Геометрия наших чувств

Директрисы в кабинете не оказалось. Я так и не поняла, радоваться этому или нет - всё происходило так стремительно, что предпринимать что-либо было сложно. Громов перекинулся несколькими словами с завучем, и явно остался недоволен результатом разговора. - Директор отсутствует, - грубо отчеканил он, слабо скрывая свою ревность. Где-то в душе у меня потеплело, ведь наши отношения с Димой были и без того похожи на вулкан, готовый вот-вот к извержению, поэтому лишний раз ссориться не хотелось. Может, он успокоится немного, не распаляя свою злость еще сильнее в кабинете у директора. – За мной, горе-любовники. Мы шли за Громовым след в след, и в конечном итоге пришли к кабинету математики в полном молчании. Мужчина подошел к своему столу, достал красную пасту, а затем с издевкой проговорил: - Дневники на стол, оба, - Антон достал первый, а мне пришлось еще несколько минут копошиться в сумке. Дима проявил терпение, но я понимала, что это ненадолго. Я уже успела немного успокоится, ведь масштаб происходящего на остывшую голову не казался таким безобразно огромным. Мне просто следует с ним поговорить. – Ковалевская, нам долго еще ждать? – громко проговорил Дмитрий Александрович, нетерпеливо сверля меня взглядом. Я виновато посмотрела на него, постаравшись вложить во взгляд всё то сожаление и нежелание ссориться, которое я испытывала. На секунду мне показалось, что Громов это заметил, так как в следующее мгновение выражение его лица немного смягчилось. Сначала Дима открыл дневник Антона, и, написав что-то, отдал ему его без слов. Следом Дима открыл мой, который я передала через Антона. Перелистнув страницы несколько раз, мужчина сводил брови все сильнее. – Антон, я тебя не задерживаю, - не сводя с меня взгляда, проговорил преподаватель. Я едва ли сдержала взгляд сожаления, ведь Антон, по сути, ни в чём не виноват. Он не знал про наши отношения с Димой, не знал, что я вообще занята... Он просто решил не в то время и не в том месте проявить свои чувства. Пожалуй, мне однозначно стоит поговорить с ним. - Я подожду Кристину, - неожиданно чётко произнёс парень, отчего Громов лишь ухмыльнулся. - За дверьми этого кабинета, разве что, - продолжил наступление математик, а Антон лишь раздражённо закинул портфель на плечо и перед выходом бросил мне пару слов: - Я буду за дверью, хочу с тобой поговорить, - мне ничего не оставалось, кроме как кивнуть головой, потому что сейчас спорить было не лучшим решением. Стоило закрыться двери, как я почувствовала волну лихорадочного жара и волнения. То, каким взглядом смотрел на меня Громов, вводило меня в дрожь. Он сидел за своим столом и постукивая кончиками пальцев по странице моего дневника не отводил от меня взгляда. - Хотелось бы мне знать, о чём вы будете говорить, - буркнул Дима, но я услышала. - Мне не о чём говорить с ним, ты же сам прекрасно понимаешь. – Так, так Ковалевская. Я так понимаю что замечание писать бессмысленно? - саркастично спросил брюнет, намекая на вырванную страницу. Я закатила глаза. Нашёл к чему сейчас прицепиться. - Может ты тогда напишешь мне замечаний на пару дней вперед мол, "Дорогие родители ваша дочка систематически нарушает дисциплину и целуется со всеми подряд в школе. Отшлепайте ее за плохое поведение, а то у меня нервишки шалят и сил совсем нет терпеть ее выходки.", - заключила я, не беспокоясь о том что возможно это звучало резковато. - Ты же понимаешь, что тебе не о чем переживать. Антон... нарисовал себе в голове сказочные замки и верит в них. - Знаешь, на счет тебя отшлепать идея не плохая, мне определенно нужно этим заняться на досуге, тем более что попка у тебя отличная, - я сложила руки на груди и в который раз закатила глаза, радовало только то что Дима слегка повеселел бросая на меня хитрый взгляд. Почувствовав, что зло в его грудной клетке постепенно утихает, я подошла к столу за которым он сидел. - Неужели ты не можешь ему популярно объяснить? - Вот сейчас я это и делаю, - еще один, лишний, шаг с моей стороны нарушил всю субординацию между нами, но он даже не дёрнулся и подпустил меня ближе к себе . Положив руки ему на плечи, я медленно его погладила. Брюнет заметно расслабился, но всё же в воздухе витала его злость с примесью раздражения. - Ну и что ты теперь сделаешь? - наигранно, словно ребёнок, я прошептала ему на ухо, опаляя горячим дыханием кожу учителя и едва касаясь губами пульсирующей артерии на его жилистой шее. - Не убьёшь же Антона. Несколько секунд мужчина помолчал, после чего внезапно встал, грозно возвышаясь надо мной. Довольно резким движением он прижал меня к стенке, впиваясь требовательным поцелуем. Я немного опешила от его наплыва страсти, но тут же постаралась ответить на этот умопомрачительный поцелуй. - Ты меня очень разозлила, - в губы прошептал мне мужчина, неожиданно отстраняясь от меня и технично развернув лицом к стене, - Уж извини, но ответить за это ты должна. Плохие девочки не могут уйти безнаказанными, - шипел он. Несомненно его слова застали меня врасплох, одновременно разжигая какое-то дикое пламя возбуждения, заставляя внизу живота все эмоции сплестись в один тугой узел. Рука мужчины легла на мою шею, немного сдавливая тем самым плотнее прижимая к стене. Боже... Это нормально, мне настолько приятно? Другой он задрал мою юбку, оголяя вид на правую ягодицу и ноги в чулках. Неужели он решил это сделать в школе? С ума сойти. - Ты будто готовилась, - с едва слышимой усмешкой произнёс Громов, а в следующую секунду его ладонь обожгла мою ягодицы звонким шлепком. Ещё один. И ещё. Это продолжалось до тех пор, пока из моего рта не вырвался умоляющий стон. Я сама не понимала своих ощущений: это было так пошло, так запретно... Так непозволительно. Наверное, поэтому мне это так понравилось. Кристин тебе определённо нужно почаще выводить его из себя если наказания за это на столько приятны. Стоило Диме услышать меня, как его рука сместилась и оказалась у меня между ног. Я встрепенулась, но почему-то отстраняться не захотела. Наверное, меня испугало то, что я так ему доверяю, но мне не хотелось себя корить за это. По крайней мере не сейчас. Легкими массирующими движениями он принялся меня ласкать. Неспешно, аккуратно. Будто давал мне испробовать на вкус все грани его ласк. Когда жар прильнул к моим щекам и я полностью расслабилась, то позволила себе вильнуть бёдрами, чуть плотнее прижимаясь к его паху, что не ускользнуло от него. - Иди на уроки, - словно гром среди ясного неба прозвучал голос математика и он отстранился, отпуская меня. - Что? - едва слышимое вырвалось у меня, когда я развернулась к нему и увидела его вполне серьёзное выражение лица. Внезапно брюнет поднёс указательный и средний палец руки, которой меня ласкал, к своему рту и облизнул их. Офигеть. - Ты вкусная, Кристина, - его слова смутили бы меня, но не сейчас, когда я сама была в состоянии приятного забвения. - Иди на уроки, солнышко. Кажется, я тебе говорил, что ты должна быть наказана, а не вознаграждена. Антона у кабинета не было, что меня обрадовало. Я не переживала, что он нас услышит, так как мы были в самом дальнем углу кабинета, но перестраховаться всё же не мешало. По коридору я шла медленно, хотя уже опаздывала на добрые минут пятнадцать, потому что у меня тряслись руки, подкашивались ноги а перед глазами то как Громов облизывает свои пальцы. И если подойдя к кабинету мое тело успокоилось то глаза выдавали истинное состояние которое я старалась спрятать за занавесом волос. Когда я вошла в класс, то все выглядело как обычно: Антон с долей беспокойства посмотрел на меня, а я мельком глянула на него, пытаясь понять, заметил ли он что-нибудь лишнее между мной и Громовым или нет. Арина расспрашивала как прошел разговор с Антиповым, а я лишь ответила, что всё хорошо, особо не вдаваясь в подробности. Ей определенно мои проблемы ни к чему. Звонок прозвенел как-то уж слишком неожиданно. На перемене Антипов подошел к нашей с Ариной парте. -Выйдем? - обратился ко мне парень. В тот момент я была не готова к продолжению разговора. Я даже не обдумала толком, как ему сказать, что какого-либо рода отношения между нами невозможны. Но всё же стоило с этим разобраться побыстрее. Поэтому я поднялась с места и проследовала за ним к выходу. - Прости, что не дождался. Встретил в коридоре Светлану Анатольевну, и она меня прямиком на урок сопроводила. Громов сильно свирепствовал? - Раза в три больше, чем обычно, - приврала я, стараясь не думать о том что между нами произошло в кабинете. Выходило, мягко говоря, плохо. - А тебе в дневник что написал? - поспешила перевести тему. - Что бы родители обратили внимание на поведение и воспитание сына... и еще кучу не совсем приятных вещей, - сморщил лоб парень, - Знаешь, а я ведь так и не получил ответ на свой вопрос. - Антон, я... Между нами ничего быть не может. Я влюблена в другого, но мы можем просто общаться и дружить. Мне жаль что возможно в какой-то момент повела себя неправильно и дала тебе надежду... - затараторила я, словно учила этот текст. - Все ок. Если тебе нужно время, то... - начал парень, но я его перебила. Каждый слышит то, что хочет слышать. - Нет, - твердо отчеканила я, - лучше уж тогда вообще не общаться. Держись подальше, ради своего же блага, - ответила я, и оставила парня одного посреди коридора. Если он не прекратит за мной бегать, то Дима тогда уж точно захочет с ним поговорить по-мужски. Сомневаюсь, что если ситуация повториться, то он будет стоять в стороне. Мне вообще как-то странно, что мужчина с огромным чувством ответственности спустил это Антону с рук так легко. И если с Антиповым я более-менее разобралась, то с Громовым мы ситуацию толком не прояснили. Не смотря на это, его настроение по итогу разговора мне понравилось. На душе становилось как-то совсем тепло от воспоминаний нашего с ним разговора... и всего, что следовало за ним. Между нами происходит что-то настолько странное... Я то бегаю от него, то готова броситься в его объятия, растворившись там же. Либо адское пламя, либо холодные льды Антарктиды. Две крайности одной и той же сущности. Среднего не дано... но так даже интереснее.