Главная героиня

— Опять не взяли, Грейнджер? — Малфой и его компания ехидно смеются, проходя мимо, опять. — Сейчас, кажется, кастинг для рекламы стирального порошка, попробуй, там у тебя хоть какие-то шансы есть. — Черт возьми, Малфой, а не пойти ли тебе куда подальше? — Гермиона сжимает кулаки, но всё также стоит прямо, уверенно глядя в глаза противнику.       Они соревнуются, кажется, с первого курса Академии. Богатый Драко Малфой, с именитыми родственниками и фан-клубом не понимал, как он может учиться с нищей и гадкой Гермионой Грейнджер. Ту деталь, что к 4 курсу девушка стала выглядеть краше многих аристократок и являться в его эротических снах, парень предпочитал не упоминать. К тому же «Зубрилка», как её называли за глаза студенты на платном обучении, состояла в той немногочисленной группе девушек, которым было по барабану до Драко, его красоты и денег.       Провалив очередные пробы на роль, Гермиона сидела поникшая в холле киностудии. От безысходности хотелось плакать и всё бросить. Ну какая из неё актриса, если даже на роль в подростковом сериале не берут? Её школьные друзья уже не просто работают, а открывают свой бизнес, отстраивают дома и рожают детей. Не то чтобы Гермиона жаждала поскорее сменить фамилию и родить ребёнка, но так грустно возвращаться в пустой дом, в холодную постель. Хотелось любви и поддержки, особенно когда всё летело в тартарары. — Девушка! — как сквозь пелену послышался слегка писклявый голос секретарши. — Девушка, вы на кастинг? Бегите быстрее, режиссёр уже злится.       Не успев ничего сказать, девушка оказалась в просторном помещении, освещённом множеством ламп. Перед импровизированной сценой в режиссёрском кресле сидел самый обсуждаемый кино-деятель года — Ньют Саламандер. Гермиона даже не думала подаваться в настолько значимые и большие проекты, но, подталкиваемая неизвестной женщиной, оказалась прямо в центре событий. — Вы очень красивая, — слегка оробев, сказал мужчина. — Дайте ей текст, она мне нравится.       Множество удивлённых взглядом дошли до Грейнджер вместе с листами А4. Как она узнает позже, девяносто процентов кандидаток Ньют даже не рассматривал, он считал их неподходящими по внешности для своего фильма.       В конце концов, терять ей нечего. После глубокого вздоха, всё отошло на второй план, а собственная личность будто затаилась в тени, создавая пространство для главной героини будущего хита, в чём были все уверены. Гермиона ещё ни разу не чувствовала себя настолько погружённой в роль, казалось, что сейчас она уже блистает перед камерой. — Чудесно! Роль твоя! — радости не было предела. Первая сознательная роль в большом кино, да ещё и в каком фильме какого режиссёра! Хотелось прыгать от счастья и хлопать в ладоши.       Дабы не показаться легкомысленной и несдержанной, девушка сбежала в туалет. Слегка ополоснув лицо прохладной водой, она искренне и счастливо улыбнулась. Сразу вспомнились слова матери ещё в далёком детстве: «У тебя всё получится». И действительно, спустя столько слёз и стараний, всё получилось.       Едва открыв дверь, Гермиона оказалась вжата в стену, замок щёлкнул. Она осталась наедине в закрытом помещении с самым ненавистным ей человеком. — Какого чёрта? — Слушай сюда, Грейнджер, — для убедительности своих слов, Малфой прижал свою ладонь к горлу девушки. — Ты отказываешься от роли, я не буду играть с таким ничтожеством. — Ещё чего, — Гермиона криво улыбнулась, вытягиваясь. — Ты что, не профессионал? Может, ты просто не сможешь сыграть?       Покраснев от гнева, Драко приблизился к её лицу. В голове переклинило, дыхание сбилось, его губы жестоко и властно накрыли её, больно прикусывая. Стянув с себя ремень, парень связал руки Грейнджер. Неаккуратно расстегнув рубашку, он принялся сжимать её упругую грудь и затыкать рот, из которого лились тихие стоны, поцелуем.       Девушка чувствовала себя униженной, хотелось вырваться и дать крепкую пощёчину этому белобрысому уроду, а потом сесть сверху и искусать всю шею. А потом…       Все мысли мигом вылетели из головы, когда ловкие пальцы Драко начали надавливать на клитор, ласкать его и подёргивать. Каждая клеточка тела горела, хотелось ощущать друг друга полностью.       Продолжая дразнить ненавистную особу, Малфой прикусывал её сосок, сразу же облизывал, вызывая новую волну дрожи. Было больно, но от этой боли тягучий ком внизу живота становился всё больше, а нижнее бельё девушки и пальцы парня всё мокрее.       Не выдержав этого напряжения, Драко срывает джинсы и, отодвинув край белоснежных трусиков, входит в девушку во всю длину, закрывая губы партнёрши руками. Из собственного рта вырывается хриплый стон, похожий на рык зверя. О господи, сколько Малфой об этом думал, может, даже мечтал.       Каждый новый толчок открывал новую гамму эмоций. Темп становился всё выше, а сдерживать стоны, чтобы никто ничего не заподозрил, всё сложнее. Резко схватив девушку за локоть, Драко заставил её облокотиться о раковину. Ещё немного, и Гермиона взорвётся от удовольствия, как и Малфой.       Пару толчков, и парень наваливается всем весом на спину партнёрши, одной рукой сжимает её волосы, а второй поглаживает клитор, наращивая темп. От такой скорости перехватывает дыхание, хочется утонуть в этом наслаждении, смешанном с капелькой боли. Секунда, и оба кончают, только сейчас вспоминая о контрацептивах. На минуту их одолевает паника, но волна наслаждения отгоняет все мысли. Сделав пару шагов назад, Драко облокачивается на холодную стену и закрывает глаза. Гермиона сползает на пол, пытаясь включить в раковине холодную воду и развязывая ремень. — Если ты думал, что это заставит отказаться меня от роли, то нет, заносчивая ты скотина, — Грейнджер тяжело дышит и иногда запинается. — Я устрою твой персональный ад на съёмочной площадке, — будто открыв второе дыхание, Малфой вскакивает и уверенным шагом подходит к девушке. — В следующий раз зови меня папочкой.