Часть 1.
24 июня 2021 г., 16:48
С момента, как Чуя Накахара вступил в ряды Портовой Мафии, прошло чуть больше года.
Вот уже двадцать минут рыжий эспер бесцельно мерил шагами коридоры здания Портовой Мафии. То он почти бежал, звонко чеканя шаг и раздражённо стиснув зубы, как, например, сейчас, то крался, о чем-то задумавшись, почти останавливаясь. Что-то волновало его. Если быть точнее, кто-то. Если быть ещё точнее, некто по имени Дазай Осаму. Чуя не понимал, почему и что в этом чёртовом Дазае заставляет его нервничать и от этого ещё больше раздражаться каждую их встречу. В то же время ему было дико интересно, что о нем думает этот суицидник, как относится к нему. Ну почему? Почему? Почему? Чуя резко остановился. Глубоко вздохнул. — Что это со мной, черт возьми, такое?! — раздражённо прошипел он самому себе, глядя в окно на догорающий закат. Когда Чуя вышел из здания, на Йокогаму опустились нежные сиреневые сумерки. Люди проходили мимо, спеша домой, к семьям. Вот мимо прошло счастливое семейство с двумя маленькими девочками, радостно что-то втолковывающими родителям; вот влюблённая парочка: юноша, невероятно похожий на Дазая, нежно целовал милую девушку с огненно-рыжими волосами. Интересно, как целуется Дазай?.. От этих мыслей Чуя вздрогнул. Что это за мысли такие, он же Осаму терпеть не может! Или… нет? Тряхнув рыжей копной, Накахара решил, что во время последней драки его просто слишком сильно приложили по голове, вот всякая ерунда и лезет... вторую неделю. Придя домой, Чуя развалился на футоне. Он же практически ничего сегодня не делал, почему он так устал? Как же мысли все-таки изматывают... Дазай, наверное, сейчас сидит в баре... вместе с Одасаку и Анго. Пожалуй, Чуя даже завидует им, Дазай проводит с ними столько времени... Почему же рыжий все никак не решится его позвать, скажем, в кафе? Или просто прогуляться, хотя бы? Накахара медленно закрыл глаза. Накатившая вновь усталость мягким толчком погрузила его в сон.***
Дазай одним глотком опустошил свой стакан. — Что-то Чуя в последнее время какой-то... непривычно тихий, — после недолгого молчания вдруг сказал он. — Не желает мне смерти, только шипит и огрызается. Может, у него что-то случилось? Одасаку, усмехнувшись уголком рта, пожал плечами и, подняв свой стакан, посмотрел через напиток на лампу. — Может, влюбился? — Ты так думаешь? — моментально оживился Дазай. — А в кого может быть влюблен Чуя? — Не знаю, — Одасаку дёрнул плечами. — Да хоть бы и в тебя. — В меня-я? — Дазай на мгновение удивился, но затем внезапно развеселился. — Не-ет, этого абсолютно точно не может быть. Ты же знаешь, как он обычно желает мне смерти, обзывается и тому подобное. — Но ведь ты сам сказал, что он вдруг стал непривычно тихим, перестал желать смерти. С остальными-то он ведёт себя точно так же, как и раньше, — Оде, кажется, очень понравилась мысль, что Чуя может быть влюблен в Дазая, и он, Одасаку, пытается всячески развить эту интересную мысль дальше. Но так только кажется. Да, это его забавляет, но не более. Дазай крепко задумался. А что, если рыжий правда в него влюблен? А если решит признаться? А что Дазай ему ответит? А чувствует ли Дазай что-нибудь такое к Чуе? Нет-нет-нет, Чуя не может быть в него влюблен, нет. Они лишь напарники. И если у Чуи что-то случилось, то это уж точно не любовь к нему.***
В мыслях-то у Дазая Чуя его не любит и не может любить. Но на самом-то деле это отнюдь не так. То, что Накахара безповоротно влюбился в своего напарника, рыжий понял где-то спустя неделю своих страданий. Понял и почти возненавидел себя за это. Как же его угораздило? Как так можно было вляпаться? Встречи с Дазаем стали напряжённее. Чуя стал нервничать, стоило лишь Дазаю показаться на горизонте. На совместных заданиях, особенно, когда они оставались одни, Чуя вообще был сам не свой, а в бою старался держаться ближе к Осаму. Так, на всякий случай. Мало ли, что может случиться... Вот и сейчас они усталые возвращались с задания. Оно итак было весьма непростым, так ещё и не удалось избежать драки. Вследствие чего их обоих сильно потрепали. Они уже идут в центральном районе города. Дазай идёт чуть позади, внимательно изучая спину Чуи. Что-то в его поведении и даже движениях не так, что-то было в них... несвойственное Накахаре. Тем временем людей на улице становилось больше, на двух потрепанных подростков стали больше обращать внимания, и они нырнули в первую попавшуюся подворотню и продолжили свой путь по задворкам, переулкам и таким вот подворотням. Чуя все так же шёл впереди, Дазай, все так же внимательно наблюдая, позади. — Какой-то ты сегодня особенно тихий, Чу-уя, — протянул, наконец, Осаму, поравнявшись с рыжим и бросая на него полный любопытства взгляд. — не желаешь мне смерти, не ехидничаешь, даже не огрызаешься. Чуя молчал. Просто шёл, потупив взгляд и сунув руки в карманы. И молчал. — Чуя? — Дазай несколько насторожился, видя напарника в таком необычном для него отрешенно-молчаливом состоянии. — Что-то случилось? — шатен положил руку рыжему на плечо и это стало его ошибкой. — Не трогай меня! — неожиданно взорвался Чуя, сбрасывал руку Осаму с плеча. Асфальт под его ногами покрылся сетью мелких трещин. — Не трогай! Резким движением Дазай прижал Чую к стене, удерживая за плечи. Накахара ожидал удара, но... вместо этого Дазай, слегка помедлив, неожиданно обнял его и погладил по затылку, будто утшая ребёнка. Вздрогнув и судорожно вздохнув, рыжий, неожиданно для себя самого, уткнулся шатену лбом в грудь.
