I'll Do What I Want

16 мая - 52,5 кг.   17 мая Тарелка хлопьев. 52 кг. Видишь? Ты теряешь вес слишком медленно, всего лишь 2 кг за 3 дня. Толстяк. Сехун знал, что этот голос был прав. Масло в огонь подливало еще и то, что Лухан перестал обращать на него всякое внимание. Он не будил его по утрам, не целовал на ночь и не обнимал, как прежде. Нет, сейчас он по уши был в отношениях с Каем. Утром 18 мая, в первую субботу своей новой "диеты" Сехун пообещал сделать все возможное, чтобы похудеть.

***

Лухан и Кай лежали в обнимку на диване, смотря какой-то романтический фильм. Кай откровенно скучал. — К-Кай... Можно с тобой поговорить? — спросил Сехун, выглядывая из-за угла и не желая прерывать такой момент. На это парень лишь кивнул и встал, одаривая Лухана успокаивающей улыбкой. Кай вышел к Сехуну. — Чем обязан? — Как тебе удается быть таким худым? — лицо Сехуна приобрело розоватый оттенок, Кай удивленно уставился на него. — Эм... Ну, у меня быстрый обмен веществ, еще я часто хожу в спортзал, — Кай почесал голову. Сехун кивнул, мысленно ставя галочку в голове: - Спасибо, хён. Тренировки. Меньше еды. Стоп. Никакой еды. Если он сделает так, то быстро похудеет. Сехун вернулся к себе в комнату, думая, чем бы занять оставшуюся часть дня. 18 мая Яблоко. 51,5 кг.

***

Ты все еще слишком медленно теряешь вес. Помни, Лухан весит 45 кг, а теперь посмотри на себя. Даже больше 51 кг. Кай же дал тебе советы, как похудеть. Если ты дашь им об этом узнать, они непременно захотят сделать тебя снова жирным. Господи, Сехун. Почему ты такой жирный?   19 мая 2 часа тренировок. - 51 кг.

***

— С-Сехун... — Лухан стоял у его двери рано утром в понедельник. Младший только что проснулся, лишь потому что услышал шаги старшего около своей двери. Такое чувство, что он не слышал этого целую вечность. — М? — он поднял голову с подушки, двигаясь, чтобы освободить немного места на кровати для Лухана. Это был редкий случай, когда в понедельник они отдыхали от школы, а значит они могут хорошенько выспаться. Лухан взволнованно улыбнулся, прежде чем залезть в кровать, обнимая младшего. — Кажется, ты стал есть не так много, как раньше... Может, тебе стоит все-таки больше есть?.. Сехун слегка улыбнулся. — Я нормально питаюсь, Лулу. Не волнуйся. Ты никогда не будешь таким же худым, как Лухан. Или Кай. Или любой другой. Даже пытаться не стоит. Ты до сих пор недостаточно быстро сбрасываешь вес. Никто не хочет заботиться о таком куске дерьма, как ты. Лухан посмотрел на него с недоверием, зарываясь лицом в грудь младшего и наслаждаясь его теплом. Его руки обхватывали Сехуна. Он даже ощущался худым. Лухан не мог не волноваться: это был его лучший друг, который день за днем продолжал голодать. — М-Можешь поесть сегодня вечером?.. Со всеми. Это осчастливит хёна, — голова старшего на груди Сехуна, и он эгьёшничает, пытаясь убедить младшего. Сехун поглаживал мягкие волосы Лухана: - Я поем... чтобы обрадовать тебя. Они хотят, чтобы ты потолстел. Они хотят, чтобы ты оставался таким, какой ты сейчас. Нет ничего особенного в том, чтобы быть макне, да? Лухан улыбнулся, поднимая голову, чтобы чмокнуть Сехуна в щеку. Оба наслаждались отдыхом. — Спасибо. Чем займемся? — Хм, дай мне немного поспать, Лулу. А потом, когда я проснусь, мы что-нибудь придумаем, — Сехун зевнул, может быть, он и поболтался бы с Луханом, но ему ничего не оставалось - вскоре ему придется есть. К его удивлению, Лухан потянул за краешек одеяла, чтобы накрыть их обоих, и закрыл глаза, кладя голову на грудь младшего. — Я посплю с тобой. В последнее время я не высыпаюсь и я соскучился за своим лучшим другом. Сехун слегка улыбнулся и прикрыл глаза. Это был самый спокойный сон с тех времен, как Лухан поцеловал Кая.

***

— Сехун... Сехун, — Лухан тряс его, даже и не подозревая, что младший совсем не выспался. — Ммм... — Сехун медленно открыл глаза, пытаясь привыкнуть к солнечному свету, что пробивался сквозь окна. Он посмотрел на часы - 10:03 Боже. Слишком рано. — Встаю, встаю, — Сехун сел, с трудом стягивая с себя одеяло. Он все еще чувствовал себя уставшим, но был готов на все, что хотел Лухан. Если тот хотел что-либо, он получал это. Всегда. Сехун медленно натянул повседневную одежду, забывая, что Лухан все еще в комнате. — Ты похудел... — тревожно проговорил он. Но недостаточно. Недостаточно, чтобы ты мог любить меня. Толстяк. Лухан все еще считает тебя жирным. — Да... — кивнул Сехун, рукой скользя по футболке. — Почему? — Лухан нахмурился: лицо Сехуна выражало то, чего не должно. Это не тот вопрос, на который хочется отвечать. — Я могу себе это позволить. А теперь ты лжешь. Превосходно, толстячок. Хотя да, ты можешь врать, чтобы терять вес. Много веса. Когда будешь есть сегодня вечером, думай о всех калориях, которые потребляешь. Все ради твоей глупой любви, да? Это не глупость. Любовь - не глупость. Глупость то, что ты делаешь, когда влюблен. Сехун, к примеру, не ест и заставляет Лухана волноваться. Вот что глупо. Но не любовь. Только не его любовь к Лухану. Сехун быстро шагает в ванную и готовится, чтобы потом встретить хёнов с улыбкой на лице. Фальшивка.