Бесценный

POV Роберт На самом деле, моё детство прошло не во дворце с кучей прислуги, как можно подумать изначально. Все намного печальнее, больнее всего вспоминать события десятилетней давности… Пылающее пламя, будто костёр разжëг сам дьявол, он испепелял всë, как снаружи, так и внутри, оставляя лишь пустоту. Я до последнего не понимал что происходит, но осознавал — что-то не так. Мама постоянно плакала и говорила как сильно меня любит, а отец стал совершенно отстранённым и практически перестал уделять мне время. Они знали о своей неизбежной участи, но мне об этом не говорили, пытались уберечь. Я даже не успел с ними попрощаться, лишь видел лицо мамы, пожираемое стихией. Я бежал к ней с бессмысленной надеждой спасти, но был остановлен холодной рукой палача. Утекло столько воды, но я до сих пор себя ощущаю тем маленьким мальчиком, который просто нуждается в объятиях мамы и единственном слове: «люблю». Я даже толком не знаю за что поплатились мои родители: не было никакого разбирательства или суда, просто клеймо «виновен» и беспощадная казнь. Мама для меня была и есть самым близким человеком. Иногда я плачу, что не могу её обнять или поцеловать, но всегда ощущаю, что она рядом и все время помогает. Она словно мой ангел-хранитель и я искренне верю, что еë жизнь там, намного лучше, чем здесь. Я не хотел жить, мне казалось это все бессмысленным: какая разница закончу я сейчас или лет через двадцать как мои родители. Ведь я такое же бесправное существо, загнанное этой гнилой системой. Может быть, где-то там, далеко, есть другие миры, полностью отличные от нашего. Миры, где ты не должен быть рабом просто по велению недолюдей свыше. Миры, где ты можешь выбирать своё будущее и воплощать миры в реальность. Миры, где все люди могут любить других людей, независимо от их социального статуса. Может быть, они всë таки есть… А может и нет. Может быть всë то, что вокруг меня — это единственный вариант? В любом случае, если эти прекрасные миры и есть, то далеко не всем нам суждено там побывать, ведь для этого нужно сначала выбраться из нашего, полного боли, пота и крови. А это практически невозможно. От собственных мыслей отвлеклась Снежана, которая сообщила, что все необходимые процедуры с моей недавней покупкой проделаны и он наконец-то готов ко встрече со мной. Честно говоря, я вообще слабо понимал, что мне с ним делать. В сексе я не нуждался, да и никогда бы не стал никого принуждать к подобному, поручений для него тоже никаких нет. Пока я решал, чем занять раба, его уже привели, связанного и на поводке, как будто бы в этом есть необходимость. От того резвого бесстрашного парнишки, что я видел на рынке, не осталась буквально ничего. Он трусился как осиновый лист, еле сдерживаясь, чтобы не расплакаться. Причину этому всему я даже не мог предположить. Не может такого быть, чтобы в моем доме с ним неподобающе обращались. В чем же причина? Как только слуга вышел, закрыв за собой дверь, парень рухнул на колени прямо передо мной, судорожно умоляя и уже не пытаясь скрыть слезы. За его лепетом и всхлипами я не сразу понял, о чем он просит и что вообще случилось. Если быть честным, я сам очень испугался и замер от неожиданности, не сразу сообразив, что делать. Придя в себя, поднял парня с колен и потащил к кровати. От этого он ещë сильнее начал биться в истерике и пытаться вырваться из моих рук. Он и вправду очень буйный, но слишком сильно мне нравится, даже не знаю чем. Вроде обычный юнец, а все-таки есть что-то притягательное. — Да что блять происходит? Что ты творишь? Чего ты такой перепуганный? Тебя кто-то здесь обидел? — к концу я немного смягчился, пытаясь разговаривать размеренно и спокойно. — Ты сейчас серьёзно? Ты приволок меня сюда трахаться и спрашиваешь, от чего я перепуганный? Я не как твои шлюшки, которые по первому зову ноги раздвигают, понятно? — довольно дерзко сказал он. — Во-первых, шлюшек у меня никаких нет, и волновать тебя это должно в последнюю очередь. А во-вторых, никто тебя трахать не собирается. По крайней мере сегодня.