Где-то на крышах небоскрёбов..

Вой сирен полицейских машин, помехи на рации, люди, с наступлением ночи спешашие кто по домам, кто в бары и разные клубы, светофоры устраивают небольшие пробки, из-за которых водители начинают выходить из себя, постоянно нажимая на сигнал. Пешеходы спокойно переходили улицы, зная что их не собьют, ведь светофоры держали красный довольно долго. Одним из таких пешеходов была Энтони, прекрасная и сияющая радостной улыбкой девушка 23-х лет, с чёрными как крыдло ворона волосами, под верхним слоем которых прятались пышные, ярко-фиолетовые пряди, которые можно было увидеть когда девушка заплетала косу или высокий хвост. Серебристые, вечно призакрытые от ярко света глаза блестели счастьем и ожиданием долгожданной встречи, бело-золотое платье в обтяг груди и с пышной юбкой-одуванчиком идеально смотрелось на фигуре великолепных песочных часов, которых Энтони стеснялась, но её новый ковалер говорил, что с такой фигурой и нежнейшим голосом девушка словно ангел спустившийся с небес, дабы осветить его тёмную душу и впустить в неё счастье и любовь. Сероглазка даже не представляла себе такого комплимента и была немало удивлена тогда, что не укрылось от глаз мамы девушки. Женщина не знала что её дочь встречается с кем-то, ведь Энтони говорила, что ходит с подругами на разные мероприятия и в клубы, на шоппинг и просто на прогулки в красивых местах, чему женщина свято верила. Новый ковалер был добр по отношению к девушке, присылал цветы и разные красивые, и не исключено что немало стоящие подарки, которыми были наряды, перстни, кольца, ожерелья и даже диадемы, усыпанные настоящими алмазами, рубинами, сапфирами и аметистами, которые были вставленны в самое настоящее золото, как обычное, так и белое и розовое, что поражало Энтони. Девушка с удовольствием носила все эти подарки, а самую дорогую и красивую диадему одела на выпускной бал так же, как и подаренное ковалером шикарное платье, которое на фигуре девушки смотрелось так же, как и то платье, в котором она сейчас шла на долгожданное свидание, пересекая на своих звонких каблучках ещё одну улицу. На выпускном все были просто в восторге от образа Энтони, и всякие красавчики и ловеласы пытались пригласить её на танец, но девушка отказывала, оставаясь "простой гостьей". Она не хотела ни с кем танцевать кроме её нового возлюбленного, который, к слову, в тот вечер был приглашён как почётный гость. Пиджак костюма на его широких плечах смотрелся властно, блюки были идеально выглажени и не имели ни малейшей складки, туфли были великолепно вычищены и покрыты дорогим ладом для обуви, от чего блестели, тёмно-зелёные волосы от рождения доходящие до лопаток были заплетены в высокий, без единого "петуха" идеальный хвост, закреплённые чёрной резинкой бомбического качества. Густые брови были спокойно приподняты на лоб, глаза счастливо и влюблённо призакрыты, губы расплылись в лёгкой, нежной улыбке так же, как и губы Энтони, которая уже давно кружилась с ним в танце, поражающем всех своей лёгкостью и грацией. Пара смотрела друг другу в глаза, она в его ярко-алые, а он в её блестяще-серебристые, сдерживая сильное желание соединить губы в страстном поцелуе. По окончанию танца ковалер отвёл Энтони подальше от лишних глаз и пригласил на свидание, на что девушка с радостью согласилась и сказала, что обязательно придёт. В конце выпускного ковалер вёл Энтони к себе в машину, которую сторожил лакей, одетый по последней моде. Но что бы подойти к машине, нужно было выйти с территории университета, и Энтони решила прогуляться в парке, в котором ею же был посажен великолепный сад. Мужчина не был против и пошёл с девушкой по парку, любуясь и удивляясь красоте прекраснейшего сада. Летали светлячки, где-то в траве играли свою музыку сверчки, на одном из деревьев важно, как король на троне сидел старый филин, изредка разнося по саду своё томное "У-у-у у-у у-у-у". Блеклый свет фонарей, нежная тишина, самый дорогой человек в мире, идущий рядом и любующейся её красотой, осторожно произносящий красивые слова, восхищавшие девушку - одним словом - романтика.. Снова пешеходный переход, снова красный свет, снова люди, спешащие кто куда, снова сигналы недовольных водителей и снова взволнованный взгляд на золотые часы на левой руке.. Энтони боялась опоздать, огорчить, потерять его.. Он был ей дорог.. Очередной переход и резкий свет фар в серебристые глаза, свист шин от резкого торможения, лёгкий запах палёной резины и часто повторяющееся "Простите". Девушка ошарашенно застыла на месте, не обращая внимания на воркующих возле себя людей, которые жутко испугались за юную леди и наперебой спрашивали "Всё в порядке?" "Вы не пострадали?" "Может, вызвать врачей?" "Как вы?" и тому подобные пустые наигранные фразы, которые не имели в себе ни пылинки истинного волнения. Только водитель, чудом не сбивший Энтони говорил с чистыми, честными эмоциями страха и беспокойства, снова и снова извиняясь уже несколько минут подряд, в то же время пытаясь привести девушку в нормальное состояние, вывести из шокового транса, наконец услышать ответную фразу на свои. Через какое-то время сероглазая всё таки отошла от шока и оцепенения, сказав, что совершенно не пострадала и можно не беспокоиться о её состоянии. Пешеходы быстро разошлись, а водитель всё так же извинялся, порядком надоев Энтони своей настойчивостью. С горем пополам отшив настойчивого мужчину, черноволосая с испугом посмотрела на часы на левой руке, обречённо приложив осторожный кулачок к губам. Глаза испуганно-широко распахнулись, в зрачках блестел ужас, в голове у девушки сотни раз повторялась одна и та же фраза : "Я опоздала, я обнадёжила его!". Каблуки звонко застучали по плитам тротуаров, юбка стала колыхаться, в глазах заблестели слёзы. Только девушка начала бежать, как видит его бегущего на встречу, на лице страх и полные ужаса глаза, бегавшие по телу Энтони, проверяя, есть ли царапины или ушибы, ссадины или кровь. Подбежав вплотную мужчина со слезами в глазах резко обнял сероглазую, пощекотав ей своими собранными в высокий хвост тёмно-зелёными волосами лицо, от чего девушка слегка поморщилась, обняв его в ответ. Прохожие негодующе смотрели на пару, с невнятными фразами проходя мимо и отдаляясь, но всё снова и снова бросая взгляды на влюблённых. Те стояли, никого и ничего не замечая, погрузившись в свой собственный мир, который был поистине прекрасен. Отпустив возлюбленную, Войдус заглянул ей в глаза, которые так юе как и его блестели от слёз. Снова, но нежно обняв Энтони, мужчина взял девушку за руку и осторожно потянул за собой, чему она не сопротивлялась, последовав за ним. На лице алоглазого ещё долго "красовался" ужас, душу и разум не покидал страх, всё плыло перед глазами, раздваивалось и даже растраивалось, не желая собираться в единую картину. Смутно мелькали светофоры, прохожие в глазах Войдуса были как будто призраки - не чёткие, размазаные, полупрозрачные, какие-то не живые, просто смутно существовашние и спешно пролетавшие мимо. Очередной светофор, очередные сигналы машин и очередные люди, но паре на них плевать, так же как и на то, что их чуть не сбил грузовик. Энтони с Войдусом просто шли к нему в квартиру дабы отдалиться ото всех и побыть наедине, вместе, только друг с другом.. Новый переход и вот то самое здание, в котором находилась роскошная квартира алоглазого. Несколько десятков этажей было быстро миновано с помощью лифта, после двери которого последовала дверь нужной квартиры на самом последнем этаже. Пара минут, и влюблённые уже сидят и оба пьют успокоительное, смотря в пол. Мужчина восседал на кресле важно, но по-домашнему, когда девушка сидела скромно, смущённо-крепко соединив колени вместе и положив на них правую руку, левой держа полупустой бокал воды с успокоительным. Сейчас не было как такогого желания разговаривать, поэтому оба молчали, медленно успокаиваясь после произошедшего. Лекарство начало действовать, что дало только плюса для состояния пары. Чуть позже тишину всё же прервали, чему она была явно недовольна, стараясь вернуться. Но по квартире как на зло разносились счастливые, но всё ещё с нотками страха голоса Энтони и Войдуса, которые ворковали о своём булующем, которое пару лет спустя стало именно таким, каким они хотели его видеть..