- Всё хорошо...

Оранжевый диск солнца медленно опускается за линию горизонта, теряясь в верхушках деревьев. Сегодня состоялась свадьба прекрасной пары Джина и Джуна. Они решили провести эту церемонию в лесу на небольшом, но широком мосту, который тянулся от одного до другого берега реки. Среди природы было намного тише и спокойней. Чистый свежий воздух, шелест деревьев, звук журчащей воды и щебетание птиц. Из приглашенных гостей были только родные и близкие друзья, в числе которых находилась ещё одна уже женатая пара Чонгук и Тэхён. Они были самые близкие друзья Джина ещё с детства, а позже уже к их компании подключился и Джун. На полянке, специально отведенной для проведения торжества, стоит столик с закусками и шампанским. Тэхёну нельзя было алкоголь, потому что в его животике только-только зародилась новая жизнь, поэтому он без перерыва пил сок. Чонгук тоже не пил, ведь он за рулём. Церемония подходила уже к концу, поэтому многие уже начали собираться домой. Фотограф делал завершающие фотографии молодожёнов на мосту, за их спинами заходящее солнце послужило прекрасным фоном, которое передаёт атмосферу умиротворения и спокойствия. Допив залпом бокал с соком, Тэхён и Чонгук отправились вслед за парой и другими гостями, которые уже шли к своим машинам. Они тоже сели и поехали, наконец, домой. Этот день выдался насыщенным, все устали, но были довольны. Так как праздник был в лесу, дорога домой была довольно длинной, но без пробок. Просто широкая трасса в три полосы. Прошло минут двадцать после того как машина Чонгука отъехала от места, но вдруг Тэхён почувствовал что его мочевой пузырь сильно переполнен. Неприятный холодок прошёл по всему телу от осознания того что ему очень хочется в туалет, а попросить остановить машину для того чтобы сходить отлить - стыдно. Но если бы прям сильно приспичило, он бы попросил, но вокруг только машины и голый асфальт, деться совершенно некуда, поэтому остаётся только терпеть до дома. Давление постепенно увеличивалось, Тэхён начал ерзать на месте и тихонько скулить. Пока этого не заметил Чонгук до которого донеслось какое — то беспокойство любимого. -ТэТэ, что-то случилось? — обеспокоенно спросил он, оглядываясь на Тэхёна. -Кажется… я переборщил с соком… — пробормотал парень. — Мне нужно в туалет. Вдруг машина наехала на лежачего полицейского, и из-за того, что Чонгук недостаточно сбросил скорость, машину и внутри сидящих пассажиров слегка подбросило вверх. Любой другой этого бы даже не заметил, но только не Тэхён. Он судорожно схватился рукой за промежность, зажмуривая глаза и скуля намного громче, чем до этого. Терпеть становилось всё труднее, а до дома ещё минимум минут сорок ехать. — Малыш, ты сможешь дотерпеть до дома? — я постараюсь… Отчаянье начало брать верх, ведь ситуация только ухудшалась, ещё чуть — чуть и он не сможет больше сдерживаться. А обмочиться под себя прямо перед своим мужем, на кресло в салоне собственного автомобиля, будет просто последний уровень позора. — Чонгук… — жалобно проныл Тэхён. — Тэ, ты очень сильно хочешь? Точно не сможешь дотерпеть? — Мне больно… очень… больно… На место где находится мочевой пузырь ещё в придачу ко всем страданиям неприятно давил ремень, но Тэхён не мог его ослабить дабы облегчить себе ситуацию, потому что он боялся что даже если слегка дотронется до того места то просто все его старания окажутся насмарку. А ещё ему не хочется разочаровать Чонгука. Если он не дотерпит то в его глазах, будет выглядеть как ребенок, который не может сдержаться. -Гукки, я больше не могу… мы скоро приедем? — Малыш, если тебе больно, то, пожалуйста, не терпи больше. -И что ты предлагаешь мне сделать? — он очень боится услышать тот ответ, о котором только что невольно подумал. — Отпусти себя детка, в этом ничего такого, это естественная нужда. У Тэхёна глаза на лоб полезли от такого, он бы с удовольствием, но это же так унизительно, справить нужду там, где это не положено, но это почему-то только сильнее заводит и напрочь забивает все мысли. Он не только испортит свою одежду, но ещё и кресло автомобиля. Чонгук аккуратно опустил ладонь, на коленку омеги, поглаживая её. — Нет, я так не могу! Я так не буду! — Ты не должен терпеть через боль, это может навредить не только твоему здоровью, но и нашему малышу… Тэхён беременный уже как на втором месяце, поэтому его, когда-то плоский животик слегка округлился. Он снова заёрзал и попытался свести колени, но рука альфы крепко удерживала его, поэтому все попытки оказались бесполезны. С губ Тэхёна сорвался стон от безысходности всей этой ситуации. Боль не прекращалась и кажется что ещё чуть — чуть и у него что — нибудь, лопнет. — Это же так стыдно-о-о… — по щекам омеги покатились слёзы, он закрыл глаза руками и начал тихо всхлипывать, плечи затряслись от рыданий. Чонгук стал успокаивающе гладить по спине, поднимаясь выше, зарываясь пальцами в волосы и снова опускаясь вниз поглаживая поясницу. — Боли-ии-т… — захлёбываясь слезами, произнёс Тэхён прежде чем его снова накрыла очередная волна истерики. Он рыдал в голос, руками зажимая промежность. Эта безысходность давила со всех сторон и становилось так плохо, что слёзы просто бесконтрольно лились из глаз. — Ну же перестань плакать… — успокаивал его альфа.- Ничего не стыдно, я же твой муж, я всё понимаю, ну бывает, ну же, всё хорошо, хорошо… Он старательно пытался успокоиться, размазывая солёные слёзы по щекам, и выравнивая дыхание. Обиженные на весь мир глубокие глаза омеги, выглядывали из-под подрагивающих чёрных ресниц, которые в сочетание раскрасневшихся щёк и хлюпающего носика выгладили очень мило, он стал похож на взъерошенного воробушка. — Ну, давай же мой маленький, ты сможешь, тебе нельзя волноваться… Ладонь Чонгука переместилась на место, где была маленькая выпуклость ниже живота, аккуратно поглаживая её, пока не сильно надавливая. — Я не хочу, что бы ты навредил себе — сказал альфа и сильнее надавил на переполненный мочевой пузырь. — Гукки, н-не надо… — вымолвил Тэхён и тут же сжался, что бы ни дай бог не описаться от такого давления. Буквально с ног до головы прошёл приятный табун мурашек. Как ни странно, но боль слегка утихла, потому что к ней примешалось какое-то странное ощущения наслаждения и… возбуждения? Но над этим ему уже не дают подумать пальцы Чонгука, которые безжалостно снова надавливают на то же место. Желание помочиться, возвращается с новой силой и это уже почти становится предельной точкой. — Смотри, я просто надавлю сюда вот так, а тебе нужно просто расслабиться, и организм сделает всё как ему надо. Давай же, мой хороший, у тебя всё получится… — он надавливает ещё раз, но уже сильнее и в этот момент бедный омега уже не выдерживает и теряет контроль. В следующий момент раздаётся разочарованный и испуганный возглас, так как струя мочи вырвалась, и наконец, всё содержимое мочевого пузыря начало со стремительной скоростью выливаться наружу. Он крепко зажмурил глаза, но не стал сопротивляться, просто, уже не было смысла, вряд ли бы он дотерпел до дома, поэтому просто расслабился и дал волю потоку. На его тёмно - синих штанах начало расползаться мокрое пятно с каждой секундой становившееся всё больше. Поток был очень сильный, струя пробивалась сквозь ткань одежды, выливаясь на сиденье. Штаны стали насквозь мокрые, на внутренней стороне бедра пятно дошло почти до колена. Вся одежда неприятно облепила небольшое достоинство омеги и его ноги. Под попкой уже образовалась небольшая почти прозрачная лужица, но он всё ещё продолжал писать, наконец, поток стал слабее. Чонгук всё это время старался не смотреть в его сторону, чтобы ещё больше не смущать своим взглядом. Он знает, Тэхёну и так не просто было справиться с тем, что ему нужно помочиться перед своим альфой, но это же ради его здоровья и, конечно же, ради здоровья малыша, мало ли что. Он смотрел в лобовое стекло и потихоньку надавливал на газ, чтобы машина медленно продвигалась вперёд на пару сантиметров, по мере продвижения пробки. Одной рукой он удерживал руль, а второй ласково поглаживал сжатую ладонь всхлипывающего супруга. Омеге пришлось в конце слегка напрячь мышцы, что бы опорожниться полностью. Кожаное сиденье ничего не впитало, поэтому несколько струек скатились с кресла и пролились на резиновый коврик для ног со слышимом звуком. Наконец-то всё закончилось, облегчение с наслаждением накрыли с головой и по щекам снова побежали слёзы, он полностью расслабился и обмяк в кресле. — Вот видишь малыш, у тебя всё получилось, ты прекрасно справился… — Чонгук развернулся к нему лицом и стёр большим пальцем дорожки солёных слёз и нежно накрыл его губы своими. Тэхён лениво ответил на поцелуй, и устало прикрыл глаза. Машина уже завернула во двор их дома. Чонгук вышел из машины и снял свой пиджак, оставшись в одной рубашке. Он обошёл машину и открыл переднюю дверь, с другой стороны, где находился омега. -Вставай, мы приехали. Альфа аккуратно потряс того за плечо что бы тот проснулся. «Когда он только успел уснуть» — подумал Гук, помогая встать только что открывшему глаза Тэхёну. На негнущихся ногах он кое-как встал и вышел из машины, Чонгук сразу же повязал ему на пояс свой пиджак, что бы слегка прикрыться, пока они шли до подъезда. — Прости за испорченные сиденья… — осторожно сказал Тэхён не решаясь поднять с земли виноватый взгляд. — Не извиняйся, я же, уговорил тебя это сделать, это ради твоего здоровья, малыш. А за машину не переживай, это пустяк, её хорошо помоют. Он обнял омегу за талию, и они спокойно зашли в подъезд. Пока пара поднимались в лифте, Тэхён вдруг сказал: — Спасибо тебе, знаешь я ещё никогда в жизни не испытывал такой стыд вперемешку с удовольствием — он смущённо опустил глаза в пол и обвёл руки вокруг шеи своего альфы, зацепляя их в замочек. — Я люблю тебя — шепотом произнёс он и уткнулся лицом в предплечье Гука. — Ты не представляешь, как сильно я люблю тебя — Чонгук нежно обнял Тэхёна за талию и прижал ближе к себе, зарываясь носом в пушистую макушку и вдыхая запах его клубничного шампуня.