Неделимые

— Поздравляю Вас мисс Свон, Вы убили возлюбленного собственными руками, — ухмылялась мэр — Вынув его сердце… Она выдержала паузу — Буквально. А заодно себя, и собственного сына Десятилетний парнишка казалось молился, держа за руку средних лет мужчину лежащего на больничной койке, он сидел на стуле опустив голову, никого и ничего не замечая. — Ой, прошу прощения, то есть моего…  — Идем, Генри! Но мальчик не шелохнулся. — Генри! В мгновение ока оказавшись рядом, женщина схватила его за плечо и грубо развернула к себе лицом, но это не возымело, желаемого эффекта, ибо Генри очень быстро и спокойно, вернулся в прежнее положение, приняв ту же позу. — Я же говорила — будет только мое «долго и счастливо»…Глупец… Ты все еще надеешься… Мальчик едва заметно кивнул. — Чего ты хочешь? — рипло произнесла помощник шерифа, обернув к мэру залитое слезами лицо, ее волосы постепенно меняли цвет, становясь из золотистых пепельно — белыми. «Кто душу утратил, — промелькнуло в мыслях — Чье сердце, как лед, Себя растратил, в покой уйдет.» — Думаю, ты знаешь, Эмма. Силу. Всю твою силу. Без остатка. — Да будет так! Отчаянный крик разрезал тишину больницы. Казалось и само здание рухнет, но этого не произошло. Послышался лишь глухой стук.

***

Молодая женщина, с седыми волосами, и утратившими блеск глазами, лежала навзничь на полу, над ней склонившись и тряся за плечи, плакал русоволосый мальчик, коего реанимационная медсестра, безуспешно пыталась убедить отойти и не мешать врачам. — На счет три. Разряд! — Бесполезно… — произнес кто-то — Время смерти…

***

— Хочешь попрощаться, малыш? — руки той самой медсестры, заботливо обрамляли, плечи Генри, защищая. Мальчик вяло замотал головой. — Я хочу, мисс Бланшар. Девушка вздрогнула, услышав за своим плечом, знакомый, бархатный с хрипотцой тон. — Мистер Джонс… — Она едва могла говорить, — Вы… Вы пришли в себя… Мужчина кивнул. — Я был бы очень признателен, если бы… — Да, да разумеется. Ошарашенная Мери-Маргарет поспешила ретироваться, оставив мужчину наедине с женщиной и ребенком.

***

— Реджина учла все — тихо произнес пират, уверенно сжав плечо парнишки, — Упустив самое очевидное, истинная любовь не мыслит своего, а значит те, кто так любит — одно целое, следовательно имеют, одну душу, на двоих. С этими словами, он подошел к лежавшей на кровати женщине, наклонился и поцеловал ее.

***

Плотно сомкнутые, скованые смертным холодом, веки, тут же распахнулись, явив испуганный, удивленный взгляд, орехово-янтарных глаз. — С возвращением принцесса — Джонс улыбнулся, обнимая девушку за шею, а затем бережно подхватывая на руки. — Пора уходить. Ты изрядно тут задержалась. Мы оба. Эмма, без слов припала, к губам любимого. Никто не замечал Генри, порхающего от счастья, и бегущего вприпрыжку следом Между тем, из всех участников драмы, только он один, верил и знал, что злу предначертано поражение. Так было, есть и будет. Во веки веков.