imagine au lcdp

Помните фанф Berlin x 16!Paula, где она его племянница, считайте это мини продолжением той истории. Хрустальная пепельница со звоном разбивается на мелкие осколки, которые брызгами разлетаются в разные стороны. Паула куда-то в смотрит в пустоту, ее совершенно не интересует происходящее. Она перешагивает осколки, аккуратно переступая туфлями на высоком каблуке за не одну тысячу евро. Ее слух – обманщик, она просто в этом уверена. Не может здесь быть ее дяди, не четыре года спустя, не в этом доме. Паула сначала осторожно подходит к дверному проему и выглядывает, на этаже пусто, значит голоса доносились из холла. Она торопливо сбегает вниз по лестнице и застывает на месте, потому что Андрес, как ни в чем не бывало, общается с ее будущим мужем, улыбается, и похлопывает его по плечу. - О, вот и ты, племяшка, - Он раскрывает руки для объятий, ожидая, что она немедля кинется в них, но девушка словно приросла к месту. - Ты меня даже не обнимешь? - С напускной обидой спрашивает мужчина. - Что ты здесь делаешь? - Ее голос сродни хлесткой пощечине. Его лицо в момент меняется, а ее ничего не понимающий почти что муж кажется тут совершенно лишним, и так и есть, это дело семейное. - Я думал, ты будешь больше рада этой встрече, - Его губы растягивает усмешка, его мозг требует сигарету, или несколько глотков вина. - Отойдем-ка, - Она едва ли не шипит, хватает его под руку и тащит к входной двери, подальше с глаз своего жениха, ибо ему смотреть на этот театр одного актера в лице ее дяди ни к чему. - Значит собралась замуж, а мне даже приглашения не прислала? Как нехорошо, принцесса, - Ее это его ехидство до глубины души бесит моментом, вот только она уже не ребёнок, чтобы повестись на его подарки или пожаловаться отцу. - Я же просто племянница, - Цедит Маркина. - Какая тебе разница, что я делаю и с кем! - Паула складывает на груди руки и специально отходит от него на пару шагов, чтобы лишний раз про себя отметить, что ее дядя ни капли не изменился, даже четыре года спустя. - Ты мне мстишь так? - Андрес хватает ее за руку и тянет на себя, сжимая до боли запястье. - Я просто живу свою жизнь, и тебе в ней нет места, даже как дяде, поэтому садись в свою дорогую машину и укатывай в закат, Андрес, - Она вырывает руку из тисков и смотрит на него зло, сдержанно, холодно, а у самой внутри все уже давно перевернулось с ног на голову и сердце отбивает такой бешеный темп, что отдается глухими ударами у нее же в ушах. - Я тебе запрещаю, - Мужчина едва ли не трясет крупной дрожью, рука сама тянется в карман к сигаретам. Он нервно закуривает и прямо ей в лицо выпускает дым. - Возмутительно! - Паула отходит от него на несколько шагов, а потом и вовсе поворачивается в нему спиной. - И то, что ты явился сюда что-то мне запрещать, тоже не менее возмутительно. - Я держался подальше, - Он вздыхает, вспоминая, как начались их отношения. Алкоголь, разговор о мальчиках, о том, что ей жарко. Он помнит, как его шестнадцатилетняя племянница сняла с себя бюстгальтер, и застала его врасплох. Он не железный, он любит женщин, он любит свою племянницу, и в тот момент он хотел любить ее ещё сильнее. Помнит, как с ужасом в его голове пронеслись мысли о том, что будет если узнает Ракель и его брат Серхио. И они узнали, когда вернулись домой раньше, и застали любимую дочурку на взрослом мужчине, и все бы ничего, можно было бы обойтись строгим разговором и наказанием, если бы это не был ее родной дядя. Мерзость, – тогда плевались оба ее родителя. Своих шлюх не хватает, решил ребёнка совратить. – Первый раз за всю жизнь его ударил родной брат. Больше никогда не приближайся к нашей семье! – Даже защита Паулы не помогла, которой тоже влетело по самое не хочу. Он до сих пор помнит, как вздрогнул от мощного удара ее матери, по нежной белоснежной щеке его племянницы. Мы сдадим тебя полиции, если ты не соберёшь все свои вещи, и не уедешь отсюда! – Андрес и правда исчез. Паула надеялась, что это не сломит их любовь, но он не возвращался все эти годы. И его образ отошёл на второй план, когда она встретила милого парня. - Таков был наш уговор с твоим отцом. Но сейчас ты уже взрослая, Паула, так какого черта ты выходишь замуж вместо того, чтобы набрать мой номер, чтобы найти меня? Какого черта, принцесса? - Окурок летит в сторону, никотин не снимает напряжения и не уменьшает нервозность. - Я – не родители! Ты не разу не спросил меня, хотела ли я, чтобы ты исчез! Не разу не спросил, не хочу ли я уехать с тобой! - Девушка подходит к мужчине и резко хватает за бархатный пиджак, после чего тянет на себя. - Серхио угрожал не только полицией, но и тем, что отдаст тебя в реабилитационную клинику, - Андрес проводит носом по ее щеке и целует в висок, а у нее лишь одно желание – расцарапать ему лицо. - Что, если я люблю своего парня, - Шепчет она ему прямо в губы и заглядывает в глаза. - Что, если я хочу семью и детей? - Не верю, - Его дальнейшие слова утопают в поцелуе, наполненном страсти и горечи. У девушки текут слезы, и этот солоноватый вкус оседает на губах. Андрес вытирает их, едва касаясь кожи кончиками пальцев, и эти прикосновения мгновенно отзываются в ней дрожью и волной мурашек по спине. - Придется, - Паула едва ли способна дышать после этого ровно. - Потому что так и есть, дядя. - Пожалуй, я у вас задержусь! - Сквозь зубы говорит он, не желая отпускать племянницу. - Поздно уже куда-либо ехать, я очень устал с дороги! - Вали в отель, - Какое-то нехорошее ощущение закрадывается где-то внизу живота. - Зачем, если есть ты, принцесса, и у вас такой прекрасный просторный дом, в котором наверняка найдется комната для гостя, не так ли? - Мужчина устремляется в дом, и ей просто приходится следовать за ним. - Он поживет немного у нас, - Паула глубоко вздыхает, примерно представляя все перспективы такого сосуществования в пределах одного дома. - Ты же не против, Эрнесто? - Де Фонойоса похлопывает будущего родственника по плечу, и ей этот нарочитый жест совсем не нравится, он со всеми ее мимолетными ухажерами общался так же – псевдо-доверительно. После ужина ее жених удаляется в кабинет, предположив, что им есть о чем поговорить в его отсутствие. Андресу нравится его благоразумие, он его не воспринимает за соперника, смотрит на племянницу, едва ли не облизываясь, как на легкую добычу, совершенно забывая, что он может и не изменился, а вот она – да. - Чем займемся, племяшка? Можем включить музыку и потанцевать, как в старые добрые, или выпьем вина, и ты снова снимешь свой прекрасный бюстгальтер, чтобы я смог приласкать твою грудь, что скажешь? - Он проводит пальцами вверх по ее ноге, подсев на диване поближе, но она тут же от него отсаживается. - Или ты поднимешься в свою комнату и закроешь за собой дверь, а чем ты там будешь заниматься, меня не интересует! - Словно змея шипит она, и отбивается от его попыток коснуться ее. Мир не рухнул после его поцелуя и почва не ушла из-под ног, по крайней мере, так она думает, какие бы вскрытые эмоции не бурлили сейчас у нее внутри – это пройдет так же, как и тогда. - Брось, нам есть, чем заняться, и я ни на секунду не поверю, что ты этого не хочешь! - Андрес прищуривает глаза, и все же подсаживается ближе. Приобнимает ее за плечи, и смотрит прямо в глаза. - Я уже сказала тебе, я люблю своего жениха, - Паула довольно улыбается, потому что от этих слов его передергивает, словно от удара током, он отводит взгляд, а девушка делает глоток шампанского из своего бокала, который нервно крутила минутой ранее. Все же, даже ее дядю можно поставить на место. - И что, так и будешь убеждать себя в этом? Даже пойдешь под венец, повторяя себе эти слова, пока не начнешь в них верить? Разве это когда-нибудь работало, любовь моя? - Он снова проводит пальцами вверх по ее ноге, задерживается на колене, и пробирается выше под юбку. Паула вздрагивает, нет, вовсе не от этого движения, а от этих слов: Любовь моя. – Так он говорил ей лишь однажды, когда в очередной раз они занимались любовью. Обычно он называл её: Принцесса. Она не откидывает его руку, только дышит поверхностно и рвано, не понимая, что ей делать, плеснуть ему в лицо шампанское и выставить вон, или впиться в эти чертовы губы, от которых глаз отвести невозможно. Андрес делает выбор за нее, и едва его язык проникает в ее рот, как она отталкивает его и отвешивает звонкую пощечину. - Ты просто дядя, Андрес! - Паула вскакивает на ноги, несколькими большими глотками осушает бокал шампанского и, прихватив с собой бутылку из ведерка со льдом, удаляется в свою комнату, только бы подальше от него. - Смею напомнить, что раньше тебе это не мешало биться в оргазме, в моих объятиях, - Кричит он ей вслед, раздосадованный ее отказом. Она не выйдет замуж за своего придурковатого жениха. Он ей не позволит.