Нет покоя нечестивым.

Pov. Лейла. — давайте быстрее. — наверное, впервые в жизни, нас торопила сама Александра Диль, которая уже минут пятнадцать стояла на пороге одетая и нервно топала ногой. — надо успеть до конца уроков! — слушай, помолчи. — но увы, никакие из её «приказов» ни действовали ни на меня, ни тем более на Лукаса, который в полном спокойствии продолжал собираться. — если бы кто то не занимал ванну два ебучих часа — все были бы уже готовы. — час сорок пять вообще то! — видимо почувствовав себя бессмертной, Саня осмелилась спорить, но быстро пожалела об этом, когда вместо ответа, со второго этажа в неё прилетело её же, мокрое, скомканное полотенце. — тц, сам пошёл нахуй. — аккуратно шепчет она. — все мы будем готовы когда вы наконец прекратите этот детский сад. — как всегда выступая единственным здравым смыслом в своей семье, я медленно спускалась по лестнице, предвкушая предстоящую «прогулку». — мы уже давно должны были выйти. — да у нас всё как всегда… — изо всех сил размахиваясь, чтобы докинуть своё несчастное полотенце до дивана, Саша делает несколько шагов вперёд в уличной обуви, пользуясь тем, что бабушки не было дома. — еееееей, победа!!! — и радостно ликует когда оно всё-таки удачно приземляется на самый краешек. — вау, ничего себе! — наконец, весь при параде Лукас, тоже элегантно спускается со второго этажа, параллельно с этим саркастично аплодируя ликующей и прыгающей Саше. — а чего добились вы, в свои двадцать четыре года? — ой, не завидуй, я тебя умоляю. — на что мелкая лишь недовольно закатывает глаза и показушно скрещивает на груди руки. — хочешь, тебя тоже научу. — да что ты- — Так. Всё. — от нетерпения и осознания того, что время уже поджимает, я не даю своему домашнему цирку продолжить сие спектакль и хватаю Сашу за руку, слегка толкая её к выходу. На что она обиженно бормочет что то себе под нос. — ты — выйди уже наконец на улицу, раз готова. — а ты — можешь и не смотреться в зеркало сотый раз — обращаясь к Лукасу, который почему то вместо того, чтобы быстрее обуваться и выходить свернул куда то не туда. — поверь, за пол минуты ты врозлее не станешь. — эй, я сам знаю, куда и когда мне надо смотреться. — намеренно подойдя к зеркалу, он всё-таки уделил несколько секунд тому, чтобы убедиться, что всё выглядит так как надо. — указывай вон Саше, а не мне. — Господи, ты реально как ребёнок. — устало выдохнув, я дождалсь пока он наконец с концами соберётся и мы благополучно доберёмся до места назначения. — пошли уже. _______________________________________________ — интересно, нас все помнят? — в абсолютно несвойственном для себя порыве энергии и радости, Саня идёт чуть впереди нас и без умолку о чём то рассуждает. — должны же. — да тебя то разве забудешь. — Лукас, кажется, тоже прибывал в достаточно хорошем настроении, время от времени даже присоединяясь к словесному бреду Саши. Саша только смеётся и всё это на самом деле создаёт прекрасную, комфортную атмосферу. Сейчас, мы вроде как выглядели достаточно… неплохо? Ну, для тех, кто несколько дней назад побывал в какой то жуткой, явно ненормальной лаборатории и имел честь наблюдать горы трупов и общаться как минимум с двумя безумными и неизвестными для нас личностями. Конечно, мы все прекрасно понимали, что не всё так радостно и беззаботно. Этот маленький город, этот наш маленький и безобидный мир, наш самый мощный и самый важный барьер, с детства ограждающий нас от остальной жестокой реальности — теперь сломан. Разрушен, растоптан. И разумеется это просто не могло оставить нас равнодушными. Конечно, мы уже давно не были детьми, но где то в глубине души всё равно оставались верны этому месту, доверяя ему собственные жизни, с полной уверенностью в том, что здесь безопасно, здесь не существует проблем, не существует всех этих экспериментов, не существует страшного отца, который всю жизнь пытался сломать нас. Здесь только бабушка, только Крис, только зелёная трава и яркие цветы, запах блинчиков и горящего камина вместо запаха крови и медикаментов. Мы ошибались. Всё это время, буквально за нашими спинами — творился всё тот же кошмар, в котором мы были вынуждены жить за пределами этого места. Где то в нескольких километрах от дома, в котором мы играли в игры, смотрели телевизор и вкусно кушали — в отвратительной лаборатории гибли и мучались такие же невинные дети, как мы. Думать об этом хотелось меньше всего на свете и поэтому мы делили всё, что только приходило в голову, лишь бы не позволять никому из нас оставаться на едине со всеми этими мерзкими мыслями. И несмотря на то, как сложно это на самом деле было — мы неплохо так справлялись. Одной из наших поистине гениальных идей была прогулка по нашей старой, летней школе. Вспоминать и говорить об этом месте мы могли часами и конечно уже очень давно хотели наконец вновь попасть туда, просто чтобы хотя бы на пару часов окунуться в ту беззаботную атмосферу. — почти… почти! — с каждой минутой ускоряя свой шаг и даже кружась в каком то странном танце со своим Лунтиком, Саша чуть ли ни кричала о приближении к прекрасному зданию. — я её уже вижу. — замечательно. — пытаясь сохранить своё максимально серьёзное лицо, Лукас всё-таки слегка улыбается, видимо не в силах противиться столь приятной обстановке вокруг себя. — только не расшибись, я тебя умоляю. — так, давайте на берегу. — тоже без ума от радости, я пропускала мимо ушей пойти все их диалоги, думая лишь о том, в какую приятную ностальгию нам предстоит погрузиться. — Саша, это прежде всего тебя касается. — я понимаю, что адреналина у тебя через край. — дождавшись наконец момента, когда сестра перестанет прыгать и смеяться и обратит на меня своё внимание, я была обязана провести краткий инструктаж о поведении внутри школы, ибо вылететь оттуда слишком рано совсем не хотелось. — но прошу, хотя бы постарайся сдерживать свои эмоции. — ну Лиии, ну что ты говоришь. — скорчив явно фальшивую грустную мордашку, Саша сделала несколько шагов ближе ко мне и явно намеревалась высказать какие то вообще несущественные аргументы против моей просьбы. — мы не были там столько лет… — слушай. Я не прошу тебя по струнке ходить. — поправив солнцезащитные очки, я лишь посмотрела ей прямо в глаза и продолжила. — ну хотя бы не сбивай с ног знакомых учителей и не кричи на всю школу о том, кто здесь был мразью, а кто добрейшим человеком, хорошо? — ммм. — грусть с её лица быстро уходит и она снова оживает, тут же вновь уйдя вперёд. — это можно! Победно выдохнув, что всё закончилось так мирно и быстро, я тут же опять предалась воспоминаниям. ________________________________________________ — ну чего? — в нетерпении, Саша стояла взявшись за ручку двери и ожидая когда мы тоже преодолеем лестницу и встанем рядом с ней. — я открою? — да давай уже. — с лёгкой улыбкой Лукас спокойно поднимается по лестнице и встаёт рядом с Сашей, что до безумия крепко сжимает эту несчастную ручку. Дверь наконец распахивается, вслед за собой открывая сотни похожих дверей в наших головах, за каждой из которых хранились тысячи самых родных и точных воспоминаний. Сначала маленькая, метра два в длину первая комната, за ней вторые двери и конечно — турникеты. О Господи, сколько связано с ними. Казалось, я до сих пор помню каждый раз когда мы в лёгком страхе переступали через них во время прогулов. Конечно, в подавляющем большинстве случаев мы прекрасно знали что останется безнаказанными, что в этом месте всем было всё равно на подобные проказы, но едва ощутимый мандраж и паранойя всё равно на несколько мгновений охватывали тело, заставляя грудную клетку слегка сжиматься. Вообще, иногда мне действительно казалось что за эти выходки нам рано или поздно прилетит. Но в такие моменты все мои страхи развеевала Саша, что подобно демону из раза в раз убеждала меня что ничего не произойдёт и с поразительной скоростью определяла десятки причин по которым мы просто обязаны пропустить те или иные уроки. Лукаса она подключала тоже довольно быстро. Это было сложнее, из-за разного возраста и разных классов, однако ей всегда удавалось аккуратно выловить его и вытащить на улицу. Если честно, я абсолютно уверена, что она по сей день считает эти моменты чуть ли не своими главными достижениями. А может, так и есть. После турникетов конечно идёт священная раздевалка. Из-за того, что вешалки менялись из класса в класс, почти каждая из них казалась чем то родным. — вот тут я крючки все погнула нахуй! — почему то с бешеной гордостью, Саша указала на раздевалку начальной школы. — ахуенный экспириенц. — отпиздили тебя за это тоже ахуенно. — голос Лукаса, несмотря на общее спокойствие здесь приобретает нотки серьёзности. — это ж надо было додуматься. — я вообще до сих пор не понимаю зачем. — в подробностях вспомнив тот не особо приятный, но довольно забавный случай, я вопросительно взглянула сначала на место происшествия, а затем на его виновника, который только равнодушно пожимал плечами. — просто… Я ждала вас… А они. они — очевидно не в силах объяснить собственный поступок, Саша какое то время неумело пытается оправдаться, но вскоре быстро забивает на это. — ну надо было так. Всё! — мгм. — даже не ожидая от неё ничего большего, я наконец развернулась в сторону одной из лестниц. Рядом с ней висело самое прекрасное в мире расписание, из которого мы каждый день мысленно вычёркивали ненужные занятия и планировали, куда пойдём вместо них. ____________________________________________________ — но я хочу дойти до академа! — уже несколько минут не унимается эта недальновидная идиотка. — когда мы вообще там последний раз были? — очнись, у нас получается всего один урок, с учётом всех мелочей — это меньше часа. — из последних сил пытаюсь хоть немного вразумить это недоразумение, думающее только о том, как бы хорошо провести время. — мы просто не успеем! — ну так на общество тоже не пойдём. — не имея желания отказываться от своих намерений, она придумывает, наверное, самый дебильный для неё же план. — дура, ты за этот месяц туда один раз сходила и то я не уверена, что он вообще заметил. — нервы сдают. — и что? Это чёртова летняя школа, отчёт об успеваемости придёт только в августе. — она сделала недолгую паузу и натянула на себя лыбу. — а то, что он никогда меня не видит — сугубо его проблема! — он же десяток раз сказал, что будет выставлять предварительные оценки… — успею. — она складывает руки на груди и пристально смотрит мне прямо в глаза. — каждый год ведь успеваю. Сдаюсь. Ей богу, просто сдаюсь. — хуй с тобой, пошли. _________________________________________________ — а из столовой как всегда трупами воняет… — скорчив гримасу отвращения, Саша зажимает нос рукой. Но ещё раньше это делает брезгливый Лукас, ещё на входе почувствовав столь неприятный запах. — видимо что то всё-таки не меняется с годами. — повезло что это хотя бы не та капуста. — полностью согласившись с позицией своей семьи, я слегка ускоряю шагу, дабы как можно быстрее преодолеть это не самую лучшую зону школы. — и монстр там до сих не продаётся. Кринж. — уже успев разглядеть всё внутри, с досадой выдаёт Саня. — удивительно. — изрядно заебившись наблюдать за тем, как этот индивидуум везде ищет свою единственную любовь, я саркастично соглашаюсь. — интересно, почему? — да потому что понабирают долбаёбов… — недовольно хмыкает она. — О, а там у нас труды когда то были. — указывая пальцем в конец коридора, на самый последний кабинет, я едва ускоряю шаг, чтобы посмотреть на него. — ха? Разве? — Саша же с непониманием выгибает бровь явно не представляя о чём идёт речь. — да тебя там не было ни разу, расслабься. — да, поставить урок по типу техны последним — было, пожалуй, одним из самых гениальных решений нашей администрации. Очевидно, что такие прилежные ученики как моя сестра никогда не считали нужным появляться там. — пфф, не удивлена… — она с довольным выражением лица складывает руки на груди. — как всегда горда собой. — вообще то зря — разворачиваясь в сторону лестницы на второй этаж, я прокручиваю в голове несколько тоже не особо обширных воспоминаний об этих уроках. — нам с Машей там иногда было весело. — ну, думаю во дворе с Дэном было не хуже. — ну разумеется. Pov: никто ещё один корирод перед лестницой тоже был наполнен множеством разных воспоминаний. Здесь находились одни из самых важных кабинетов в нашей школьной истории. Кабинеты технологии для средней школы, Господи, что там только не происходило. Первый — кабинет для мальчиков, о нём, по весьма очевидной причине я многого не расскажу. — вау, я уже успел забыть об этом… — Лукас остановился, встав прямо напротив широкой двери. — интересно, тот старик ещё живой? — точно, ваш технолог был своеобразной здвезой. — радостно вспоминает Саша. — придурком он был. — парень, погружаясь в свои мысли, продолжает пялиться на дверь. — помню он не запускал в кабинет без дневников, однако в итоге этим жестом добился лишь огромного снижения посещаемости. — зато ты вместе с нами прекрасно проводил время в лесу возле школы. — Лейла, кидая взгляд на запасной выход, с каким то удовольствием представляет себе те пару раз когда сбегать удавалась именно через неё. — да-да… — слегка тряхнув головой, Лукас явно пытался выбросить из головы пару особо яркий моментов связанных с их «компанией». В особенности двух её особо запомнившихся личностей. — вообще скорее всего он давно спился. — снова возвращая тему к технологу, Лукас уже проходит чуть дальше. — а до этого споил кучу школьников, наподобие моих одноклассников — дебилов. — какой ты добри… — растерянно выдаёт Саша. — не такие уж они и плохие. — может и не плохие. Просто дебилы. — с неподдельным равнодушием, Лукас лишь пожимает плечами. — а вот это святое… — теперь Лейла останавливает шаг напротив кабинета для девочек. Если рассказывать про него всё, уйдёт множество часов. - Алёна Николаевна. - с широкой улыбкой и долей отвращения Саша произносит это имя. Годы алкоголизма, быть может, помогли ей позабыть многие имена и события, но это - никогда. - вот эта собака по любому до сих пор здесь работает. - это же одна из тех, по чьей вине сюда чуть не вызвали отца? - Лукас кусочками припонинает этот до абсурда странный конфликт. - ага... POV Sasha: Алёна Николаевна... Вот это одна из тех персон, о которых говорить я могу бесконечно. Ненавижу ли я её? - Нет. Хочу ли я перемыть её некогда заплывавшие жиром кости? - Да. Начало возьмём, очевидно, с пятого класса, не самого конечно яркого в этой истории, но всё же важного. Если говорить честно, всё начиналось даже не то чтобы совсем плохо. Мы писали конспектики, она вела себя достаточно адекватно. Помню она хотела поставить двойку нашей истеричной однокласснице за то, что та принесла тетрадь не того формата... Она тут же заревела и Алёна великодушно не стала этого делать. Но вот мои с ней отношения не сложились почти сразу. Она пару раз накричала на меня и в моей голове тут же началась полномасштабная война. И если на конспектах доебаться было сложно, то когда началась практика... Как бы вам сказать? Все эти иголки-хуёлки... Ну не моё это. В общем, если совсем кратко: не делала я ровным счётом ни-ху-я, за это и получала. На занятиях почти не появлялась, а если и случалось так, что прийти всё таки удавалось - пинала хуи возле Лейлы, которая, к слову, делала хоть что то. И так три года подряд. Ну, за эти три года так то много что произошло... Мы как то даже приготовили бутерброды с какао! Наверное, это единственный раз когда всё прошло гладко и никому не дали пизды). О, ещё мы как то пытались приготовить блинчики в её отсутствие, но всё, чего мы смогли добиться - это спиздить у неё конфеты. Скандал тогда был не самый маленький, однако я всё ещё предпочитаю думать что нашей вины в этом нет от слова совсем. В конце концов, в кабинете нас оставили одних, а конфеты эти валялись на общей кухне, а не на её столе! Может мы думали это для всех? Ну, нас конечно хотели привлечь за воровство, но эта особа с каким то очень напускным милосердием отказалась писать заявление. Спасибо конечно, всё таки если бы отец прознал хоть что либо об этой маленькой "шалости" - в школу мы бы больше не вернулись с вероятностью процентов сто. Однако кульмицей стал довольно глупый момент. В один типичный день, когда я также типично опоздала - она не дала мне пройти в кабинет и посадила меня на пол. Положа руку на сердце, могу с уверенностью сказать, что это последний урок который я помню. Потом директор, относительно небольшой скандал, звонок бабушке, которая после этого долгое время грозилась прийти и разнести это место к чертям собачьим. Опять же, спасибо господу, что отец снова остался в неведении. Я предполагаю, что администрация на самом деле прекрасно понимала, что некоторые её действия в этой ситуации мягко говоря некорректны. А о том, кто такой Джон Диль - они знали прекрасно, поэтому выходить на конфликт лично с ним банально зассали, ограничившись бабушкой. К Сожалению или к счастью, наша с ней история на этом пусть и не очень благополучно, но закончилась. __________________________________________________ Pov никто: - всё таки противная была тётка. - спустя несколько минут молчания бросает Саша. - ты была немногим лучше. - уж очень откровенно парирует Ли. - она многим не нравилась, но все девочки хотя бы вид какой то деятельности создавали, пока ты откровенно плевала в потолок. - пфф, вообще то работы я приносила. - да, которые целиком и полностью были сделаны бабушкой. - .... Мм... - Саша не в силах подобрать подходящий аргумент. - Да ебать её это не должно! В конце концов, я те чё, швеёй стать собиралась? И вообще, я болела! - ну-ну, рассказывай сказки. Ходить в больницу по приколу - это не "болеть". - я кашляла. - признавать своё отлынивание и бездействие Саня явно не собиралась, поэтому диалог на этом закончился. - О, а там у нас с Машей инглиш был. - Саня указывает пальцем куда то вдаль коридора. - сплошной цирк. - Да вы и там шибко не появлялись. - Снова напоминает Ли. - хотя сдавали его обе. - а хули там делать? Сдали и без этого. - Саша прекрасно помнила все эти "уроки", которые на девяносто процентов состояли из смеха и постоянно срывались. - ваще тебе просто завидно что ты была не в нашей группе - она гордо ухмыляется. - С вашей Оксаной пади не так весело было, а? - блять... - борясь с желанием разнести сестре ебальник за эти глупые выводы, Лейла вздыхает. - сколько раз тебе повторять.. когда вы ушли она стала абсолютно адекватной. - да противная она была. - в диалог вклинивается Лукас. - даже на человека не похожа, как программа какая то ходила вокруг и истерила. - да она у тебя даже толком не вела! - вскрикнула Лейла, в попытках защитить честь вполне хорошего по её мнению учителя. - а нахуй ей что то вести? По ней и без этого видно, что не все дома. - ой, да идите вы, придурки. - в конце концов Лейла опускает руки, ибо если заткнуть или переубедить Сашу возможно, то с Лукасом это один хуй не прокатит. - пошли в другую сторону. "Другая сторона", а прямо там, без малейшего преувеличения, находится самый легендарный кабинет, с самым легендарным педагогом страны - Натальей Васильевной. Все остальные выдающиеся личности, до и после её появления в нашей школьной жизни всё таки всегда будут стоять на уровень ниже. Через неё прошли все трое и все трое помнят этот бесценный опыт с такой отчётливостью, как будто это было вчера. Настоящий деспот, державший в страхе всю параллель и наводящий ужас даже на саму администрацию. Её власть в этом месте было абсолютной, спорить с этим фактом не имел права никто. Что же она преподавала? Конечно самую отстойную в мире науку - математику. Именно на момент обучения у неё, за эту поебень шарил лишь один из Дилей - Лукас. С детства отличавшийся расчётливым складом ума, она был единственным, кто в полной мере не познал её гнева, ибо с лёгкостью мог дать ей отпор. Саша и Лейла же просто смирились с тем, что выше удовлетворительной тройки им с этой женщиной не видать и особо не рыпались. - Господи боже! - стоило героям выйти в эту часть коридора, как прямо перед ними встала в ступоре пожилая женщина. - Скажите, что мне показалось. В голосе её более чем отчётливо можно было услышать смесь искреннего поражения, с ноткой небольшого отвращения и полного нежелания принимать то, что происходит за действительность. - Диль. Все трое. - некий ужас отозвался эхом, когда она прочеканила нашу злосчастную фамилию. - здравствуйте!! - Саша же, напротив, была наполнена каким то счастьем и истеричной радостью. - а я так скучала! Лицо женщины чуть дрогнуло, явно давая понять что, как минимум, по отношению к Саше - это не особо взаимно. И поэтому, когда она двинулась вперёд, она весьма равнодушно обошла обеих особей женского пола, заострив внимание на Лукасе. - ты как? - вот в этот момент в её голосе прозвучало что то похожее на искренние учительское переживание и заботу. - Все экзамены сдал? Куда хотел поступил? - конечно. - на удивление, даже продемонстриров слабую улыбку ответил Лукас. - профиль на сотку. - ну разумеется, кто в тебе сомневался. - она с великой гордостью пожала его руку. - молодец, молодец. - Лейла? - чуть менее воодушевлённо, но всё же достаточно заинтересованно, она обернулась к второму не безнадёжному ученику. - Я базу на пятёрку сдала. - не желая сильно отставать от этой самодовольной морды, отвечает Лейла. - могла бы и профиль, но для поступления не пригодился. - почему то чувствуя, что этот момент просто необходимо пояснить, поспешно добавила она. - Ну у тебя же всегда голова была голова на плечах. - Наталья Васильевна лишь твёрдо похлопала её рукой по плечу. - вот работала бы чуть больше, была бы ближе к Лукасу. Вот теперь, когда все умы себя показали, настало какое то неловкое молчание, втечение которого, женщина явно пыталась сформулировать свой третий вопрос как то менее оскарбительно. - порог есть? - теперь без малейшего воодушевления, лишь со слабой надеждой, она перевела свой оценивающий взгляд на своего, пожалуй, самого бездарного ученика, за всю её долгую историю преподавания. - А то! - Саня же, не ожидавшая к себе более тёплого отношения, продолжала давить довольную и гордую лыбу, как будто за прошедшие годы стала гением математики. - база четыре так то, до пятёрочки пару баллов не добила. - врёшь? - явно удивившись и с огромным подозрением выгнув бровь, она в недоверии скрестила на груди руки. - да честное слово! - вот теперь самую малость обиженно вскрикивает Саша. - Я даже готовилась пару раз! - ну-ну, верю, в конец концов база для таких как ты и придумана. - она легонько смеётся. - а ещё одна ваша где? - а она вообще в колледж ушла. - выдаёт Лейла, тут же понимая о ком идёт речь. - ну, с ней всё понятно. - учитель равнодушно пожимает плечами. - ну что, рада была поговорить. - и мы рады! - тянет Саша, время от времени делая какие то странные жесты, по всей видимости, из-за прелива адреналина. Благополучно разойдясь со звездой сие школы, они наконец направились на второй этаж, который, в отличие от первого, имел огромную насыщенность. Здесь было буквально всё. Легендарный русский язык, ненавистная химия, редко посещаемая физра и многое другое. На перечисление всего этого, а тем более подробный рассказ уйдёт уйма времени, поэтому их детальный разбор будет оставлен на потом.