День, когда Земля остановилась

1 октября 1989 года. Местоположение неизвестно.

***

1:00pm       Час назад у юной Мисс Фрост начались схватки. Удивительно, ведь буквально с утра женщина была ужасно худой из-за своего образа жизни. Но удивляться было некому, ведь бедняжка находилась в старом заброшенном доме, единственном месте, из которого ее не выгоняли стражи порядка. И вот, она лежала одна на порванных старых покрывалах, вся в крови и слезах, а рядом лежали два новорожденных мальчика, чей плач разносился эхом по всему зданию. Ей оставалось недолго. Фрост уже смирилась со своей смертью, так и не поняв, что ее вызвало. Но из тени вдруг вышел высокий седой мужчина со странной шляпой на голове. Он подошел к умирающей женщине и присел. Заглянув в закрывающиеся глаза Мисс Фрост, Реджинальд Харгривз взял ее за руку. В сердце женщины загорелся слабый огонек надежды на то, что она будет жить, но заметив, как потенциальный спаситель взглянул на ее чудом рожденных детей, она сильнее сжала ладонь мужчины, заставляя его снова обратить взор на себя. Из последних сил Фрост начала умолять незнакомца оставить детей. Удивившись такой защите своих незапланированных малышей, Харгривз, проявив милосердие, вложил в руки женщины внушительную сумму денег и, встав на ноги, взял на руки одного из младенцев.  — Скорая уже в пути.       Произнес он и ушел так же загадочно, как и появился. Через минуту действительно приехала помощь. Они забрали умирающую и ее дитя.

***

      Через три года Мисс Фрост остепенилась и устроилась на хорошую работу, закончив свою «карьеру» уборщицы в средней школе. Денег, что она получила в тот злополучный день, хватило, чтобы купить маленькую квартирку и какое-то время прокормить ребенка. Когда маленькому Биллу было семь лет, мама уже неплохо зарабатывала и действительно шагала по карьерной лестнице ради сына. На его десятилетие они переехали в новую квартиру, где Биллу очень нравилось, потому что там у них был теплый камин, у которого мама читала ему сказки. Еще через год мальчик подрался в школе, из-за чего Мисс Фрост хотели вызвать к директору, но юный Билл подошел к своему учителю и сказал:  — Пожалуйста, не вызывайте мою маму. Я больше так не буду! — он умоляюще смотрел преподавателю в глаза, после чего тот моментально согласился.       В двенадцать лет мама сказала сыну, что очень сильно больна и ей придётся пожить в больнице. Билл каждый день приходил к ней и рассказывал про то, что он сегодня сделал. Еще через два года маме стало совсем-совсем плохо, и она сменила прическу, ее побрили налысо. Такой слабой она еще никогда не была, по крайней мере, так думал Билл. Мальчик перестал ходить в школу и целыми днями читал ей стихотворения, которые учил наизусть.       Двадцатого марта 2003 года Билл снова уснул прямо у маминой постели. В три часа ночи в палату зашла строго одетая женщина с сигаретой и высокий сильный мужчина. Она ввела в капельницу мамы какой-то свой раствор, а мужчина взял мальчика на руки, и они тут же исчезли. Наутро женщина сказала, что Билл теперь будет жить здесь, в большом красивом доме, вместе со своим новым братом Уиллом. Сказала, что они с его мамой давние подружки, поэтому мама попросила забрать его с собой.       Через два месяца тетя Куратор (странное у нее имя) начала говорить мальчику, какой он особенный и на что способен, а брат перестал с ним дружить. Тетя заставляла делать его странные вещи, которые он не мог понять, но ему это нравилось. Он представлял, как пойдет в магазин и попросит продать ему все, что он захочет, бесплатно. Ровно через год Билл попытался сбежать, когда узнал, что Куратор на самом деле не дружила с его мамой, но женщина остановила его, сказав, что мама гордилась бы им, если бы видела, каких успехов он достиг. Мальчик теперь мог прочесть мысли человека в данный момент, просто заглянув ему в глаза.       С возрастом Билл начал понимать, что все это был обман. Но бежать было некуда и не к кому. В семнадцать лет он сказал, что хочет пойти в институт, на что ему дали согласие при условии, что он каждую неделю будет навещать новую маму и выполнять ее задания. Терять было нечего, и с каждой неделей его миссии становились все страннее и страннее. Парня перенесли в 2012 год и каждый месяц применяли на нем новую технологию, созданную лучшими инженерами Комиссии, против внешнего старения. Так в течение долгих восьми лет юный Билл оставался семнадцатилетним парнем. На вопрос приемного сына, почему он не может стареть, как все, мама сказала, что это пригодится ему в будущем, а на более подробный ответ Билл и не рассчитывал. Однажды Куратор попросила Билла устранить двух очень плохих людей, хотя, прибыв на место, он увидел двух садовников, которые не представляли опасности. Но он выполнил, потому что очень хотел учиться в институте.       Отношения с братом превратились в некое соревнование. Как говорила Куратор, Уилл был обычным ребенком, который случайно попал не в те руки. Старший сын всегда завидовал и хотел быть лучше, но мама всегда хвалила лишь его, а не Уилли.       В 2012 году Билла наконец нашел спаситель ее матери. Он сказал, что хотел бы видеть его в своей академии, парень отказался, обосновав это тем, что его способность слишком бесполезна, но мистер Харгривз все равно настаивал на вступлении в новую семью. Мужчина начал рассказывать, какие дети там живут, он поведал ему страшную тайну о том, как нашел его кровного брата и как тот умер. Билл с самой первой встречи ждал подходящего момента, чтобы сбежать и жить с Реджинальдом и его детьми, но, увы, через шесть лет мистер Харгривз перестал навещать парня, и тот, отчаявшись, решил, что проведет остаток своих дней с ужасной матерью и ее противным сыном.       Но в 2020 году мать назначила Биллу встречу не по расписанию. Не найдя уважительной причины для отказа, он приехал и не пожалел об этом, потому что его новым заданием было войти в доверие семьи Харгривз, а затем убить всех, кроме Номера Пять. Он принял задание и первого марта 2020 года оказался на пороге академии. Ему открыла самая красивая девушка, которую он только встречал, назвавшаяся Номером Восемь, Стэй. Она приняла его в семью без лишних подозрений и сразу доверилась ему. Отвратительное чувство стыда пожирало его изнутри, ведь он действительно солгал ей о своем прошлом и настоящем. Билл знал, что рано или поздно ему придется рассказать всем правду, но он никак не мог предвидеть, что его ненавистный братец решит сделать это за него.

3 марта 2020 года. Академия Umbrella.

***

12:45pm  — Что ты тут делаешь? — Билл подал голос.  — Здра-авствуй, любимый братец. Давно не виделись.  — Три дня?  — Для меня прошло гораздо больше, чем какие-то три дня. — Голос Уилла заметно похолодел.  — Я знал, что нельзя ему доверять, — Пятый начал корить себя, что поддался на уловку.  — Может, пригласите меня войти? Это как-то невежливо — разговаривать с гостем через порог.  — Нет. Пока я не буду уверена, что ты не представляешь угрозы для моей семьи, ты не войдешь внутрь, — несмотря на растерянность и обиду на Билла, девушка все равно оставила его за своей спиной. Он был с ними на протяжении трех дней, и Восьмая не собиралась лишать свою семью еще одного брата.  — Какая смелая… Что ж, так тому и быть. Поговорим здесь, — Билл собирался подойти к Стэй, чтобы что-то сказать, но Пятый сделал шаг назад и остановил его.  — Даже не пытайся. — Прошипел он, и парень отошел на свое место.  — Итак, начнем с самого начала, ты не против, Билл? — рассказчик злобно ухмыльнулся. — Второго октября 1989 года я появился на свет…  — Боже… Может, с середины? — спросил Диего, стоя с ужасно напряженным видом.  — Обещаю, что буду краток. Так вот, родился я в уже хорошо известном некоторым из вас месте, Комиссии, — на лице Пятого застыло удивление. — Но как ты прекрасно знаешь, Номер Пять, это строго запрещено по уставу, если только работник не увольнялся, что было невозможно, ведь всех, кто увольнялся, через несколько дней уже не было в живых. Так что двое умственно отсталых работника, создавшие меня, были убиты через шесть часов после моего появления на свет. Меня хотели выкинуть на улицу, в 2003 год, но Куратор решила оставить меня у себя, хотела сделать из меня лучшего киллера за все время существования Комиссии, — Пятого позабавила эта фраза, и он громко усмехнулся. — Да, Номер Пять, лучше, чем ты. И я с семи лет начал упорно тренироваться, чтобы впечатлить ее. В десять лет я первый раз убил человека, но не остановился на достигнутом, — Стэй с ужасом смотрела на то, с каким выражением лица Уилл говорит о таких страшных вещах, что очень пугало. — Все было прекрасно, пока двадцатого марта 2003 года к нам в дом не привели еще одного мальчика, который был старше меня всего на один день. Это если считать по дате рождения, а учтя, сколько лет я прожил в Комиссии, я был старше его уже на несколько десятилетий. Но нет, четырнадцатилетний новый братик начал получать все внимание. Тренировки начали проводиться лишь с целью усовершенствовать его силы, а я стал лишь боксерской грушей, — все начали догадываться, о ком шла речь, начав поглядывать на Билла, но никто не стал выталкивать его из дома. Все члены семьи стояли на своих местах. — Этот мелкий пацан вырос и стал убивать, даже не пачкая руки. Он мог прочитать мысли любого, кто посмотрит ему в глаза. Залезал в самую глубину их воспоминаний и находил там тайные страхи, комплексы и желания. После чего люди чаще всего сами кончали с собой, только лишь поговорив с ним. О-о, малец очень хорошо развил свою так называемую телепатию, мог показывать людям того, чего на самом деле не было. Они видели своих умерших родственников, которые зазывали их с собой, видели свои самые скрытые страхи. Он был неплох в своем деле, скажу я вам, — Стэй обернулась на Билла. Как он мог не рассказать ей об этом? Они так много разговаривали, он рассказывал о своей жизни. Неужели все это было враньем? — Сначала его отправляли вместе со мной, а потом меня и вовсе отстранили от миссий, сказав, что им достаточно их юного всемогущего Билла, — парень опустил голову вниз, понимая, что этого уже достаточно для того, чтобы убить их обоих. — Братец рос, и ему стали делать те же ежемесячные процедуры, что и мне. Они омолаживали нас каждый месяц, ведь в случае чего никто не станет обвинять несовершеннолетнего в убийстве пятерых человек. Это было прекрасное прикрытие. И вот, через какие-то четыре года он заявил, что хочет жить нормальной жизнью. И знаете, что? Ему дали согласие. Парень спокойно учился и жил, только вот в институте не знали о его внеклассных занятиях. Каждую неделю Билли убивал людишек по приказу мамочки, как и раньше. И тут ему поручают мое задание. Говорят, что он лучше справится. Представляете? Отдать одно из самых важных дел для Куратора в руки какому-то парню, который даже не хотел этого! — Пятый начал понимать, что добром это все не закончится. Он безумно злился на Билла. Даже не из-за того, что он, скорее всего, предал их, а потому, что ему доверилась Стэй, и, несмотря на это, он все равно играл ею. Все вокруг так же напряглись и были готовы защищать друг друга. — А заданием этим было, знаете, что? — на лице Уилла заиграла улыбка.  — Прекрати, Уилл… — вырвалось у брата.  — Он должен был убить все-ех вас, ребятки. Все-ех до единого! Вашу мамочку, ручную обезьянку, НО! Но. Он должен оставить в живых любимца Комиссии, лучшего киллера за всю историю… — гость уже не скрывал радости от того, что видел на лицах семьи ужас и страх. Он начал смеяться. — Ох, боже мой… Ха! А вы действительно поверили ему! Пятый, а ты оказывается не такой умный, как говорят! — Пятый в порыве ярости сделал шаг вперед, но парень достал пистолет и направил его прямо на него. — Лучше стой на месте, малыш, — он отошел назад.  — Что тебе нужно? — Стэй, скрыв страх, подняла подбородок вверх.  — Ты не понимаешь? Ох-ох, как же прелестно. Ты что, настолько тупа, что даже сейчас будешь защищать этого предателя?  — Он наша семья, несмотря на его прошлое, сейчас он с нами, а значит, я буду защищать его так же, как и всех остальных.  — Стэй, не надо… — послышался голос Билла. Девушка даже не обернулась.  — Если ты закончил, то можешь уходить.  — Что ж… Такого я не предвидел…  — Значит, глуп здесь только ты, — Уилл со злостью взглянул на Восьмую, а затем кровожадно улыбнулся.  — Я бы поспорил… — он взвел курок. Пятый в тот же момент загородил собой Стэй, но через долю секунды она переместилась прямо перед ним, закрывая собой всю семью, и схватила парня за руку, из-за чего пуля попала в потолок.  — Ты связался не с той семьей. — Девушка сломала руку Уилла и подняла с пола упавший пистолет. — А еще испортил нам потолок, — она стукнула его по голове, и парень потерял сознание. Все стояли на своих местах.  — Ты могла погибнуть! — Пятый развернул Восьмую к себе.  — Но я успела, — она улыбнулась. — Видимо, недостаточно хорошо подготовился, — семья подошла к валявшемуся на полу парню.  — И что теперь делать? — спросила Ваня.  — Убить его. — Заявил Пятый.  — Нет… Мы не можем…  — Стэй, если он вернется в Комиссию, то нам всем конец.  — А если не вернется, разве что-то изменится?  — Да, под подозрением буду только я!  — Нет. Нет, этого не будет, — девушка начала мотать головой.  — Стэй, все будет в порядке. Я разберусь с Комиссией и Куратором. Они не смею навредить нашей семье.  — Но ты тоже наша семья! — Пятый вздохнул. Он резко выхватил пистолет из рук девушки и выстрелил Уиллу в голову. Эллисон и Ваня с ужасом вскрикнули, а остальные с каким-то презрением смотрели на истекающего кровью гостя.  — Все будет хорошо, — Восьмая взялась за голову и повернулась к семье.  — А с ним-то что теперь делать? — спросил Диего и посмотрел на Билла. Вопрос назрел уже у всех.  — Я, Пятый и Билл отправимся в Комиссию…  — Нет. Я сказал, что сделаю это один.  — Мне плевать, Пятый, что ты сейчас сказал. Перестань думать, что твоя жизнь не имеет значения, если ты не рискуешь ею ради семьи. Я не дам тебе отправиться туда одному, ты понял меня? — Пятый с некой благодарностью смотрел на Стэй, но одновременно ему эта затея очень не нравилась.  — А он нам зачем?  — Он жил там. Если правда хочет остаться частью нашей семьи, то поможет нам убить Куратора и всех, кто пожелает нам противостоять, — Билл вышел вперед.  — Я буду рад помочь вам, таким образом доказав свою преданность этой семье.       Убрав тело парня, все члены семьи отправились в гостиную, чтобы обсудить план своих действий и те случаи, если никто из тройки не вернется домой. Пятый и Восьмая совершенно забыли об апокалипсисе, который должен был наступить уже через четыре дня. Их главной прерогативой было спасение семьи. Сначала Комиссия, а потом уже конец света.