Ленивый экзорцист

У Чжао праздник удался на все сто. Он допивал уже второй кувшинчик сакэ и чувствовал себя все более и более расслабленным. За два дня он успел обойти весь храм и чувствовал себя здесь как дома. Монахи были этому не очень рады, но ничего поделать с этим не могли, потому что он был прославленным экзорцистом, охотящимся за разной нечистью ради денег. Фестиваль оказался отличным оправданием, чтобы не идти работать прямо сейчас, и Чжао охотно этим воспользовался, бездельничая и подчищая запасы монахов. Юнлань лениво наблюдал за празднующими гостями храма, то и дело прикладываясь к заветному кувшинчику, как вдруг его взгляд выловил из толпы нечто прекрасное. Утонченный юноша стоял под сакурой и ловил падающие лепестки. Его темные одежды развевались на ветру, и в какой-то момент Чжао даже показалось, что у того есть хвост. Но лицо незнакомца забирало все внимание на себя из-за правильных черт и глубокого взгляда темных глаз. Завороженный Юнлань сам не понял, как поднялся с храмовых ступенек и направился к нему. В момент, когда незнакомец съел лепесток сакуры, Чжао был уже в нескольких шагах от него и отчетливо все видел. Юноша почувствовал взгляд Юнланя и посмотрел на него с непередаваемым выражением смущения и удивления на прекрасном лице. В поддержку ему, Чжао тоже сорвал лепесток сакуры и положил в рот. – Хочешь выпить? – как ни в чем ни бывало, предложил Юнлань. И, не дожидаясь ответа незнакомца, взял его за запястье и потащил к складу. По всей видимости, юноша был настолько шокирован, что даже не стал сопротивляться. Они пересекли площадь и зашли во внутренний двор храма, и тут Чжао замер как вкопанный. Прямо перед его лицом маячил огромный амбарный замок. Выругавшись, Юнлань без надежды подергал его и повернулся к юноше, пожимая плечами. – Как тебя зовут? – спросил Чжао, в надежде хоть как-то замять неловкую паузу. – Шэнь Вэй, – как ни в чем ни бывало, ответил тот. – Красивое имя. А я Чжао Юнлань, – сказал неудачливый охотник за алкоголем и уставился в пол, чувствуя себя очень глупо. Но Шэнь никуда не уходил, а, напротив, взял Юнланя за запястье и теперь уже сам вел его за собой неизвестно куда. Чжао был посмелее, и поэтому сразу поинтересовался, куда они направляются. – Если ты хотел алкоголь, то я знаю, где его взять, – его голос был таким мягким и красивым, что экзорцист был очарован и послушно шел за ним. Они прошли через лес каменных столбов кладбища и остановились у небольшого святилища со статуей. Скульптура была настолько старой, что уже и не разобрать, кому она была посвящена. Изящная рука Шэнь Вэя взяла несколько кувшинчиков из подношений и протянула их Чжао. – Но…так же нельзя, это же подношения! – когда Юнлань был пьян, порой он вспоминал, что у него где-то завалялась совесть. – Не переживай, это мое, – лаконично отозвался Вэй. Второй раз за вечер Чжао пожал плечами и принял кувшинчик. Он плюхнулся прямо под статуей. Желая все-таки произвести впечатление на прекрасного юношу, он достал из кимоно две пиалы и налил им вина. У напитка был странный мятный привкус, но Юнлань ощутил вкус алкоголя и был удовлетворен. Следующую пиалу они выпили уже с Шэнь Вэем, и вот тут-то началось. Неожиданно Шэнь затряс головой, и его щеки приобрели насыщенный карминовый оттенок. Его идеальная прическа сразу разлохматилась, и Чжао так и замер с пиалой у рта, изумленно разглядывая своего необычного собутыльника. Всего после одной порции вина Шэнь Вэй стал заваливаться в сторону. Юнлань успел подхватить его, но тут же ощутил влажное и нежное касание языка к шее. Вообще-то Чжао позвал юношу выпить, чтобы подкатить, но точно не ожидал, что Шэнь подкатит первым. – С тобой все в порядке? – начал было Юнлань, но тут же получил укус в шею и почувствовал, как один из его рукавов потянули вниз, обнажая плечо. Экзорцист даже смутился и успел поинтересоваться: – Детка, ты уверен? Шэнь Вэй, очевидно, был полностью уверен, и уже развязывал его пояс. Касания Вэя были слегка странными, потому что вместо поцелуев он вылизывал и покусывал кожу. Это было не менее горячо и возбуждающе, поэтому Чжао был не против такого быстрого развития событий. Он все же попытался побороться за инициативу, но у него ничего не получилось, и через несколько мгновений он уже лежал спиной на теплых после долгого жаркого дня камнях святилища. Своеобразные поцелуи Шэня спускались ниже, и наконец его язык коснулся самых интимных мест, отчего Юнлань выгнулся и громко застонал, заставив цикад замолкнуть, а ночных птиц – сорваться с крон деревьев. К счастью, среди подношений нашлось и ароматное масло, и Чжао успел было порадоваться, но в этот же момент оба его запястья перехватили и нежно, но с нечеловеческой силой, прижали над головой – он не успел даже коснуться Шэнь Вэя. В следующую секунду Юнлань уже был не так рад своей находке, поскольку его ягодицы раздвинули, и внутрь проникли настойчивые пальцы Шэня. – Черт, черт, это же я хотел…! – начал было возмущаться Чжао, как все его протесты были прерваны волной наслаждения, разливающегося от точного касания внутри. С этого момента Юнлань почти не помнил происходящее, только то, как его перевернули, укусили за плечо и без разрешения толкнулись внутрь. Но, как ни странно, стонал он все громче и громче, и даже сумел расслабиться настолько, что оросил все камни своей выплеснувшейся страстью. Чжао проснулся от лучей рассветного солнца, очень неудачно светившего ему прямо в глаз. Он поморщился, не желая просыпаться и чувствуя себя невероятно комфортно, тепло и мягко в своей постели. Юнланю что-то защекотало в носу, и он наконец открыл глаза, обнаружив себя в черном блестящем меху. Мех был потрясающе теплым и мягким, он приятно касался обнаженной кожи. Потом Чжао понял, что его слегка покачивает, и это явно не из-за вина. Мех…дышал? Мигом протрезвев, Юнлань осторожно сел и обнаружил, что укрыт двумя хвостами. Не успел он испугаться, как его лизнули чуть ниже лопаток, и за спиной раздалось мурчание. Бакэнэко* сонным голосом произнес: – С добрым утром, Чжао Юнлань.