На Васильковом поле

- Босс, машины готовы, - Большой Билл немного сгорбился перед среднего роста человеком в дорогом костюме, курившем у окна. От сигары в его пальцах поднимались витиеватые струйки сизого дыма, наполняя комнату терпким ароматом табачных листьев. В тусклом свете, скрывавшем седину на висках и морщины на лице, мужчина казался еще совсем молодым и крепким. Его глаза холодили, как виски со льдом, когда он смотрел прямо на собеседника. Большой Билл поёжился от этого воспоминания и отступил в тень, так и не дождавшись ответа. - Не, а че вообще происходит? - Коротышка Джо вальяжно облокотился на дверной косяк, сунув руки в карманы брюк. Рукава его пиджака были закатаны по локоть, шляпа на гангстерский манер держалась на самой макушке, обнажая высокий лоб и торчащие дыбом рыжие волосы. Джо был новичком. - Приведи себя и порядок, недотёпа, - строго произнес Большой Билл. - Босс этого не любит. И выплюнь жвачку, пока не выплюнул зубы. Сегодня особенный день. Парень пожал плечами и сделал, как велено. - Так что за особый день? - снова спросил он, понизив голос. Стоявший у окна мужчина потушил окурок в пепельнице, взял с вешалки длинное пальто, перекинул его через согнутую руку, вытащил из длинной напольной вазы под окном казавшуюся чёрной в лунном свете розу и вышел из кабинета. Билл и Джо последовали за ним по коридору к задней двери казино. У выхода его ждали два телохранителя. Один из них открыл перед боссом дверь, и все вышли на улицу. Снег валил большими мягкими хлопьями, им пришлось поднять воротники и плотнее запахнуть пальто. Босс в сопровождении телохранителей сел в чёрный Кадиллак. Билл и Джо поехали на машине прикрытия. - Проверь "пушку", - бросил здоровяк, перезаряжая свой томми. - Дело было в двадцатых. Я был совсем ребёнком, - начал он свой рассказ, медленно трогаясь за Кадиллаком босса. - Джимми О'Брайана уже тогда знали как самого дерзкого вора. Ходили слухи, что он как-то грабанул продуктовый на Максуэлл-стрит с одним "пугачом" в кармане! Джо присвистнул и снова уставился в мокрое от таящего снега лобовое стекло, словно события тех дней разворачивались перед ним. - Ему едва исполнилось восемнадцать, когда он стал "солдатом" в банде Долговязого Хиршела и собрал вокруг себя несколько преданных парней. Но даже они знали, что он не щадит ни друзей, ни врагов, если кто-то встаёт у него на пути. С малых лет у Джимми было только одно слабое место - Марко Валенти. - Итальяшка? - воскликнул Коротышка Джо, не веря своим ушам, и уставился на Большого Билла. Тот мрачно кивнул, выкручивая "баранку" на повороте, и продолжил. - Отец Джимми был страшным пьяницей. Он часто избивал их с матерью до полусмерти после очередного "дела". На пацана в те времена было страшно смотреть. Он подпускал к себе только сына соседа-сапожника, Марко. Мальчик брал у матери маленький таз с тёплой водой и какую-нибудь ветошь, пробирался, отодвигая сломанную балку в заборе в старый сарай, где, скрючившись от боли на старом пыльном матраце, Джимми прятался от отца. Тот часто не помнил, что сам изувечил сына, и добавлял за то, что он не смог в драке дать отпор. Марко отмывал с опухшего от побоев лица кровь, тихонько ложился рядом и рассказывал Джимми сказки, которые слышал от матери в детстве, согревая едва живого мальчишку собственным теплом. - Подумаешь, получил от отца! - вдруг фыркнул Джо. - Мало ли мне доставалось от папаши! Разве это повод водиться с итальяшкой! - Закрой пасть, Джо! - Большой Билл метнул на него сердитый взгляд, и тот замолк, выжидательно глядя на напарника. - Джимми никто не мог назвать мягкотелым, он не пощадил ни одного итальяшки, как и ни одного из своих. Но Марко был неприкосновенным. Любой, кто хотя бы высказывался о нем в присутствии босса, мог лишиться языка. Джо прикусил собственный язык и положил вспотевшие ладони на колени. Хоть он и был новичком, но нравы босса знал весь город. - Но банда большая, не все ещё знали Малыша Джимми О'Брайана и, тем более, никому не было дела до тощего сына сапожника Валенти. Однажды под утро босс вернулся после облавы в подпольном клубе и обнаружил, что в обувном магазинчике Валенти побиты стёкла. Он кинулся туда, но отец Марко уже умирал. Это были ирландцы, и Марко во всем обвинил его. Говорят, они тогда крупно повздорили и, якобы, Джимми так разгорячился, что пустил в ход кулаки. Как бы то ни было, с того дня Марко пропал. А в ирландской банде начали ходить слухи об итальянском мстителе. Этот таинственный мститель нашёл всех, кто участвовал в расправе над отцом Марко, и рядом с пулей во лбу на каждом трупе ножом была вырезана буква V. Значило ли это "вендетта" или "Валенти", смысл был один. Итальяшки не брали на себя ответственность за мстителя, где находится Марко Валенти никто не знал, ходили слухи, что он не надолго пережил отца, но убийства продолжались до тех пор, пока все шестеро, кто приходили в дом Валенти той ночью, не получили своё. А через год, когда об этих убийствах еще говорили, макаронники подняли голову, думая, что навели страху на нас. То и дело случались потасовки уже на ирландских территориях. Джимми предложил Хиршему такой план: заманить глав всех итальянских семей на переговоры, взять в кольцо и перебить. На «утку» о переделе территорий клюнули, был назначен день, а вернее, конечно, сказать, ночь. Для переговоров выбрали пересечение двух нейтральных территорий. На самом деле 8-я Восточная улица принадлежала банде Киллиана, которая и сидела в засаде в одном из баров недалеко от перекрестка, вооруженная до зубов. Люди Хиршема на бронированных линкольнах, утяжелённые томми-ганами, ждали со стороны 9-й Восточной, откуда должны были появиться итальяшки. С противоположной улицы их встречала делегация ирландцев. Так что единственным выходом оставался север 8-й Восточной, где, как известно, тупик и доки. И вот в назначенный час две делегации встретились на перекрестке. Условились, что, когда между ними останется метров двадцать, Джимми подаст условный сигнал к началу бойни. Он стоял на пожарной лестнице одного из зданий, откуда было видно все четыре направления. Однако в этот момент кто-то из его ребят крикнул: - Эй! Да это же Марко Валенти! Все посмотрели на толпу итальяшек, и, действительно, худенький парень в кипельно-белой рубашке вышел вперед, с вызовом глядя на ирландцев. Появление Валенти было самой настоящей красной тряпкой для готовящихся к нападению людей Хиршема и О'Брайана. Никто не помнит, как было дело, - свистнул ли Джимми, или люди спутали свист откуда ни возьмись пролетавшего мимо сыча с сигналом к атаке, или брат одного из убитых мстителем бросился вперед первым, однако, бой начался мгновенно. - Так свистнул босс или нет? - перебил Коротышка Джо. Большой Билл хмыкнул, довольный тем, что напарника проняло, и пожал плечами. - Все знают Джимми. Он бы и глазом не моргнул. Они с Марко расстались в ссоре, не виделись больше года, пока происходили убийства. Да и отменить в тот момент уже ничего было нельзя. К тому же именно после этой кровавой резни Джимми О'Брайан стал правой рукой Хиршема. Но вот, что я тебе скажу, малыш, - весомо произнес Большой Билл. - С тех самых пор каждый год мы совершаем ночное паломничество на кладбище макаронников, к могиле Марко Валенти... В этот момент Джо заметил стоящий поперек дороги Дюзенберг, из которого торчали два дула автомата. Последним, что он услышал, был визг тормозов и грохот пуль по металлической поверхности. В груди пекло, и Коротышка Джо опустил глаза на рубашку, по которой расплывались ярко-алые пятна. Он поднял глаза на то место, где стоял черный Дюзенберг, но улица была абсолютно пуста. Большой Билл выбрался из машины и заковылял к Кадиллаку босса. У него была прострелена нога и плечо, но парень мог выдержать и более тяжкие ранения. Он заметил, что появившийся из ниоткуда автомобиль, пропал, словно его и не было, а на их машинах нет никаких следов от выстрелов. Однако кровь на его руке была настоящей. Суеверный ужас охватил здоровяка, пополз холодком по спине, и он испуганно оглядел темную пустую улицу. Вокруг было по-прежнему тихо и пустынно. - Босс, вы в порядке? - спросил, открыв дверцу, Билл. Джимми О'Брайан сидел на заднем сидении «кадди» и выглядел, как обычно, только на животе сквозь сжимавшие рану пальцы сочилась темная кровь. - Босс, я мигом отвезу вас в больницу! - засуетился Большой Билл, но Джимми слабо качнул головой. - Я не жилец, Билли. Вези меня к Марко, - с бульканьем в горле выговорил он. Парень выволок из машины тело водителя и бросил на обочине, ошарашенно оглядел совершенно ровный металл на капоте и стекло без единой царапины, сел за руль и подрагивающими руками взялся за баранку, ожидая, что в любую секунду призрак Дюзенберга появится и добьет его. Однако больше ничего не произошло, они спокойно доехали до кладбища. Джимми был очень бледен и весь покрылся испариной. Большой Билл помог боссу выйти из машины и практически на себе донес до скромной могилы с именем «Марко Бернардо Валенти». Джимми уже не мог стоять, и повалился на землю, а рядом присел и обессиленный кровопотерей здоровяк. - Марко, я отомстил за твоего отца... Клянусь... - прохрипел Джимми О'Брайан. Большой Билл смотрел на бледную полоску занимающейся зари и думал: «Почему он смог сказать эти слова только сейчас?» Он вытащил из кармана складной нож и вырезал две линии на лбу Джимми О'Брайана.