Засохшая герань

      Ханджи лежала в холодной постели заправленной чистым бельем, от которого, она могла поклясться, пахло свежей кровью. В одну секунду женщина сорвала ненавистное белье, бросив то в самый дальний угол комнаты, но противные запах никуда не ушел. Запах крови был везде, он не смывался с тела душистым мылом, пробивался сквозь дешевые духи, но главное, никогда не покидал одежду, постельное белье. А еще этот запах приносил болезненные воспоминания, заставлял всплывать в голове лица погибших друзей, безжалостно разорванных титанами.       Для майора Ханджи Зоэ это все было привычно, все же за плечами был не первый год службы, она научилась справляться с паническими атаками самостоятельно. Но почему–то сегодняшние образы в голове были ужасны да тогой степени, что хотелось умереть, лишь бы избавиться, забыть все. Женщина потянулась за охотничьим ружьем, что совсем недавно притащил Бенер для очередного эксперимента, но вовремя одернулась. Эрвин Смит, Главнокомандующий Разведкорпусом, вот кто был нужен, вот кто сможет успокоить и вселить надежду жизни.       Нервно натянув одежду, неизменную желтую блузку и фирменные штаны, Ханджи поспешила к комнате Эрвина. Шлепая босыми ногами по каменному полу, женщина шла к единственному возможному лучу спасения в этой темной кутерьме убитых образов. С каждым шагом становилось легче дышать, но закрытая дверь заставила вновь почувствовать неизбежный прилив страха. Видимо, Эрвин не вернулся с главного штаба, куда еще утром отправился сдавать очередной отчет о провальных кампаниях Разведкорпуса.       Присев на корточки и обхватив голову руками, майор пыталась успокоиться. В череде знакомых лиц, искорёженных, испачканных кровью, она смогла уловить единственное чистое лицо. Черные волосы, холодный серый взгляд, недовольно сведенные на переносице брови, а еще эта противная, но мелькающая так редко, ухмылка. Именно таким был образ капитана Леви Аккермана, нарушителя закона, которого год назад притащил в ряды разведчиков Эрвин. Их отношения были сугубо деловыми, хотя Ханджи пыталась сделать Аккермана своим другом, или хотя бы хорошим приятелем. Однако Леви игнорировал любые попытки и упорно считал майора Ханджи Зое чудаковатым мужчиной. Возможно, другую бы женщину такое сравнение задело, но не Ханджи, которая радовалась такому восприятию своей личности: в Разведкорпусе мужикам не лезут в штаны и не пытаются зажать в темных углах.       Портить репутацию перед Аккерманом не хотелось, поэтому майор побрела в сторону комнаты Майка Закариуса, командира отряда наблюдения. В последнюю секунду Ханджи решила изменить планы, ведь вспомнила грозный образ короткостриженой блондинки, тайно влюбленной в Майкла. Решив, что за такое отношение к сослуживцам, а именно бессовестное оставление в беде несчастной женщины, Главнокомандующий должен быть наказан, Ханджи пробралась в кабинет Эрвина и достала из шкафа небольшую бутылку домашнего вина. Теперь, когда она вооружена спиртным и имеет веские причины для ночного чаепития, Аккерман точно не имеет права отказать.

***

      Отчеты были практически готовы, когда в дверь громко постучали в попытке вломиться, благо Леви, по велению интуиции, закрыл дверь. Невольно предположив худшее, мужчина схватил нож и медленно провернул ключ. В помещение тут же влетел майор из исследовательского отряда, чудаковатый Ханджи Зоэ, при этом трепетно прижимая к немного выпуклой груди что-то. — Ты ножик то убери. Я с миром, — Ханджи протянула бутылку, в которой заманчиво плескалась бордовая жидкость. Такая встреча была ожидаемой, но женщина немного удивилась наличию острого, на это она была готова поставить все свое мелкое жалование, ножа.       — Убирайся, — холодно произнес мужчина, хватая майора за рубашку в надежде выбросить того из своих казенных покоев. Пьяниц, бездельник, а главное чудиков, Леви не любил, насмотрелся на таких в Подземном городе.       — Спокойнее ты, убьешь, — закричала Ханджи, но затем добавила чуть тише. — Можно немного у тебя посидеть?       — Вали к Эрвину, — не размениваясь на воспитанность, мужчина выставил Зое за дверь. — Спокойной ночи.       — Подожди! Я правда не буду мешать.       — Блядский очкастый, — отчего-то Аккерману стало жалко майора, который трепетно прижимал несчастную бутылку вина и плаксиво просил впустить. Мужик же ведь, а ведет себя, как нежная баба, испугавшаяся в ночи выдуманных монстров. Тяжело вздохнув, Леви впустил в личные покои Ханджи, первого человека удостоившегося такой чести.       Чистота, вот что поразило Зое, у которой в комнате можно было найти все: от нескольких УМП до гербария в горшке, засохшей от недостатка внимания герани. Единственный стул по-хозяйски занял Леви, а женщине ничего не оставалось делать, как присесть на идеально заправленную кровать. Открыв бутылку вишневого вина, другого, к сожалению, у Эрвина не водилось, Ханджи сделала большой глоток, поминая каждого погибшего знакомого. На протянутую бутылку со спиртным Леви поморщился, но все же брезгливо налил немного в стакан. Зое рассмеялась, они с Эрвином всегда распивали с горла, а здесь такой аристократический жест.       Сначала они тихо сидели, Ханджи с восторгом наблюдала за крепкими плечами Аккермана и вечно спадающей черной прядью, которую небрежно тот поправлял. По мере исчезновения спиртного в бутылке, начинался развязываться язык и Зое завела монолог. Она вспоминала имена друзей, каждого, кто погиб во время экспедиции. На удивление, это не напрягало Аккермана, наоборот, она пару раз замирал, вслушиваясь в равномерный рассказ.       — Леви, помоги мне поймать титанчика на следующем задании, ик, — звонко заявила Ханджи Зоэ, в неожиданной попытке обнять Леви.       — Даже не пытайся, пьянь, — немного грубо, майор Зоэ была отброшена на кровать сильнейшим воином человечества. Решив, что лучше занять гостя, пока не начался очередной прилив нежности, капитан вручил майору свой недопитый стакан с вишневой жидкостью. — Стекло может порезать мне все внутренности, лучше бы ударил посильнее об кровать, — в мягком свете, единственной на весь кабинет, свечи, Ханджи рассматривала отколовшийся край стакана. Она хотела сказать это философски с небольшой ноткой пафоса, а получилось какое-то неразборчивое бурчание, в добавок майор снова бесцеремонно икнула.       — Убирайся уже к себе, чертов очкастый.       Попытка отобрать треснувший стакан закончилась провалом, пусть командир исследовательского отряда была пьяна, но, выработанные за многие вылазки, рефлексы не подводили. Ханжи покрепче вцепилась в стакан, а затем вовсе залпом выпила горькое вишневое вино, смачно цмокну в конце. Алкоголь Зое не любила, но весьма уважала за краткое притупление боли и помутнение ужасных воспоминаний от вылазок за стену.       Аккерман завали Зое на спину, прижав тем самым к кровати. Он пытался напугать мужчину, который был немного выше, но, на удивление, легче. Почему-то Ханджи не испугалась, а наоборот, громко рассмеялась. Именно в такой ситуации их застал Главнокомандующий Разведкорпуса, невероятно красивый мужчина, Эрвин Смит.       — Черт, простите, не хотел мешать, — громко выкликнул Эрвин в попытке прикрыть руками глаза, только подчиненных за интересным занятием не хватало ему видеть. Теперь стало понятно, почему Леви самостоятельно не открыл дверь, за громким смехом Зоэ не был слышен стук.       — Эрвин, помоги мне убрать этого чертового четырехглазого. Он решил устроить пьяный дебош, — отпустив майора и встав с кровати, Леви стал грозно чертыхаться.       — Кто он? — немного удивленно спросил Эрвин, неужели в комнате спрятался еще один ночной посетитель капитана.       — Не пора ли тебе стать тоже очкастым? Вот эта блядская пьянь, — Аккерман указал на Зоэ.       — Но, — не успел Эрвин закончить, как на всю комнату завопила Ханджи.       — Мы уже уходим! — немного пошатываясь, девушка стала пробираться к выходу. В момент, когда начало немного клонить в сторону, Ханджи ухватилась за Аккермана, при этом сделав вид, что дружески обнимает на прощание. — Спа-а-а-сибо за компанию. Ты просто душка.       — Тц, — коротко бросил Леви. В этот момент в его голове случился диссонанс, поскольку он отчетливо ощущал два мягких полушария груди Зоэ, а еще едва ощутимый аромат ромашкового мыла. Создавалось ощущение, что в его объятиях стоял не потрепанный жизнью майор, а обычная пьяная женщина. Невольно Аккерман провел рукой по щеке Зоэ, будто бы применяя прелюдию перед поцелуем.       — Ладно, пойдем, — без лишних слов, Эрвин перехватил пьяную Ханджи и повел ту к выходу из капитанских покоев.       Закрыв за гостями дверь, Леви протер лицо руками, снимая наведенный ночной мор. В своей жизни он впервые позволил такой жест в сторону мужчины, предпочитая дарить прикосновения только женщинам. Ужасная мысль проскочила в голове капитана Аккермана, а вдруг за несколько месяцев воздержания и службы среди мужчины, его вкусы потерпели изменения?       

***

      — Ханджи, может стоить уже сказать Леви о том, что ты женщина? Думаю, он сможет сохранить этот секрет, — немного укоризненно заметил Смит, помогая преодолевать, абсолютно не умеющей пить Ханджи, ступеньки. В Разведкорпусе лишь немногие были осведомлены, что бесстрашный и чудаковатый майор — женщина. В число этих людей входил Эрвин Смит, Майкл Закариус и несколько человек, которые знали Ханджи со времен кадетского корпуса.       — Нет, скажу Аккерману, потом еще кому-то и смотри, весь Разведкорпус будет знать. А оно мне надо? Ты же знаешь Петру Рал? На ее примере могу сказать, что женщины в наших рядах окружены большим количеством шуток и непонятных приставаний. Поэтому мне удобнее быть мужчиной, — Зоэ громко чихнула, будто бы подтверждая сказанное. В ее глазах пол человека не имел значения, да и какая разница кто ты, если готов сложить жить на жертвенный алтарь во благо народа.       — Возможно, ты права, — Эрвин вспомнил миловидную Петру, которая сейчас служила под командованием капитана Аккермана. Раньше бедной девушке не давали прохода, то зажмут где-то в темном углу, то, в качестве знака внимания, одарят неприличной шуткой. Это еще долго бы продолжалось, если бы Леви, за очередной подобный финт в сторону Рал, не наказал всех многочасовой уборкой корпуса.       — Права, даже не сомневайся. А Леви может сам догадается в скором времени, не глупый же.       — Я тут подумал, майор Ханджи Зоэ, а где вы взяли алкоголь?       — А это очень странная история. Расскажу тебе ее в следующий раз, — высвободившись из крепкой хватки Смита, Ханджи самостоятельно побрела в сторону своих покоев. Откровенно говоря, она была так пьяна, что хотелось упасть на кровать и заснуть. Что, собственно, девушка и сделала.