А может и не последняя попытка... а может и не может.

      Ближе к ночи, когда прошло дохуища времени с захода солнце, все вышли из своих палаток и развели костер, который служил не столько для тепла, сколько для развлечений. Босс спал весь прошедший вечер и проснулся только тогда, когда к нему в палатку вбежала Шаунди и предупредила, что Джонни хочет с ним поиграть в футбол. — Сколько время? — Босс посмотрел на часы и вскочил со спального мешка, — В футбол? У него есть мяч?       Босс выбежал из палатки в одних штанах и ботинках и накинулся на Джонни, который готов был отдавать, хоть и не точную, но довольно сильную передачу. — Сэк, сука! — Джонни начал валить Босса в сугроб, чтобы встать самому. — Надо смотреть, кто на тебя идет! — мужчина выхватил мяч и помчался к обрыву, — иди сюда, или зассал? — Смотрю, ты зассал, раз не подходишь! — Джонни погнался за Боссом, забыв, что там обрыв, толкнул его. Босс успел кинуть мяч и по «чистой случайности» попал в Дэнни, — ё-ё-баный!       Джонни лег на живот и посмотрел, как Босс еле-еле держится руками, за какой-то каменистый выступ. — Дебил? Я убью тебя к чертям! — Гектор попытался подняться, но ботинки лишь проскальзывали по ледяному откосу, что находился ниже.       Кинзи и Шаунди прибежали на ор Босса, забыв о том, что Дэнни лежит в снегу с разбитыми в кровь виском и бровью. — Ты можешь забраться? — Кинзи с ужасом что-то еще простонала, но уже еле-понятно. — Вы идиоты все? Руку-то дайте! — Кстати, ты очень точно бросил, попал в Дэнни! Дай пять! — Шаунди протянула руку и дала хлесткую «пять» Боссу, отчего тот чуть не сорвался вниз. — Класс, супер!       Джонни схватил Босса за руку и затащил наверх, невольно разодрав о ледяные камни ему грудь и руки. — Да ты псих! — и будто бы ничего не произошло, они продолжили играть.       Как только Джонни и Босс продолжили игру, в их кайфовое настроение влез Дэнни, желавший всей своей завышенной самооценкой показать Кинзи, насколько он «хорошо играет» в футбол. — Ребята, а можно с вами? — Дэнни подбежал к Боссу и улыбнулся так крипово и нелепо, что Шаунди закрыла лицо руками и старалась смеяться как можно тише. — О господи… — Кинзи положила ногу на ногу и облокотилась об руку, смотря на этот позор.       Босс посмотрел на побитого до ужаса Дэнни, потом взглянул в глаза Кинзи, которые говорили: «Он надоел нахер, делайте, что хотите». И они с Джонни согласились взять парня «поиграть».       Спустя пятнадцать минут «увлекательной игры», Дэнни сказал, что очень устал и пошел спать. Конечно, очевидно. Все знали, что Шаунди и Пирс в его бутылку с водой насыпали снотворного. Все, кроме Кинзи и Босса. Друзья понимали, что им пора о многом поговорить. Но они, как два идиота, ничего не могли сделать сами, так как вокруг всегда крутился Дэнни.       Смотря как Кинзи и, Босс в кои-то веки весело болтали о какой-то неимоверной чуши в ее ноутбуке, Святые ушли играть в карты в палатку Джонни. — Ты мне расскажи, как ты могла влюбиться в такого идиота? — Босс сел удобнее на рюкзаке, который служил ему неким пуфиком. — Он не был таким дауном. Когда я его встретила, он был как… ты, наверное, — Кинзи задумывалась о том, на кого же он еще был похож. — Ну и что с этим придурком произошло? Он встретил тебя? — Босс рассмеялся, попивая воду из бутылки. — Он думает, что ты убьешь его, — Кинзи улыбнулась и закрыла ноутбук, — ну он врет, мне так кажется. Может он всегда был идиотом. — Наверное всегда, раз не знал, что твои вещи трогать нельзя, — Босс встал с рюкзака и, потянувшись простонал от того, что до нервных окончаний дошло — «произошла травма». — Оу, может тебе обработать? — Кинзи достала аптечку.  — Да я мог бы и сам, — Босс улыбнулся Кенсингтон. — Я в курсе, что ты мог бы сам, но все же, позволь мне это сделать, — Кинзи посмотрела на Босса с мольбой в глазах, — ты же сколько раз мне помогал и спасал жизнь… — Ладно, хорошо, — он глубоко вздохнул и от ее пристального взгляда сдался. — Пошли в палатку, — Кинзи повела туда Босса и, заметив, что он на нее смотрит с ехидной, самодовольной улыбкой, проговорила очень медленно, громко и четко, — там лучше освещенность. Понял? — Да понял я, понял. Не бойся ты так, — Босс зашел в ее палатку и съежился, — а тут всегда тесно? — Ты как Дэнни! Прекрати! Он так же мне мозг просаливал! — Кинзи достала из аптечки перекись и вату. — Да я шучу, что ты как реагируешь? — Босс лег на спальный мешок Кинзи и закрыл глаза. — Да потому, надоело мне, что он каждый раз говорил мне, что ему тесно! — Кинзи смочила вату перекисью и начала обрабатывать грудь босса. Но даже для такого мужчины как он, этот процесс был не самым приятным в жизни. Из-за того, что безумно щипало он напряг все мышцы, но не издал и звука. Девушке захотелось просто долго сидеть и смотреть на его сильные плечи и грудь, торс, шею.       Но ей нужно было сделать свою работу. Десять минут она разбиралась с его грудью, и еще пять ушло на живот, который так же был расцарапан.       У Босса в голове, что только не происходило, когда Кинзи прикасалась к нему. Он очень боялся, что возбудится, а это чревато было последствиями. Да такими, что он мог лишиться сначала щетины, которую так любил, а потом и полового органа. Поэтому он старался думать, о чем угодно, но только не о прикосновениях Кинзи. Наконец она закончила, он открыл глаза и заметил, что она слишком пристально пялится на него. Но, к сожалению, ему в ее теплом гнездышке нельзя остаться. Он медленно поднялся и улыбнулся Кинзи. — Спасибо за помощл. Я пошел? — Босс показал непонятными жестами в сторону улицы. — Ну да. Конечно. Спокойной ночи. — Да, и тебе, — Босс еще постоял несколько секунд и вышел из палатки, собираясь к себе. Пока не услышал расстроенный вздох Кинзи.       Вот тогда Босс и решил, что если не сейчас, то этому уже никогда не бывать. Мужчина вошел обратно в палатку Кинзи и сев перед ней, повернул своими горячими руками к себе и крепко поцеловал. Крепко, властно, но в то же время нежно. Если бы Кинзи стояла, то ее ноги стали бы ватными и она, скорее всего бы упала. Да и сейчас ее ноги были ватными. И сидеть на коленях было неудобно. Вот, они опять целуются и это тот самый поцелуй, который заставляет Кинзи забыть то, кто она, где родилась и как зовут ее парня. У нее есть парень? Это не имело значения. Босс продолжал ее целовать, крепко держа за руки, буквально до синяков, чтобы та не смогла ему воспрепятствовать. Мужчина не мог остановиться, об этом он мечтал давно. Да, он был уверен в том, что и Кинзи в своих мыслях думала об этом. Его губы опустились к ее шее. Девушка приоткрыла рот, чтобы сказать: «Остановись!». Но к ее сожалению, или счастью, она забыла снова, как говорить.       Он ласкал ее шею губами и языком, исследуя каждый миллиметр гладкой кожи. Кинзи прижалась к нему, положив свои руки Боссу на шею. Он дал ей волю действий, теперь он был почти уверен, что она не врежет ему.       Президент медленным движением стянул с Кинзи свитер, на долю секунды оторвав губы от её шеи. Она облокотилась на него, и теперь они оба лежали на ее спальном мешке. Кинзи целовала его лицо, губы, подбородок так же страстно, как мечтала каждый вечер перед сном. А иногда даже во сне.       Босс одним движением пальцев стянул с Кинзи лифчик и кинул на аптечку, которая валялась рядом с ними и которая так удачно попалась под руку и буквально свела их вместе.       Девушка запустила свои пальцы в волосы Босса, когда он прижался губами к ее соскам и начал ласкать их языком. Кинзи громко простонала, забыв обо всем. Просто обо всем, что с ней происходило в жизни. Сейчас имело значение лишь то, что она была с Боссом. Она не заметила, как оказалась под ним полностью. И уже не могла себя контролировать. Все зашло слишком далеко. Теперь время принадлежало только им… Этот рай для Кинзи и Босса длился около двух часов. Теперь они без сил, но оба довольные лежали под странным пледом, держась за руки и разговаривая обо всём на свете, что буквально недавно не имело никакого вообще смысла. — Спасибо, Кинзи, — Босс улыбнулся девушке, которая играла с его волосами, то и дело перебирая, с одной стороны, на другую. — Тебе спасибо, Гектор, — Кинзи поднялась и серьезно посмотрела на улыбающегося от счастья мужчину, — но мы не должны это повторять. Это было ошибкой. Это было прекрасно, это было потрясающе. Но я не люблю тебя. И я чувствую себя паршиво. Поэтому. Тебе лучше уйти. — Слава Богу, что наша нелюбовь взаимна, — Босс поднялся и, метнувшись кабанчиком, оделся буквально за минуту, после чего скрылся, не оставив на прощание ни слова на раздумья.       Стоило ему уйти, как Кинзи зарылась в плед и начала реветь. Как и всегда, когда Босс уходил.       Шаунди посмотрела на красного, с растрепавшимися волосами Босса и улыбнулась. Он даже не посмотрел на подругу, а с хмурым видом ушел в свою палатку. — Босс, постой! — Что-то произошло? — он грустно улыбнулся и положил руки Шаунди на плечи. — Да, с тобой что-то произошло. Не нужно расстраиваться. Это жизнь. И тем более, как будто это первый раз, — Шаунди обняла друга, прижавшись к нему со всем желанием поддержать, — Кинзи говорила, что тебя некому согреть. Я согрею, потому что ты мой лучший друг. — Все хорошо, Шаунди, спасибо.       До следующего утра Кинзи Босса не видела. А когда увидела, то пожалела обо всем плохом, что сделала ему. Она чувствовала, что ему больно. И она винила себя, как никогда. Но на это не было времени. Им нужно было идти дальше. Оставалось менее десяти километров до той расщелины, через которую они должны перейти. Изначально было сказано, что там есть мост. Но никакого моста там и в помине не было.       Команда сидела и завтракала в двух разных «компаниях»: Пирс, Шаунди, Джонни, Мэтт и Босс сидели в одной стороне, а Кинзи и Дэнни в другой. Причем все было слишком странно. Кинзи сжалилась и кормила побитого Дэнни как сына родного. А Босс даже не смотрел на них, а просто молча ел свой завтрак.       Кинзи это невыносимо бесило. Она понимала, что сама, в какой-то степени виновата. Но это просто наглость! Он даже не пожелал ей доброго утро. Ее это не должно было волновать, но гордость и тупость взяли верх. Она отобрала у Дэнни кашу и, подойдя к Боссу, швырнула кашу ему на прекрасные шелковистые волосы, которые она вчера так крепко держала в своих руках, пока тот удовлетворял её женские базовые потребности. — Ты — наглое хамло! — Кинзи посмотрела на его нулевую реакцию и спокойный сброс каши с головы и, проигнорировав взгляд шокированной команды, села на свое место к Дэнни.       Босс ахуел, нет-нет, не афигел, не изумился, а ахуел. — У нас… есть вода? — Босс медленно поднялся с пня и, подойдя к Кинзи, вылил на нее лапшу, которую он даже не успел по-человечески попробовать. После данной картины обоюдной неприязни, Босс посмотрел на поощрительные кивки команды и пошел к какому-то замерзшему озеру, что видел ранее, чтобы как-то умыться.       Босс взял полотенце и скрылся. Дэнни смотрел на Кинзи и громко ржал, пока та не врезала ему.       Минут через двадцать, Босс смог разбить лед и, сев на колени, опустил голову в замерзшую воду, чтобы отмыть её от каши. Но высунуть голову он не смог. Какого хрена его хотят утопить? Босс схватил налетчика за руки и перебросил через себя в ледяное озеро. — Кинзи? — Босс взялся за шею, смотря как Кинзи барахтается в воде и материт его по самые аморально-неэтические нормы. — Урод! Помоги выплыть! — Кинзи начала окатывать его водой, смотря на его шокированный вид. — Нет, ты тупая. Я позову Дэнни, он тебя спасет. А меня не трогай, — Босс взял полотенце и, накинув на голову, пошел ко всем, напевая веселую песенку про девушек легкого поведения. — Да, позови его! Да только он плавать не умеет! — Кинзи попыталась выползти на лёд, но он раз за разом проваливался под тяжестью её тела и сырой одежды.       Босс остановился, вспомнив, что она может себе отморозить все на свете и, забыв на минуту о ненависти, посмотрел в сторону озера. Где она? Твою мать! Босс кинулся в озеро, чтобы достать Кинзи. Если она утонула?! Его Бен прибьет к чертям! Мужчина проплыл подо льдом и, схватив почти бренное тело Кинзи за руку, поплыл к берегу. Вынырнув, он увидел Шаунди, которая, весело махала ему с чашкой горячего чая и полотенцем. Босс вытащил Кинзи на берег и кое-как начал оказывать первую помощь. Если она умерла, ему хана. Шаунди чуть не заорала от вида бело-синей Кинзи. Она подбежала и села около Босса, приподняв голову Кенсингтон.  — Ты что с ней сделал? — Шаунди пыталась хоть как-то помочь Боссу, но получилось, как всегда.  — Я ничего не делал! Она сама! — Босс послушал её сердце, проверил пульс, зрачки и продолжил пытаться привести в состояние. — Жива хоть? — Да, вроде! — Боссу ничего не оставалось, как делать искусственное дыхание.       Главное не спутать, что делать! Главное не спутать! Через пять минут непрерывного искусственного дыхания, Кинзи закашляла, буквально выливая из себя озерную воду.       Босс без сил упал на снег и закрыл глаза. Его сердце так никогда еще не колотилось. Шаунди накинула полотенце на спину Кинзи и протянула ей чай, правда уже остывший. Девушка посмотрела Босса, который мог получить в награду воспаление легких, и побежала еще за одним полотенцем.       Шаунди прибежала к Боссу и, подняв ее огромную тушу, накинула на него полотенце. — Спасибо, Шаунди. Спасибо, — Босс смог сказать только это, так как через несколько секунд потерял сознание. То ли от переохлаждения, то ли он нервов за жизнь Кинзи, то ли от огромного желания привлечь к себе чуть больше жалости. — Босс! — теперь Кинзи кинулась к мужчине. — Кинзи, не кричи! А то все сбегутся! — Шаунди посмотрела, как у Кинзи загорелись глаза. — Так пусть! Ему помощь нужна! Пирс! Джонни! Сюда! Быстрей! — Кинзи орала во весь голос так, что охрипла.       Они прибежали так же быстро, как Кинзи выкладывала на голову Босса кашу. — Что с ним? — Джонни подбежал к телу Босса и взял за руки. Пирс же взял за ноги, и они понесли его к палаткам. — Он опять спас меня, — Кинзи было стыдно, как никогда, за свое поведение. Теперь она могла только молиться за то, чтобы Боссу стало лучше. — Спас за то, что ты с ним сделала? — Джонни сначала не поверил ее словам, потом ему стало все равно, так как они уже принесли Босса с костру. Шаунди принесла его одежду.       И сейчас самое главное было не допустить еще большего переохлаждения.