Падение Небес (вторая часть)

*Повествование от лица Мими* Я проснулась с жуткой болью в голове. Как только я осознала, что лежу голая не в своей комнате, то моментально подскочила. Вопросов не возникало — это кровать Вики. Но вторая половина уже была пуста. Как я оказалась дома совершенно не помню. Последнее, что всплывает в сознании - это Люцифер, который подливает мне в сок ром. Я рухнула обратно на подушку, от которой пахло волосами Вики. Вкус во рту был отвратительным, сил терпеть его не было, поэтому пришлось подняться с кровати. Заботливо на стуле лежало чистое платье, а на тумбочке заранее приготовлен стакан воды. Как же я ночью постаралась, что мне позволены такие почести?! Но сейчас я была готова целовать ноги Уокер за это. С трудом я оделась и спустилась вниз. В обеденном зале с таким же диким похмельем сидели все, включая Матыя и Дино, лишь Вики из всех нас выглядела достойно. Зайдя внутрь, я уже предвкушала недовольные взгляды и язвительные комментарии той самой, но на удивление Вики не сказала ни слова. Она спокойно пила чай рядом с Алехандро. Все учителя и родители тоже сидели за столом. Я устроилась рядом с Ади, которому на первый взгляд было хуже всех. — Последняя проснулась! — громко и строго сказал Маниль, — ладно они пьяницы и маргнилы, — пренебрежительно он указал на меня и остальных демонов, — но вы-то двое куда?! Отец Матыя отчитывал ангелочков, а они даже головы не подняли на него. Но на моем месте я бы сильно не радовалась, потому что прилетело и мне. Читала нотации, на удивление, мне отнюдь не Вики. — Ты обещала мне не спускать глаз с Вики, — недовольным голосом начала Ребекка, — как я могу доверять тебе свою дочь, если ты один вечер не можешь вести себя нормально?! — Я и не спускала, — хрипло ответила я. — Я вижу! — суровый голос пронзил мою больную голову, — настолько не спускала, что на утро еле глаза разлиплись! Я сейчас разговариваю будто не с Ребеккой, а с Вики. Настолько у них одинаково стервозный характер! Бедный отец Вики! Как он их двоих терпел? Ади положил мне свою голову на плечо. — Ты как? — шепотом спросила я. — Не спрашивай, — он потерся лбом об мою спину, — мне кажется, я сейчас умру. Неожиданно голос подал Алехандро. — Выпили и выпили. Что такого? Никто не умер же. — Ты их защищаешь?! — спросила Вера. — Они могут позволить себе отдохнуть, — до безобразия рассудительный и понимающий ангелок Алехандро оказывается не такой уж и безнадежный придурок. Он поднялся со своего стула и отошёл к кухонному шкафу с посудой. Слащавый достал кружку и заварил кофе. Он поставил ее рядом со мной и чуть слышно сказал: — Надеюсь, сегодня не подеремся из-за чашки, — он отошёл от меня обратно на своё место. Я улыбнулась и благодарно кивнула ему, он в ответ качнул головой. Мне не давало покое тотальное спокойствие Уокер. Она безмятежно ела варенье из пиалы, словно это не я полночи не пойми где и с кем пила, а кто-то совершенно неважный для неё. Молчание ее длилось недолго. — Мама, помнишь вечер, когда мы встретились с тобой в коридоре? — собирая по краям сосуда варенье, она равнодушно спросила у Ребекки. Ее мама стала прокручивать в голове события, пытаясь вспомнить нужный. — Не напрягайся, я тебе помогу, — с каждым новым словом голос ее все больше наполнялся желчью, — ты, видимо, в тот день разговаривала с Мими. Я удивленно подняла глаза, услышав своё имя. Пальцы Ребекки нервно застучали по столу, а глаза стойко смотрели на Вики. Они как два бойца в октагоне ожидали друг от друга вербальных ударов. — О чем ты с ней говорила? — мне никогда прежде не приходилось встречаться с настолько разъяренной Уокер. Голос ее был непоколебимым, но спокойным. На контрасте пламенного взгляда и холодной крови в ней закипела злоба. — Я должна повторять вопрос дважды, чтобы услышать ответ? — спросила она, смотря на мать исподлобья. — Я не обязана перед тобой отчитываться. Смени тон. Понабралась от дочери Мамона неуважительного отношения к родителям. — Зато эта дочь Мамона никогда не позволяла себе обманывать меня, в отличие от собственной матери, — она яростно стукнула пустой чашкой по столу. Я поперхнулась. Голова Ади поднялась с моего плеча, заинтересованно наблюдая за ситуацией. — Что ты сказала Мими? — каждое слово от Вики звучало сурово, сквозя непонятным раздражением. Но Ребекка молчала. — Хорошо… — Вики перевела взгляд на слащавого, — Алехандро, милый, кто был в твоей комнате, когда мы подшивали штаны? — она тепло улыбнулась ему. — Ты, я и Матый, — считал он на пальцах, — почему ты спрашиваешь? — Что мы делали? — она не обращала внимания на его вопрос. — Ты же уже сказала… Подшивали одежду мне и Матыю. Они говорят о том вечере, когда я видела этого придурка в трусах напротив Вики! Это значит, что у них ничего не было. Какая я глупая… — Матый, все было так, как сказал Алехандро? — Да, — быстро закивал брат слащавого. — А знаете, что сказала мамочка моей Мими? — она обращалась к ним так, будто здесь больше никого не было. Алехандро неуверенно посмотрел на Ребекку, а затем на меня. Они отрицательно покачали головой. — Не надо, Вики, — Ребекка дала слабину. Она опустила голову. Но Вики продолжала: — Когда мы встретились в коридоре, то разве я рассказала тебе не такую же версию? — я явно ошибалась, когда пророчила Вики судьбу ангелочка. — Такую… — ответила ей мать. — Тогда какого черта ты сказал Мими другое?! — прикрикнула она, — твоя победа пиррова, мама, — последнее слово Вики произнесла с таким отвращением, что мне стало тошно. Мне меньше всего на свете хотелось, чтобы они ругались из-за меня. Вики бросила ложку об блюдце и ушла наверх. Мне стало безумно стыдно. Я придумала себе то, чего не было. И все из-за ее мамаши! Я вскочила с места, затем снова села. Хотелось бежать за ней, но что сказать? Я испугалась. — Иди, — сказал Люцифер, — у вас пять минут, нам нужно на порт. Я кивнула ему и рванула к своей Вики. Я остановилась напротив двери в комнату Вики, не решаясь провернуть ручку. Один шаг отделяет нас от недопонимания и обид, но этот шаг давался тяжело. Найдя в себе силы, я переступила порог комнаты, остановившись на месте. Мне было стыдно. До такой степени, что хотелось расплакаться и кинуться в ноги Вики. Она спокойно застилала кровать спиной к двери. Услышав шум, непризнанная развернулась и села на кровать. Я молчала, стойко сдерживая слезы. — Не стой в проходе, пожалуйста… — она похлопала по кровати рядом с собой. Тяга к ней стала невыносимой. Все мое хладнокровие исчезло вмиг. Я бросилась Вики на шею. — Извини меня, пожалуйста… Мне так стыдно… — я прижала ее к себе как можно ближе, а она в ответ обняла меня. — Я не злюсь, Мими… Мы не виноваты, — я отстранилась от нее и села напротив. — Я виновата… — мой голос задрожал, — обвинила тебя в тако… Вики резко подалась вперед и прикоснулась к губам моим. Мы слились в упоительном поцелуе. Вики целовала меня так аккуратно и нежно, словно я не причастна к нашей боли. Я обижала её, кричала, делала больно, но сейчас она так по-настоящему целует меня. Жалкая привычка моего больного сердца нуждалась в ее любви. В отчаянной, неправильной, но настоящей. Нам было страшно даже дотронуться друг до друга. Вики разомкнула наш поцелуй и уткнулась мне в лоб. — Ничего страшного, — она ласково улыбнулась, — мы станем сильнее и рассудительнее. — Мне так жаль, что ты поругалась с мамой… — я потерлась об ее лоб. Я знала, как тяжело Вики переживала разлуку с папой, а теперь ей приходится из-за меня ссориться с родной матерью. — Ты была готова оставить отца ради меня. Я поступила так, как посчитала нужным. — Не злись на маму, она хотела для тебя лучшего. — У меня уже есть своё «лучшее»! — дрожащими пальцами она дотронулась до моей щеки. Я перехватила ее руку и поднесла аккуратно к губам, оставляя короткие поцелуи на тыльной стороне ее ладони. От мысли, что я могла потерять ее навеки по воли другого человека, мне становилось дурно. С того момента я осознала, что Вики мне дороже жизни и чести — дороже всего на свете. — Я такая глупая, Вики… — Не нужно так говорить. Совсем не глупая. Ты старалась все вернуть. Мими, ты самое до… Тихий стук не дал ей закончить. Дверь широко раскрылась. Не глядя внутрь, послышался голос Ости: — Мими, нам пора… Демонесса не стала смущать нас своими присутствием и следующее, что донеслось до нас — топот ее удаляющихся каблуков. Вики отстранилась от меня и достала откуда-то коробку конфет, такую же, что вчера съел Ади. Она протянула ее мне и поцеловала меня в лоб. — Главное Ади не показывай, — я слегка посмеялась. — Спасибо, — я чуть крепче сжала ее худую ладонь. — Только будьте осторожнее, пожалуйста… Я кивнула и резко встала, понимая, что мне все сложнее покинуть комнату. Вики тоже поднялась. Мы остановились напротив друг друга. Я все никак не могла отпустить ее ладонь. Она нагнулась к моему лицу и поцеловала меня в краюшек губ. В глазах у меня потемнело, а сердце гулко ударяло о ребра. К черту этих Домпьеров! Я жадно впилась в губы Вики, придерживая стан ее руками. Ее ладони оказались на моих плечах. Вики аккуратно отодвинула меня. Она склонилась ко мне и опустила голову на грудь мою. — Тебя ждут… Я сильно зажмурилась, стараясь контролировать свои эмоции, кивнула и стрелой вылетела из комнаты Вики. Спустившись, я осознала, что руки мои никак не могут перестать трястись. Все ждали только меня. Друзья с пониманием отнеслись ко мне. Они словно специально тянули время. Ости нервно перекладывала деньги из одной сумки в другую. — Чем тебе тот портфель не нравится? — удивленно спросил Лазар. — Он какой-то непрочный! — Но они одинаковые, Ости… Друзья заметили меня в проходе и стали быстрее перекладывать купюры. Я подошла ближе, чтобы помочь. — Забавно, что эти деньги мы выиграли в казино этих уродов, а сейчас с помощью них подарим новую жизнь их детям… — сказал Ади. Я взяла одну пачку купюр, но она стала рассыпаться в моих трясущихся руках. — Да что с тобой?! — Ости выхватила из рук деньги и засунула в сумку. Ко мне подошел Дино и взял мои трясущиеся руки. — Все нормально? — Да… Я подняла глаза и увидела внимательный взгляд Ребекки. Улыбки не было, но печальные глаза говорили о сожалении. — Останешься, может, дома? — спросил ангелочек. — Нет, — я потянулась к его уху, чтобы нас никто не услышал, — погляди за Вики. Он кивнул и отпустил мои руки, которые почти перестали труситься. — Не задерживайтесь! — крикнул в след Лазар, — сегодня у нас два праздника! Проводим вас домой гостеприимно! — Он так сильно рад, что мы свалим, что решил забабахать праздник? — спросила меня на ухо Ости. Я засмеялась. — Не говорите глупости! В этом доме вам всегда будут рады! — радостно воскликнул Лазар. На улице было по-утреннему прохладно и свежо. Люцифер ушёл далеко вперёд, оставив нас позади. Ости заметно нервничала. — Ты чего так переживаешь? — пихнула я ее в бок. — Мими, мне нужно тебе кое-что сказать… — видно, что она на взводе. Ади внимательно прислушался. — Мне кажется, я влюбилась… — лицо ее скривилось. — В кого?.. — удивленно спросил Ади. — Не поверите… — она приложила руку ко лбу. Мы с Ади переглянулись. — Я вчера целовалась с Матыем… — щеки ее раскраснелись. — Шепфа, я думала мне это приснилось… — смех было сдержать тяжело, но мы с Ади очень постарались. — Добро пожаловать в клуб тех, кто разочаровал своих родителей, — Ади обнял меня и Ости за плечи, — здесь только Вики не хватает. — Кстати, что у тебя с непризнанной? — поинтересовалась демонесса. — Лучше, чем последний месяц точно. Ости, если тебе нравится Матый, то это нормально, — мне безумно хотелось поддержать ее, как она делала это со мной, в своем стиле, конечно, но всегда искренне, — слащавый, может, придурок, но Матый, наверное, не похож на него. — Он совсем другой! — поняв, что мы с Ади не осуждаем ее, Ости повеселела, — он такой умный и заботливый! Но что я скажу родителям… — Наслаждайся этим моментом, пока ты что-то чувствуешь! — воскликнул Ади, — мы слишком много заботимся о том, что нам скажут родители, забывая о собственном счастье! Возможно, мысль Ади и звучит громогласно, но она до безобразия проста — мы не разочаруем родителей больше, если останемся на всю жизнь несчастны. А в чем есть счастье, если не в умении чувствовать? Пусть сердце разрывается на части, но оно должно чувствовать! Должно любить и позволять себе быть любимым. Пусть эти чувства обжигают грудь и заставляют разум умолкнуть, но лишь так мы понимаем, что еще живы! Мы добрались до порта. Ева, Мартин и Мальта уже ожидали нас. Мальту я почему-то так и представляла: маленькая девушка со светло-рыжими, почти русыми, прядями. Мартин держал в руке два огромных чемодана и заботливо поглядывал то на сестру, то на невесту. Больше у них не было ничего. Видимо, старая жизнь была сущим кошмаром, раз они буквально ни с чем решились бежать. Ева улыбалась. Невероятная девушка! Как бы не было ей страшно и больно, но на лице улыбка. — Ты не достал перевод? — сухо спросил Люцифер. — Нет, он на судне, — Мартин указал пальцем на корабль, который мы видели с Вики. — Ади, останься с ними, а мы пойдем заберем его. — Почему я?! Пусть девочки остаются с девочками! — Тогда зачем нужен ты, если нам даже здесь приходится быть с девочками?! — раздраженно спросила Ости. Ади цокнул, но согласился присмотреть за ними. Мартин долго сомневался оставить девочек с дьяволёнком или нет, но в конечном счете решился отыскать перевод. Мартин повёл нас вдоль порта прямиком на корабль. Охрана спокойно пропустила нас, увидев с кем мы поднимаемся на борт. Внутри корабля почти никого не было. — Сегодня ничего не грузят, поэтому здесь мало народу, — пояснил юноша, — но папа и дедушка приходят сюда каждый день в обед, здесь их никто не донимает. — Отлично, то, что нам нужно, — ответил Люцифер. — Что ты имеешь в виду? — поинтересовался Мартин. — Я обожаю публичный унижения! — ответила Ости, — они должны ответить по заслугам. — Они останутся живы?.. — видно, что Мартину совсем не жаль родителей, но совесть терзает его. — Это будет только воспитательная беседа, которая закончит эту бесовщину! — ответила я. Мы дошли до маленькой комнаты. — Это кабинет отца. Если перевод на корабле, то только здесь. Мы стали осматривать книжные полки, но перевода найти не могли. Мое внимание привлёк большой сейф. — Что внутри? — Наркотики и выручка с них. — Открой, — строго попросил Люци. Мартин ввёл огромный пароль, и дверца сейфа с тяжёлым ревом отворилась. Внутри и правда лежали пакетики с белым порошком и деньги. — Я, похоже, нашла! — воскликнула Ости. Она указывала пальцем на массивный стол, который подпирался старой книгой. — И этот человек ещё что-то мне про чтение говорил?! — пренебрежительно спросила я, — кто вообще таким раритетом столы подпирает?! Люцифер и Мартин подняли тяжелый стол, а Ости вытащила книгу. Руководство уже было потрёпано временем: страницы давно пожелтели, а на корочке книги едва можно прочесть название. Только мы открыли книгу, как раздался сильный топот, приближающийся к нам. — Это они пришли… — Мартин сильно испугался. — Иди к девочкам, — невозмутимо ответила я. Мартин кивнул и вышел через другую дверь, оставив нас одних. Я вырвала первую страницу и спрятала в карман рядом с фотографией Вики. Дверь распахнулась. Мы уже были готовы. Все шло по нашему плану. На пороге стояли отец и дедушка Евы. Люцифер сложил ноги на столе, безмятежно рассматривая бумаги. Рядом с ним лежал небольшой револьвер. — Молодой человек, Вы ничего не перепутали? — грозно спросил дедушка Евы. Мы с Ости вышли из тени. — Перепутали вы оба, когда наркотики продавали и подкладывали Еву под мужика старого, — ответила ему демонесса. Люцифер вставил три патрона в барабан револьвера, а мы с Ости поставили два стула. — Садитесь, — сказал Люци. Мужчины не сдвинулись с места. Люцифер выстрелил в потолок, гильза упала к их ногам. Пот выступил на лбу Жюста. Люци стал целиться в него. Трусливая пародия на человека безмолвно села на стул, трясясь от страха. Ости принялась привязывать его. — Ты, наверное, не понимаешь с кем разговариваешь, — непоколебимо сказал дедушка Евы, — Рауль Домпьер, владелец этого корабля и казино в центре Лиона. А мне с кем приходится разговаривать? — Люцифер, сын Сатаны, — он выстрелил в ногу дедушки Евы. Изо рта мужчины сорвался вой, но он не сдвинулся с места, — сядь, у меня ещё один патрон есть для твоей плешивой головы. Зная Люци, то не сложно догадаться насколько хватит его терпения. Я схватила мужчину за плечи и силой усадила. Все-таки мы каратели, а не убийцы. Ости привязала и его. — Что вам нужно? — истекая кровью, спросил Рауль. Он настолько гнилой и самовлюбленный мужчина, что действительно считает, что имеет право задавать нам этот вопрос. Наша цель была лишь восстановить справедливость, которой грезят все демоны. — Знаете, что отнимает мой отец у тех, кто приходит к нему за богатством? — я голыми руками достала из ноги мужчины гильзу, — он забирает детей. Рауль промычал что-то невнятное, а лицо его сильно побледнело. — К сожалению, здесь нет моего папы, поэтому я временно исполняю его обязанности, — я вложила окровавленную гильзу в карман пиджака мужчины и уселась на стол рядом с ногами Люцифера. — Где Ева и Мартин? — вдруг спросил Жюст. Удивительно, что даже в такой трусливой крысе есть тёплые чувства к детям, — они живы? Ости не смогла терпеть это лицемерие. Она со всего размаха ударила мужчину по лицу. На щеке Жюста отпечаталась ладонь демонессы. Он заплакал, точно ребёнок, совершенно не пытаясь скрыть свои позорные слезы. Жюст выглядел жалко и мерзко. — Как не стыдно… — даже кровожадная демонесса была возмущена таким хамством, — ты избивал детей, а теперь плачешься по ним? — Это было для их счастья! — Счастья?! — крикнула я, — ты мучил их! — У всех свое сча… — Ости надоело слушать бред умалишенного человека, поэтому она воткнула ему в рот кляп. Тоже самое она сделала с Раулем. — Так, у нас мало времени, скоро пароход прибудет, — Люцифер радостно постучал по столу. Он поднял трубку дискового телефона и стал вкручивать номер. — Добрый день, товарищ полицейский, на судне «Марианна» происходит страшное преступление чести и достоинства! — воскликнул Люци, — двое смертных по фамилии Домпьеры торгуют наркотиками и продают их в отсталые африканские страны, представляете?! Да… Конечно… На порту, в корабле. Да… Спасибо, очень ждём… — он положил трубку. Я наклонилась к Жюсту, почти соприкасаясь с его лбом. Я стала вспоминать его издевательства над Евой и Мартином. Мои глаза загорелись алым пламенем. Зрачки Жюста расширились, а сосуды полопались. Он испуганно зажмурился и затрясся. Я отошла от мужчины. Мы достали из сейфа наркотики и вспороли каждую пачку, в надежде, что ими никому не удастся воспользоваться, а деньги, что лежали в хранилище, мы переложили в сумку к остальными купюрами для Евы и Мартина. Ости напоследок со всей силы наступила на ногу Жюсты, и мы покинули корабль. Только мы отошли от судна, как его окружили десятки полицейских. Ко мне подбежала Ева. Она хотела обнять меня, но увидев окровавленную руку, мгновенно попятилась от меня. — Не бойся, — я вытерла об себя ладонь, — никто не умер, к сожалению. Ади протянул Мартину три билета на пароход, который плыл в Марсель. Оттуда они поплывут в Лиссабон. Мы помогли им взобраться и остались ждать отправки на причале. Ева подошла к корме корабля так, что между мной и ей было порядка трёх метров. — Спасибо, Мими, — она добродушно улыбнулась, как она это умеет, — береги себя и Вики! Надеюсь, она достойная девушка. — Она слишком достойная для меня, — я слегка улыбнулась, — пообещай мне быть счастливой и независимой от мужчин. Ни один человек не стоит твоей свободы. — Я обещаю. Как думаешь, мы когда-нибудь увидимся? Я чуть слышно посмеялась. — Не знаю, Ева. Если повезёт. — Скажи хотя бы откуда ты, — пароход загудел. — Ты не поверишь. — Пусть между нами будет хотя бы немного правды, — судно тронулось. — Из Ада, Ева, — она разочарованно взглянула на меня и послала воздушный поцелуй. — Прощай, — она заплакала. Надеюсь, слёзы ее от радости, что ей удалось попрощаться с этим ужасом, от радости, что ей дали шанс жить достойно. — Забыли! — крикнула Ости, — ловите! Она перебросила сумку с деньгами. Мартин с трудом смог поймать ее. — Спасибо, друзья! — кричал он вслед, — я вас никогда не забуду! Вы лучшие люди в моей жизни! Я вам обязан! Я ваш должник! — последнее, что нам удалось услышать. Они свободны. Пусть будут счастливы на новом месте и никогда не отступят от моральных принципов. Честно сказать, и мне слёзы сдержать трудно. Приятно делать хорошие поступки безвозмездно. Я обняла Ади, а он в ответ сжал меня. *Повествование от лица Вики* Мы сидели с Дино напротив входной двери, ожидая друзей. Все остальные теснились за столом, нарезая продукты для праздника. Они болтали так, будто сегодня утром ничего не произошло. Но напряженные отношения между мной и мамой, похоже, ощущали все. — Идите сюда, — обратился к нам Лазар, — никуда ребята не денутся, отсюда дверь тоже видно. Мы послушно сели за стол. Я все крутила на пальце кольцо Мими. — Можно посмотреть? — Лазар протянул мне свою ладонь. Я неуверенно вложила туда свою, — очень красивое. Из Ада, верно? — Да. — Необычное… У тебя должно быть связь с дарителем, — он все рассматривал золотое кольцо на моем пальце, — кто подарил, если не секрет? — Мими. Это кольцо достал ее дедушка из горы Тартар. — Ты знакома с ее родителями? — удивленно спросил хозяин дома. — Да, мы ездили к ним в гости. А почему вы спрашиваете? — У меня появилась одна мысль. Тебе сегодня снились кошмары? — я отрицательно покачала головой, — а с кем спала? Я вопросительно на него посмотрела, как и все присутствующие. Лазар чуть заметно закатил глаза. — Спрошу по-другому: с кем ты засыпала в одной кровати? — С Мими, — до меня стало доходить к чему клонит Лазар. — С каких пор вы вместе ночуете?! — строго спросил Кроули. — Они на земле, значит запрета нет, — вступился Алехандро, — к тому же, они ещё в школе в одной комнате жили. Очень крепко подружились с того времени. — Вы друзья? — спросила меня Вера. Сейчас точно не самое подходящее время для подобного каминг-аута… — Получается… — чуть слышно ответила я. — Демонессы классные, — вдруг сказал Матый. Он расплылся в улыбке и упёрся подбородком об стол, — мне тоже с одной нравится дружить… — Да, я бы с Мими тоже подружился, — ответил Алехандро, — она выглядит прям… — он закусил губу, пытаясь найти нужную ассоциацию, — дружелюбной, — он тяжело вздохнул и закатил глаза, — остра на язык, неприступная, горделива! Я таких люблю! Жаль только она уже с Вики стала лучшими друзьями, — он по-доброму мягко стукнул по столу и улыбнулся. — Прости, Алехандро, тебе ничего не светит, — я улыбнулась от мысли, что такая привлекательная дьяволица даже не смотрит на других, — она только со мной дружит. — Я уже понял, — он усмехнулся. — Какая ещё Мими?! — Матый нахмурился, — я про Ости, — блаженная улыбка вернулась на его личико, ярко засияв только от упоминания имени новой подруги. — Давно вы с демонессами дружите?! — недовольно спросил их Маниль. Матый замялся. Видно, что он сам очень обеспокоен своими чувствами к Ости. Забавно как холодная демонесса смогла поразить воображение такого равнодушного ко всему романтичному ангела. Он будто сам себя хотел испытать этой удивительной влюбленностью. Заметно, что он тоже ждал прихода демонов, но отнюдь не для перевода. Радикальные взгляды Матыя о демонах, навязанные отцом, испарились с тех пор, как он лично познакомился с ними. Своими искренними чувствами Матый доказал, что нельзя делать выводы ни о ком, кто отличается от тебя, пока ты лично не познакомишься с ним. Чтобы увести косые взгляды и язвительные вопросы от Матыя я решила продолжить разговор о моих кошмарах. — Вы хотите сказать, что я высыпаюсь только с Мими? Почему так? — На этот вопрос сложно ответить. Ровно как и на то, почему кольцо на твоём пальце светится. Есть вещи, которые мы объяснить не можем. Они просто существуют и все. Ты снимаешь это кольцо? — Нет, всегда ношу. А что в нем такого необычного, что мне не снятся кошмары из-за него? — Кошмары тебе не снятся не из-за кольца, а из-за Мими, — ответил Пьер, — если бы не было ее кольца, то ты бы не смогла спать. Оно позволяет вам ощущать связь между друг другом. Все закономерно. — Как это? — удивленно спросила я. — Мими тебе потом сама расскажет, сколько перед тобой открылось возможностей сейчас, — ответил Лазар. Видимо, он помнит о существовании запрета, — по факту на данный момент только у тебя есть сила, подпитанная энергией Мими. Попробуй снять кольцо. Я сняла его. Кольцо моментально потухло. Лазар аккуратно взял его из моих рук и примерил на кончике одного из пальцев, но кольцо не загорелось. — Можно мне? — спросил Алехандро. Я кивнула. Он тоже надел кольцо на палец, оно снова не горело. Алехандро вернул его мне. Я внимательно осмотрела подарок дьяволицы и надела его обратно себе на палец. Кольцо тускло замерцало, как раньше. Лазар улыбнулся и сказал: — Похоже, оно только твое. Видимо, мои отношения с дьяволицей совсем ни для кого не новость. Учителям проще сделать вид, что они не замечают, как меня и Мими тянет к друг другу, чем снять ограничения. Хорошо хоть не наказали. — А для чего столько еды? — спросил Дино. — Так совпало, что сегодня праздник взятия Бастилии и ваши проводы! Сегодня придут мои друзья, устроим шумное гулянье. Познакомитесь с местным праздником. А завтра отправитесь домой. — А что это за праздник? — спросил Алехандро. — Это самый главный праздник для французов! Важнее нового года! С этого дня началась революция. Бастиллия была тюрьмой строго режима, туда могли посадить любого неугодного власти, — попутно он стал что-то записывать на листочке, — Бастилия стала символом деспотизма и всевластия правящей верхушки, поэтому люди снесли ее буквально по кирпичикам. Это праздник о нашей свободе, — он протянул мне листок, — купите, пожалуйста, продукты для ужина. Мы с Дино собирались было уже идти, как вдруг меня остановила мама. Дино тактично отстранился, дав нам поговорить наедине. Мама ластилась, как обруганная собака. — Я не буду оправдываться, Вики, демонесса сказала тебе правду. Но и ты пойми меня! Что мне нужно было делать?! — она прихватила меня за предплечье. — Что нужно было делать?! Ты обещала не вмешиваться! Мы могли столько глупостей с Мими сделать из-за тебя. Ты ведь знала, что между нами происходит… Я тебе доверилась, а ты… — я разочарованно покачала головой, — тебе должно быть стыдно, мама… — Могу извиниться, — она сложила руки на груди. — Ох, уж будь так добра, — я закатила глаза, — передо мной не нужно, извинись перед Мими. — Перед демонессой?! Еще чего?! Это унизительно! — Унизительно признать свою неправоту?! — Уважаемый серафим не опустится до извинений перед демоном. — Может быть, Мими и вспыльчивая, но она не хуже любого ангела. Она не заслуживает такого обращения к себе. Я лучше буду всю жизнь с демонами, чем с такими высокомерными ангелами, — я развернулась и направилась к Дино. Мы ушли за продуктами вдвоем. *Повествование от лица Мими* Всю дорогу до дома я обдумывала, что же мне сказать Вики. Облегчение разлилось по всему телу от мысли, что она верна мне. Меня уже не волновали ни Ребекка, ни возвращение домой, ни то, что нас там ждет. Это не наша с Вики война. Мы либо союзники, либо я сложу оружие. Остаться здесь навсегда самая умная мысль, вылетавшая из ее красивых губ. Это решило бы много проблем. Залетев внутрь дома, я как безумная искала глазами Вики, но ее нигде не было. — Вернулись! — воскликнул Пьер, — все получилось? — Да, — сухо ответила я, — а где Вики? — Она ушла с Дино в магазин, — ответил Алехандро. Я кивнула и тяжело вздохнула. Я хотела было уже выйти им навстречу, но меня остановил голос Лазара. — Отдохните же, Мими! Я села за стол, нервно смотря в окно. Все мысли были только о долгожданной встрече. Из раздумий меня выдернула рука Ади перед лицом. — Мими! — я перевела на него взгляд, — перевод дай. Я потянулась в карман. Помимо нужного листочка выпала и фотография Вики. Ее подняла Ребекка. Я потянулась к снимку. — Можно посмотреть?.. — тихо спросила она, я кивнула. Я не злюсь на нее совсем. В первую очередь Ребекка — мать, которая любит своего ребёнка. Она не видела, как растет ее дочь, не участвовала в ее воспитании, и, наверное, сейчас относится к Вики как к той пятилетней девочке, которую она помнит. Разве у меня есть право осуждать ее за заботу о своём ребёнке? Мы с ней похожи: нам обеим хочется только лучшего для Вики, но ни одну из нас она слушать не станет. Ребекка с такой лаской и умилением смотрела на фотографию, что во мне даже вспыхнула какая-то добродушная ревность. — Только я Вам ее не отдам. — Кого? — удивленно спросила Ребекка. — Ну, фотографию… Она усмехнулась и протянула мне обратно снимок. Я спрятала его в карман. Фенцио осматривал перевод, внимательно вчитывался в слова на листе, а затем спрятал его. Все что-то крутились по дому, праздничная обстановка витала в воздухе. Дино и Вики все не было. Шепфа, они что на небеса вернулись за продуктами?! Сильная усталость взяла верх. Ожидая их прихода, я задремала прямо за столом. *Повествование от лица Вики* Мы с Дино обошли полгорода в поисках всех продуктов из списка. Вернувшись домой, меня ждала самая милая картина на свете: моя дьяволица сладко спала, пока остальные готовили и украшали дом к приходу гостей. Единственное, что я себе позволила — накрыть ее пледом. Битый час мы готовились к приходу гостей, которые не заставили себя долго ждать. От шумных приветствий Мими проснулась, она огляделась и заметила меня. Улыбка на ее лице стала шире. — Я тебя искала, — сказала она мне. — Я знаю, — я села напротив нее. Матый все причесывал свои неуклюжие кудри, но они совершенно не подчинялись. — Куда ты так прихорашиваешься? — ласково спросила его Вера. Яркий румянец загорелся на его щечках. — Просто хочу выглядеть опрятно. Его мама удовлетворенно кивнула и отошла от нас. Он шепотом спросил нас: — А где Ости? Мы с Мими переглянулись и слегка улыбнулись. — Она платье выбирает, — ответила я, — а что? — Да поболтать хотел… — Конечно, — Мими быстро закивала головой, — мы видели, как вы вчера нашли общий язык друг у друга во рту, — дьяволица засмеялась, а я кинула в нее полотенце. Она обиженно махнула рукой и ушла от нас. — Не обращай внимания. Привыкай к такому же, — я широко улыбнулась, а он в ответ расплылся в улыбке. Гостей пришло слишком много, они заполнили весь двор и обеденный зал. Я даже сбилась со счёта и перестала их различать. Все они были разные: молодые и зрелые, шумные и скромные. Лазар уделял время каждому, знакомя нас друг с другом. В доме зазвучала громкая музыка. Гулянье было в самом разгаре, но Мими я не видела. Я ушла к себе переодеваться, в надежде отыскать там дьяволицу, но комната была пуста. Пройдясь по дому, я ее не нашла. Во дворе Мими тоже не было. Осталась лишь ее комната. Без стука я зашла к Мими. Дьяволица сидела за кроватью на полу, напротив неё стояла моя фотография. Мими переоделась в латексный костюм. — Вот ты где, — сказала я Мими, — теперь я тебя искала. Она опустошала коробку конфет, врученную ей утром, совсем не смотря на меня. — Ты не собираешься на праздник? — спросила я. — Не хочу, — она наконец провернулась на меня. Дьяволица раскрыла рот, увидев меня в новом платье, но моментально собралась с мыслями, — а ты почему не там? — Знаешь, кого-то мне там не хватает… — замечаю на ее лице легкую улыбку, — никто не говорит мне, что я в слишком коротком платье… — начинаю медленно приближаться к бестии, — никто меня не целует… — я подсела рядом с ней. — Ты пришла, чтобы я тебя поцеловала? — она широко улыбнулась и облизнула губы. — Получается так, — я пересела на ее колени и обвила шею руками. — И как тебя нужно поцеловать? — она сжала ладонями мои ягодицы, а я втянула зубами воздух. — Как только ты меня целуешь, — шепотом ответила я. Мими в один момент сократила расстояние между нашими губами. Жадно целуя меня, она подхватила руками мое тело и бережно положила на кровать, нависнув надо мной сверху. — Нет, так не пойдет! — рывком я перевалила ее на спину, — я хочу командовать, Мими! — Чтобы я — дочь Мамона, под кем-то?! — она попыталась вырваться, но я приблизилась к ее губам так, что мы слегка касались друг друга. — Договоришься, останешься со своими конфетками сегодня одна, — шепчу ей. — Ладно, твоя взяла… — она нервно выдохнула мне в губы. Я немного отодвинулась от ее лица, — я тебя люблю. На лице моем изобразилась дурацкая улыбка. — Шепфа, Мими, я что уже на небесах?! — спросила я у бестии, — второй раз за два дня ты мне это говоришь… Что-то невероятное… — Я вчера тебе такое говорила?.. — удивленно спросила дьяволица, — я ничего не помню… — Жаль! Ты мне предлагала жениться, завести кучу кошечек и собачек и обещала всю жизнь с меня пылинки сдувать… Глаза Мими обеспокоенно расширились. — Придется выполнять свои обещания… — я провела большим пальцем по ее губам. — Можно хотя бы без котят?.. — расстроенно спросила дьяволица. Я усмехнулась и прижалась всем телом к ней. На секунду мы так и застыли, смотря друг другу прямо в глаза и тяжело дыша. Из нас словно сочились искры. Мими подалась к моим губам и провела поперёк них языком. Во мне закипело животное желание. Самое искреннее и дикое. Я впилась в ее шею губами, оставляя красные пятна. Одежда стала не просто лишней, а раздражающей. Одним резким движением я сорвала с дьяволицы топ. Ее руки лихорадочно искали замок на платье, но все тщетно. Озверев, она порвала этот ненужный кусок ткани прямо на мне и отбросила в сторону. Я кусала ее грудь, затем зализывала больные места, оставляя лишь покраснения. Руки потянулись к ее штанам. Мими помогла мне снять их как можно быстрее. Нижнее белье отправилось к моему платью. Я прикоснулась губами к внутренней части ее бедра. После долгой разлуки тело дьяволицы яростно реагирует на каждый горячий поцелуй. Я не стала ее мучить и примкнула к нужному месту. Мими откинулась на подушку и выгнулась дугой. Ее сладкие стоны жгли во мне огонь. Музыка на фоне перебивала ее непрерывные вздохи, позволяя остаться нам незамеченными. Я села сверху бестии и закинула ее ногу себе на плечо. Движения были рваными и резкими, все сильнее стирая нас в пепел. Все происходило так, как мне хотелось. Впервые Мими была столь покорна. Я наблюдала за ней внимательно, смотрела как она извивается подо мной. Мими была совершенно беспомощна. Мне это нравилось. Я чувствовала эту власть над ней. Дьяволица перешла на крик. Мне пришлось заглушать ее поцелуями. Мими до боли прикусывала мои губы, оставляя после каждого поцелуя вкус металла на языке. Руки стали подкашиваться, а ноги сводило от наслаждения. В какой-то момент я и сама стала слишком громкой, но нас это уже не останавливало. Ладони Мими прижимали мои бёдра все ближе к своим, оставляя следы от ногтей. Мы двигались в такт до тех пор, пока по всему телу не рассеялось приятное ощущение. Я обессиленно рухнула на смятую простынь рядом с Мими. Обе липкие, мы долго пытались отдышаться. Затем дьяволица повернула к себе мою голову и жадно поцеловала. — Я хочу ещё, — сквозь поцелуй зашептала я. Губы Мими стали мягче, вся грубость и дерзость куда-то испарились. Она аккуратно положила меня на спину и нависла надо мной. — Но я ведь командую… — жалобно пропищала я. — Командуй, командуй, — рука дьяволицы опустилась на грудь и мягко смяла ее, — только снизу. Возмущаться не было ни желания, ни возможности — пальцы Мими бесцеремонно проникли в меня, вынуждая прижать дьяволицу к себе как можно ближе. В этот момент хотелось стать единым целым. Я выкрикивала имя бестии, шептала на ухо, как сильно я люблю ее, просила не останавливаться. За это она вознаграждала меня лёгкими поцелуями по всему телу. Мими легла на меня сверху, внимательно смотря, как я расплываюсь под ее ласковыми движениями. Я металась по кровати, но властные руки дьяволицы стойко удерживали мое тело. Откинувшись на подушку, я почувствовала на шее губы дьяволицы. Ее не заботило, что на утро останутся гематомы, как, в общем-то, и меня. Мои ногти пытались ухватиться за что-то, но единственно, что им удалось отыскать — спина Мими. Безжалостно оставив на ее пояснице четыре глубокие царапины, руки поднялись к лицу. Я зарылась в ее волосы и притянула к себе. Свободная ладонь дьяволицы сжала мою. Все тело приятно содрогалось. Мими целовала меня, кажется, до самого утра. Не помню, как мы уснули, но проснулись мы рядом друг с другом. Открыв глаза, первое что я увидела — ладонь Мими, которая слабо удерживала мою. Все тело приятно ныло после ночи с бестией. Дьяволица ещё спала. Голова ее лежала под подушкой, а ноги прикрыты одеялом. Единственное, что было видно — исцарапанную спину Мими. Было и стыдно, и мило одновременно. Я прикоснулась губами к ней, стараясь сгладить вину, но никакого ответа не последовало. Я ушла в душ, но и туда Мими не пришла. Лишь собирая по комнате разбросанные нами вещи, я знала, что хищный зверь под одеялом уже внимательно наблюдает за мной, но я старательно делала вид, что не вижу этого. В один момент сильные руки повалили меня на кровать, одновременно целуя все, что попадается под них. Мими села на меня сверху. Она радостно потянулась, расправив ручки в стороны. — Доброе утро, — я потянулась к ее губам, но дьяволица обратно вжала меня. — Ты чистая, а я нет! — сонным голосом сказала Мими, — почему ты не позвала меня с собой в душ?! — она опёрлась мне на плечи. — Ты спала… — Так, лежи тут и никуда не уходи! — строго наказала бестия. Она быстро сползла с меня и убежала в ванную. Пяти минут не прошло как из душа на меня влетела сырая дьяволица. — Мими, ты мокрая! — засмеялась я. — Конечно, я ведь рядом с тобой, — наконец она поцеловала меня. — Фу, Мими! Мало того, что мокрая, ещё и противная! Ее руки стали щекотать мои рёбра. — Перестань! — сквозь смех я просила бестию. Но Мими не слушала меня, за это я укусила ее в плечо. Она вскрикнула и села на мне удобнее. Все ее тело было в красных пятнах и уже зелёных укусах с ночи. — Нам придётся надеть что-то с длинным воротником… — краснея, сказала я ей. — Зачем? — удивленно спросила Мими. — А ты посмотри сходи в зеркало. — Нет, я никуда от тебя не уйду! — резким движением она усадила меня напротив себя и обвила ногами вокруг моей талии. Дьяволица прикоснулась к моим губам. Сладкий яд парализовал меня. Поцелуи ее были аккуратными и нежными. Ладони Мими заново изучали каждый изгиб моего тела. — Это было классно, Уокер… — она облокотилась на свои ладони и удовлетворенно выдохнула. — Можем почаще ругаться, чтобы так мириться, — смеясь, ответила я. — Чего?! — Мими опрокинула меня обратно на подушку и стала зацеловывать шею, — ещё одну такую ссору я не переживу. Губы ее настойчиво опускались все ниже. Она нежно проводила языком по всему телу. — Мими, нам нужно на завтрак… — сквозь глубокие вздохи шепчу ей, — нас, наверное, все потеряли. — Нет, нет, — она посмотрела на меня внимательным, игривым взглядом, — пусть ищут, мне все равно. Сейчас я тебя очень хочу. Вышли из комнаты мы только через час. Ни одна длинная кофта не закрывала полностью страстные следы нашей близости. Но, кажется, Мими и не пыталась это как-то утаить. На удивление, в обеденном зале никого не было. Пританцовывая, Мими крутилась у плиты. Я завороженно наблюдала за ее движениями. Она протянула мне кружку с чаем. Я благодарно стала целовать ее. В этот момент послышался сильный топот, приближающийся к нам. Испугавшись, я случайно прикусила нижнюю губу Мими. Из-за угла показался потрепанный Ади. Я вернулась к сладким губам Мими, поняв, что это лишь дьяволенок. — Извини, — шепотом произнесла я в губы Мими. Она ласково улыбнулась и провела языком по новой ссадине. — Ой, помирились куколки, — хриплым голосом сказал Ади, — только меня сейчас стошнит. Не от вас, конечно, — он жадно опустошил половину графина с водой, — ну, французы и пить… — процедил сквозь зубы дьяволенок. — Тебе что французы, что демоны! Все равно пьешь! Вот посмотри на меня, — довольная собой дьяволица указала на себя пальцем, — я вот не пью и чувствую себя отлично! — Я вот не пью бе-бе-бе, — передразнил он бестию, — сюда остальные идут. Так что вы поаккуратней. Мими села напротив меня, не спуская с меня глаз. Комнату быстро заполнили все остальные. Гулянье, по-видимому, прошло весело, если все походят на состояние Ади. Мы с Мими все смотрели друг на друга. Я прокручивала в голове нашу ночь. По затуманенному взгляду и широкой улыбке было понятно, что мысли Мими тоже об этом. — Ты куда вчера так рано ушла? — спросил меня Алехандро, — я тебя везде искал. Его голос выдернул меня из мыслей. — Я? Гуляла. — Да? — подключился Лазар, — и как тебе променад по ночному Лиону. — Ну, лучше прогулки у меня еще не было… — ответила я. С губ Ади и Мими сорвались смешки. Я строго посмотрела на них, они сделали самые серьезные лица, а затем снова рассмеялись. Позавтракав, я встала из-за стола и направилась в комнату Мими. Поднимаясь по лестнице, я многозначительно взглянула на дьяволицу, прикусила губу и ушла вверх. Не успела я зайти в комнату, как меня обхватили самые нежные руки на свете. Мими аккуратно опрокинула меня на кровать и легла сверху. Ее голова лежала на моем животе, а руки поглаживали рёбра. Я зарылась ладонью в ее волосы, старательно перебирая каждую прядь. — Мими, а что может мое кольцо? Сквозь дремоту дьяволица ответила: — Много чего. Например, тебе достаточно лишь подумать обо мне, и я узнаю, что ты меня ищешь. Со мной также работает. — Да? — удивленно спросила я, — почему ты мне раньше не говорила? — На это нужно много энергии, — слегка смеясь ответила Мими, — не думай, что это работает как телефон. Мы можем доносить только что-то очень важное. — А у меня сейчас получится? — Не думаю, — она посмеялась с этих вопрос, словно ответы на них были очевидны, — не факт, что даже, когда к нам вернутся силы, мы сможем такое сделать. Это очень энергозатратно. В дверь кто-то постучал. — Никого нет! — крикнула Мими, за это я легонько ударила ее по макушке. Дверь распахнулась и на пороге стояли Дино, Ади и Люци. — А, это вы… — Мими отвернула голову в другую сторону, — чего вам? — Пора домой, — ответил Дино.