолютно таким же. Тобирама ел быстро и бесшумно, в конце аккуратно, без единого стука положив палочки на стол, китсуне подпер подбородок правой рукой. Тихо вдохнув, лис посмотрел на Мадару. — Тебя ведь тоже забыли? Слова, несмотря на безраличный тон, ударили Мадару под дых, заставив демона на мгновение замереть. Кусок утки неприятно заколол горло, но демону удалось заглотить его усилием воли. Откашлившись, Учиха нашел в себе силы ответить: — Да, — демон опустил взгляд на полупустую тарелку, ощущая, как когти впились в дерево палочек. Тобирама болезненно усмехнулся, прикрывая глаза. Остаток ужина они провели в тишине. *** — Так вот за счет чего ты живёшь! — рассмеявшись, выкрикнул Мадара и в мгновение ока оказался над лисом. Ухо китсуне нервно дернулось. Тобирама быстро обернулся, со злостью скрипнув зубами. — Какого демона ты тут? — спокойным голосом отчеканил лис, смотря на Учиху снизу вверх. Мадара вернул презрительный взгляд и коротко усмехнулся. — Не вспомню имён всех óни, ты уж прости, — демон присел рядом, с интересом наблюдая за Тобирамой. Китсуне фыркнул, отводя взгляд обратно к воде, и закинул удочку снова. Мадара потянулся, растягиваясь на мягкой траве. Устало улыбнувшись, демон впал в полудрему. Чакра почти восстановилась до конца, но после полугода проживания в храме Сенджу он был не уверен, что хочет уходить. *** Тобирама сидел в уголке, тело лиса содрогалось в лихорадке. Хвосты поджались, не двигаясь ни на дюйм. Китсуне что-то бурчал под нос, взгляд алых глаз был направлен в одну точку. Мадара с трудом выдохнул, перетягивая свежие раны. Óни все-таки напали на них. Чёртова рыбалка, Учиха догадывался, что чем дальше от храма находился Тобирама, тем барьер был слабее. В любом случае, Сенджу почти не пострадал-это радовало демона куда сильнее, чем заживающая на глазах рана в животе. Вздохнув, Учиха подошёл к лису и медленно, еле касаясь, обвил руки вокруг груди того. Тобирама издал полувсхлип и сильнее сцепил зубы, царапая когтями свою броню. — Кажется, мы теперь против всего мира, да? — Учиха усмехнулся, на что китсуне мог лишь недоверчиво, слабо, но все же кивнуть.