Just sleep

Ещё не было и восьми часов утра, когда Джерард вернулся домой. Если придираться к деталям: злой и невыспавшийся Джерард вернулся в подвал своих родителей около 7:40. В это время все в доме ещё спали, и поговорить по душам ему было не с кем, хотя не сказать, что Джерард стал бы с кем-нибудь из родных обсуждать свои отношения с Фрэнком. Впрочем, то, что происходило между ним и Айеро, отношениями сложно было назвать. На какую-то долю секунды, в тот день, когда Фрэнк впервые проснулся здесь, на его кровати, Джерард позволил себе допустить мысль, что их встреча была неслучайной, может быть, кому-то там было виднее... но потом оказалось, что у Фрэнка есть этот его... Джошуа (господи, что за дурацкое имя, думал Джерард), и он пообещал себе не влюбляться в этого парня. Однако Уэй никогда не был послушным ребёнком и вырос таким же не особенно дисциплинированным взрослым. Он художник, в конце концов, творческая натура, подвластная душевным порывам и страстям. К тому же, бывали моменты, чаще по субботам, когда Джерард и Фрэнк действительно хорошо ладили. Это был их общий выходной, и даже если они просыпались ни свет ни заря, в этот день никто из них никуда не спешил. Джерард притаскивал из кухни целый кофейник для них двоих, а Фрэнк цеплялся глазами за новый комикс/альбом/книгу в комнате, утягивая её хозяина в разговор об этом, и они могли на какое-то время забыться в этом подвале, изображая двух приятелей, которым просто нравится проводить вместе время. Однажды Айеро наткнулся на старенькую, запылившуюся гитару, которая так и не поддалась в своё время Джерарду, и почти час наигрывал знакомые им обоим мелодии, легко подчиняя себе непослушные ноты. Уэй всё это время молча слушал, наблюдая за прекрасными (прекрасными?! это ещё откуда?) пальцами Фрэнка. Музыка, создаваемая ими, так нравилась Джерарду, что в какой-то момент он не выдержал и начал подпевать. Господи, думал Джерард после, это так банально - запасть на парня с гитарой и млеть от возможности петь под его игру. В тот момент они будто оба сбежали из дешёвого ромкома: полумрак подвала, гитарные переливы и робкие взгляды, которые они бросали друг на друга из-под ресниц... Когда градус романтичности происходящего достиг каких-то космических высот, Джерард решил спустить их с небес на землю прозаичным вопросом о последовательности аккордов. Фрэнк, казалось, не расстроился такому повороту событий и с энтузиазмом принялся учить Уэя. Они сидели так непозволительно и так чудесно близко, что Джерард мог чувствовать запах Айеро - им была пропитана квартира Фрэнка и также пахла подушка Джерарда по субботам. Пока Уэй задыхался, набирая полные легкие воздуха со вкусом Фрэнка, тот, упираясь коленом в бедро Джерарда, снова и снова переставлял его пальцы в нужные позиции, но те как будто не желали гнуться. - Это безнадёжно, - подытожил Уэй, возвращая инструмент Фрэнку. - Я просто не создан для этого. - Странно, что тебе так тяжело это даётся, - недоумевал Айеро, притягивая руки Джерарда ближе к своим глазам, и, забавно щурясь, внимательно их разглядывал. - У тебя же пальцы настоящего музыканта! И художника. Фрэнк держал ладони Джерарда в своих, пока тот оторопело сидел напротив него, позволяя эту странную близость. Кончики пальцев художника были, разумеется, испачканы красками и чернилами, синие венки ярко выделялись на бледных ладонях, и это были, по мнению Айеро, действительно красивые руки, созданные творить что-то не менее прекрасное. Спустя бесконечность минут Джерард вернул себе способность соображать, а заодно, неловко откашлявшись, и свои конечности. Чуть позже они обсудили насколько потрясна Джоан Джетт, вспомнили любимые книги Сэлинджера и долго спорили о том, заслуживает ли вся трилогия "Матрицы" той шумихи, которая вокруг нее есть. С тех пор Уэй полюбил такие неторопливые субботы. И поэтому, наверное, ему настолько не нравились суматошные среды. Мало того, что это был будний день и им приходилось спешить на работу, так ещё буквально всё в квартире Фрэнка напоминало о том, что здесь живёт другой мужчина. Иногда случалось такое "счастливое" утро, когда этот самый мужчина давал о себе знать ещё и непосредственным присутствием. Чтобы выплеснуть не очень позитивные эмоции Джерард пробовал порисовать, но сегодня этот способ почему-то не спасал. Зато неожиданно зачесались пальцы - им хотелось помучить гитарные струны. Уэй стер с дерева пыль и попытался взять аккорд по памяти, но получился совсем уж мерзкий звук. - Хэй, Джи, тут твой ночной дружок пришёл, - раздался вдруг за дверью голос брата сразу после небрежного стука одной костяшкой пальца, такого харатерного для Майки-скажи-спасибо-что-вообще-стучусь-Уэя. Джерард резко поднял голову от гитары. - Фрэнк?! - А у тебя ещё есть друзья по ночевкам? - Скажи ему, что я сплю или... - начал придумывать Джерард на пути к выходу из комнаты, но вместо Майки, которого он ожидал увидеть, открыв дверь, перед ним стоял сам Фрэнк. От брата же остались только стремительно исчезнувшие пятки вверх по лестнице. - Что ты здесь делаешь? - сразу пошел в атаку Джерард. Он не хотел давать Айеро время на формулирование претензий и ехидных комментариев по поводу его попытки слиться. - Мы расстались с Джошуа. - Блять. Это из-за меня? - поморщился Джерард. - Хочешь, я поговорю с ним? Пообещаю больше не разгуливать по твоей квартире без рубашки. Могу вообще больше не принимать душ у тебя... Уэй продолжал тараторить, виновато почесывая затылок. Он правда чувствовал себя херово, и хотя Джошуа ему никогда не нравился, ему нравился Фрэнк, и Джерард не хотел быть причиной его неприятностей. Он вообще не хотел, чтобы у того были неприятности. - Да, мы расстались из-за тебя, - перебил его Фрэнк. - И нет, я не хочу, чтобы ты с ним разговаривал. - Но почему? Джерард продолжал стоять на пороге своей комнаты и растерянно моргать на Фрэнка. - Можно мне уже войти? Не дожидаясь приглашения, Айеро протиснулся мимо хозяина и прошёл внутрь, тут же замечая гитару не на обычном месте в роли пылесборника, а на кровати, в окружении рисунков и незаконченных комиксных набросков. - Ты играл? Джерард почувствовал себя неловко, как будто Фрэнк застал его за чем-то не совсем приличным, и постарался ответить как можно непринуждённее: - Ага, блять, пытался. - Я обязательно научу тебя, - сказал Айеро, и Джерард удивлённо на него посмотрел. - Что ты здесь делаешь, Фрэнк? - Уэй скрестил руки на груди, уставившись на своего гостя в ожидании хоть какого-то адекватного ответа. Ему было жутко непривычно видеть в своей комнате Фрэнка в разгар дня, когда причиной его появления была не неведомая чертовщина, которая с ними происходила, а его собственное желание. - Разве ты сейчас не должен выпрашивать прощение у своего парня, перед которым, к слову, ни в чем не виноват? - Я виноват перед ним. - Серьёзно? Блять, чувак, что ты натворил? Фрэнк улыбнулся. - Ты так много ругаешься, - заметил он. - И похоже, твое любимое слово - "блять". - Ага, знаю, дерьмовая привычка. Мама жутко бесится из-за этого, - Джерард сморщил нос и поймал на себе странный взгляд Айеро, от которого где-то в животе все задрожало. - Мне нравится, - не переставая улыбаться, сказал Фрэнк, и Джерард очень старался не обнадеживаться этими словами, но поздно - он проиграл эту битву, как только Фрэнк завалился к нему домой, чтобы сообщить о расставании. А если быть максимально честным хотя бы перед самим собой - он был повержен в тот же миг, когда напоролся на самую обезоруживающую улыбку в мире. - Что... - выдохнул он, не успевая сформулировать вопрос. - Мне нравится, как ты ругаешься, - снова перебил его Фрэнк. - Мне нравится, что ты не умеешь играть на гитаре. Мне нравится, как ты морщишь нос. Мне нравится, когда ты разгуливаешь по моему дому с голым торсом и спишь без трусов. - Я уже давно сплю в пижаме, - слабо отозвался Джерард. Фрэнк смотрел на него этими своими невозможными глазищами, а Джерард не осмеливался даже моргать, боясь спугнуть происходящее. В маленьком подвале становилось все меньше кислорода, а звуки завтракающей наверху семьи Уэй, казалось, доносились откуда-то с другой планеты. - Джошуа бросил меня, когда я сказал, что просыпаться с тобой мне нравится больше, чем с ним. Ох. Вот оно. Этих слов не хватало Джерарду чтобы переключиться из "растерянного" в режим "заинтригованный". - Правда? - он ухмыльнулся Фрэнку, и тот мгновенно уловил изменения в настроении Уэя. - Что, тебя достали его козявки в глазах и несвежее дыхание по утрам? Джерард сделал несколько шагов в сторону Фрэнка, загоняя его в ловушку между своим телом и кроватью. Айеро на это лишь усмехнулся. Таким Уэя он ещё не видел, и ему жутко нравилось предвкушать следующие действия Джерарда. Он вспомнил, каким сдержанным, а вовремя их самых первых "ночевок" и вовсе смущенным и нервным тот был. Сейчас же Фрэнк увидел тот взгляд и ту ухмылку, о которой говорил Джошуа. - Твои мне нравятся больше, - ответил Фрэнк, чуть запрокидывая голову, чтобы смотреть в глаза возвышающегося над ним парня. Ухмылка Джерарда на мгновение переросла в мягкую, ласковую улыбку, а потом превратилась в едва сдерживаемый смех. - Если захочешь, могу обеспечить тебя своими козявками из глаз и утренним дыханием до конца жизни, - предложил он, сохраняя соблазнительную интонацию. После этих слов Айеро не выдержал и засмеялся в голос, откинув сначала голову назад от хохота, а потом уткнувшись лбом в грудь Джерарда, чтобы приглушить собственное хихиканье. Тихо посмеиваясь и наблюдая за ним счастливыми блестящими глазами, Джерард неуверенно опустил ладонь на поясницу Фрэнка и чуть прижал его к себе, отчего тот моментально поперхнулся собственным смехом. Прикосновение Джерарда жгло кожу Фрэнка через три слоя одежды (на улице сегодня было холодно, и он не снял куртку даже в комнате, хотя сейчас был бы рад оказаться вообще без одежды рядом с Уэем), и Айеро чувствовал, как подобно кругам на воде от чужих пальцев тепло волнами распространяется по всему телу. - Я определённо хочу видеть твою заспанную физиономию чаще двух раз в неделю. И чтобы ты не сбегал от меня сразу после будильника, - хриплым голосом ответил Фрэнк и снова поднял голову к Джерарду. Вместо ответа тот наклонился и поцеловал его так, будто делал это каждый день. Будто когда-то, может быть в прошлой жизни, они занимались только этим: целовали друг друга днями напролёт, изучали губы, рты, языки друг друга, а теперь просто вспомнили, как это делать лучшим из возможных способов. *** Есть отношения традиционные, начинающиеся с невинных свиданий и плавно перетекающие в более интимные, есть отношения, построенные исключительно на сексе, любовь же этих двоих началась с кровати. В прямом смысле. И, нет, они не перестали просыпаться вместе волшебным образом, даже когда стали засыпать вместе на постоянной основе. Это очень удобно, когда хочется телепортироваться к своему парню, пока гостишь у родителей. Надо только дождаться определённого дня недели и - хоп! - ты снова в постельке под боком у любимого человека. Единственный минус - телепортируешься ты без чемодана. Опытным путем также было выяснено, что если они вместе засыпают в новом месте, их не перебрасывает на старое, т.е. эта магическая фигня привязывает их не к спальному месту, а друг к другу. А вот если они засыпают в разных местах и не в квартире Фрэнка (где чаще всего ночуют) или комнате Джерарда, то утром в зависимости от дня недели оказываются лежащими в обнимку там, где заснул один из них. Ещё эта штука здорово срабатывает, когда они ссорятся. Доказано, что лучший способ примирения - проснуться вместе, даже если накануне тебя отправили спать на диване. Кстати, Джерард снова начал спать голышом, и на этот раз Фрэнк абсолютно точно не против.