Триада

***

      С детства Бильбо был одинок. Сначала единственный сын в семье, а после сирота, на плечи которого упала неподъёмная ноша. И с этим приходится справляться, чтобы однажды не оказаться в грязной канаве на обочине дороги.       Когда в его жизни появляется Гэндальф Бильбо как-то все равно. Волшебник рассказывает ему о приключениях, неведомых тайнах и историях, а он просто не верит. Не верит, потому что разучился. Не сам — жизнь заставила, когда надо было поднимать с колен себя и дом. Куда уж там было до приключений, когда он целыми днями только и делал, что успевал подписывать одну бумагу за другой? Пришлось повзрослеть, когда выяснилось, что для нормальной жизни денег совершенно не хватает.       Когда Гэндальф пытается надавить на него, упрекая собственными корнями, Бильбо даже смешно. До слёз. Где же были все эти распрекрасные родственнички, когда его жизнь разваливалась по кускам? Когда его ломало в агонии бессилия? Когда он окончательно лишился нормального сна и перестал осознавать дни? Разве кто-то пришёл и помог?       Вопрос остаётся без ответа, потому что и так все ясно. Бильбо просто шлёт Гэндальфа со своими предложениями куда подальше, в рамках приличия конечно, он ведь добропорядочный хоббит. Но Гэндальф конечно не был бы волшебником, если бы не решил сделать все по-своему.       Тем же вечером в доме Бильбо появляются гномы. Очень много гномов. Причём совершенно невоспитанных. Они заполоняют собой все пространство, шумят и громко стучат сапогами, не удосуживаясь даже разуться. И хоббит не знает, что с этим делать. Он сбит с толку, измотан и раздражён. С таким трудом добившись хоть какого-то душевного равновесия, он совсем не готов с этим расставаться.       А потом нелепая череда событий, и он оказывается втянут в какую-то сомнительную авантюру с волшебником и тринадцатью гномами, которые ему совершенно не рады.       Первые дни похода уже не радуют: поясница болит от длительного нахождения в седле, а из застуженного носа то и дело капает. Бильбо ненавидит весь мир, а в особенности Гэндальфа, который все это и устроил. Гномы продолжают сливаться в единую массу.       Проходит несколько дней, и он начинает их различать. Оказывается, они не все абсолютно одинаковые, а каждый имеет какую-то свою отличительную особенность.       Ещё через какое-то количество времени Бильбо запоминает их имена. Теперь он знает, что седой гном — это Балин, а лысый — Двалин.       Они все время едут. Очень долго. И это никак не кончается. Постоянная езда укачивает хоббита, и он останавливается, требуя отдыха. Где-то впереди доносится недовольное рычание Торина, но Бильбо наплевать. Организм, измученный голодом, даёт сбой и сознание начинает покидать его.       Падая с лошади, он видит напоследок лишь чьи-то испуганные лазурные глаза, и вскоре весь мир погружается во тьму.       Приходит он в себя, лёжа где-то в темноте. Прислушавшись к тому, что происходит вокруг, хоббит понимает, что он не в плену, а значит где-то поблизости должны быть гномы. Привстав, Бильбо оглядывается по сторонам и видит небольшой костёр, вокруг которого расположились остальные участники похода. В животе призывно урчит, и он осознаёт, что просто невыносимо хочет есть. Наконец выкарабкавшись из спальника, он идёт прямиком к теплу.       Гномы бурно встречают его, и вскоре в руках у хоббита оказывается горячая миска с похлебкой. Раньше он бы в жизни не притронулся к такой пище, сейчас же становится абсолютно без разницы, что есть, лишь бы в желудке что-то было. Жадно, почти что причмокивая, Бильбо расправляется с едой, и голод на какое-то время утихает, сменяясь сонливостью. Он рассеянно смотрит на костёр, но вдруг ощутимо чувствует, что кто-то наблюдает за ним. Подняв голову, Бильбо натыкается на непрерывный изучающий взгляд лазурных глаз и тут отворачивается. Фили. Один из тех придурковатых племянников Торина, которые все время не давали никому спокойно жить. Странный гном. Если же его брата, Кили, ещё можно было понять, то предугадать, что у этого на уме — просто невозможно. С одной стороны, шумный и улыбчивый, с другой — скрытный и замкнутый, он настораживал Бильбо. Хоббит всегда обходил стороной двух братьев, но Фили, особенно. Теперь же внимание со стороны гнома совершенно сбивает с толку.       Решив не предавать странному инциденту внимания, Бильбо поспешно относит тарелку и скрывается в темноте, вновь зарываясь в свой спальник. Сон быстро приходит к нему, и лазурные глаза стираются из памяти.       Просыпается он от жара, распространившего повсюду. Хоббит со сна не понимает, откуда в лесу такая высокая температура. Он и днём-то периодически мёрз, а уж про ночь и речи быть не может. Бильбо всегда закутывался с ног до головы, так что выглядывал только кончик носа. Сейчас же он ничего не понимает. Повернувшись на бок, он с удивлением видит перед с собой Фили. С другой стороны раздаётся какое-то сопение, и Бильбо с ужасом обнаруживает у себя за спиной Кили. Оба брата, развалившись, спали по бокам от хоббита и, сами того не заметив, зажали его между собой, отчего бедному Бэггинсу стало неимоверно жарко.       Ошарашенный, ничего не соображающий Бильбо пулей вылетает из своего места и зарекается когда-либо спать на открытом пространстве. Братья лишь невинно ухмыляются, отмахиваясь тем, что так просто теплее.       Однако, на этом нападки на спокойствие хоббита не прекращаются, лишь только увеличиваясь.       Сначала он злится и пытается усмирить братьев, но вскоре понимает, что никто из отряда даже и не думает его защищать. Гномам, наверное, нравится такой юмор, а Гэндальфу, как всегда, все равно. От этого где-то в глубине души становится очень обидно, ведь он думал, что может наконец стать своим среди остальных, что гномы признали его достойным членом похода. Но оказывается он всего лишь никчемный слабак, которого взяли непонятно зачем. И Бильбо замыкается в себе. Перестаёт отвечать на подначки, да и в принципе реагировать на что-либо.       Он продолжает выполнять свою рутинную работу, даже изредка пытается поддержать разговор, но делает это чисто машинально, полностью погрузившись в себя. Мыслями хоббит далеко отсюда. Ему видится Шир, весь покрытый зеленью, с его плодородными нивами, медовыми пасеками, тёплым солнцем и домом. Дом. Сердце тоскливо сжимается лишь от одного упоминания. Старое, чуть поскрипывающее кресло, память об отце, шелест книжных страниц и тихий треск камина. Как же это было давно. Словно в другой жизни.       Он начинает сторониться остальных и все чаще коротает время в одиночестве. Такое поведение Бильбо не остаётся незамеченным, и в один из таких вечеров у хоббита появляется компания.       Братья-гномы. Они приходят поодиночке, и это странно. Сначала Фили. Он молча смотрит на Луну и выглядит отстранённым. Затем подтягивается Кили. Этот наоборот всегда что-то говорит и пытается приободрить.       Бильбо не понимает, что происходит. От слова совсем. Сначала подколки-издёвки, а потом вдруг неожиданное внимание. Это что шутки такие? Может они поспорили на него? Бэггинс пытается это выяснить, но его поиски оказываются безрезультатными. И Бильбо остаётся только смириться. Впрочем как и всегда.       А потом между ними что-то ломается. Трескается, словно тонкий лёд.       В один момент хоббит осознаёт, что живет от встречи к встрече. Он не понимает, как это произошло. Просто случилось и все. Мечтая никогда больше не испытывать эмоций, Бильбо сам не заметил, как открыл своё сердце для двух братьев. Осознание бьет обухом по голове.       И Бильбо пытается спрятаться. От себя, от своих чувств, от двух пронизывающих взглядов, внимательно наблюдающих за ним. Ему это почти удаётся, если бы не настойчивость гномов. Они пытаются достучаться до правды, каждый по-своему.       Устав бороться с самим собой, Бильбо выкладывает всё, что лежит на душе, а затем целует. Каждого.       И мир перестаёт существовать. Поход уже не трогает хоббита, ведь теперь у него есть дело поважнее.       Они становятся единым целым, сплетаясь и спаиваясь за долгие тяготы пути. Бильбо тонет в обилии красок и звуков. Впервые за долгое время он чувствует себя по-настоящему живым.       Когда они впервые ругаются, ругаются из-за него, Бильбо больно на это смотреть. Он жалуется на боль в животе и незаметно сбегает из лагеря. Там, в тени леса, он может не скрывать своих эмоций. Упав на жухлую листву, он кричит-кричит-кричит, выплескивая свою боль. Лишь, когда голос сбивается на хрип, он замолкает. Устало падает без сил и отключается.       Сквозь сон он чувствует, как чьи-то сильные руки переносят его, и скоро хоббит вновь оказывается в кольце рук и тел. Понимание горячей волной разливается внутри, и Бильбо улыбается. Он больше не лишний, а нужный.