Если пути к тебе не будет, я создам его из ниоткуда

Говорят, FUG проросла в каждом этаже, собрала под крыло всех обиженных и отверженных, затаилась в тени, готовясь нанести удар. Говорят, даже члены разных ветвей Десяти Семей вступают в их ряды, когда уже не могут больше терпеть вседозволенность главных. Башня напоена кровью и чужой болью, а выше всего сидит Захард, перекрывая собой путь дальше, словно отрезая каждому возможность продолжить бесконечное путешествие и увидеть настоящее небо. Говорят, FUG заходит в своих действиях также далеко, как и сторонники Захарда. Они не замечают того, что продолжают плодить ненависть и боль в ответ - и страдания продолжают разрастаться, утягивая всех в водоворот обиды и страха. Говорят, FUG давно потеряла свой смысл и идет наугад, продираясь когтями и клыками, оставляя за собой кровавые следы. Говорят, у FUG есть настоящее сокровище - даже лучше, чем то, что производит Мастерская, даже лучше, чем Эмили. Эмили знает все дороги, которые существуют - но она не способна создать путь там, где его нет, и спутать дороги, которые еще не были рождены. Говорят, если заблудишься, то надейся встретить упавшую звезду. Куну Агеро Агнису легко ненавидеть своего отца. Он помнит всех отверженных, сломленных, оставленных на произвол судьбы, таких же, как он. Его отца можно было бы назвать драконом, но дракон одинаково любит свои сокровища и ревностно их охраняет - его отец же наблюдает со скукой за тем, как его семейство рвет друг друга в клочья, и ждет особых сокровищ для своей коллекции. И даже не важно, что это будет - особый артефакт или живой человек. Куну Агеро Агнису легко ненавидеть и тех, кто с радостью бросается под ноги его отцу. Все его бесчисленные жены пляшут по его правилам, наставляя своих детей на ненависть друг к другу, заставляя девочек метить на место принцессы, а мальчиков - убивать неугодных сводных сестер. Он все еще помнит теплую кровь одной из сестер и холодное одобрение матери - «Теперь одной конкуренткой меньше. Ты не бесполезен, Агеро. Мы сможем подняться выше и жить спокойно». Куну Агеро Агнису легко дается переход в FUG - особенно когда его, больного, растерянного и выброшенного после объявления Марии принцессой Захард, принимает у себя один из самых страшных людей в Башне. От него пахнет дешевыми сигаретами и по слухам он убивает любого из Десяти Семей, как только видит его. Но Кун жив, цел, здоров и даже не боится оставаться с Ха Джин Сунгом наедине. Куну Агеро Агнису легко дается знание того, что из него собираются сделать нового Кандидата в Убийцы. Он только спрашивает, будет ли ему позволено первым перерезать горло своему отцу - и ответ его устраивает. Ха Джин Сунг вздыхает и хлопает его по голове - Кун уворачивается. Больше не ребенок. Никогда им и не был. В семье Кун нет детей, лишь полезные и бесполезные люди. Куну Агеро Агнису легко перестать быть Куном Агеро Агнисом - после вступления в FUG и так ясно, что любой из его семьи будет счастлив принести голову предателя на серебряном блюде отцу. Так что имя Сильвер он принимает без жалоб и даже с некой благодарностью - теперь ничто не связывает его с тем человеком, который сломал всю его жизнь и со всей сумасшедшей семьей, которая утопает в крови родных людей. Ку- Сильверу легко привыкнуть к своей роли и внезапно увидеть свет, который поведет его за собой - ведь у Ха Джин Сунга есть воспитанник с поразительными золотыми глазами и одним из самых редких талантов в Башне. Кун - Сильвер, теперь его зовут Сильвер, как нож в его руке, как сталь, которая когда-нибудь воткнется в горло его отцу - лежит на полу и хватает ртом воздух. Все его тело болит, но он не жалуется - это ничто с постоянной болью и унижением раньше, с постоянным страхом провала. Джин Сонг в тысячу раз лучше, чем любой из его инструкторов раньше - потому что для него Сильвер это Сильвер. Его ученик, а не чей-то сын, ни кто-то, кто станет новой ступенькой или наоборот - тот на которого можно не обращать внимания. Воздух вокруг становится прохладнее - приятно холодит раны. Будущий Убийца счастливо вздыхает и приоткрывает глаза. Наверное, это мастер принес воды, или сейчас будет новая ступень в тренировках. Сильвер выкладывается на полную - старейшины FUG все еще неуверенны насчет него, а обычные члены предпочитают двигаться за Каракой, уже приняв его как своего Бога. Глупцы - когда-нибудь он и Караку сдернет с его трона, и даже, возможно, не получит за это подзатыльник от мастера. Правда перед его глазами сияет золото - ребенок, кажется, почти такого же возраста, как и он сам, сосредоточенно разглядывает его лицо и вдруг сладко улыбается, осторожно обтирая его лицо и шею. Как же приятно. - А ты кто? - темные каштановые волосы щекочут его шею, и Ку-Сильвер садится неохотно, внезапно очарованный. Раньше лечить его приходила та рыжая ведьма Хва Рьюн, а не незнакомый и очаровательный ребенок, но он с готовностью отвечает. - Я Сильвер. Будущий Убийца, - на всякий случай уточняет он, будто бы это требует подтверждения. Златоглазый счастливо кивает и продолжает обтирать его горячую кожу приятной прохладной тканью. - Я Виоле! Ну, точнее Джу Виоле Грейс, господин Сильвер! - мальчишка щебечет, его растрепанные волосы падают водопадом и мешают ему работать. Сильвер тянется, как зачарованный, и вытягивает из своих волос осточертевшую бандану, которую все не может выбросить. Одним движением он поднимает тяжелую смоляного цвета копну и завязывает в хвост - Виоле недоуменно хлопает глазами и внезапно вновь радуется. У Сильвера глаза болят от его света. - Спасибо большое! Мастер говорит, что мои волосы невозможно содержать в порядке, они слишком тяжелые, и резинки рвутся! - А кто твой мастер? - Сильвер поднимает подбородок, позволяя протереть шею - он стер кожу и кровь затекла по шее до плеч. Виоле улыбается и пожимает плечами. - Мистер Джин Сонг. Правда он меня сейчас не учит, я больше провожу времени с… мисс Хва Рьюн, я сделал, как вы сказали! - рыжие волосы качаются на краю зрения и Сильвер застывает - он не помнил, чтобы у его мастера были еще ученики кроме него и Караки. - Наш с тобой глупый серебряный Бог просто очень неуклюжий и нам нужно за ним приглядывать, - Хва Рьюн проходит тенью, запахом костра и тайны, мягко берет Виоле за руку и бросает задумчивый взгляд на Сильвера, потом на Виоле, - Кажется, он уже признал тебя и даже одарил подарком, Виоле. - О чем ты? - Сильвер ворчит и встает, тут же раздражаясь - Провожатая умела выводить из себя. Хва Рьюн наклоняется и крепко держит Виоле за плечи, поворачивая его к Сильверу так, будто хочет, чтобы он как следует на него посмотрел. - Посмотри сюда, мой глупый Бог. Это - твой будущий Провожатый. Кун смотрит и не может отвести взгляда. Виоле улыбается, а рядом с его головой парит синяя бабочка. Джу Виоле Грейс - Двадцать Пятый Баам, он шепчет ему по секрету как-то ночью, когда они обмениваются своими тайнами - является самым главным сокровищем FUG. Он Провожатый - одно это делает его ценным, как самые драгоценные сокровища его отца - и даже не принадлежит ни к Серебряным Гномам, ни к Рыжим Ведьмам. Но это еще не все - по словам Хва Рьюн он не просто видит пути, он так же их и создает. Будто бы сама Башня обожает его, позволяя вертеть собой, как ему вздумается. Сильвер даже немного понимает это - от одного взгляда на Виоле ему хочется встать перед ним на колени и делать все, что он скажет. - Он должен был стать нашим Богом, - Хва Рьюн перебирает пальцами свои огненные волосы. Джин Сунг утащил Виоле за собой, сказав рыжей ведьме объяснить Сильверу все то, что он хочет знать, так как сам мастер не разбирается в «этих ваших путях и Провожатых», - Он - Незаконный. И Старейшины хотели бы видеть его Убийцей - но Башня, похоже, решила иначе. Его мастер, Джин Сунг, души не чает в Виоле - это видно невооруженным глазом - одевает его как любимого ребенка и ревностно смотрит на любого, кто подойдет слишком близко. Сильвера так и подмывает сказать что «усынови его уже», но ему все еще нужно жить для того, чтобы убить своего отца, так что он держит язык за зубами. И чтобы не кривить душой, он и сам души не чает в Виоле - в Бааме, ему разрешил его так называть он сам. Не любить его невозможно - кажется, словно самый яркий свет упал в самые низы Башни и осветил собой темные коридоры и темные души. Баам часто исчезает на несколько дней - и даже Хва Рьюн уже не может его найти, словно для нее нет путей к нему. А потом Виоле возвращается - растрепанный, мечтательный и счастливый. Бабочки из Шинсо окружают его, словно он цветок. - Башня показывала мне такие красивые места, господин Сильвер! К-Сильвер слушает, приводит в порядок его спутанные волосы и подвязывает все той же банданой, которую он дал ему при встрече - Баам отказывается ее менять на что то другое, смотрит ласково из под пушистых ресниц, и на миг, короткий, как удар сердца, Кун забывает о мести и своей цели. Ему хотелось бы так и сидеть рядом со своим Провожатым, но их тут же разводят по тренировкам - ему к Джин Суну, Виоле забирает Хва Рьюн. Сильвер смотрит вслед подпрыгивающему хвосту и синей бандане и шумно сглатывает - такие люди просто не существуют в Башне, неудивительно, что он Незаконный. - Когда вы станете Богом, господин Сильвер, вы будете великолепны, - Виоле сидит слишком близко, тепло дышит, приникает всем телом, Джин Сунг должен был бы объяснить Виоле, что так делать нельзя, но в глазах Мастера он все еще «милый маленький Оле», - И вы будете исполнять желания людей, я слышал это. - У тебя есть желание для меня? - Сильвер пользуется моментом близости и гладит Баама по щеке, одной рукой подтягивая к себе поближе. Они уже почти взрослые, его тело уже предает его в присутствии Виоле, но Сильвер все еще хочет остаться в живых, так что нечасто себе позволяет подобное. Виоле энергично кивает головой - его восхитительные каштановые кудри подпрыгивают вместе с каждым движением его головы - и прижимается щекой к руке. - Когда я пришел в Башню, до меня ушла Рахиль - она мой лучший друг, - Сильвер слегка сжимает руку на чужой талии и притягивает к себе еще ближе - Виоле, святая простота, лишь улыбается и сам усаживается буквально на его колени, - Старейшины сказали, что я твой Провожатый, но можно мы потом ее поищем? Я так много ей хочу рассказать! Кун заправляет прядку выбившихся волос за ухо и проводит пальцем по губам Виоле - его Провожатый охотно целует каждую косточку и устраивается в руках Сильвера, словно уютнее места не найти. - Пожалуйста. Я принадлежу ей так же, как и вам, мистер Сильвер, - будущий Убийца наклоняется к длинной шее и слушает хрустальный смех Виоле. Так никто и никогда не смеялся в том грустном, печальном прошлом - так что один этот звук сияет для Сильвера драгоценностями. Баам должен знать, что он, Сильвер, сделает все для того, чтобы слушать этот звук до конца своей жизни - и даже если для этого ему придется найти эту «Рахиль». - Мастер придет еще нескоро, - шепчет Виоле и вновь хихикает, когда его роняют на постель. Бабочки вспархивают, черные, фиолетовые, серебряные и синие, когда будущий Бог целует своего Провожатого. Бабочки каждый раз разные, в зависимости от того, кому Виоле прокладывает путь. Черные с пепельной окантовкой для Джин Сунга, алые для Хва Рьюн, металлическо-серые для Караки - Сильверу пришлось одолжить своего Провожатого другому Убийце только потому, что Виоле его попросил - и серебряные и синие для него самого. Серебряные для Сильвера - они летят впереди, едва взмахивая крылышками, когда он прокладывает себе путь через тех, кто осмелился бросить ему вызов. И синие для Агеро - Баам шепчет ему на ухо его старое имя, как будто поет молитву. Они синие как его бандана, как его глаза, окружают их облаком, когда они целуются. Виоле уходит все чаще, вслед за ним приходят другие бабочки - золотые, неоновые, огненные - и Сильвер ревнует, утаскивая Виоле к себе, когда не видит Джин Сунг. Он целует его до тех пор, пока не украдет его дыхание и не заставит думать только о себе. Его льда и молний боится почти каждый - кроме Виоле. Он ему никогда не причинит вреда. Виоле не место в FUG - слишком светлый, слишком свободный - но он продолжает возвращаться. Он рассказывает ему о множестве людей, которых встречает на своем пути - о принцессе Захард, что была так мила с ним, о команде, к которой так привязался, об Уреке Мазино, который был так хорош и рассказал ему много сказок про мир за Башней. Сильвер слушает его, обнимая, и думает о том, что сказала ему рыжая ведьма. «Может он и не убьет Захарда, но он в силах создать путь, в котором его жизнь оборвется» Говорят, если заблудишься, то надейся встретить упавшую звезду. Ты найдешь его по пути из сияющих бабочек из Шинсо, увидишь и не сможешь отвести взгляда. Он построит тебе путь до твоего дома и пройдет его рядом с тобой, озаряя своим светом долгую дорогу. Но не думай даже попытаться обидеть звезду - если причинишь ей боль, то следом за серебристыми бабочками и нитями из синего шелка придет твоя смерть в коконе молний и льда.