Слабости сильных синигами.

26 лет назад.        Глухой звук шагов эхом разносился по одному из коридоров поместья, темная фигура старательно избегала лишнего шума, оглядываясь по сторонам, дабы остаться незамеченной для обитателей жилища. Путь нежданного гостя лежал в детскую, откуда доносился тонкий голосок ребенка. Слабое ночное освещение отбрасывало пугающие тени, будто оживший фильм ужасов в самый напряженный его момент. Молодой мужчина еще раз оглянулся, прежде чем открыть дверь к своей цели. Стараясь двигаться как можно тише, он проник в комнату, прикрывая за собой дверь. Детская была отделана в золотисто-персиковых тонах, от чего казалась больше своих истинных размеров, огромное количество мягких игрушек были расставлены по всей комнате, на каждой плоской поверхности. Маленькая хозяйка сказочной комнаты сидела за небольшим столиком, напевая мелодию из колыбельной, которую мама поет ей перед сном. Девочка что-то старательно рисует, выводит кистью, штрих за штрихом, периодически закусывая кончик кисти и оценивая проделанную работу. Юноша снимает с головы капюшон темной мантии и облокачивается о стену, наблюдая за девочкой. Взгляд его серо-зеленых глаз следит за каждым движением маленьких рук, как малышка прикусывает кончик языка, старательно что-то вырисовывая и недовольно кряхтит, когда ей что-то не нравится. Руки, лицо и даже серебристые волосы, собранные в две косички, измазаны краской всех цветов. Молодой мужчина довольно хмыкнул при взгляде на пятна краски, чем выдал себя с головой. Малышка подпрыгнула на месте от неожиданных звуков и развернулась в сторону нежданного гостя. Рука с кистью так и застыла в воздухе, а серые глаза, распахнутые толи от испуга, толи от удивления, впились в знакомые черты. — Братик! — Девчушка взвизгнула ультразвуком и помчалась в объятия старшего брата. Глаза малышки защипало от слез, которые вот-вот грозились вырваться наружу. Она сжимала ручками шею юноши, крепче прижимаясь к нему, впитывая родное тепло.  — Дэми, ну что за слезы? Я думал, моё возвращение служит поводом для радости. Наследник клана Араи попытался отодвинуть сотрясающееся в рыданиях тело сестры, но последняя упорно не хотела показывать зарёванное лицо, только прятала носик в воротнике у основания шеи старшего брата и тихонько всхлипывала. Она сильнее вжималась в источник тепла, а крепкие руки, способные защитить от любой напасти, обвивали маленькое тело, аккуратно поглаживая спинку малютки. Не было на всем белом свете кого-то, счастливее, чем эти двое после долгой разлуки. Юноша усилием воли все же отстранился и поставил сестру на пол, присаживаясь перед ней на колени, что бы быть на одном уровне. — Солнышко, перестань плакать, пожалуйста. Дэми продолжала тихонько шмыгать носиком, хотя слезы литься перестали. — Ты снова меня оставишь? — Девочка с обидой смотрела на брата, надувая пухлые губки. — Я... Со стороны двери послышался шум. Две светлые макушки повернулись в сторону вошедшей в комнату женщины. — Даичи, сынок! — Хитоми бросилась обнимать сына. Их первая и такая длинная разлука подошла к концу. В глазах леди Араи блестели слезы счастья, несколько месяцев она не видела своего первенца, материнское сердце непомерно болело вдали от своего ребенка. Хитоми крепко сжимала сына в объятиях, поглаживая по голове, как в детстве. Для нее он все еще ребенок, хотя Ичи был порядком выше матери, даже немного выше отца. Дети так быстро растут. Юноша был крепко сложен и образован не по годам. Его дедушка Минору, ныне действующий глава клана Араи, вкладывал все возможные ресурсы для образования и развития внука. Возможно, именно ему в будущем придется продолжить дело своего деда. Наследники клана Араи воспитывались суровым кнутом Минору, который считал долгом избавить свое имя от позорного брака его единственного сына на «оборванке из Руконгая», коей он считал свою невестку. По его словам, кто-то её сословия не мог воспитывать наследников одного из четырех великих домов Общества душ. Позорно уже то, что она их мать. Со дня свадьбы Рейдена и Хитоми глава клана Араи всем своим видом показывал, что не поддерживает выбор сына. Хитоми многое стерпела, унижения и оскорбления, даже физически она подвергалась нападкам со стороны свёкра, но любовь, что жила в её сердце, преодолевала все на своем пути. После рождения первого внука, Минору ненадолго сменил гнев на милость. После, вовсе перестал каким-либо образом обращать внимание на невестку, делал вид, что её попросту не существует. Так было проще и для Хитоми. После рождения Дэми ничего не изменилось. Минору, как только узнал, что второй ребенок Рейдена не мальчик, потерял всякий интерес к внучке. Обе беременности Хитоми были долгожданными, но вторая — особенно. Прошло много лет с рождения её первенца, прежде чем она узнала о второй беременности. Даичи переживал трудный подростковый период, когда узнал, что мама больше не будет лишь его мамой. Хитоми и Рейден долго готовили своенравного сына к новости о пополнении в семье. На их общее удивление, Ичи достаточно лояльно отреагировал на беременность мамы, но ясно дал понять, что ждет брата. Сопливые девчонки нам не нужны. Однако, как только его маленькая Дэми появилась на свет, он был очарован туманом серых глаз. Даичи все свободное время проводил в обществе младшей сестры, чем вызывал ярость главы клана. Наследник клана не должен ходить в няньках. Дэми росла еще более своенравной, чем её старший брат. В свои четыре года несносный характер юной леди Араи порядком потрепал нервы обитателям фамильного поместья. Кроме двух привилегированных особ. Одзи сама — при взгляде на которого, у малышки тряслись поджилки. Они сама — единственный, кто смог обуздать дрянной характер маленького урагана. Дэми безумно любила своих родителей, тепло относилась к учителям, гувернанткам и прислуге, но старший брат был кем-то настолько особенным для малютки, что остальные не могли пойти ни в какое сравнение с Ичи. Это работало и в обратную сторону. Даичи ни к кому не относился так трепетно, как к сероглазой малютке. — Сынок, почему не предупредил, что вернешься раньше? Мы ждали тебя к концу следующей недели. — Хитоми мягко отдалилась от сына, приглаживая непослушные волосы юноши. — Я все расскажу, мам. За ужином, — Ичи лучезарно улыбнулся матери, — я жутко голоден. — Конечно, родной. Иди к себе, переоденься, приведи себя в порядок после долгой дороги, я уложу Дэми и распоряжусь об ужине. На словах матери Дэми мертвой хваткой вцепилась за край одежды брата. Сильно сжатые маленькие пальчики и хмурое, по-смешному суровое, выражение лица ребенка, вызвали хриплый смех со стороны брата. — Я её уложу, мам. Потом спущусь, вы с папой ждите меня в столовой, у меня много новостей. Хитоми лишь коротко кивнула, на её губах стояла легкая улыбка, что всегда согревала бесконечным теплом. Рейден с первой их встречи безоговорочно был уверен, что нет ни в одном мире женщины добрее и чище. Леди Араи поцеловала детей в щеки и, пожелав сладких снов младшей дочери, выпорхнула из детской. Сколько материнской нежности было в каждом её движении. Три драгоценности милой и нежной Хитоми. Рейден — её защита, опора, страсть и любовь. Даичи — её гордость, надежда, уверенность. Дэми — её долгожданный цветочек, её сила и трепет. Ичи подхватил сестру на руки и закружил по комнате, напевая знакомую детскую песню, звонкий смех его малютки разносился эхом по просторной комнате, от чего сам юноша еще шире улыбался. Глаза обоих искрились неподдельной радостью и теплотой. — Братик. — Ммм? — Парень взглянул на сестру, уж слишком серьезным был её тон. — Не оставляй меня больше. Никогда. — Маленькие ручки обвили шею брата так крепко, как это было возможно. — Я очень по тебе скучала, Ичи. — Я тоже. Тоже очень по тебе скучал. Та ночь, стала началом конца. Когда все погрузились в глубокий сон, поместье вспыхнуло словно спичка. Страшных пожар унес десятки жизней. Из многочисленных обитателей особняка, выжила только четырехлетняя Дэмирия.

***

      Дурное ощущение от увиденного сна, распространилось по всему телу, заканчиваясь покалыванием на кончиках пальцев. Офицер с трудом разлепила тяжелые веки и заставила себя подняться на постели. Она запустила длинные холодные пальцы в волосы, сжимая руки в кулаки, с силой оттягивая серебристые пряди. Слишком несправедливо. Ощущение физической боли отрезвляло отуманенную видением голову. Где-то на задворках, сознание истошно кричало освободить его от подобных кошмаров. Становилось невыносимо переживать это снова и снова. Слишком больно. Периферийным зрением девушка заметила движение рядом с открытым окном. Сердце забилось с бешеной скоростью, от осознания, что в комнате еще кто-то есть. Дэми сгруппировалась, чтобы кинутся к катане и атаковать непрошенного гостя, но её остановил насмешливый тон мужчины у окна: — Наконец заметила? Теряешь хватку. Будь я врагом, ты была бы мертва. — Касуми! Будь ты проклят! Нельзя же так пугать! — Дэмирия выдохнула весь воздух из легких и согнулась пополам, прижимая коленки к груди. — Что ты здесь делаешь? — Последнее время в твоем внутреннем мире слишком сыро, сейчас там настоящая буря. — Тонкие губы шатена скривились от отвращения. Сапфировые глаза, обращенные в сторону хозяйки, опасно блестели в свете луны. Блондинка тяжело вздохнула и улеглась на бок, так что серебристые волосы закрыли лицо от чужих глаз. Хотя сама она прекрасно видела высокую фигуру перед собой. Мужнина с идеально ровной осанкой перевел взгляд в окно и вдохнул свежий воздух. — Тебе стоит возобновить тренировки, твоя сила выходит из-под контроля. — А тебе стоит найти другого синигами в качестве хозяина, если что-то не устраивает. — Дэми... — Не хочу ничего слышать. Касуми устало вздохнул и запустил пятерню в кудрявые волосы, убирая их назад. Стоило бы уже привыкнуть к дрянному характеру хозяйки. Шатен развернулся в сторону кровати, на которой, прикинувшись ветошью, лежала Дэми. Руки мужчины покоились в карманах черных хакама, похожих на те, что носят синигами, сверху на голый торс было надето темно-синее хаори с длинными рукавами. В пару широких шагов мужчина преодолел расстояние до кровати и присел на край матраса. — Дэми, это не сны. Иллюзия, которую ты не можешь подчинить. — Касуми максимально аккуратно, кончиками пальцев убрал несколько прядей с бледного лица хозяйки. — Ты сама себя изводишь. — Будто это так легко. — Дэми горько усмехнулась и отвернулась от собеседника. — Я хочу побыть одна. На месте Касуми рассыпался густой туман, погружая комнату в легкую серую дымку. — Спасибо…

***

      Утро шестого офицера, как и следовало ожидать, не задалось. Голова гудела так сильно, что каждый звук отдавался тупой болью в висках. Тело ныло и было ощущение, что всю ночь Дэми пинали чертовы меносы. Аппетита не было, поэтому после всех утренних процедур она отправилась на службу, стараясь не попадаться на глаза домашним. День обещал быть тяжелым. Наручные часы показывают 6:20, офис начнет работу в 8:00, значит, есть время насладится утренней прохладой и побыть наедине с кружкой обожаемого кофе. С другой стороны, стоило поговорить с Рукией, она была так подавлена после разговора с Ренжи. Что касаемо самого Абараи, Дэми не хотелось идти с ним на разговор, есть вариант, что он винит подругу в своих разбитых мечтах или напился до чертиков в одиночестве и ему нужно проспаться. В любом случае, захочет поговорить — найти Араи, проблем не составит. Шестой офицер направилась в сторону бараков тринадцатого отряда, лейтенант Кучики обычно приходит в офис раньше положенного времени. Первые лучи яркого Сейрейтейского солнца освещали здания и улочки, вымощенные из камня. Немногочисленные прохожие, уныло проплывающие мимо, украдкой поглядывали на наследницу клана Араи. Помимо стандартной формы синигами, на левой руке девушки была надета удлинённая перчатка без пальцев, цвета бордо, с вышитым знаком клана. Того же цвета пояс на талии, к которому был прикреплен занпакто в районе поясницы.

***

      Дэми не прогадала, Рукия действительно была в офисе своего отряда и невидящим взглядом прожигала дыру в столе. Лейтенант не заметила бесцеремонно вошедшую Араи или просто проигнорировала её, продолжая смотреть в одну точку. Блондинка переминалась с ноги на ногу, придумывая как приободрить подругу. Взгляд упал на чайник и все необходимое для приготовления кофе и чая, Дэми решила начать разговор за кружкой бодрящего напитка. Рукия лишь вздрогнула от звука шагов, но никак не отреагировала, пока перед ней не опустила кружка с зеленым чаем. — Хватит хандрить, ничего ужасного не произошло. Смотри на это с другой стороны, вы оба теперь свободны, от оков недосказанности. Между вами больше нет преград, а эта неловкость пройдет. — Дэми подняла голову подруги за подбородок, встречаясь с ней глазами. — Тем более если кто-то и виноват, то только я. — Араи передернула плечами и отошла в сторону, обхватывая кружку с ароматным кофе холодными пальцами. — Дэм, ты не виновата и я тоже не виновата, — Рукия тяжело вздохнула и сделала глоток любимого напитка, — просто само осознание, что Ренжи сейчас переживает, его чувства и мужская гордость задеты. Минутное молчание заполнило пространство кабинета, это не было неловким молчанием, наоборот, каждая ощущала поддержку со стороны. — Что тебе сказал брат? Дэми несколько раз моргнула, прежде чем сфокусировать взгляд на источнике звука: — О чем ты? — Он ведь почувствовал нашу духовную силу, да и думаю, брат догадывался о чувствах Ренжи. Все-таки столько лет вместе работают. — Рукия пожала плечами и сделала еще несколько глотков уже остывшего чая. — Не забивай голову, твой брат был как всегда очень доброжелателен и красноречив. — Араи недовольно фыркнула, вспоминая разговор с Кучики. «Высокомерный осёл» Рукия невесомо улыбнулась, глядя на подругу: — Дэми, что бы нии-сама тебе не сказал, не злись на него. Он вчера был сильно не в духе. — Пффф… — Шестой офицер недовольно смотрела на подругу, вытирая капли кофе с подбородка и формы. — Капитан совершенство всегда не в духе. — Вчера была шестидесятая годовщина смерти госпожи Хисаны. — Рукия посмотрела на свое отражение в чае, а боковым зрением заметила, как замерла Дэми. — Брат всегда особо нелюдим в этот день, но не так давно в поместье приехала погостить его тетя, и вчера за ужином ей понадобилось поговорить о женитьбе брата и необходимости рождения наследника… В общем ни чем хорошим разговор не закончился, вскоре появились вы с Ренжи, вполне могу представить, что ты попалась под горячую руку. Мысленно шестой офицер хлопнула себя по лбу. В голове опять всплыл сон, что она видела ночью. В годовщину трагедии, она сама не своя. И без того ужасный характер, становится невыносимым, любое лишнее слово способно вызвать неконтролируемую ярость. Тяжело отпускать любимых. Хотя Дэми в некоторых моментах презирала Кучики. Например то, что он готов был смотреть на казнь собственной сестры. Это произошло во время её обучения в академии Духовных искусств. Абараи рассказывал. Тогда они редко общались из-за предательства Айзена, Гина и Тоусена, Готей был на военном положении. Но суть происходящего она знала. Рукия простила Кучики, значит заслужил. Хотя она слишком почитала старшего брата, чтобы злится или обижаться на него. Дэми не понимала, как можно спокойно смотреть на казнь родного человека. Она бы за брата отдала жизнь, но его давно нет. Единственная, греющая душу надежда, что он переродился и живет счастливо. Сейчас у неё был Ренжи, названный брат, ради него Араи тоже не стала бы колебаться. Совесть блондинки гневно нашептывала, что неплохо было бы извиниться перед капитаном шестого отряда за оскорбление. Все-таки такой тяжелый день для него, нехорошо получилось. Дэми коротко попрощалась с подругой и побежала в сторону бараков десятого отряда, чтобы отметиться. Третий офицер Танако так просто подчиненную не отпустил. Ючи устроил что-то вроде внепланового собрания офицерского состава. Какая-то хрень про сроки выполнения задач, поставленных капитаном шестого отряда, про соблюдение субординации и умение держать себя в руках, говоря об этом, Танако не однозначно покосился в сторону шестого офицера, на что та лишь театрально фыркнула. Третий офицер лил воду около полутора часов, из всей ненужной массы его слов, важно было только то, что капитан Хицугая и лейтенант Матсумото должны вернуться в течении недели, плюс минус пару дней. Наконец хорошие новости! Дэми выскользнула из кабинета офицеров десятого отряда и отправилась на «поклон» к капитану Кучики. Все же он капитан, глава благородного и уважаемого клана. Хотя скорее дело было в том, что Араи понимала чувства капитана, в такой непростой день. Блондинка двигалась на максимально возможной скорости, пока её совесть яро верещала о необходимости принести извинения малоприятному мужчине. Костяшки аккуратных девичьих пальцев легко ударили по двери офиса капитана. После отрешенного «Войдите», Дэми вошла в кабинет. — Доброе утро капитан Кучики, Лейтенант. — Дэми стояла по стойке прямо перед столом Кучики. Коротко кивнув Абараи, она заметила, как тот растерялся, но все же кивнул в ответ. — Что вы хотели офицер Араи? — Кучики даже взгляд не поднял на вошедшую девушку, изучая, лежащие перед ним документы. — Капитан, я хочу поговорить с вами. — Говорите. — Наедине. Кучики поднял незаинтересованный взгляд на временную подчиненную, на секунду задержался на её безразличном лице и кивнул потерянному лейтенанту, как знак оставить их наедине. — Говорите. — Брюнет снова опустил взгляд к документам, на что Араи раздраженно закатила глаза. — Господин Кучики, — Дэми согнулась в легком поклоне, возвращая внимание аристократа к своей персоне. — Прошу меня извинить, за проявленное мной неуважение. Я искренне сожалею, что поддалась эмоциям и посмела вас оскорбить. Брови Кучики непроизвольно полетели вверх, он был наслышан о своенравной девице клана Араи. Бьякуя не ждал от неё извинений, да и сам он вчера повел себя не совсем корректно. — Леди Араи, — Дэми выпрямилась, обращая взгляд на бесстрастные глаза временного капитана. — Я принимаю ваши извинения. В свою очередь, думаю, мне стоит заметить, что мои комментарии вчера были несколько не уместны. Не прерывая зрительный контакт, Кучики поднялся из-за стола, сокращая расстояние между собой и собеседником. Мужчина остановился ближе, чем расстояние вытянутой руки. Дэми пришлось задирать голову, капитан был ощутимо выше. — Что же заставило вас, пересмотреть свое мнение, касательно меня? Вчера я был «напыщенным петухом». — Бьякуя выразительно посмотрел на стоящую перед ним блондинку и скрестил руки за спиной. — Я узнала, какой вчера был день. В годовщину смерти моей семьи, мне лучше избегать общения с кем бы то ни было, дабы потом не было мучительно стыдно. Так что, я решила, что вам простительны те узколобые комментарии, которые вы вчера отпускали. — Дэми не сводила взгляд, с серых, словно грозные тучи, глаз капитана. На мгновение ей показалось, что его глаза потемнели. — Что ж, спасибо за честность Дэмирия. — Кучики вернулся за рабочий стол, цепляясь взглядом за очередной документ. — В свою очередь я хотел бы поздравить вас с помолвкой. Полагаю, для любой юной леди — это грандиозное событие. После услышанного глаза Дэми в ужасе расширились. Сердце гулко застучало в висках, стало невыносимо жарко, нечем дышать. Чувство будто ударили под дых. Бьякуя поднял взгляд на побледневшую девушку, когда понял, что в кабинете стало слишком тихо. Сегодня утром в резиденцию клана Кучики, принесли приглашение на помолвку принцессы Араи и наследника клана Тиба, для всех членов его семьи. — Дэмирия? — Помолвка с кем? — несвойственно сиплый голос Дэми, заставил Кучики нахмурится, а сам вопрос и вовсе поставил в тупик.