Haptophobia

Эррор сидел на диване, сверля взглядом спицы, которые он держал в руках. Вот он, уничтожитель Альтернативных Вселенных, всеобщий злодей, народный враг… Сидит и вяжет шарф. Кажется, ничего абсурднее и быть не может. Он вздохнул, спицы деловито постукивали друг о друга, пока он злобно сверлил свое творение. Всегда, когда Эррор злился, вокруг него летали раздражающие даже его самого надписи, и сейчас, он как раз-таки злился. Вязать шарф было одно из немногих удовольствий, которым он мог насладиться, но сегодня повод был особым. Шарф ему не понравился сразу. Парень раздражающе взвыл, и откинул свое творение в угол комнаты. Зрачки сузились, а сам он запустил руку в копну своих черно-синих волос. Глючный тяжело вздохнул, успокаивая себя. Он сконцентрировался, и нитями притянул к себе чашку какао. «Как же тупо, зачем я согласился на этот идиотский спор?» — подумал он и выпил какао. В этот момент, до Эррора дошло. Шарф исчез. Глючный нахмурился, поправил свой красный свитер, и почувствовал, как чьи-то руки обвиваются вокруг его шеи. Чувство паники охватило его. Тот выпустил из рук синие нити, которые обвязали тело этого незнакомца, отчего он и упал. Красно-желтая кепка с самолетиком сверху упала, и Глючный облегченно вздохнул. — Су- — Он хотел было обматерить его, как Эррора перебили. — Сумочка. Привет, Эррор. — Фреш, как всегда, заткнул его маты, и улыбнулся. Хотя, он всегда улыбался. Красноглазый фыркнул, и притянул нити. — Ты же знаешь, я ненавижу, когда меня трогают. — Парень поправил свои красные очки, ожидая оправданий, как вдруг, паразит уже сидел на диване, ехидно хихикая. — Я бы так не сказал. — Фреш поднял свою кепку, и вынул из карманов аккуратно сложенный шарф со спицами, кладя их на стол. — Это искал? Не психуй. — Он подмигнул Эррору, на что тот слегка смутился, и вновь принял раздраженное выражение лица. — Не касайся меня, ясно? — Хрипло прошептал Эррор, когда Свежий вдруг начал приближать свою руку к тому. — Я тебе сказал, не трогай меня, уродец. — Он задрожал, когда кошмар из девяностых коснулся его руки. — Ты… Ты… Прекрати… Немедленно… Не трогай меня… — Голос Ошибки начал лагать и зависать, от чего его слова стало трудно разбирать. Фреш перестал улыбаться, и начал пристально вглядываться в сидящего напротив него парня. На очках Свежего была лишь одна разноцветная надпись. «Ха-Ха». Когда Фреш взял свою кепку, и накинул её на голову парня, он хихикнул, от нелепости этого образа, и лёг Глючному на колени. Возможно, это было слишком халатно по отношению к тому, но как гласит фраза на очках Фреша. «Живешь только раз». Сам же Эррор почувствовал себя очень странно. Никакого прежнего раздражения не было, как и страха тоже. Пальцами он коснулся вертолетика на кепке, и толкнул его так, чтоб он начал вертеться. Ошибка усмехнулся. Опустив взгляд, красноглазый начал пялиться на Паразита. Несмотря на то, что он лежал, он все еще находился в своих привычных очках, на которых, кстати, сейчас было написано «Calm». Фреш ни при каких условиях не снимал очки. «Пф, сам пусть успокоится». Эррору очень хотелось надавать парню по его тупой физиономии. Но… Что-то явно не давало ему это сделать. Он понимал, что не может этого сделать. Может быть, это другое чувство. Какое-то очень светлое и манящее к себе чувство. Эррор позволил себе запустить руки в белые волосы Свежего, и покраснеть. Гаптофобия — слишком растяжимое понятие. — И после этого ты говоришь, что боишься прикосновений, Оши? — спросил он тихо и нежно. — Ты же совсем не боишься. Ты настолько веришь в любовь, что даже боишься ее. Но ты не можешь сказать, что считаешь любовь чем-то хорошим, разве нет? Парень впал в ступор, и резко отпрянул рукой. — Ч-что ты такое говоришь? — Голос парня снова стал глючить. На какое-то время в комнате установилась тишина. Свежий о чем-то размышлял. Спустя мгновение, он резко притянул Эррора и поцеловал его в губы. Эррор немного отстранился, чтобы смотреть ему в глаза. Они блестели. В них не было и тени страха. Только безбрежное счастье, ликующее спокойствие. В ту же секунду все вокруг исчезло. Комната плавно погрузилась в темноту. Они продолжали целоваться в полной тишине. Это было невероятно эротично и страшно, но Эррору было все равно. — Мы живем один раз, Эррор. — Тот поправил очки, так как они начали спадать, а с глаз уже шел фиолетовый дым. Фреш покраснел. — Ха-ха, извини за это. Глючный улыбнулся.