La Marquesa

Колени Карлы подрагивали, когда она закрыла дверь в квартиру за собой. События прошлой ночи мелькали перед ее глазами, как кадры со старой кинопленки: усталый водитель такси, ее рука под джинсами Ману, его сдавленные стоны и стояк прижатый к ней в лифте, секс на полу прихожей и ее спина верно вдавливающаяся рывками в ламинат, их стоны между мятых простынь на рассвете. Ману был ненасытен. А Карла снова ускользала от него в пять утра, оставляя все свои обещания и шепоты «твоя» ничем большим, как сувениры в его памяти. Она никогда не оставалась до утра, не могла заставить себя взглянуть в лицо ответственности которая пришла бы вместе с их совместным пробуждением. Она просто не была готова. Карла и выглядела как героиня американских гранж-фильмов восьмидесятых годов: грубые ботинки, одежда однодневной давности, спутанные волосы, размазанный макияж и широкая косуха на плечах которая даже не принадлежала ей. И все же, пока она шла в утренней прохладе по улицам Харлема, она чувствовала себя частью одной большой картины. Нью-Йорк был ее домом. Не смотря на ранний час, она уже находилась в потоке людей, где каждый был занят своими собственными делами. Ей нравилось, что никому не было дело до нее, у них просто не хватало времени на осуждающие взгляды. Индус в круглосуточном ларьке стрит-фуда даже как-то понимающе улыбнулся ей, когда она остановилась за необоснованно дорогим перекусом. Как однажды сказал Джон Стейнбек: «Нью-Йорк — это грязный, уродливый город… но есть одно но: когда ты побывал в Нью-Йорке и он стал твоим домом, ни одно место уже не будет достаточно хорошим». Карла любила этот город со всеми его недостатками. Она принадлежала ему, а он принадлежал ей. Карла села в метро на красной ветке. Проезд до Верхнего Ист-Сайда с короткой пересадкой занимал от силы минут 20, так что она старалась всеми силами не заснуть по дороге. На самом деле, квартиру в Харлеме Ману и Карла планировали арендовать вместе из-за близости к Колумбийскому университету. Но как всегда что-то пошло не так в планах. Добравшись до дома, она убедилась, что Лу спокойна спала в своей комнате, и залезла в теплую ванную. Чувствуя, как мышцы расслаблялись, она испустила облегченный вздох. Ее пальцы медленно нашли путь к низу живота.

Люк 9:19 АМ Внутри тебя было так хорошо…

прочитано

— Я вижу ты все-таки повеселилась, — усмехнулся Дилан, рухнув на место рядом с ней в классе следующим днем. — Что? — Карла нахмурилась, подняв голову со скрещенных на парте рук. — На тебе водолазка. — Что? — Это то что я думаю? — энергично спросил он, потянувшись к воротнику ее кофты. — Да! Да. Успокойся, Боже, — пискнула она, отклонившись от рук Дилана. Она действительно редко носила водолазки, и единственная оказавшаяся у нее была короткой и не до конца закрывала шею. Ей пришлось слегка повозиться, замазывая засосы тоналкой и распуская волосы вперед. Но не смотря на все ее усилия, Дилан конечно же должен был знать все — особенно после того как он увидел, как она уходила с вечеринки вместе с Ману. — О Боже! Расскажи мне все. Карла закатила глаза, хотя на ее лице была улыбка. В тайне, она была благодарна за их дружбу. У нее никогда не было много друзей, и с многими она потеряла контакт после выпуска со старшей школы, так что Дилан и Лу были ее лучшими и единственными друзьями на данный момент. — Я соврала, — она прикусила губу. — Этот парень был Ману. У нас сложные отношения. — Карла, между вами было такое сексуальное напряжение что я сразу понял, что у вас там своя какая-то там эротическая трагедия или вроде того, — сказал он с видом, будто это самая элементарная вещь на свете. — Он хорошо трахается? Карла выждала несколько секунд, обдумывая то, что было сказано им. — Ты серьезно только что сказал эротическая трагедия? Их разговор был прерван, когда в кабинет зашел мистер Хамфри, профессор Британской литературы. Он кратко прошелся по материалу с предыдущего урока и начинал презентацию о следующей теме, когда дверь в класс приоткрылась и все обернулись на хриплый голос с британскими нотками. — Прошу прощения за опоздание. Мистер Хамфри пробурчал под нос что-то в ответ и вздохнул, собираясь с мыслями, в то время как молодой юноша прошел внутрь класса и прислонился к стенке позади кафедры профессора. — Класс, это Джеймс Грант, мой ассистент преподавания в этом семестре. Он закончил бакалавриат в университете Кента и сейчас является магистрантом в нашем университете. Отныне все академические часы по дополнительным вопросам будут проводиться им… Карла посмотрела на мужчину со скрещенными руками на груди. Он не выглядел старше двадцати пяти, рукава его рубашки были задраны, показывая многочисленные татуировки на накаченных предплечьях. Отстегнутый на пару пуговиц воротник оголял гладкую загорелую кожу. Его волосы были в небольшом беспорядке, когда он запустил в них руку, убирая их назад. Он стоял, облокотившись о стену класса, нахмурившись, и если бы не ознакомление мистера Хамфри, она бы решила что он был типичным бунтарем на кампусе. Казалось, взгляды и перешептывания женской половины класса не оказывали на него ни малейшего внимания. — Он чертовски сексуальный, — признала Карла, испустив вздох. — Преподавательский ассистент входит в один из кинков? — поддразнил ее Дилан, все же стараясь прислушиваться к продолжающейся лекции в пол уха. Изумрудный цвет в глазах нового ассистента слегка поблескивал под шоколадными кудрями, пока он взглядом сканировал класс. На секунду ей даже показалось, что их взгляды пересеклись, и она заерзала на стульчике, облизав губы. Она слегка улыбнулась, когда осознала, что ей удалось задержать его взгляд и подмигнула. В ответ он ухмыльнулся правым уголком губ. — Думаешь, он бы взял меня на кафедре мистера Хамфри? — спросила Карла к концу лекции. Она не могла сфокусироваться на протяжении всего урока, мысль об этом заводила ее не на шутку. Его сильные руки вокруг ее талии; ее откинутая голова и подавленные стоны… — Есть только один способ узнать, — усмехнулся Дилан, когда зазвенел звонок. — Если вы переспите сегодня, с меня бранч в пятницу. — Договорились, — улыбнулась она в ответ, нарочито медленно собирая вещи в сумочку. Аудитория была почти пустой, а профессор оказался одним из первых, покинувших кабинет с портфелем в руке. Ассистент Грант же все еще находился за столом учителя, перебирая кое-какие бумажки. Карла неспешно спустилась вниз по лестнице, ее бедра покачивались из стороны в сторону, обволоченные в короткую юбку. Он остановился, ощутив близость девушки, и оперся о стол. Ему впервые предоставилась возможность увидеть девушку в полный рост, и ему этот вид нравился. Он смотрел на ее бедра, когда она прочистила горло, привлекая его внимание на себя. — Мои глаза наверху, мистер Грант, — она вежливо улыбнулась, протягивая руку. — Я Карла Розон. — Мисс Розон… — произнес Грант, словно пробуя ее фамилию на вкус. Гласная «о» звучала как-то по особенному протяжно в его акценте. — Чем я могу Вам помочь? — Хотела познакомиться с Вами лично, — ответила Карла, а карандаш в ее руке как-то слишком намеренно упал на пол, покатившись в сторону. — Я не хороша в Британской литературе, так что думаю мне может понадобиться немного дополнительной помощи… Да, этот трюк был стар как мир, а этот диалог использовала каждая вторая среднестатистическая подростковая драма при изображении школьных потаскушек. Тем не менее, это всегда срабатывало. Карла повернулась так, чтобы Гранту наверняка достался лучший вид. Он не успел среагировать на действие, разворачивавшееся перед ним, когда она наклонилась, и он мог увидеть ее кружевное белье, которое в общем мало что скрывало. Она не спешила подниматься, слегка покачивая бедрами, все еще сохраняя положение. Ему стало тесно в штанах, а учитывая его позу, в которой он слегка опирался на стол, эту проблему было невозможно скрыть. Он усмехнулся. Эта девушка была многообещающей. А когда она наконец-то поднялась, присоединившись к нему у стола, и села на поверхность, закинув одну ногу повыше, так, чтобы ее ноги оказались слегка разведены, он больше не мог сдерживать себя. — Как думаете, Вы можете мне помочь, мистер Грант? — прошептала Карла. Грант ухмыльнулся, его руки оказались на ее бедрах, раздвигая их шире, срывая неожиданный вздох с ее губ. Его касания словно посылали электрические заряды по ее телу. Затем он встал между ее ног, она слегка откинулась назад, поддерживая себя сзади. Его левая рука все еще находилась на ее бедре, немного сжимая, а правая держала ее за подбородок. Они смотрели друг другу в глаза. Карла смотрела ожидающе и может быть немного побаиваясь, ведь она и не знала, что он мог из себя представлять. В его же глазах поблескивало некое самодовольство и похоть. Он посмотрел вниз, на ее задранную юбку, и прислонился ближе телом. Между ними не оставалось расстояния, когда он наклонился губами к ее уху. Грант прикусил мочку уха, он немного рычал напротив нее, когда коснулся ее языком, слегка подув на мокрое место, играя на контрасте. Карла тихо простонала, заерзав бедрами перед его штанами. — То, что я хотел бы сделать с тобой, ангел, ты и не представляешь, — прорычал он в ее ухо. — Но я не трахаю своих студенток. Грант быстро отстранился, ее тело заныло от потери контакта, ноги повисли в пустом пространстве. Она была так возбуждена, это было нечестно. Он отряхнулся, поправляя рубашку, и направился в другую комнату уверенной походкой. Как ни в чем не бывало. — Напишите мне эмейл, и я постараюсь ответить на все Ваши вопросы, мисс Розон, — остановился он перед дверью, самодовольная ухмылка на его лице. — До свидания. Дверь закрылась за ним, а Карла все еще сидела на учительском столе. Ее тело было в огне, она понимала, что была слишком возбуждена, чтобы остановиться на этом. Ей никогда не отказывали, особенно когда она так напрямую предлагала себя. Ее мысли были в беспорядке, когда она слезла со стола, одновременно поправляя себя, и вышла из аудитории. Как он посмел? Ватные ноги сами привели ее к мужской раздевалке. Алекс, как капитан команды по футболу, всегда возвращался с тренировок чуть раньше всех. На самом деле, она и не знала, чего добивалась. Она просто не привыкла к тому что быть отвергнутой и тем более не понимала, какой эффект на нее мог оказать незнакомый мужчина. Наверное, ей хотелось бездумной перезарядки. И как правило, кто-нибудь, трущийся внутри нее, хорошо помогал ей отвлечься. — Карла, что ты тут делаешь? — спросил Алекс. Она оттолкнулась от стенки, к которой прислонялась в ожидании, и подошла к своему бывшему парню. Она прикусила губу и прошлась глазами по мускулистому телу напротив, пот стекал с его шеи; он все еще переводил дыхание после интенсивной тренировки. Стоило отдать ему должное: Алекс Миллер был горячим, а звание капитана лишь добавляло ему популярности среди сверстников. Ее взгляд задержался на широких плечах и четких ключицах, на которых она любила ставить засосы после его тренировок. Секс всегда был лучше после тренировок. Карла притянула его к резкому поцелую, обвив руками его шею. Алекс промычал что-то невнятное, слабо сопротивляясь, затем толкнул ее к стенке, быстро прижимаясь обратно. Никогда не сопротивлялся ей. — Я… не могу… моя… девушка… — прошептал он, покрывая поцелуями ее шею. — Она не узнает, — простонала она в ответ. Это был не первый раз, когда они спали после своего расставания. Алекс был нежным и любил ее тело — но не любил ее. Он всегда ставил ее физический комфорт первым; она же чувствовала себя хорошо после всех его ласк. Секс с ним был ярким и восстанавливающим. И возможно, главной причиной, почему она прибегала к жестокости Ману. Тем временем она чувствовала как твердел Алекс. Он завел ее в раздевалку капитана, закрыв дверь на ключ, и повалил ее на скамейку. Он не терял времени, задрав ее кофту вверх и оставляя поцелуи по открывшемуся оголенному участку кожи, а добравшись до лифчика, отодвинул черное кружево в сторону и взял сосок в рот. Карла откинулась назад и застонала, ее ноги были широко разведены в стороны, в то время как Алекс повалился на нее сверху. Его рука поднялась ко второй груди, сжала ее и ущипнула, ртом все еще посасывая первую. Она нетерпеливо подалась вперед, создавая трение, и он выпустил мокрый сосок изо рта. В это время она потянула его майку вверх, снимая ее с него. Избавившись от ненужной одежды, он снова спустился к ее телу. Она хныкнула, ее руки зарылись в его волосах, пока он продолжал осыпать ее поцелуями, спускаясь ниже. Наконец, достигнув юбки, он быстрым движением спустил ее вниз и приблизился к низу живота Карлы. — Такая мокрая… — прошептал он. Алекс чертовски хорошо знал, как пользоваться своим языком, и умело находил ему пользование. Карла закатила глаза от наслаждения, выгибаясь вперед. Прямо сейчас, его рот был раем на земле. Он проводил языком по половым губам Карлы, дразнил, держа ее руки в стороне, слегка посасывал клитор, поглаживая пальцами. Ей казалось, что конец был близок, когда Алекс отстранился ненадолго, тренировочные штаны вместе с боксерами плавно спустились по его бедрам. Он заново устроился между ее ног, его налитый кровью член прижимался к ее влажным половым губам, готовый войти, но в дверь неожиданно постучали. — Миллер, ты все еще там? — подал голос постарше, кажется, тренер. — А-га, — выдохнул Алекс, тщетно скрывая тяжелое дыхание. Они оставались в той же позе на скамейке, пот капал с него, пока он нависал над ней. Карла, в свою очередь, старалась не издать лишних звуков, опустив бедра и восстанавливая дыхание. Их губы находились в нескольких миллиметрах друг от друга. — Ты там в порядке? Он издал одобрительное мычание, его губы сформировались в ухмылку. Она почувствовала неладное, когда он накрыл ее рот своей ладонью, а бедрами прижался к ее входу. — Ладно, пошевеливайся там, Миллер. Алекс не выдержал, пока тренер окончательно отойдет от двери, резким движением проникнув в Карлу, сдавив ее рот ладонью. Она вскрикнула от неожиданности, хоть и приглушенно, но все же слышно. — Миллер? — спросил тренер издалека, но на этот раз в голосе сквозили нотки юмора. Конечно, он уже понял. Алекс был благодарен за не самого дисциплинированного тренера, хоть и знал, что тот припомнит ему об этом на следующих тренировках и не раз. А когда он усмехнулся и наконец-таки покинул зал, Алекс убрал ладонь с губ Карлы и накрыл их жадным поцелуем. Она зарылась руками в его волосы и пошло стонала в его рот, пока он продолжал медленно насаживать ее на свой член. Ее влагалище явно отвыкло от достоинства такого размера, ему потребовалось несколько мучительных минут, чтобы оказаться полностью в ней. А когда она почувствовала яйца, прижавшиеся к входу, она больше не могла сдерживать себя в криках. Алекс же, предчувствовав это, положил ладонь на ее опухшие губы, подавляя ее громкие стоны, чтобы их не поймали. — Ты такая узкая. Блять. Он также мучительно вынул свой член из нее, но обратный путь оказался намного легче. Он стал двигаться в ней ритмично, но и не слишком быстро, их влажная плоть издавала звонкий шлепающий звук при толчках. Карла издавала небольшой крик в его ладонь каждый раз, когда Алекс заходил по-особенному глубоко, что со временем становилось довольно часто. Он двигался в ней во всей длине: он мог видеть, как растягивалась ее кожа, чтобы поместить его внутри. Он заметил, что вздохи Карлы стали частыми, руки потянулись к клитору, когда она извивалась под ним. А когда из ее влагалища выделилась жидкость, он стал вбиваться в нее, выталкивая все выделения наружу. Девушка под ним громко стонала, царапая его спину и хватаясь бедрами, он был практически на краю. Движения стали быстрыми, его член двигался свободно, вдалбливаясь в нее по самое не хочу. Алекс накрыл ее губы своими, приглушая стоны обоих, когда следом излился в нее. Он сделал несколько завершающих толчков, заполняя ее спермой, а вытащив член, заметил, как из нее сочилась белая жидкость — теперь его. Он облизнулся, нагло проводя языком по ее губам, и мягко отстранился. — Эмма ждет меня снаружи, — сказал он, вытерев сперму с пениса об ее трусики и натягивая спортивную одежду обратно. — Мы должны повторить это как-нибудь. Карла поднялась на скамейке, ее дыхание было все еще сбито, пока она наблюдала за тем, как наводил порядок Алекс. Он был почти одетый, тогда как она продолжала сидеть на скамейке, выделения стекали из нее, формируя лужицу, ее юбка и кофта на полу вдали от нее. Он старался не смотреть, чтобы не возбудиться во второй раз. Его девушка уже дожидалась на парковке. Но груди Карлы все еще были снаружи, ткань лифчика отодвинута в сторону, и ему становилось труднее сдерживать себя в руках. — Это я заберу себе, — ухмыльнулся он, подобрав кружевные трусики запятнанные его семенем. Карла закатила глаза, теперь уже поправляя собственную одежду, когда он стремительно покинул комнату. Алекс вел себя как придурок, но она знала, что он все еще держал обиду после их расставания. Не то чтобы она могла сказать что-то в ответ, учитывая то, что он сам поймал ее за изменой. То, что они делали, было неправильно и она чувствовала себя грязно, но все моральные принципы потеряли свои значения в ее голове. Да и она давно уже перестала считать себя хорошим человеком. Карла не была хорошим человеком. У нее не было ценностей, а личная жизнь трещала по швам. Секс стал для нее рутиной, а тело инструментом, все лишь бы не остаться наедине с собой. Это просто стало частью ее. Она не искала ничего серьезного, просто небольшие отвлечения. Поэтому она молчала, когда чуть позже садилась в машину Ману, а он все понял по ее растрепанному внешнему виду. Она молчала, когда он обошел машину и подмял ее под себя на заднем сидении, ругнувшись на отсутсвие трусиков. Карла знала, что сегодня она выведет его из себя. И возможно, она заслуживала это. Он взял ее без прелюдий, толкнув на живот и придавив под собой сзади. Сначала он вошел в нее пальцами, грубо и бесцеремонно исследуя влагалище. Она была мокрой и чужая сперма осталась на его пальцах после короткого проникновения. Ману тихо прошипел, быстро вызволяя себя из джинс и торопливо входя в нее сквозь задний проход. Она чувствовала себя грязно. А если она плакала от боли, то это должно было остаться в секрете. Потому что она была всего лишь Карлой, а как известно, все, что она хотела в жизни, так это жесткого секса. Ману всего лишь оказывал ей услугу. — Ты такая шлюха, я люблю это, — простонал он, будучи вторым парнем, кончившим в нее за последние полчаса. Шлюха. Это слово было знакомо ей и жгло глубоко под кожей. Может быть, это было правдой.