Любовь дурака

У Хинаты уже слипались глаза. И хотя она понимала, что ни о каком сне и речи идти не может, разум все равно уже начинал отключаться. После первого боя, бесчисленные ряды белых Зецу отступили, но все догадывались, что они вернуться, как только им представится случай для атаки. Их собственный отряд организовал лагерь, вырыл окопы и выстроил охранные посты. Хинату, как обладательницу Бьякугана, поставили в дозор. Вообще-то ее время уже вышло, но она сказала, что может продолжить, так что ее и Шино оставили на карауле лагеря. Абураме не один раз предлагал ей отдохнуть, но Хьюга наотрез отказывалась. Ей не хотелось бить баклуши на этой войне, и на то было множество причин. Во-первых, она все-таки была членом клана Хьюга, хоть и ей и не поручили им руководить, а значит по своей воле или без нее, но ее работу будут оценивать, а значит, она не могла ударить в грязь лицом. Ну и во-вторых, раз уж ей не удалось попрощаться с Наруто, то она решила, что когда они встретятся с ним в следующий раз, она будет более чем достойна того, чтобы стоять рядом с ним, а не идти следом. При их следующей встрече девушка хочет быть той, на кого Узумаки обратит внимание. На самом деле эта мысль была основным утешением на этой войне. В перерывах Хината мечтала о том моменте, когда они с Наруто встретятся. Ей даже было все равно, примет он ее чувства или отвергнет. Она просто жутко хотела его увидеть и доказать, что она тоже на многое способна. К несчастью эти мысли были так же тяжестью, для души девушки. Ведь чем чаще ты думаешь о желаемом, тем больше растягивается время. Хьюга понимала, что при всем ее желании, с Наруто она увидеться не скоро. В сотый или тысячный раз Хината сказала самой себе «не спать», но мозг уже не хотел ее слушать. Глаза закрывались против воли, а у девушки не хватало сил противостоять этой сонливости. И вот, как раз в тот момент, когда веки окончательно сомкнулись, чья-то рука легла ей на плечо. Следом прозвучал знакомый голос. – Ты бы хоть отдыхала иногда, – эта неожиданность заставила Хьюгу слегка взбодриться. Она сию секунду обернулась и увидела за своей спиной Кибу верхом на Акамару. Тот уверенно улыбался, но через секунду сменил эту улыбку на серьезное выражение лица. – Киба? А я думала ты на другом посту. – Я там был, но мне разрешили сменить тебя. – Да я в порядке, просто… – В порядке!? Да ты же спишь стоя! Если будешь так перетруждаться, то окажешься в том же положении, что и Неджи. – А ч-что с братцем Неджи? Он что… ранен? – с осторожностью спросила Хината, боясь услышать худшее, но Киба лишь ворчливо помахал рукой. – Да нет, он просто так усердно и долго использовал Бьякуган, что довел себя до изнеможения. Пф, даже собаку от человека отличить не может, – на последних словах Инузука отвернулся в сторону и как-то рассержено посмотрел в пустоту, вспоминая свой последний разговор с Неджи. Акамару поддержал его слова лаем, и в итоге Хината не выдержала, и слабо хихикнула. Киба ее веселья не разделял. Ему бы не хотелось видеть подругу в том же состоянии, что он видел ее брата, а потому он не убрал своей серьезности. – Слушай, я понимаю, что ты хочешь показать себя с самой лучшей стороны, но это не значит, что надо загонять себя в могилу. Я уверен, что Наруто сказал бы тебе то же самое, будь он… – Киба резко осекся, видя, как резко лицо Хьюги стало мрачным. В эту секунду Инузуке захотелось прижечь себе язык, чтобы тот перестал болтать лишнего. Было большой оплошностью с его стороны упоминать Наруто в присутствии Хинаты. Хоть сама Хината ничего и не говорила, но Киба знал, что с самого первого дня как Узумаки уехал, девушка постоянно вспоминала его. Это отлично было видно по ее настроению. Нет, она не впала в полное уныние, как когда Наруто отверг ее чувства (хотя Наруто и сам не знал, что Хината его слышит), но стоило ей хоть как-то напомнить об Узумаки, как она становилась какой-то грустной и слегка разбитой. До Кибы даже доходили слухи о том, что Хината пыталась выпросить себе миссию, на которой сможет пересечься с Узумаки. – В общем, Хината, если ты окажешься на больничной койке, то ничем нам не поможешь. Твои глаза нам еще могут понадобиться на рассвете, а если ты устанешь, и тебя не будет в нужном месте и в нужное время, то могут погибнуть люди. Хоть Хьюга и не смотрела на друга, но ее взгляд расширился. Так Киба понял, что попал прямо в точку. Давить на нее не хотелось, поэтому дальше Инузука замолчал, давая девушке самой все обдумать. В конце концов, Хината слабо кивнула и начала потихоньку вставать, давая место Инузуке. – Недалеко отсюда организовали пункт отдыха для дозорных. Ты его не пропустишь, для него создали небольшую яму, – Хинате оставалось лишь во второй раз кивнуть и пойти в указанную сторону. А что до Кибы, то он лишь проводил ее взглядом. В общем-то, Киба не соврал. Этот пункт и правда был недалеко, Хьюга дошла до него минут за десять. Там была поставлена одна палатка, а вокруг нее, на улице, около дюжины спальных мешков, расстеленных по одному на каждый час. В этой так называемой «яме» уже отдыхало несколько человек: кто-то из них спал как убитый, кто-то просто тихонько сидел с закрытыми глазами и дремал, а кто-то отдыхал, оставаясь при этом не спящим. Когда Хината спустилась, то села у спального мешка как раз около одного из таких людей. Хоть Киба и сказал ей отдыхать, но Хината все равно хотела быть во всеоружии. Пока она спускалась, то какие-то парни (по униформе это были ниндзя из Страны Молнии) смотрели на Хинату во все глаза и о чем-то перешептывались. Сначала девушка не поняла такого излишнего внимания к себе, а потом вспомнила, что у клана Хьюга с деревней Скрытого Облака был давний конфликт. Когда Хината это поняла, то и сама с интересом стала наблюдать за этими людьми. То, что она к ним испытывала, не было ненавистью, но было чем-то странным. С одной стороны их деревня пыталась выкрасть Хинату, когда той было всего три года (а заодно убили отца Неджи), а с другой теперь они были ее товарищами и возможно уже спасли ей сегодня жизнь. Мысли потоком лезли в голову одна за другой и мешал им только звук какого-то звяканья, что доносился справа от Хинаты. Сама девушка начала раздумывать, как ей стоит относиться к подобным людям. Ей вспоминалось полное ненависти лицо Неджи, когда он говорил про смерть своего отца. Но если подумать, а имеет ли все это сейчас значение? Теперь они были товарищами, у них был общий враг, и не было времени на старые обиды. Звук звяканья все не прекращался, мешая подумать обо всем этом, так что Хината уже не могла его игнорировать и повернула голову. Как оказалось, звук этот исходил от спиц, которыми активно пользовалась одна взрослая женщина. Та что-то вязала, пользуясь пряжей синего цвета. Опять же ориентируясь на цвет униформы, Хината поняла, что женщина эта из Скрытого Камня. На вид она была одного возраста с учителем Куренай, да и имела такие же черные волосы. Наверное, Хината слишком сильно ее разглядывала, потому что женщина почувствовала на себе чей-то взгляд и тут же обратила свой взор на Хинату. На секунду Хьюга испугалась, что ей сейчас начнут задавать резкие вопросы, но на удивление женщина эта оказалась довольно добродушной. Она посмотрела на Хинату с милой улыбкой и прекратила орудовать спицами. – Тоже любишь вязать? – Что? Нет-нет! Просто это как бы… ну, довольно необычно видеть человека, который вяжет прямо посередине войны. – А что в этом такого? Я верю в наших товарищей, и в то, что они смогут защитить наш отдых в случае нападения. Нет смысла всегда оставаться настороже, когда ты даже не в карауле. В бою самое важное это ясное голова, а подобное хобби помогает отвлечься от всего того, что ты видела сегодня. Хината посмотрела на женщину с большим интересом. В ее словах был смысл. Наверное, эта женщина предугадала ее мысли, так как продолжила беседу. – Я Маюри. А ты? – это было так неожиданно, что Хината сначала растерялась и ответила не сразу. – О… Я… Х-Хьюга… Хьюга Хината. – Хм, ну это неудивительно. По твоим глазам сразу можно узнать Бьякуган. Ничего не говоря, Маюри вернулась к своей вязке. Если в начале беседы Хината не сильно обращала на это внимания, то сейчас проявляла самое настоящее любопытство. – Эм, простите, а что вы вяжете? – Маюри ответила не сразу. Ее взгляд стал каким-то простым, а улыбка более теплой. – Это моему сыну. Когда-то он сказал, что моя вязка ему нравится больше, чем купленная одежда. Так что с тех пор я совершенствовалась и теперь постоянно вяжу ему что-нибудь. – Ваш сын шиноби? – Ой, конечно нет, – при этих словах она слегка рассмеялась и отрицательно помахала рукой, смотря на Хинату. – Ему всего шесть, так что он сейчас ждет меня дома. Я обещала, что когда вернусь, то вручу ему его новые носки. Что на это ответить Хината не знала. На ее взгляд то, что она видела перед собой, мало было похоже на носки, но впрочем, она не сильно разбиралась в вязании, чтобы судить о таких вещах. Тем временем парни из Скрытого Облака продолжали смотреть на Хинату с любопытством, а заодно перешептывались. Это заставляло Хинату слегка нервничать. Впервые в жизни она ощутила то, что испытывал Наруто в такие моменты. Маюри перехватила ее взгляд и тут же поняла, что происходит. Не отвлекаясь от вязки, женщина как-то горько улыбнулась, будто придаваясь неприятным воспоминаниям. – Мою сестру убили ниндзя Конохи, во время прошлой войны, – на этих словах Хината так резко повернула голову, что Маюри едва подавила смешок. На лице у Хьюги был одновременно и испуг и извинения (хотя она и сама не знала, почему ощущает вину перед Маюри). – Первые несколько лет все, о чем я думала - это месть. Я всей душой возненавидела того, кто это сделал. Я узнала все о нем и каждую ночь мечтала о том, как мне представится шанс с ним расквитаться. Мне даже хотелось, чтобы между Ивай и Конохой вновь разгорелась война, лишь бы встретиться с этим парнем на поле боя. В конце концов, все дошло до того, что даже символ листа вызывал у меня ненависть… У Хинаты просто пропал дар речи. От волнения она приложила палец к губам, как всегда делала в таких ситуациях. Теперь ей даже казалось, что сидеть рядом с Маюри опасно. Однако все эти волнения отчасти пропали, когда Хината увидела, что Маюри вновь улыбается с теплотой и вовсе не излучает никакой ненависти. – Я… мне жаль… – дальше Маюри не дала ей договорить, так как продолжила свой рассказ. – Но затем, однажды, я задумалась, а с какой целью тот ниндзя убил мою сестру? Почему? Ради денег? Ради власти? Нет, он просто выполнял чей-то приказ и оказался сильнее моей сестры. Следом за этой мыслью я подумала еще об одной: а может он и вовсе защищал кого-то из своих любимых? Что бы было, окажись моя сестра сильнее? Тогда бы уже МОЕЙ сестре кто-то желал смерти. Эти мысли не давали мне покоя целыми ночами. И тогда я осознала, что практически у каждого человека, каким бы плохим он не был, есть или были любимые люди. Что станет с детьми убийцы, если наказать этого самого убийцу? Тогда они сами превратятся в убийц… Я жила, и думала о том, скольких людей я спасла, отказавшись от своей ненависти, и тогда моя жажда мести к Конохе начала отступать. И, в конце концов, взамен я получила самое прекрасное чувство, какое только бывает в человеческом мире. – А ч-что это? То есть, что вы испытали? – Маюри прекратила орудовать спицами и обратила свой взгляд к небу. Наверное, чтобы дать точный ответ ей было необходимо время, а когда это время прошло, то она вновь посмотрела на Хинату. – Душевный покой. Покой и любовь, это самое лучшее, что может испытывать человек. Не вини этих ребят за то, что сделали их товарищи, по чьему-то приказу. – Я так и не думала… – И это хорошо. Думаю, они и сами не знают, как им относиться к членам твоей семьи. Ты когда-нибудь пыталась убить кого-то, только чтобы защитить любимого тебе человека? Взгляд Хинаты как-то грустно опустился. Она вспомнила тот случай, когда сражалась с Пейном. Тогда она не знала, что это лишь одно из тел настоящего Пейна, и что, по сути, она никого не убьет. Но все это не имело значения, ведь Хината, ради защиты Наруто, была готова драться насмерть. – Да, – сдавленно ответила Хината. – Вот так же и с большинством людей на войне. Отбираем, чтобы защитить любимых. Это не оправдывает наших поступков, и наши деяния остаются плохими, но сами мы от этого не такие уж и плохие люди. К тому же… Думаю эти парни уставились на тебя не только из-за твоей принадлежности к семьи Хьюга. Ты сама по себе привлекаешь внимание. – Э-это как? – А ты не замечаешь? Ты же довольно красивая для своего возраста. Хината покраснела с молниеносной скоростью. Уже второй раз за их беседу Маюри рассмеялась, только на этот раз искреннее. После этого она, наконец, вернулась к своему занятию, чем вызвала у Хинаты еще один вопрос. – Эм, слушайте, а можно вас спросить? – Ну, ты же спрашиваешь. – Ах да. Как долго вы учились вязать? Точнее даже не так… Трудно ли этому научится? – Хм, теперь, когда ты спросила, – Маюри в очередной раз задумалась и по итогу лишь пожала плечами. – Все дело в практике. Не так уж и сложно, если есть желание. А ты что, хочешь научиться? Хината начала отрицательно махать руками перед собой, но Маюри уже хитро улыбалась. – Что вы, нет-нет, мне просто было любопытно… – Да? А я думала, что девушки в твоем возрасте частенько влюбляются. Разве у тебя нет, ну, к примеру, мальчика, которому ты хотела что-нибудь связать в подарок? И вот уже во второй раз за ночь на лице Хинаты возник предательский румянец. Маюри ее как книгу читала, а Хьюга не могла с этим ничего поделать, ее мысли о Наруто выражались слишком легко (что не мешало Наруто много лет не замечать ее чувств). По правде говоря, была одна вещица, которую Хината хотела бы связать для Наруто. Именно об этой вещи Хината и вспомнила, когда увидела, чем именно занимается Маюри. Но то была лишь идея, Хината никак не могла представить себе, что действительно свяжет для него тот шарф. Наверное, ее сомнения как-то отразились во взгляде, потому что Маюри в очередной раз предугадала ее мысли. – Мой тебе личный совет, займись этим. Я бы и сама тебя научила, но боюсь, у нас на это не будет времени. После войны, прочти какой-нибудь журнал и по нему научишься. Подарок от сердца всегда имеет большую ценность, чем куча тех, которые дарят без души. – А это важно? Даже если он его не примет? – Конечно, важно! Примет он его или нет, ему будет приятно, а это может сыграть большую роль. – Роль? Какую? – Ну-у… Знаешь, есть такое выражение, что иногда, убив одного, ты спасаешь тысячу. В большинстве случаев это просто оправдание убийству, но верно так же и обратное: помоги одному, и может быть, ты спасешь миллионы. Подумай об этом, Хьюга Хината, когда будешь спать. – Спать? Но я ведь… – Да брось! Уж часик-то у тебя найдется. А иначе я вообще не понимаю, зачем ты сюда пришла. Маюри не давала никаких приказов и не говорила в повелительном тоне, но слушая ее, Хинате почему-то очень хотелось поступить так, как она говорит. По итогу девушка так и поступила: закуталась в спальный мешок и просто стала глядеть на небо, ожидая, пока усталость возьмет верх. Пока это происходило, ее мысли постоянно возвращались к Узумаки. Ей было интересно, а где сейчас Наруто? О чем он думает? И, самое интересное, а вспоминает ли он Хинату хоть немного? Глаза начали потихоньку закрываться. Уже в предсонном состоянии образ Наруто возник перед ее глазами, блистая своей чудесной улыбкой. Сквозь сон и все так же с закрытыми глазами, Хината мило и слегка по детски улыбнулась. – Наруто… – не снимая своей улыбки, она прошептала это, когда окончательно погружалась в сон. К счастью, шепот этот был таким тихим, что даже рядом сидящая Маюри его не услышала. *** Узумаки со скучающим видом лежал на ветке дерева и ждал. Чего ждал? Вестей от одного надоедливого рэпера. Он кстати уже шел сюда, так что ждать им оставалось недолго. – Ну что там? – в нетерпении спросил Наруто, а Би как всегда начал пританцовывать, пока говорил. – За нами хвост выслали, это косяк, поэтому с места нам не сдвинуться, понял чувак?* – как всегда, чтобы понимать, о чем говорил Би, уже нужно было приложить усилий. Но в последнее время Наруто так часто общался с ним, что просто привык. – А-а-а! У нас на это нет времени! Мы должны добраться до поля боя как можно скорее! – по лицу блондина можно было сказать, что сейчас ему катастрофически не хватало терпения. Они находились в горах. После побега с черепашьего острова Наруто и Би отправились к полю боя, но, как и ожидалось, охрана острова направилась прямиком за ними, да и вообще все ближайшие посты были оповещены о том, чтобы схватить Наруто и Би. По этой причине парочка джинчурики спрятались на склоне горы. Наруто это жутко не нравилось, но сражаться с каждым подвернувшимся отрядом альянса ему не нравилось еще больше. Лишняя драка лишь поднимет шум, а им нужно было добраться до поля боя целыми. – Завтра нас битва ждет, без этого никак, а потому отдохнуть нам следует, понимаешь или как? – Да не можем мы отдыхать! Там наши друзья! Каждая секунда играет на руку Мадары!!! Казалось, что Би хочет сказать что-то еще, но он внезапно замер на несколько секунд. Затем его тело как-то странно дернулось, будто его парализовало, и уже через секунду голос у рэпера изменился до неузнаваемости. – Наруто, Би прав… – Осьминог?! – от удивления Узумаки чуть не подпрыгнул. Нет, он уже знал, что Би может меняться сознанием со своим хвостатым, но все равно не мог привыкнуть к таким внезапным переменам личности. Восьмихвостый, впрочем, не стал уделять этому внимания и продолжил свои объяснения. – Если хочешь использовать режим хвостатого максимально эффективно, то тебе нужно хоть иногда восполнять свою чакру. Ты не забыл? Девятихвостый убьет тебя, если вытянет из тебя всю чакру, – ответить на это Наруто было нечем, так что Гьюки продолжил. – Сейчас окрестности прочесывают шиноби из альянса, и они всеми силами попытаются нас схватить, если обнаружат. Сражаться с ними глупо: это лишь привлечет внимание новых противников, а мы потратим силы, которые вполне возможно понадобятся нам в завтрашнем бою. Поэтому мы переждем здесь, пока все ищейки не уйдут куда подальше, а затем двинемся по заданному маршруту. – Но это может продлиться очень долго! Так мы ничего не добьемся… – У нас есть где-то полтора часика. За это время вам обоим нужно отдохнуть, в особенности тебе. Поэтому сейчас ты должен прилечь и хоть немного поспать. Би останется дежурить и разбудит тебя… Скажем, минут через сорок пять. Там ты его сменишь. – Да не хочу я… – Наруто! Ты так хочешь, чтобы лис убил тебя прямо посередине боя? Тут Наруто оставалось лишь замолчать. Гьюки принял это как знак согласия, и спустя несколько секунд тело репера снова дернулось, возвращая разум истинного хозяина. – Ну, вот как-то так, и не смей спорить с нами, а то дам тебе в пятак! – с приходом Би вернулась и манера говорить стишками. Би отошел на расстояние, а Наруто оставалось расположиться на дереве и наблюдать за ночным небом. Он пытался расслабиться, дабы хоть немного поспать, но в нынешней обстановке это было как никогда сложно. В голову без устали попадали мысли о сражающихся друзьях. Узумаки молился о том, чтобы все они были целы и невредимы. В особенности его размышления частенько возвращались к одной особе с лавандовыми глазами… Неожиданно, на небе засверкала падающая звезда. Это принесло для Наруто воспоминания, о том моменте, когда он в прошлый раз видел такую же звезду. В те дни он беззаботно гулял с Хинатой после тренировок. Тогда он еще не придавал им большой ценности, но теперь, будучи в дали от того, что ему дорого, он как никогда понимал, что те беззаботные прогулки были одним из лучшего, что происходило с блондином в его жизни. В каком-то роде джинчурики ощущал тоску. Сначала он не понимал, что ее вызывает, но потом осознал, что он и в самом деле скучает по Хинате. «Чтобы успеть во всех точках на поле боя, мне придется использовать теневое клонирование. И я обязательно отправлю одного из клонов к ней. Черт, как же мне охота увидеть ее лично, даттебайо!» – это снова заставило его вспомнить о падающей звезде. В прошлый раз он загадал, чтобы Саске вернулся домой, но теперь в этом не было необходимости. Наруто добился желаемого и так или иначе, но Саске сам придет к нему для битвы, так уж они договорились. Но что же ему пожелать теперь? Теперь его мысли были заняты другим, или точнее говоря, другой. Счастливо и уверенно улыбаясь, Наруто понял, что ему охота загадать. «Хочу, чтобы мы с Хинатой поскорее встретились. Я так много ей не сказал, а то, что сказал, говорил неверно» – думая об этом, он все же прикрыл глаза, а там и не заметил, как сон начал обнимать его разум своими большими руками. Уже когда его разум начал погружаться в царство Морфея, парень будто бы услышал милый голос девушки, который сказал всего одно слово. «Наруто…» – голос Хинаты звучал на уровне шепота, но был таким реальным, что Наруто казалось, будто сейчас говорит это рядом с ним. – Хината… – лишь сказал он, а после начал похрапывать. Неизвестно что именно снилось Узумаки, но, как и сама Хината, он улыбался во сне. Они оба были так далеко друг от друга, но в то же время им обоим казалось, что каждый из них совсем рядом. У обоих в сердце таилась тоска и скука, хотя каждый из них и не догадывался о чувствах второго. Так проходила война для дурака, и его милой скромницы.