Игры

— Давайте в правду или действие. Без правды, — у Ойкавы загорелись глаза от собственной идеи. Он разблокировал телефон и помахал перед лицами. Ушиджима даже не изменился в лице, смотрел молча и оценивающе. Иваизуми же сразу же свел брови и задал логичный вопрос: — Нас здесь три человека. — И разве игры не для детей? — Ушиджима потер нос. Ойкава закатил глаза от чужих реплик. — Взрослые нашлись, тут есть режим восемнадцать плюс. Для таких, как вы, — Ойкава сморщил нос и быстро затыкал пальцами по экрану. — Вакатоши, ему скучно с нами. — Что? — Ну, смотри, он мог сказать: «Мои любимые парни, я так скучал по вам, идём быстрей в спальню», а он не успевает вернуться домой, как говорит: «Играем в игры, с вами скучно без этого». Ушиджима на весь монолог выдохнул «О» и с печалью посмотрел на Тоору. — Закончили издеваться надо мной и слушайте. Тоши-тян, ты первый: «Проведи линию языком от моего запястья до уха». — Вау, — выдохнул Иваизуми. — Тоши, смелей, — Ойкава подобрался поближе. — Я не кусаюсь. — Он врёт, — перебил Хаджиме. — Ива-чан, — заныл Ойкава. — Прекрати завидовать. Ты ведь хотел бы сделать это? — Нет. — Тоши-тян, ты дышишь? — Ойкава провел рукой по его волосам. — Не хочешь сделать это? — Ты не дал своё согласие, Тоору, — Ушиджима нахмурился. — О боже, я сам предложил это, делай, что хочешь, и не спрашивай, — Ойкава проговорил громко и артистично, и подставил руку к чужим губам. — Ты бы одежду снял, герой-любовник, — Иваизуми потянул за футболку Ойкавы. Ойкава показал язык и принялся стягивать футболку. — Моя ошибка, а теперь вперёд, — Ойкава забрался на чужие колени. Вакатоши даже забывал дышать. Ойкава лишь слабо ощущал дыхание на затылке, от чего мурашки бежали по коже. Он вновь протянул руку ближе к лицу Вакатоши. Последний на пробу приложится губами к чужому запястью, и Ойкава шумно выдохнул, поерзав. — Ойкава, сам себя до беды доведешь, — Иваизуми ухмыльнулся. — Сиди ровно на бедном Вакатоши. Ойкава закатил глаза и вернулся к сосредоточенному лицу Ушиджимы. Он, еле касаясь, вел языком вверх по внутренней стороне руки, подбираясь к плечу. Ойкава на пару секунд закрыл глаза, наслаждаясь ощущением влажности и жара. На шее Вакатоши оставил поцелуй, и Ойкава не сдержал громкий выдох. Иваизуми смотрел состредоточенно, чуть ли не капая слюной на ковер. Это доставляло двойное удовольствие. Такое внимание было приятно. Добравшись наконец до уха, Вакатоши осторожно прикусил мочку, вызвав уже полноценный стон. — Тоору на второй раунд не хватит, — смеялся Хаджиме. Ойкава сполз с коленей на пол и бросил сердитый вгляд на Иваизуми. — Всё хорошо? — Конечно, Тоши-тян, — улыбнулся Ойкава, пытаясь перевести дыхание и успокоиться. — Тогда продолжим? Уверен, Ойкава? — Ива-чан, прекрати, это нечестно, — Ойкава слабо пнул его в лодыжку. — Смотрите, я следующий: «Коснись себя так, как хочешь касаться меня.» — Кого из? — Ты договоришься, и касаться я буду только Тоши. — Ну, если твои желания не отличаются, можно считать, что ты говоришь сразу о нас двоих. — Верно, за это я тебя и люблю. Хоть кто-то в этом доме понимает меня и не считает полным идиотом, — Тоору потрепал Вакатоши по голове. — М, тогда хорошо, — Ойкава встал в центр комнаты. — Смотрите и запоминайте, когда вы ещё увидите такое. Ойкава осторожно положил ладонь на шею и огладил эту область. Закрыл глаза и продолжил путь вниз по позвоночнику. Было так тихо, что чужое шумное дыхание отдавало с бешеной силой. Тоору чувствовал шум собственного пульса в ушах, но пытался держаться ровно. Ладонь скользнула по талии на пресс и скользнула к поясу шорт. Ойкава почувствовал дрожь и слабость в ногах. Хотелось опереться на стену, чтобы не потерять равновесие. — Ойкава, стоп, — Иваизуми обхватил его со спины, устраивая ладони на поясе. — Ты в порядке? — Я да, это было хорошо, — Ойкава не смог сфокусироваться на лице Вакатоши. Сердце не слушалось, и в ушах всё ещё шумело. — Давай считать, что ты даже перевыполнил задание, садись. — Я могу продолжить. — Не сейчас и не здесь, Тоору. С Иваизуми смысла спорить ноль — Ойкава понял это еще в детстве, так что послушно сел, положив голову на плечо Ушиджимы. — Ладно, задание для Ива-чана: «Скажи мне эротичным шепотом, что тебе понравилось в нашем последнем сексе». Иваизуми наклонился к уху Тоору и выдохнул: — Твоё отсутствие было неплохим. Твоё отсутствие последний десяток раз. Ойкава наугад кулаком ударил Иваизуми в живот. Тот зашипел от боли, но наклонился к Ойкаве ещё раз: — Думаю, ты хорошо выглядел между мной и Вакатоши, — Иваизуми медленно отстранился и с улыбкой победителя уставился на лицо напротив. — Что ты сказал, Хаджиме? — О, Вакатоши, я сказал, что секс не главное в отношениях. И что я люблю Ойкаву за его глаза. — Это мило, Хаджиме. Я согласен. Глаза у Ойкавы цвета, — Ойкава закрыл рукой рот Ушиджимы, не дав договорить. — Мы еще в прошлый раз поняли, Тоши-тян, Ива-чан чуть не задохнулся, не повторяй. Ушиджима кивнул. — Так, с этим разобрались, хорошо, — Ойкава положил голову на колени Вакатоши и поднял глаза на его лицо, — тогда вот задание тебе: «Съешь фрукт максимально эротичным способом». — Из фруктов у нас только огурцы, Ойкава. Завтра в магазин сходить бы неплохо. — Тогда пропустим. — Но я могу и с ним, какая разница — овощ или фрукт. — Тоши, не стоит. Потом. Ойкава зыкрнул на Иваизуми, у того всё не сходила улыбка с лица. Издевается. — Хорошо, тогда Ива-чан выполняет последнее и идем спать. Я в самолете никак не мог уснуть. — Боялся остановку пропустить? И что за «Идём спать»? Ты себя видел? Ойкава бросил недовольный вгляд, но промолчал, и перевел вгляд на телефон. Пару секунд бегал глазами по строчкам и с ухмылкой прочитал: «Зайди со мной в душ и тщательно потри меня мочалкой.» Иваизуми улыбнулся еще на начале предложения. Идеально. Он подошёл к Ойкаве и подхватил за пояс на руки. У Ойкавы заплясали огни в глазах, но он для вида просил отпустить и бил по плечу. — Вакатоши, идёшь? — Иваизуми обернулся. — Тоши-тян, мы так никогда не ляжем спать, — недовольно протянул Ойкава. — А я могу с вами? По комнате прокатилась волна вздохов. Ойкава бросил заблокированный телефон на диван, чтобы точно никто не увидел настоящее задание.