Как Шерлока ни назови

***

В последнее время Шерлок задумался об именах и ярлыках. За неделю, прошедшую с тех пор, как их отношения с Джоном Ватсоном (капитаном, доктором, не геем) изменились, и они из лучших друзей превратились в любовников, он начал понимать, что многие слова − просто не то, что он о них думал. Потому что Шерлок (детектив, социопат, наркоман) − больше не тот, кем был до этого, и все прежние ярлыки вдруг кажутся неподходящими. Неточными. Когда Джон, лучезарно улыбаясь, говорит Шерлок и смотрит на него с таким блеском в глазах, его имя вдруг приобретает совершенно новый смысл. Когда Джон его целует, Шерлок чуть не теряет сознание от неожиданности, и это становится серьёзным аргументом против его мастерства детектива, которому он готов с охотой проиграть. Когда Джон, протянув к нему руку, неуверенно и с нежностью касается его лица, сердце Шерлока поёт; он сталкивается с очевидной неточностью определения, что он − социопат. Шерлок всё ещё может быть наркоманом, но теперь его любимый наркотик − Джон. Поёрзав на диване, Шерлок осторожно и медленно укладывает спящего Джона рядом с собой поудобнее. Не годится, чтобы больное плечо Джона затекло. Тихонько вздохнув, Джон во сне зарывается пальцами в волосы Шерлока, и он тает от любви. Эта серия сентиментальных размышлений сама по себе является доказательством. Сейчас Шерлок − совсем другой человек. Буквы его имени, возможно, и остались прежними, но изменилось их смысловое наполнение. Шерлок теперь любит до безумия.