Ты наслажденье

Ты снова обратишься золотом, ты вся в движении, Ты снова странный мой рисунок – не наколотый, Ты наслаждение. Ты снова от печали и до радости, ты дышишь, И я, давно забывшая дыханье, шевелюсь, но ты не слышишь. Не слышишь, потому, что тебе радостно, Заснуть без света наконец – ни это ль сладостно? Заснуть без солнца и луны – проснувшись вечером, Переходить черту опять, когда ждать нечего… Хлебать горчичный мед, без одиночества, Зачем тебе унылые пророчества? Я переплюну всех, сказав, что он так любит, Я переплюну всех, сказав, что ночь рассвет не губит. Он любит, он от капли не ревнует, Он слишком глубоко, до дна целует... Я рассыпаюсь вместе с ним по ветру, я перехватываю счастье... Не по метру, по крохе, что мне остается. Его дурман и аромат не вьется… Не вьется. Звездами клянусь, что он клубится. Он словно горькая, постылая крупица. Он пробуждает боль, и пробуждает радость, Он полуночных бдений неминуемая сладость. Он блажь-трава, остаток звездной пыли, Он зелье сладкое, что не для нас с тобой варили, те ведьмы в полукружиях болот... Он просто сон лесной, что с петухами не пройдет. И я отдам ему тебя, на перепутье моря, Он убаюкает твое немое горе... А я останусь - вечно каменным виденьем, увядшим пред ожившим наслажденьем, далеким... и подаренным не мне. Его обломками спасусь «не я» во сне.