Идеальных людей не бывает

СССР долго стоял около двери в палату, не решаясь туда войти. Он не хотел снова видеть своего любимого сына в болезненном состоянии. Ему  было страшно. Но вот он всё же решается и приоткрывает дверь в комнату. На койке лежит его сын, которому явно лучше чем было, но бледная кожа и синяки под глазами говорили об обратном. Росс приоткрыл один глаз и увидев отца, немножко улыбнулся. - привет, пап... - тихим и чуть хриплым голосом, который сорвал, произнёс парень. - привет... - тоже тихо ответил Союз и сел рядом, на стул. - ты как? Тебе лучше? - да, вполне - хмыкнул Федерация. Совет долго смотрел на сына, поражаясь тому, как он вообще мог пытать мальчика. Как он мог вот так просто лишить его чувств. А ведь как-то мог... Мужчина протянул руку к лицу России и нежно провёл ей по щеке мальчика. Тот немного вздрогнул, но после улыбнулся и сам будто начал просить, чтоб его погладили. У Союза эта картина вызвала улыбку. Но он тут же помрачнел, когда вспомнил, как они будут решать проблему с истериками. Он очень нервничал. Руслан, заметив, что отец вдруг погруснел, сел в кровати и обнял СССРа. - пап, ну ты чего грустишь? Всё же хорошо? - спросил он. - да, всё хорошо, милый мой. - грустно улыбнулся мужчина и поцеловал сына в лоб, а потом в краешек губ. Росс покраснел от действий отца и поэтому, чтоб не выдать смущение, спрятался под одеяло. Отец лишь с улыбкой и тоже неким смущением, посмотрел на это. Он погладил одеяло, под которым "прятался" его сынок. - хах, вылезай - Росс вылез из под одеяла и посмотрел на коммуниста. Отец и сын сидели в палате разговаривали о том о сём, наверное где-то час. - товарищ СССР - вошла в палату одна из медсестёр. - можно Вас? - да, конечно. - Союз ещё раз погладил по голове своего сынишку и вышел из комнаты. - Вы что-то хотели? - спросил он у медсестры. - да, мне велели сказать, что к процедуре всё готово. Сердце мужчины сжалось. А ведь он так и не сказал мальчишке про то, что ему предстоит пережить. Он так увлёкся разговором, что совсем забыл про это. Да и если бы не забыл, сказал бы вряд ли. - вы готовы сейчас пойти? - спросила девушка. - да...эм..как Вас зовут? - спросил Союз, так как не знал имени этой медсестры. - Екатерина - кивнула она . - хорошо... Екатерина, передайте Вашей начальнице Марии, что мы.. - мужчина глубоко вздохнул. - что мы готовы. Но можно ли завязать моему сыну глаза, чтоб он не боялся? - да, конечно - грустновато улыбнулась Катя, а потом развернулась и пошла по коридору. Союз же сначала долго смотрел в пол, думая, говорить ли о предстоящем. Но решив, что лучше не говорить, и так для всех будет лучше, он вошёл обратно в комнату. Росс заинтересованно посмотрел на отца. Его грустный взгляд, тревожил парня. Что-то явно было не так. - отец, всё хорошо? - спросил подросток. - да, конечно. - коммунист чуть приобнял сына. - тебя.. Тебя сейчас отведут кое-куда..в одно место. Тебе помогут там. Федерацию передёрнуло. От врачей и больниц у него и так не особо хорошие воспоминания. А отцу он вообще сомневался до сих пор, стоит ли доверять, после всех этих событий. Но делать нечего, он несовершеннолетний и в любом случае, решать будет старший русский. В комнату вошли Алёна и Екатерина. Аля записывала что-то в блокнот и проверяла. А Катя подошла к подростку и ввела ему дозу лёгкого обезболивающего. На общий наркоз у него аллергия. Росс со страхом в глазах смотрел на отца, который сидел опустив голову. Это всё лишь вызывало ещё большую тревогу. - пап...? - с опаской произнёс Федерация, на что не получил никакой реакции. - отец, что происходит? Союз молчал не в силах выговорить не слова. Вот глаза мальчика завязали и помогли ему встать, после чего куда-то повели. Парень ничего не понимал и ничего не видел. Ему стало страшно. Вдруг опять... С ним будут делать тоже самое, что и раньше. Алёна привела Россию в какую-то светлую комнату. Там она помогла ему лечь на койку и привязала ему руки и ноги крепкими ремнями, так как во время этой процедуры появляются сильные судороги. Катерина начала подключать аппараты, попутно вздыхая. Ей было не особо приятно смотреть на то, как мучаются от проблем люди и тем более на таких процедурах. Тем временем, за этой картиной наблюдал стоящий около стекла, что давало смотреть на происходящее, Союз. Он сложил руки на груди и с сожалением смотрел на это. - а какие самые страшные последствия у этой затеи? - спросил мужчина у Марии, которая стояла рядом, на самом деле не особо хотя знать ответ на этот вопрос. - ну... К ранним последствиям относятся головные боли после процедуры, которые можно устранить при помощи легких обезболивающих. После самого припадка может появиться перевозбуждение, тошнота, изменение давления, болезненное состояние, а также спутанность сознания, которые постепенно затихают. К самым страшным последствиям относится сердечный приступ и летальный исход. - как ни в чём не бывало ответила она. - ЛЕТАЛЬНЫЙ ИСХОД?! - вскрикнул коммунист. - это маловероятно - пожала плечами Марико и вышла с некой "платформы" наблюдения. СССР сжал кулаки, сам не понимая от чего. От злости ли, от безысходности, ужаса. Не понятно. Тут он услышал звуки включения тока и когда нашёл в себе силы посмотреть, что просходит, он увидел, как его сын бьётся в судорогах. Мужчина понимал, что Росс не простит его. Точно не простит...