Вне эпохи возрождения

Сначала была душа. Душа не знала, что она есть. Она мерцала маленькой звёздочкой в пустоте. Она слышала голос. Голос, дарующий нечто большее, чем эта странная пустота. А что же значила для души эта пустота? Ничего. Она просто была. И душа была уверена, что не имеет ни тепла, ни холода, поэтому могла запросто слиться с этой пустотой. Так почему же она до сих пор здесь? Почему она может вглядываться в пустоту, ничего не находя и не ведая? У неё же ничего нет… Этот голос повторялся. Он притягивал и влёк за собой и его свет постоянно разрезал пустоту. Он говорил что-то о предназначении. Что-то об «этом» свете. Свет? А что это? Голос умолк. На мгновение в пустоте воцарился шум. За место света повсюду вспыхнуло алое пламя. Оно боролось с голосом. Долго и упорно. А потом один язычок этого пламени стал ярче и начал говорить. Он говорил то же самое, только его голос не притягивал к себе. Ну просто не привлекал. Душа всколыхнулась, как отблески волны, борющейся с огромным валуном и заведомо ему проигравшей. Она почувствовала, что в ней что-то появилось. Что-то очень-очень горькое и томное. Вокруг развергся свет в тот же миг. Языки пламени исчезли, появился тот же голос. Он опять что-то говорит. Только уже не в душу, он говорит эхом. Она едва может расслышать слова. Ей всё кажется таким обычным… Только новым. А вот почему же новым? И почему всё-таки обычным? Голос говорит громче. Он что-то поёт. В душе взыграла радость, но всего лишь на миг. Затем душа почувствовала тоску и услышала, как внутри разжигается тот красный огонь. Голос говорил всё тише, тише… И грусть разгоралась в душе снова и снова. Душа начала метаться. В ней что-то возникло. «Как? Где ты? Куда улетел?» Внутри души появился голос. Он не был тем светом, но в нём чувствовались его отблески. И свет услышал этот голос, мысль, мимолётную идею и вновь появился. Только он стал таким отдалённым, таким недостижимым… Он возвысился над всей пустотой, а потом возвестил душе лишь одно слово. Оно называлось жизнью. Душа замерла, словно преклоняясь перед светом, изредка то вспыхивая яркой звездой, то мерцая, как гаснущий фонарь. «Надежда или неверие?» — молвила она так, будто её никто не слышал. Или слышали все. «Всё. Или ничего.» — сказал свет и низверг пустоту. Он вспыхнул ярко-белым лучом, освещающим всё, что находилось рядом с душой, словно обнимал всё её существование и охранял от тьмы. Душа была спокойна. Она не имела ничего, не знала ничего, ничего не умела. И зачем же ей что-то уметь, если она не знает о существовании чего-то, кроме пустоты? Это же просто угасающий свет… Она одновременно не была пустотой и являлась ей же. Когда свет вокруг становился всё ярче, душа почувствовала, словно растворяется в нём. Душа испугалась яркого сияния. Сияние отдало дорогу той же пустоте. Тьма наступала, свет угасал всё быстрее и быстрее, пока душа не понеслась за ним. За тем светлым голосом. Почувствовала, что вот-вот что-то потеряет. Она начала его достигать. Свет плыл медленно, как крейсер в океане, а душа была чем-то вроде одинокого плота. Душа тянулась к нему, плыла, как только могла, всё быстрее и быстрее, пока тьма её не поглотила. Душа боялась тьмы. И света раньше тоже. Но вновь и вновь тянется к источнику её существования. Почему же? Почему она так боится света? «Я не хочу здесь оставаться. Я хочу всё-всё понять. Я хочу…» «А хочешь ли ты света? Хочешь ли ты жить?» — говорил он, эхом отзываясь от зеркальных осколков оставшегося света. Душа молчала. Она не знала, что ей делать. «Я хочу только понять, кто ты. Я хочу научиться. Я хочу знать. " — говорила душа. Она прогнала пустоту, залившись светом обретённого тёмно-синего. Голос не дрогнул. Он лишь отдал от себя маленький кусочек света и подарил душе. Душа приняла его, и пока он кружился вокруг, становилась всё светлее и светлее. Теперь же бледно-синий отблеск яркого сияния стремительно помчался вперёд, за своим наставником-светом, пока всё вокруг не растворилось в нём… Жизнь. Первый удар. Ничего не слышно, не видно, лишь прежняя темнота вокруг. Жизнь. Второй. Что-то происходит, но всё в тумане. Жизнь. Третий удар. Душа ничего не помнит. Не понимает. Всё проносится, словно сон. Но снов она тоже не знает. В комнате раздался хриплый крик. Глухо забилось чьё-то маленькое сердечко.