океан, сохрани...

минхо не успел заметить, как всё его существование свелось к одному лишь человеку, которого уже давно не было в живых. когда он принял самое сложное решение, о котором боялся думать все долгие годы бесцельного скитания по морскому дну? как вышло, что обычный ритуал обернулся тотальным провалом? но прямо сейчас он хотел лишь исправить роковую ошибку, пусть ради этого ему и придётся всё потерять. ему, может, кажется, но где-то в подсознании чужой, но такой родной голос из последних сил пытается донести одно единственное слово: «эгоист!»

***

внешне юный русал обладал неземной красотой и обворожительным голосом. сквозь толщи воды расслышать его, естественно, невозможно, но телепатически зазывания сирены звучат ничуть не хуже. минхо давным-давно заключил сделку с алчным владельцем подводных экскурсий: за небольшую доплату в виде сундука затонувших сокровищ бизнесмен согласился на выгодную для русала сделку, и тот каждый год забирал одного из пассажиров для проведения ритуала перерождения. так он и встретил джисона. на зов русала откликались только одинокие души, которых вряд ли потеряют и объявят в розыск. нет разницы молодым будет человек или при смерти. в том году жертвой стал паренёк лет двадцати, он красиво рисовал, с восхищением запечатляя на бумаге морских жителей. когда минхо понял, что именно ему предстоит сегодня умереть, то сильно удивился. джисон был милым и главное красивым, и будь ли человеком, он всеми фибрами души бы держал парня на берегу. но если так получилось, значит так тому и быть. хан сделал то, чего не делал почти никто до него: начал сомневаться, шёл на верную погибель с опаской, сам себя спасал. но у сирен дозволены любые уловки, обещать невозможное, например. так очередная человеческая душа преобразилась в питательную энергию русала. минхо корил себя дольше обычного. он лишь паразит, который, подобно комару, высасывает жизни. но со временем он всегда смиряется со своей участью, трусостью и эгоизмом. новая чешуйка тускнела и совесть успокаивалась. обычно так, но душа джисона всё не переставала мерцать. как будто парень намеренно напоминал о том, что минхо на самом деле. - не пытайся избавиться от меня после того, как обещал целую вечность. - ли услышал это в один из одинаково серых дней, но рядом никого не было, и в следующую неделю ничего похожего не происходило. пока смутно знакомый голос вновь не проявил себя. - не знаю, как долго я смогу проделывать такое, но обещаю, что не дам тебе спокойно существовать, чёртова рыба. - это определённо был хан, и это отчего-то не омрачало существование минхо, наоборот, он чувствовал прилив сил и желания жить дальше. - никакая не рыбина, я сирена, а ты лишь отголосок моей совести. - словно обиженный мыслил ли и был уверен, что его услышат. - посмотрите, он знает, что такое совесть, ха, ещё скажи... - на большее его не хватало, и хан снова пропал на неделю. прошло пару месяцев, диалоги становились всё длиннее, от того влюблённо-наивного джисона не осталось и следа. парень всё продолжал язвить и подкалывать русала, мешал тому спать, всё чаще напоминая о своём присутствии. и минхо не злился, отшучивался в ответ, разыгрывал обиды и проклинал призрачный голос, когда отчаянно пытался уснуть. - хочу клубнику! - громко крикнул хан, сразу после превратив два слова в коротенькую песенку, которую продолжал напевать на протяжении многих часов. - тебе самому-то не надоело? не знаю я, что это такое, в океане такого не растёт, да и чтобы её съесть надо состоять из крови и плоти. - ой, ну прости, мистер умник, какой-то негодяй убил меня себе в угоду, а теперь я. мучаюсь! - на последнем слове что-то ощутимо ткнуло минхо в спину между лопатками. русал быстро обернулся, но ожидаемо, ничего не увидел, беспросветная тьма, как и всегда. - ты у меня за спиной? - изумлённо произносит ли. - покажись. - меньше приказного тона. если бы я мог... - и джисона не было слышно целый месяц. для минхо это был самый долгий месяц за всю жизнь. он понял, что безумно боится потерять эту связь с призраком джисона, что в любой момент силы его души иссякнут, и они никогда больше не поговорят. единственной надеждой для русала была слабо мерцающая чешуйка, но и она тускнела с каждой неделей. в конечном итоге привязанность к надоедливому парню принесла русалу только боль. вместе с ней пришло и осознание, что джисон давно стал для него гораздо большим, чем просто раздражающим напоминанием о собственной гнилой сущности монстра. хан веселился с ним, спорил и даже успокаивал иногда. он решил не задавать вопроса, ответ на который мог бы его уничтожить. от одной мысли, что джисон не испытывает к нему ничего, кроме ненависти, у минхо появлялось невыносимое желание кричать, пока из груди не вырвется последний пузырёк воздуха и больше не останется сил держаться на плаву. - джи, пожалуйста... - русал, распластавшись на песчаном дне океана, пытался говорить. но толщи воды нещадно глушили звуки. - если ты... всё ещё здесь, со мной. борись... прошу, не оставляй меня вновь одного. - наверняка, ты бы ещё и заплакал, не будь мы под водой. - освещая своим присутствием, в прямом смысле этого выражения, кусочек дна, рядом на песочке умиротворённо сидел джисон. - чего же ты раскис, селёдка? или соскучился по бессонным денькам? - парень слегка подбадривающе толкнул хвост минхо и расплылся в улыбке. - не надо. - несмотря на все оправдания джисона, он чувствовал, что время парня на исходе. пусть хан и набрался сил для следующих нескольких дней, но сможет ли он вернуться после очередного переутомления. минхо знал каково это. не помнил откуда, но точно знал. и он не хотел наблюдать, как любовь всей его жизни увядает у него на глазах. - что? мне тебя теперь и трогать нельзя? - начал возмущаться дух. - а кто недавно пиздострадал на тему: «кто мы друг для друга?», «а что если он считает меня убийцей?» - веселился он, наблюдая, как удивлённо смущается старший. - ха, ты правда думал, что я окончательно помер. но это не так, не дождёшься. я потратил много сил в прошлый раз, чтобы пихнуть тебя. - парень грустно хмыкнул. - я был так слаб первые дни, думал, что это и есть мой конец. - я... так боялся, что ты не вернёшься ко мне.... - ли привстал и потянулся рукой к джисоновой щеке. - я сожалею, что забрал твою жизнь. до твоего появления у меня было лишь слабое представление о том, что я делаю что-то ужасное. если бы я только мог всё вернуть... - нет. - хан коснулся ладонью тёплой руки у своего лица, стараясь показать, что он тут, и он совсем не против такого расклада. - пусть я и умер, и злился на тебя из-за этого, но за последний месяц я осознал, что это, пожалуй, лучший исход моей никчёмной жизни. на суше я был один, у меня даже одного хорошего приятеля не было. зарабатывал, рисуя картиночки, ел, спал, выходил из дома иногда. я мог умереть от болячки какой или от старости в полном одиночестве. родители отказались от меня. ты - лучшее, что могло меня убить, а потом и лучшее, что было за всю мою жизнь - и смерть. - я не помню, кем я был до того, как стал русалом, но с уверенностью могу сказать, что ты подарил мне возможность вновь почувствовать себя человеком... - минхо тепло улыбается парню и долго молчит перед тем, как вновь продолжить. - я люблю тебя, хан джисон, поэтому я сделаю всё, что в моих силах, чтобы ты мог снова жить. младший с тревогой смотрит на ли, который медленно наклоняется к его лицу. джи не понимает действий старшего, но не отстраняется, доверяясь любимому. минхо вкладывает в свои движения всю храбрость, чтобы не выдать страх и грусть, поглощающие его и не вспугнуть джисона. русал откуда-то он знает, что делать. как будто эта информация всегда была в его голове. он начинает напевать слова заклинания в мыслях, и хан осознаёт всё слишком поздно, чтобы помешать. короткий и самый долгожданный для обоих поцелуй оказывается для них первым и последним. судьба, которая наградила этих двоих возможностью узнать друг друга и полюбить теперь заставила выбирать: на этом свете останется в живых лишь один. - эгоист! ты не можешь принимать такое решение в одиночку! - пытается докричаться до старшего хан. но тщетно. - гребаный эгоист! ли его уже не слышит. перед его глазами, в его голове пролетают кадр за кадром сцены из прошлой жизни. маленький минхо сидит на кровати в детдоме, его родители погибли. потом уже взрослый он бесцельно бредёт по набережной и прыгает вниз. никто его не спас, зато какое-то существо быстро прекратило его страдания. вот минхо бестелесный стен-фиолетовый дух, вот он влюбляет в себя сирену и обманом заставляет её подарить ему жизнь. перед наступлением кромешной темноты ли видит джисона и слышит последнее: «я тоже люблю тебя».

***

хан просыпается в непроглядной тьме, где-то над его головой заметен бледный свет. всё, что он о себе знает - имя. на ярком голубом плавнике мерцает одна из чешуек, и его предчувствие подсказывает ему, что перед превращением в обворожительного русала у него нагло отобрали кусочек души.