Людские шалости

В королевстве фей снова тепло и благодать, солнце освещает сочную листву деревьев. Она медленно колышется на озорном ветерке. Зеленоволосый феи, подхваченный одним из таких порывов, легко летел по небу. Вот уже он стал разворачиваться и снижаться, ногами оказываясь на огромном дереве. — Кинг, Кинг, вставай! — бодро кричал Хельбрам, пытаясь разбудить засоню, — Снова ты уснул, не находишь это забавным? Арлекин повозился на зелёной подушке, что-то пробурчал и поднял глаза на друга. Тот как всегда был ясен и лицо озаряла игривая улыбка. Королю фей она очень нравилась. Даже нет, он любил это в нем. Ту светлую энергию, что нёс за собой он, ту улыбку, что он показывал всем во круг и эти глаза, цвета золотого янтаря. А ещё в некоторой трепетной особенности — крылья. Лёгкие, белоснежные, покрытые незамысловатым голубовато-синим узором. И здесь не было зависти, нет. Только искреннее восхищение. — Не нахожу. Что забавного в усталости? — проворчал Арлекин, все же вставая с частифола. — Может то, что ты защитник этого места? — пожал он плечами, всё ещё улыбаясь. — Вот лучше бы помог, чем… Опять к людям наведывался? Голос Кинга стал серьезнее, брови напряглись, а взгляд стал чуть гневнее. — Хе-хе, ты снова меня раскусил. Просто там было так весело и интересно! — Ты всегда это говоришь, а впоследствии это приведет к чему-то дурному, я уверен. — Почему ты так рьяно доказываешь это? Может все совсем не так. — Потому что опасаюсь беды и волнуюсь за тебя! Ты же мой лучший друг, я не хочу потерять тебя. — Ну, у тебя есть ещё сестра Элейн, — он почесал затылок. — Хельбрам! Прекрати такое говорить! — король фей отвернулся, сложив руки на груди. Неужто тот и правду думает, что потеря его жизни не важна? — Прости, прости. Кажется, я перегнул немного в этот раз, — он подошёл к Кингу и положил одну руку ему на плечо, а другую чуть отводя в сторону, — Зато знаешь, какую интересную штуку я подглядел у людей? О таком я не слышал у нас, фей, а значит это что-то и вправду стоящее. — Что именно? Очередная их бесполезная вещица? — Не совсем, — фей лукаво ухмыльнулся, — Но я бы хотел попробовать это вместе с тобой! — Ладно, я соглашусь. А что это? — Полетели со мной и увидишь. Хельбрам протянул ему руку, а Кинг послушно свою. Они одновременно вспорхнули и полетели над землёй, а зеленоволосый указывал дорогу. Примерно через несколько минут они достигли старого домика на окраине деревни. — Где это мы? И чей это дом? — В нем никто не живёт, говорят, что прежний хозяин ушел на охоту в лес и пропал. С того момента уже как 2 месяца прошло. — Хорошо, но что привлекло тебя здесь? — Кинг открыл дубовую дверь и осмотрел дом изнутри: кровать, стол, пара стульев, ковер и одно ружье на стене. Обычная и ничем не приметная лачуга, — Так что ты хотел попробовать? Только спросил Арлекин, как сзади подошёл другой фей и чуть подтолкнул его. Кинг упал ровно на ту самую кровать, стоящую в углу. При падении он немного ударился ребрами. — Эй, что ты творишь? — не успел он возмутиться, как зеленоволосый навис ровно над ним. — Не переживай, всё идёт по плану, — он ласково погладил Кинга по голове и поцеловал в губы. Они оба ещё были плохи в этом деле, а особенно король фей, ведь вообще не знал, что и как. Хельбрам старательно обводил языком его губы, проникал в рот, сплетаясь с языками друг друга. Кинг, жмуря глазки и ужасно сильно краснея, тихо постанывал и тоже старался отвечать. И когда Хельбрам отстранился, фей почувствовал некое… разочарование? Зеленоволосый обхватил парня руками за талию, переходя кистями к пуговицам на его длинной кофте. Одну за другой он расстёгивал ловкими пальцами, в нетерпении чуть хмуря брови. Кинг, хоть и был в растерянности, не пытался сопротивляться. Поцелуй, что показал ему друг, понравился фею, а значит он не станет сопротивляться, возможно. Хельбрам, закончив с пуговицами, попросил кареглазого выпрямить руки за спиной. Король повозился немного, а затем выполнил указание. Хель потянул рукава на себя и вещь легко скользнула по худеньким ручкам Кинга, а затем полетела на деревянный пол. Зеленоволосый оставил лёгкое прикосновение губ сзади его шеи, и приступил к избавлению от остальной одежды. За несколько раз он сумел сдернуть синие капри и такого же цвета рубашку, снять обувь с них обоих. Фей под ним залился густым румянцем. Вдруг Кинг перевернулся на спину и потянулся к фею. Он решил помочь тому с одеждой. Тот послушно наклонился, приподняв голову и открывая взору острый кадык. Арлекин, заметив это, нервно сглотнул и чуть покраснел, но продолжил разбираться с лишними сейчас тряпками. Одна за другой, вещи падали на пол, образуя разноцветную кучу. Теперь уже не только король, но и его друг, затеявший все, сидел в нерешительности с красными от смущения кончиками ушей. Он тупил глаза в белые простыни, как будто обдумывая следующий ход. Так он мог потратить не малое количество времени, так что Кинг, немного не понимающий, в чем дело, тихо позвал его. — Хельбрам, Хельбрам, — чуть дрожащий в нерешимости голос вывел зеленоволосого из транса. — Ох, прости, просто я… — Тише, можешь ничего не говорить. Может, продолжишь? — робко произнес Кинг и добавил, — Если хочешь. Хельбрам взглянул на его лицо: отведенные в сторону глаза, красные щёчки. Тонкие брови, чуть растрепавшиеся волосы и сжатые губы. На них фей смотрел дольше остального, после притягивая к себе и вовлекая в новый поцелуй, уже уверенный и страстный. Арлекин дернулся от неожиданности, а после обмякая, стараясь отвечать. Немного грубоватые движения друга сводили с ума и заставляли появится внизу живота приятной тяжести. Тоже испытывал и Хель. Отстранившись, он вновь повалил парня на кровать, переключаясь на шею и выступающие ключицы. Фей покрывал поцелуями тонкую кожу, обводя язычком все изгибы юношеского тела. Арлекин, с полыхающими жаром щеками, мог видеть перед собой лишь макушку, заострённые кончики ушей и прикрывающую взор пелену слез. С губ срывались неконтролируемые стоны и выдохи, грудь часто вздымалась, дыхание давно как было сбито. Сознание улетучивалось по крупицам из замутненной страстью головы, область паха уже нестерпимо горела. Новые чувства, такие непривычно приятные, окутывали короля фей в свою пелену. Хельбрам изредка наблюдал за такой интересной для него реакцией. Он уже видел подобное у людей, они называли это наслаждением. Нет, такое слово фей уже слышал и даже испытывал, но этот вид был иным. Каждое свое же движение срывало крышу, хотелось прикасаться ещё и ещё, одаривать тело под ним все более горячими и мягкими поцелуями. Неужели это то самое чувство, любовь? Зеленоволосый спускался губами ниже, а стоны Кинга становились всё ярче и громче. В какой-то момент фей остановился, почувствовав сладкое тепло снизу. Арлекин вопросительно поглядел на друга. «Ах да», — опомнился он про себя, — «Мы ведь ещё не перешли к самому главному». Запустив несколько пальцев себе в рот, Хель начал постепенно покрывать каждый слоем слюны. Каждую фалангу, каждый изгиб, и у основания. Эту хитрость он узнал недавно, но как оказалось, она невероятно важна, дабы избежать лишней боли. Всё это время Арлекин завороженно глядел за каждым движением зеленоволосого, за тем, как подрагивают от возбуждения лёгкие крылья и как… о боже, сочится из его члена смазка. Арлекин одернул себя на этой мысли, и сильно покраснев, чуть отвернулся. Надо же ведь, это просто минус все нормы приличия. Впрочем как и то, чем они занимаются сейчас. В один момент Кинг резко зажмурился, чувствуя что-то небольшое, но инородное в себе. Другой фей поспешил его заверить, что это всего лишь палец, и попытался унять дискомфорт поцелуями. Когда пальцев стало ровно на один больше, король жалобно заскулил и зажмурил глаза до появления пятен. Нутро обжигали движения, и фей не смог сдержать болезненный стон. Хель продолжал целовать его ключицы, одновременно раздвигая пальцы по типу ножниц. Он произвольно растягивал узкие стенки, то добавляя, то снова убирая третий палец. Кинг же терялся в ощущениях, метался по кровати, закусывая нижнюю губу в кровь. Ему одновременно и нравилось это, и причиняло боль. Животное удовольствие… Внезапно пальцы исчезли, оставляя после себя холодное чувство пустоты. Хельбрам уложил Кинга ровнее и удобнее, дабы облегчить задачу, погладил его руки своими, после чего в самое ухо прошептал: — Пожалуйста, расслабься. Может быть чуть-чуть больно, но не бойся, все хорошо, — от него по телу фея пробежала волна крупной дрожи. Он через силу кивнул и доверчиво лег на подушки. Милый, раскрасневшийся, дрожащий. Почему-то такой вид Кинга вызывал у зеленоволосого совсем не дружеские чувства. Легко подавшись вперёд, Хель вошёл в податливое тело, придерживая его за бедра. Арлекин ещё пуще задёргался, смаргивая с глаз слезы. Сделав, первый несмелый толчок, Хельбрам выдавил ещё один глухой стон из парня. Даже заострённые ушки задергались от сладкого звука. Красивый голос… Хель прикрыл глаза, выдыхая, и делая несколько рваных движений. И ещё одно, и ещё. Он не мог остановиться, лишь выполнял приказы сердца. Разум давно покинул его голову, оставляя лишь жгучее желание. Арлекин, чувствуя в себе слегка грубоватые толчки, терял рассудок окончательно. Особенно когда Хельбрам задевал собой самую чувствительную точку. В какой-то момент он сам начал подаваться навстречу. Боль уступила место дикому наслаждению, по истине зверскому. Движения обоих ускорялись, воздух накалился до точки невозврата, громкие стоны и периодические шлепки разносились далеко за деревянные стены. Обнаженные тела иногда тёрлись друг об друга, вызывая табуны мурашек. Оба были на своих пределах, но никому не хотелось останавливать этот рай. Первым с полу-криком кончил себе на живот Кинг, обмякая в чужих руках и почти падая на кровать, а за ним утробно зарычал Хельбрам и тоже излился в его нутро. Оба раскрасневшиеся, испытывающие послеоргазменную усталость, рухнули на кровать, восстанавливая силы и дыхание. Зеленоволосый вышел и поудобнее устроился на чужом плече, довольно урча. Кинг, заметивший это краем глаза, расслабленно улыбнулся, утыкаясь в копну салатовых волос. Они лежали вот так, в обнимку, ещё минут пятнадцать, и одернув друг друга от попытки уснуть, собрали одежду и полностью привели себя в порядок.

***

— А знаешь, эта людская штука была довольно приятной. Может, как-нибудь, повторим? — ухмыльнулся Хельбрам, гладя на снова залившегося краской Кинга. Он прикрыл лицо руками, тщетно пытаясь скрыть смущение. На это зеленоволосый фей лишь посмеялся и полетел в королевство вслед за другом. Там их уже ожидает донельзя разъярённая Элейн.