Последнее желание Дамблдора

~0○0~

2:45 ночи. 6 октября, 2004 года. Лондон, Площадь Гриммо 12.

Незапланированные вызова давно перестали заставать врасплох. Получив должность командира Отряда быстрого реагирования — уже как полтора года — Гарри ловил себя на мысли, что только и ждет очередной облавы, лишь бы не маяться от скуки в душном здании Аврората. В этот раз судьба порадовала его искусней, вырвав из беспокойного сна в середине ночи. На ходу натягивая спецовку, он размышлял куда на этот раз забросят его обстоятельства. Последнее время Британия совсем притихла, мелкие потасовки и грабежи преобразили жизнь командира в серую рутину. Он с ностальгией вспоминал послевоенное время: тогда он спал по четыре часа в сутки с одним открытым глазом и питался сэндвичами, которые регулярно поступали в рабочий рюкзак (спасибо Кикимеру). Сейчас же в мире воцарил мир и покой. Не то чтобы Гарри жаждал хаоса или революции, просто хотелось спрятаться от своего одиночества: от этого дома, холодной постели, и огромной дыры в своем сердце. Иногда чувство безысходности захлестывало так сильно, что вариант пустить пулю в лоб казался единственным выходом. Но мысль о человеке, который умер ради великого блага, боролся и подставлял себя под удар больше других, незаметно сажала в сердце героя новые ростки жизни. И с томительной горечью он вновь подымался с постели и шел на работу, в то место где немного отвлекался от ненужных мыслей. Взглянув мельком на стрелки часов в гостиной, он отметил, что ему удалось поспать по меньшей мере три часа. Не так уж и мало. Он вошел в камин называя адрес Аврората и последнее, что довелось уловить взглядом — недовольную морду Кикимера. Да, этот маленький ворчун волновался за хозяина получше тетушки Петуньи. Казалось бы — Какого хрена, разве так должно быть? — видимо да. Гарри убедился лично в этом.

***

Минуту спустя… Лондон, Больница Святого Мунго.

Кабинет главного лекаря, встретил Поттера давящей тишиной. Навострив уши он попытался прислушаться к голосам в коридоре. Когда вызов требовал неокладного реагирования (особенно в ночное время суток), Аврорат автоматически переносил его в определенное местонахождение. Но удивительно было то, что он прибыл абсолютно в одиночку. Командир уже прикидывал в голове как действовать и чего ожидать. Но внезапно, резким рывком двери кабинета распахнулись и в проеме показался Гиппократ Сметвик. Он резко поднял руки вверх, позиционируя добрые намерения. — Это не боевой вызов. Тебя хочет видеть Дамблдор. Гарри опустил палочку и тяжело вздохнул: — Неужели. Самое время для светских бесед, — съязвил он. Без особого энтузиазма он двинулся следом за доком в коридор. И они вместе направились к единственной заселенной vip-палате. — Ему с каждым днем становится хуже. Полагаю, осталось недолго. Зелье Снейпа становится все менее эффективным. Не мудрено, что у него туманится сознание. Любой другой давно бы уже скопытился, а он молодчага, держится. Организм оказался крепче чем мы предполагали. О том что Дамблдор подхватил проклятие из-за кольца-крестража, Гарри узнал через шесть месяцев после победы. О чем поведал директор казалось герою слишком странным. Никогда бы он не поверил, что Волдеморт способен на подобную милость: Когда Альбус странствовал в поисках крестражей, был перехвачен Пожирателями смерти и доставлен в само логово врага. Змееублюдок был настолько поражен выходкой бывшего профессора, что увидев как медленно проклятие уничтожает главного защитника добра, сказал следующее: — Ты сам уничтожил себя Альбус. Мне нет надобности бороться с тобой. Я хочу чтобы ты чувствовал эту боль и умирал каждый день. Быстрая смерть станет слишком милосердной. Этот поступок подтверждал силу жестокости и нездорового рассудка. Что в первый раз Волдеморту обернулась его озлобленность чревато, что во второй. Если бы он тогда убил Дамблдора, вероятно Поттер до сих пор боролся с ним, или сдох. Иногда Волдеморт поступал слишком опрометчиво, к счастью пелена безжалостности настолько его ослепляла, что он не способен был действовать рассудительно. — А что если зелье усовершенствовать? Я думаю в моих силах подыскать хорошего зельевара, — небрежно рассуждал Поттер. Конечно, Альбус был не излечим, проклятие Волдемортовской души — стало билетом в один конец. Но так человечность и жалость к своему наставнику не давали просто опускать руки. — Рабсвуд — отличный зельевар. Снейп лично передал ему рецепт, и вот уже шесть лет он готовит его для Альбуса. Он не раз пытался усовершенствовать Зелье. Последний год он видит, что снадобье перестало замедлять процесс. Но он не Северус, в Британии нет стоящих зельеваров. Мы связывались с Немецкой клиникой Гамбург, но и там никто не достиг нужного результата. Они подошли к палате и Сметвик ободряюще хлопнул Поттера по плечу и открыл дверь. — Заходи, не тушуйся. Гарри переступил порог и сердце тоскливо защемило. Последний раз он навещал директора две недели назад, тогда он выглядел явно лучше. Теперь же синяки под глазами ничем не отличались от настоящих, как будто кто-то хорошенько съездил ему в переносицу. Щеки существенно запали, а цвет кожи изменился на серо-молочный. Единственное, чего не приходилось лицезреть: Почерневшее, сморщенное тело, оно было плотно прикрыто шерстяным покрывалом. — Гарри, — тихо прохрипел осипший голос директора, — Очень хорошо, что ты пришел. — Доброй ночи, сэр, — поздоровался посетитель и неспешно подошел к постели Дамблдора. — Присядь мой мальчик. Мне необходимо кое о чем тебя попросить, — Альбус закашлялся и Гарри увидел темно-алую кровь на его высохших губах. — Конечно сэр. Я выполню все о чем попросите, — торопливо заговорил Гарри и осторожно сел на край кровати. До этих пор разговоры Альбуса были обусловленные ничем более серьёзней чем любопытством о личной жизни героя. Гарри всегда удивлялся как спокойно он реагировал на его холостяцкую жизнь. Вспоминая как Гермиона с Драко ежемесячно таскали его по клубам и барами в надежде подыскать подходящую кандидатуру, его передергивало. И еще этот удивлённые взгляды сослуживцев, когда отсутствие подруги у самого командира просочилось в Аврорат. Никому вышеперечисленному он не мог объяснить почему все именно так. И в тайне надеялся, что рано или поздно они смирятся с его холостяцкой судьбой. — Перед тем как я попрошу у тебя одолжение, я хочу рассказать тебе одну историю, — директор на секунду замолчал собираясь с мыслями. — Много лет назад я повстречал девятилетнего мальчишку: он был умный, способный и невероятно храбрый. Мы встретились с ним в маггловском кафе, где он подрабатывал уборщиком: подметал полы, столы протирал. На первый взгляд он казался очень ожесточенным и скрытным. Но я сразу же заприметил в нем волшебника. От него веяло настолько могущественной магией, что ему под силу было противостоять опытному, взрослому магу. В то время я не знал кто он: был ли он магглорожденным или отпрыском чистокровного рода. Но в чем я точно был уверен, так это в его силе духа. Я приходил в то кафе регулярно и наблюдал за ним, всегда оставляя монеты под скатертью. Он ни разу меня не отблагодарил, хотя я и знал — именно он забирал деньги. Гарри сидел и слушал, понятия не имея о ком идет речь. Дамблдор имел дюжину подобных историй, уж очень долгую жизнь прожил. Директор замолчал, словно пытался что-то вспомнить, а затем слегка улыбнувшись продолжил: — И вот однажды, в очередной раз наведавшись в кафе я обнаружил — мальчик исчез. Полюбопытствовав у местного рабочего о парнишке, я узнал, что тот бросил работу по неизвестной причине. И что самое интересное, — он зашептал под нос заклятие Акцио, и из ящика (прикроватной тумбочки) выскочил маленький мешочек и упал на кровать. Гарри затаил дыхание. История настолько захватила его, что он чувствовал себя маленьким ребенком, ожидающим рождественского чуда. Дамблдор улыбался так, как умел только он: лукаво и таинственно. — Он оставил мне подарок. Хочешь взглянуть? Поттер энергично закивал и слегка заерзал задницей, устраиваясь поудобнее. Тоже мне, Командир Боевого Отряда. — Тогда открой. Гарри осторожно подцепил мешочек пальцами, пробуя на вес. Внутри было явно что-то маленькое, но тяжелое. Он неторопливо распутывал узел веревочки со всех сил пытаясь не разорвать ее от нетерпения. Разве зря он вырабатывал эту способность много лет? гриффиндорские черты, не так-то и легко искоренить. В итоге справившись с не замысловатым узлом, он заглянул внутрь. — Камень? — неожиданно спросил он, как будто за всю жизнь, не видел ничего чудесней. — Камень. Но это не просто Камень Гарри, а камень путеводитель. Он способен указать путь туда, где обитает твоё счастье. — Впервые слышу о таком, — он, задумавшись покрутил артефакт в руках и озадаченно посмотрел на Альбуса, — А если того, что способно сделать тебя счастливым больше не существует. Куда в таком случае заведет тебя камень? Он ведь не способен создавать счастье или внушать человеку фальшивые мечты? Дамблдор устало улыбнулся и глубоко вздохнул подавляя подступивший кашель: — Иногда мы не знаем чего по-настоящему желаем Гарри. Счастье бывает разным: мимолетным, неосознанным, капризным и долгожданным. Счастью свойственны перемены — оно не единожды меняет облик в течение нашей жизни. Маленьким мальчиком я мечтал совершить кругосветное путешествие. Затем, пару годами позже, я полюбил человека — в то время я считал себя самым счастливым на земле, ведь моя любовь была взаимной. Позже я мечтал обрести власть и стереть с лица земли любые угрозы для человечества. В равной степени, все мои радостные моменты судьбы приносили счастье. Так же как и этот мальчик из кафе. Он подарил мне нечто большее чем камень. В прикладной записке он сообщил как благодарен и обязан мне. Он научил делать меня маленькое добро, во имя грандиозных событий. На те смехотворные суммы, что я оставлял ему под скатертью, была куплена волшебная палочка которой он спас множество людей. Внутри что-то перевернулось. Такой термин как Эффект бабочки — всегда удивлял Гарри. Невзначай предложенные монеты под скатерть спасли чью ту жизнь. Ну разве не удивительно? — Значит…- тихо заговорил Поттер, — Чтобы камень указал путь, нужно сперва обдумать что именно является для тебя счастьем? — Нет, мой мальчик. Камень ведет обладателя туда или к тому, где он обретет счастье, а не обнаружит его. Ничто не дается задаром, все нужно заслужить. Дамблдор на минуту прикрыл глаза и скорчился (видимо) от боли. Лежащий в руке камень обдавал кожу теплом. Гарри обдумывал, насколько был силен камень чтобы вырвать его увядшее сердце, а взамен вернуть: живое и свежее. Гарри обратил внимание, что приступ боли у профессора прошёл и теперь он внимательно за ним наблюдает. — Сэр, о чем вы хотели меня попросить? Дамблдор молчал, лишь внимательно вглядывался в зеленые глаза, а затем произнес: — Я хочу чтобы ты обрел свое счастье Гарри. А когда придет время, передал этот камень тому, кто будет в нем нуждаться.

***

Лежа у себя в постели, Гарри с интересом разглядывая подаренный ему артефакт. " — Обрести счастье… А как же то счастье, что лежит в земле? Разве что-то способно заменить мне его? " Он приложил камень к губам и замер. Нежную кожу окатила волна покалывающих иголок — магия. Он лихорадочно вздохнул и зашептал. — Думаешь сильнее меня? Думаешь способен уничтожить мою преданность и любовь? Раз так, тогда верни мне его. Приведи меня туда, где будет он. Позволь мне еще хоть раз увидеть его глаза, услышать свое имя из его губ. Ведь другого счастья мне не нужно. Кроме моего Северуса, мне никто не нужен.