Приглашение на чай

Когда время ужина подходило к концу, он попросил приготовить чай и отнести в беседку. Сам расположился в ней же. Он глядел на небо. Звезды одна за одной появлялись на нём и вскоре собирались в созвездия. Наблюдать за этим можно очень долго, искать созвездия, загадывать желания при падающей звезде. Правда вдвоём с кем-то, это делать намного интереснее и приятнее. Лань Сичень обернулся на звук чьих-то шагов. Увидев, как не уверенно шагает Лань Сычжуй, он не сдержался и улыбнулся ему своей самой искреней улыбкой. А после его сердце пропустило удар, когда он увидел радостную улыбку ему в ответ. Этого было достаточно, чтобы воспоминания, пусть и на мгновение, захлестнули его с головой. Это началось три года назад. Тогда он наконец прекратил так часто отлучаться по делам за пределы Облачных Глубин, потому что на неопределенное время все вопросы и конфликты разрешились, чему он очень обрадовался. Лань Сичень после недолгого отдыха решил потренироваться. Прийдя на поляну, где реже можно кого-нибудь встретить, он встал в стойку и принялся оттачивать свои движения. Та грация, с которой он повторял их, уже была на уровне инстинктов, так что Лань Сичень даже не думал, как выглядят его движения со стороны, он просто знал, что все более чем прекрасно. Проходящих мимо учеников он сразу заметил и не совсем удивился, когда те ненадолго остановились, и приковали свои взгляды к его силуэту. Тогда он решил не отвлекаться и продолжил тренировку. Но он действительно удивился, когда заметил, что Лань Сычжуй стал появляться на каждой его тренировке и вовсе не случайно. Так ещё и пытался это скрыть. Тогда он просто усмехнулся и решил не допытываться до приведенного Ванцзы адепта. Глава ордена вначале списал это на то, что юноша лишь хочет брать с него пример, и так как Сычжуй ни чем немешал, Лань Сичень не был против. Он и сам не заметил, как спустя время, присутствие ученика стало чем-то само собой разумеещимся. Лань Хуань упорно не хотел этого замечать, но сам же каждый раз, когда Сычжуй не приходил, начинал волноваться и даже расстраиваться, а после, когда замечал его присутствие, успокаивался, понимая, что юноша лишь опоздал. Он также не заметил, что стал искать встречи с ним, и, когда это выходило, он не намекал на то что знает о присутствии А-Юаня на своих тренировках, нет. Он лишь спрашивал о его успехах и улыбался почему-то сильнее чем обычно. А когда замечал покрасневшие щеки адепта и чувствовал как начинают гореть свои, понимал, что если он не спросит о том же и других рядом стоящих учеников, это будет выглядеть странно. Тогда он наскоро задавал вопросы и старался быстрее скрыться, искренне не понимая, почему стал так себя вести, почему так реагировал на этого юношу, почему при разговоре с Сычжуем забывал про присутствие других адептов? Это действительно стало его волновать, даже наверное испугало. Он иногда пропускал слова дяди мимо ушей, хотя раньше такого не случалось, мог пройти мимо А-Чжаня, не обратив внимание, что удивило даже самого Ванцзы. Но на их вопросы о том, что же с ним случилось, он не мог дать ответ. Он и сам пока ещё не знал. Но какое-то время спустя, в голову главы ордена стали лезть совершенно не прошеные мысли. Он тогда даже подавился чаем, едва не выплюнув его. Лань Сичень тогда так и не смог отвлечься от них, а потому решил обдумывать эти мысли весь оставшийся день. «— Неужели я влюбился в адепта своего ордена? Но как так вышло? Эта новость была как гром с ясного неба. Хотя небо уже было не совсем ясным тогда. И тем не менее он был очень смущен таким открытием. «— Начать избегать его? Вряд ли, несмотря на свою выдержку, я смогу это сделать. Наверное, я ничего не буду предпринимать насчёт Лань Сычжуя, все равно ничего дельного не выйдет.» Вскоре произошла одна ситуация. Довольно неприятная на взгляд Лань Сиченя, который не ожидал от себя таких негативных эмоций. Он прогуливался по более уединенным местам на территории Облачных глубин и то ли на счастье, то ли не совсем, наткнулся на двух адептов. Девушку и.. Лань Сычжуя? Он тогда скрыл своё присутствие и прислушался к их разговору, наблюдая. Девушка оказалось, признавалась в симпатии и потянулась к его губам. Тогда Лань Хуаня охватила непонятная злость. Он нахмурился, а от его улыбки, которая практически всегда присутвует на его лице, не осталось ни следа. Лань Сичень даже не старался скрыть этот факт от себя. Он ревнует. Тогда Лань Сичень хотел было выйти и остановить это, не только из-за ревности, (хотя по большей части именно из-за неё) ведь правилами его ордена запрещены такие взаимодействия между девушками и юношами. Но не успел он ступить и шагу, как Лань Сычжуй отстранился, не дав себя поцеловать, и заговорил: — Прости, но я не могу ответить на твои чувства. — Но почему? Я тебе не нравлюсь? Любовь ведь приходит со временем, может хотя бы попробуем? — Ты привлекательная девушка не спорю, но, увы, моё сердце уже занято другим человеком, и пусть я знаю, что у нас вряд ли что-то с ним выйдет, пока мои чувства к нему ещё есть, я не хочу пробовать с кем-нибудь другим. Мне жаль. — Я.. Я понимаю, прости, что отняла твоё время, — девушка тогда ушла, сдерживая слёзы. Лань Сичень тогда почувствовал облегчение. Но, вспомнив слова Сычжуя о том, что он уже влюблен, испугался и вновь заревновал. Но вместе с этими чувствами пришла и.. Надежда? Надежда на то, что этим человеком является он сам. Наивно немного, но если учесть тот факт, что юноша присутствовал на каждой его тренировке, краснел и бывало заикался, когда Сичень с ним разговаривал, хотя с другими (Ванцзы, Лань Цижэнь) вёл себя вполне нормально, так что даже и не совсем не обоснованно. Так что процент того, что человеком в которого влюблен Сычжуй, являеться он сам, всё же есть. Это значительно успокоило Лань Сиченя и он, улыбнувшись, решил не упускать возможность поговорить с Лань Сычжуем наедине, вышел к нему, подмечая, как юноша занервничал и покраснел после сокращения дистанции между ними. — Здравствуй, А-Юань, присаживайся, — он указал на место в беседке рядом с собой. Сычжуй слегка смутился, мало кто называл его А-Юанем. Точнее только учитель Вей и глава Ордена. Только вот ощущения отличались, когда его так называл иммено глава Ордена. — Цзэу-цзюнь, благодарю за то, что согласились выпить со мной чаю, — Сычжуй вежливо поклонился и сел рядом. — Не стоит благодарности. Хочу спросить, есть ли какая-то причина того, что ты меня так внезапно позвал? — Да. Я участвовал в игре и мне.. Задали вопрос, — Сычжуй хотел соврать. Хотел сказать что ему выпало задание пригласить главу ордена попить чай, но он решил что сегодня поставит все точки над "і". Три года он скрывал это, но ему надоело. Хочется чтобы тот, кого он любит, знал о его чувствах, пусть и не будет взаимности. — задали вопрос о том, кто мне нравится, кого я люблю. Лань Сичень застыл. Это то что так интересовало и интересует до сих пор. Сейчас появился шанс узнать кто же это. Стараясь не показывать того что он занервничал и что он в предвкушении, Лань Сичень спросил: — И кто же это? — Сичень смотрел прямо в глаза Сычжую. Смотрел с какой-то наивной надеждой. Под этим взглядом А-Юань поёжился. Он волновался. Очень. Пусть от невзаимных чувств Сычжуй не перестанет любить Лань Хуаня, но больно будет всё равно. В один момент он словно набрался решимости, подсел ближе и уверенно потянулся к губам главы ордена. Он лишь робко прикоснулся, задержавшись на несколько секунд и поспешно отстранился. Как бы Сыжчуй сейчас не был смущен, он смотрел прямо в глаза Лань Сиченю, как бы показывая серьёзность своих действий. — Неужели это я? — получив кивок со стороны Сычжуя, он вновь улыбнулся и приблизившись, вовлек юношу в уже полноценный поцелуй. Тот сначала вошел в ступор, но после начал неумело отвечать. В перерыве между поцелуями, Лань Сичень прошептал что-то Сыжчую в губы и продолжил своё увлекательное дело. А сам Лань Сычжуй прокручивал у себя в голове эти две фразы. «— Я тоже люблю тебя.» «— И я знаю, что ты присутствовал на каждой моей тренировке.»