Another way

      — Минхо-я, ты же понимаешь, что для тебя это наилучший вариант для развития карьеры? Ты сможешь стать известным танцором, — Минхо чувствует толпу мурашек где-то под кожей каждый раз, когда слышит этот голос. Его ни с кем другим не спутаешь, даже если услышишь в толпе из сотни человек. Именно этот голос рассказывал ему, почему лучше забыть о своих «детских мечтах дебютировать в составе девяти человек».       Юноша ощущает, будто вернулся в тот ужасный день, когда к его мечте тянутся чужие грубые руки, чтобы отобрать, разрушить, не оставить и шанса на её осуществление. Эти ладони оставляют только пустоту и боль, снова и снова питая ложными надеждами на светлое будущее: стоит только позволить управлять собой, как безвольной марионеткой. Минхо так не может.       Всё тот же кабинет, всё тот же стол, за которым они когда-то собирались, чтобы услышать новую миссию. Всё тот же Пак Джинён. Только вот в этот раз нет множества камер, снимающих буквально каждую эмоцию на юном лице, нет микрофонов, что записывают даже самый тихий вздох. Нет stray kids. Есть только Ли Минхо, который уже готов выслушать долгую речь продюсера о собственном будущем и «лучшей перспективе карьеры». И есть Ли Феликс, стоящий по ту сторону двери в попытках разобрать хотя бы слово из диалога. И неважно, что Минхо просил его не приходить.       — Я это понимаю, — кивает парень, пытаясь спрятать настоящие эмоции так далеко, как только можно. Сейчас никому не нужно видеть запутавшегося в себе совсем ещё юного парня. И лишь после встречи он закроется в туалете и будет долго смотреть в одну точку, ощущая, как его с нечеловеческой силой разрывают напополам.       Минхо кажется, что он падает в бесконечной пропасти. Страх падения вскоре сменяется усталостью и желанием закончить всё поскорее. Но ничего не заканчивается на простом желании. Очень жаль.       С каждым днём атмосфера в репетиционном зале становится ощутимо напряженнее. Феликс чувствует бесконечную бесполезность, неудачно пытаясь приободрить друга. С каждым разом попыток становится всё меньше. Чем больше проходит времени, тем больше Ликс понимает всю ответственность решения Минхо. Ответственность не только за собственную судьбу, но и за судьбу улыбчивого юноши из Австралии, чьё лицо усыпано поцелуями солнца. Если у Минхо выбор между дебютом и перспективной карьерой, то у Ликса этот выбор звучит как «дебют или ничего». Это понимают оба, но не говорят и слова.       Хо сидит в пустом репетиционном зале после очередной изнуряющей репетиции. Раз за разом он прогоняет хореографию, исправляя практически незаметные никому детали, пока не валится на холодный паркет от усталости. Дыхание окончательно сбилось, а пот стекает каплями на одежду, хотя та уже практически насквозь мокрая. Стоящий в дверях юноша смотрит на эту картину, и сердце невольно сжимается, потому что это определённо не то, как он представлял их встречу. Он уже было собирался уйти, закрыть двери и потом плакать в плечо Чану о своей же трусости, но музыка выключается, и загнанный взгляд уставших глаз будто отверстие в наблюдающем сверлит. Сбегать уже поздно.       — Минхо-хён, я… — начало выходит каким-то уж слишком испуганным и неуверенным, но старший рукой хлопает по полу, прося сесть рядом. Второй раз повторять не нужно.       — И где вся твоя уверенность, Хан Джисон? Или ты только на сцене такой смелый? — Минхо выдавливает из себя хриплый смех, и Хан расплывается в улыбке. Где-то внутри всё ещё сидел страх, что старший прогонит, не позволит находиться вот так вот близко спустя такое количество времени. Эта уставшая, слабая, но искренняя ответная улыбка старшего разрушает любой страх.       В зале повисает тишина. И впервые за последнее время Минхо не чувствует давления от необходимости принятия столь тяжелого решения. Джисон просто смотрит и пытается уловить все изменения в старшем, что произошли за год. Надо же… Прошел целый год с их последней встречи. Оба не могут забыть объятия, слёзы и обещания не прекращать общения. Каким же Минхо был придурком, что вот так просто позволил разрушить всё это после того, как для него съёмки завершились.       — Я знаю о твоей проблеме, хён. И я хочу, чтобы ты меня выслушал, — начинает Хан, а Минхо всем телом напрягается, уже готовясь к очередному монологу о том, как важно сделать правильный выбор и не подвести ожидания людей. Но Джисон не даёт себя перебить, потому сразу же продолжает: — Не напрягайся так. Меня никто не послал поговорить с тобой. Просто я вижу, что страдаешь ты, а за тобой и Ликс. Я не могу сидеть в стороне в этот раз. Конечно, я не имею права говорить тебе, что выбрать. Никто не имеет. Только ты и только ты можешь знать, какой путь будет лучше. Но вспомни того парнишку, который появился на одном из самых известных каналов, показал свой танец и сказал, как важно для него стать певцом. Если ты уверен, что вырос из этой мечты и просто хочешь наслаждаться сценой вне зависимости от того, что большинство глаз направлены не на тебя, тебе стоит согласиться на то предложение. Но если же где-то внутри тебя всё ещё живет тот мальчик, который мечтает стоять в центре сцены и слушать, как фанаты поют твою песню, а ещё видеть их восторженные взгляды во время выступления, ты знаешь, что делать. И тебя не должны останавливать риски, сложности и слова других людей. Хён, это твоя жизнь. Я поддержу тебя, что бы ты ни выбрал. Но я никогда не смирюсь с тем, что ты будешь делать что-то, что тебе не по душе.       Юноша заканчивает говорить, ощущая заметное облегчение. Он снова накрывает ладонь старшего и улыбается так тепло, по-домашнему, что у Минхо, кажется, усталость рукой снимает. Это определённо то, что ему нужно было услышать, чтобы понять, в чём правильный выбор. Хотя, немного удивляет, что столь важные слова говорит не Феликс, не Чан, а Хан Джисон, который буквально испарился для Хо на целый год. Именно это время было необходимо Ли, чтобы понять: Джисон определённо точно когда-то ему нравился. Только вот всё однажды заканчивается.       — Ликсу сейчас тоже очень сложно. Постарайся не бузить на него сильно. Ты не должен его потерять из-за такого пустяка, — Джисон глухо смеётся и обнимает мокрое от пота тело, прижимая к себе. Внутри него ураган невысказанных чувств и эмоций, которые нужно было бы сказать раньше. Сейчас же у них свои пути. То, что происходит между ними сейчас, слишком хрупко и ново, чтобы портить это старыми воспоминаниями и чувствами. Пора двигаться дальше. До шоукейса осталось 2 недели.