«Пи...» - а дальше просто неприлично.

      Эннио, закрывшись в одном из пустующих классов, рассматривал пылающее на руке пламя. Оно обычно успокаивало его своими золотистыми отблесками, разлетающимися по стенам комнаты яркими лепестками.       Он почти полностью разобрался в том, во что впрыгнул. Савада попал в другой мир, сменил имя, узнал о пополнении в семье, отсутствии Вонголы, как мафиозной семьи и...       Было ощущение, что он что-то упускает.       Пламя снова беспокойно блеснуло, попадая в глаз.       Пламя...       Пламя?       Пламя!       Ну конечно же, пламя!       Как можно было забыть об основе всего мира? Он же сам снимал Проклятие пустышки! Идиот.       Эннио уткнулся в сложенные на парте руки и пропустил пару лестных насчёт своего тугодумия.       Три-ни-Сетте существовала на пламени, которое было таким своеобразным топливом; пламя в свою очередь, жертвовали люди, подвергшиеся проклятью, но...       В этом мире пламени не было.       А Три-ни-Сетте была.       Такой вот парадокс.       Получается, что его первые ощущения были неверными и пламя все же есть? В любом случае, Система должна была существовать, иначе в этот мир его бы не закинуло.       Значит, какая-то энергия все же существует...       Савада прислушался, как за стенками рёбер гудит податливый ураган пламени готовый к любому исходу. Что-то было не так. Эннио закрыл глаза, полностью концентрируясь на своих ощущениях. Такому необычному трюку, его в своё время научил Мамон.       Естественно за отдельную плату.       В сознании стало появляться множество огоньков всех цветов радуги. Какие-то сверкали так, что начинало резать глаза и заставляли отворачиваться, но их было немного – меньше двух десятков на весь город. Другие еле тлели, даже не собираясь проявлять активность. Девять огоньков он узнал сразу же.       Семь из них являлись Хранителями сестры и ей самой, находились на крыше школы.       Восьмым был Реборн, ошивавшийся около школы, ибо в само учебное заведение того не пустили.       Девятый из огоньков был самым интересным. Он находился на окраине города и от него ощутимо тянуло таким знакомым пламенем Мрака...       Что?..       Эннио сравнил все имеющиеся огоньки со своим и... Заржал.       Ну на-а-адо же!       В этом мире и вправду не было пламени. Та энергия, что находилась в людях, была огнём и зависела от резерва, в отличие от пламени, которое полностью было подконтрольно Воле Эннио.       Понять это удалось благодаря за каким-то чёртом припершимся в Намимори Вендиче, у которого были отчётливо видны дыры в ментальном плане на уровне груди, будто кто-то вырвал шмат мяса с корнем. Но ведь Волю нельзя забрать.       Здешняя Система существовала совершенно по другим правилам.       Она избирала людей и полностью иссушала их запасы пламени в течение десяти лет, после чего вырывала ядро.       Это было даже отвратительнее, чем в его мире.       Это было ужасно.       Из транса Эннио вырвало чьё-то покашливание.       В дверях стояла сестра.       Этого ещё не хватало.       Эннио уже упоминал, что эта мегера ненавидела его всеми фибрами души, ни разу не упуская возможность упрекнуть его в чём-то, чего местный он просто не понимал.       Дура состояла в ДК и считала себя вершителем порядка, – Савада искреннее не понимал, как Кея терпит это бедствие, – так что он решил поскорее свинтить, желательно, раньше, чем она, Тсунаеши, откроет рот.       К счастью, это был первый этаж.       На послышавшийся в спину крик он не обратил никакого внимания. Вот ещё.       Ему есть над чем подумать, кроме как выслушивать необоснованные претензии в свой адрес.