Непристойное предложение

После Странногедона, перевернувшего жизнь в долине, двери поместья Нортвест очень быстро открылись для простых жителей Гравити Фолз. Особняк перешёл в пользование старика МакГаккета, но уже скоро был снова выкуплен семейством Нортвест, восстановившим своё состояние. Как ни крути, а Престон действительно умеет делать деньги, даже из воздуха. Фиддлфорда уговаривали не возвращать дом из вредности, но Нортвесты предложили взамен напичканную до краёв инновационной техникой усадьбу в другом месте, и тот уступил. Тяжёлые ворота поместья закрылись вновь, чтобы быть открытыми для населения Гравити Фолз очень и очень нескоро, но тем не менее момент настал, и Диппер был, как когда-то, шесть лет назад, задушен галстуком-бабочкой и вдавлен в дорогущий чёрный смокинг. Парень недоумённо всматривался в счастливое лицо хозяйки торжества и гадал, к чему весь этот пышно обставленный спектакль: она пригласила всех жителей, и сейчас изрядно подвыпившая публика затаптывала любимые дизайнерские ковры её родителей. Благо, те не могли это видеть воочию: глава семейства, прихватив жену и почему-то оставив дочь, поехал заключать какой-то супер-секретный и гипер-важный контракт. Посёлок гудел об этом не один месяц, поговаривали, что Нортвесты вообще собираются покинуть долину и перебраться куда-то в более цивилизованные места. Что уж скрывать, почти все надеялись, что так и есть. Почти. Диппер с беспокойством смотрел, как блондинка резво опустошает уже неизвестно какой по счёту бокал вина, дорогого и жутко старого, как и всё в этом доме. На самом деле всё. И варварские патриархальные порядки, прикрытые благородным лоском, тоже. Нельзя сказать, что на публике отношения с Пасификой сильно улучшились, она никак не могла заставить себя противостоять родителям, но кое-что всё-таки поменялось. И именно это кое-что сейчас не давало Дипперу наслаждаться разгулом, вместо этого он ожидал чего-то очень неприятного. Мэйбл бы выразилась более конкретно, списав беспокойство на предчувствие её левой пятки или ноздри, но то Мэйбл — Диппер подобным не страдал, а ощущения не отпускали. В конце концов Пайнс пришёл к выводу, что зудели у него всё-таки мозги, где-то в районе, предназначенном для логического мышления, ну и кое-где в эмоциональной зоне тоже немножечко ныло. Можно было бы попросить «подуть» на нужное место сестру каким-нибудь карамельным дыханием оптимизма, но та не далеко ушла от Пасифики, заливая в очередной раз разбитое сердце, точнее «взорванное на куски», как она выразилась, потому что парнем, которому так и не суждено было сбыться, в этот раз, стал пиротехник. В голове что-то щёлкнуло: вот же оно! Пасифика пытается забыться! Только вот почему? Что такого могло случиться, что она почти пустила родовое гнездо под снос?! Заплутав в лабиринтах размышлений, Диппер не сразу понял, что излишне пристально разглядывает хозяйку вечера, зато поняла она, и, на не гнущихся уже ногах, двинулась в его направлении, то и дело опасно пошатываясь на каблуках. Парень, печально взиравший на это жалкое шествие, успел только подставить руки, чтобы предотвратить встречу благородного лика Пасифики Элизы Нортвест с менее благородным ковром. — Вау! Ты настоящий джентльмен! — пьяно выдохнули спасителю в ухо и рассмеялись. — Может объяснишь, что происходит? — эта странная ситуация всё больше раздражала, не то чтобы они были очень близки, но недавние тайные вылазки на природу с «экскурсоводом» стали заканчиваться всё любопытнее для молодых людей, и, хотя Диппер ещё не определился, хочет ли он ступать на скользкий путь познания женской природы Пасифики, на данный момент, его очень интересовало, что творится в голове несговорчивой блондинки. — Веселье, Дипп! Веселье! И ничего больше! Перестань занудствовать, и лучше выпей! А может, Сэр Большой ковш, желает «посадить» одну «сосенку» на северо-западном тихоокеанском «побережье»? — Дипперу показалось, что ему дали под дых. И видимо не ему одному, потому что стоящая неподалёку, и всё слышащая Венди решила выйти на защиту чести своего друга: — Пасифика! — но была остановлена слишком выразительным взглядом, намекавшим на то, что в спасении не нуждаются. Пожав плечиками в стиле: «Я тебя не понимаю, но раз ты настаиваешь, то разбирайся сам… Надеюсь ты знаешь, что делаешь…», — девушка демонстративно отвернулась. — Сэр «Большой»?! Да как ты смеешь?! — пьяная Мэйбл с опозданием отреагировала на знакомое с детских споров слово, но была тут же остановлена более взрослой и трезвой подругой. — Она не о росте, Мэйбл! — буркнула Кордрой. — Гы-гы, а я знаю о чём! Вот у… — Вот и молчи, Гренда! — поспешила прервать женские откровения подвыпившей будущей баронессы фон Фундшаузер, Венди, и, подхватив обеих подруг подмышки, потащила их в другой конец зала, где Кэнди в очередной раз попала в ловушку сладкого и пряного. Пасифика только фыркнула провожая их взглядом: — Какие мы, оказывается, нежные… Официант! — но рука, потянувшаяся к очередному бокалу, была быстро перехвачена: — Извините, но Леди уже достаточно выпила. — Ничего не… — А я сказал, что тебе хватит! — кажется Диппер и сам не до конца понимал что делает, когда при всех взваливал брыкающуюся Нортвест себе на плечо, и под удивлёнными взглядами тащил на второй этаж. Когда они наконец остановились у дверей её комнаты, Пасифика хмыкнула: — Решил всё-таки воспользоваться предложением? — ответом ей стал щелчок ручки открывающей дверь, после чего девушку торопливо внесли в комнату и сгрузили в постель, как мешок картошки. Бросив почти злобное: «Протрезвей!» — Диппер решительно вышел из комнаты, громко хлопнув дверью, и собирался было уже вернуться к гостям и сестре, которую тоже неплохо было бы уже остановить, но услышал сдавленные рыдания. Парень закатил глаза и протяжно застонал — женские слёзы, это не то, что ему было нужно. Неуверенно протоптавшись под дверью пару минут, Диппер всё-таки рискнул взяться за ручку, но прежде чем войти, предварительно успокоил себя вслух: — Спокойно, Диппер, это всего лишь Пасифика… — и распахнул дверь. — Послушай, мне правда хочется понять, что с тобой происходит. Поэтому, я сейчас, скажу Венди отвести домой Мэйбл и вернусь, — и, не дожидаясь какого-либо ответа, Пайнс срочно снова закрыл дверь.

***

Почему он именно бежал назад, Диппер не ответил бы и самому себе. Ему казалось, что как только откроет дверь в комнату, то девушки там может и не быть. Кто его знает почему? С Пасификой всё было «не слава богу», как с Мэйбл, только не так. Потная от волнения ладонь легла на ручку и замерла: «может не стоит», но он всё-таки открыл дверь, Нортвест была ровно там же, где он её и оставил. В шёлковом платье, на шёлковых простынях она напоминала дорогую коллекционную куклу, она всегда её напоминала, но в лунном свете бледная и с потёкшей тушью особенно. Немного пугающе-потусторонняя, но прекрасная. Эта мысль Дипперу не понравилась. Женская красота — не его специальность. Да даже, если ему кто-то и нравился, то это были всегда куда более приземлённые типажи, вроде яркой и живой Венди или рассудительной Кэнди, но не Пасифика… Не Пасифика. Пасифики в этом списке быть не должно, но она была. — Ну, чего встал! — грубо окликнула его девушка. — Не понимаю зачем ты вообще вернулся… — Э-э… Ну-у… — Антилопа Гну! — не выдержала блондинка и снова уткнулась в подушки. — Уходи! — Никуда я не уйду, пока ты объяснишь мне в чём причина этого разгула! — Меня продали. Теперь ты знаешь. Можешь идти, — небрежно махнула Пасифика ладонью в сторону выхода. — Как это? — Развернуться, взяться за ручку, открыть… — Я не об этом! — А я об этом! И вообще, это не твоё дело! — развернулась девушка на кровати, снова падая лицом в шёлк. Пайнс заскрежетал зубами и схватился за ручку, но внезапно развернулся снова. — Что ж, я принимаю твоё предложение! — Какое? А… — запоздало вспомнила Пасифика, — Диппер, давай посмотрим правде в глаза, ты слишком правильный для такого… Ты даже трезвый! Единственный на вечеринке, где ужрались буквально все! Я действительно перебрала раз предложила именно тебе… — на мгновение в комнате повисла тишина, не предвещая ничего хорошего, задёргавшаяся бровь парня, подавала предупреждающие сигналы, но Нортвест только пренебрежительно фыркнула. — Что ж… — Пайнс развернулся к двери, но вместо того, чтобы уйти — щёлкнул замком, — Я ужасно скучный, — сдёрнул бабочку, — занудный, — кинул на пуф, снятый пиджак, — дотошный, — шибанул первый ботинок в угол, — и предсказуемый, — полетел второй. — Но сегодня во мне проснулась частица внезапности, — продолжал он менторским тоном, расстёгивая пуговицы на рубашке, — и решил соблазниться пьяной стервой в депрессии, — стрельнул взглядом на кровать, на которой почему-то начала отползать к стенке, внезапно протрезвевшая Пасифика. — Т-ты же не серьёзно… Я буду, кричать! — начала обкладываться подушками и подтягивать одеяло, выстраивая барикаду. — Вперёд! Все всё равно «ужрались», как ты выразилась, в хлам… — Д-дипер… — Я слушаю, — угрожающе навис парень над своей жертвой. — Какой же ты въедливый! — бросила она ему в лицо подушкой. — Кажется я забыл про брюки… — Ладно-ладно! Ты же знаешь, какие слухи сейчас ходят… В общем, помимо слияния, меня выдают замуж за сына владельца… И… Я не хочу! — Так скажи об этом родителям! — негодовал Диппер. Конечно он помнил, насколько тяжело ей давалось это противостояние, но неужели даже в такой ситуации, она всё ещё собиралась терпеть? — Уже сказала! Папа пообещал лишить меня средств к существованию и наследства. А я… Я без денег не проживу! Я не привыкла по-другому! Посмотри на меня — ты можешь представить меня в одежде масс-пошива и задрыпанной среднестатистической хибарке?! — В розовой походной палатке вполне. Что, если ты внезапно пропадёшь в лесах? — задумчиво потирая подбородок выдал парень. — Ты предлагаешь сбежать? — Я предлагаю тебе экспедицию по восполнению популяции гигантской секвойи, — плюхнулся Диппер наконец на кровать рядом с ней. — Фу-у-у… какая же скука, — закатила девушка глаза. — Не я первый начал угрожать «лесопосадками», — многозначительно воззрился он на Пасифику. — Ты просто не успела прочувствовать дух природы! — Мне кажется у меня был стол из спила в одной из усадеб… — Это не то. Пока тебя не будет, возможно твои родители переосмыслят контракт. К тому же, никто не будет искать Нортвест в лесу… — усмехнулся Пайнс. — В чём-то ты прав. Знаешь, ты иногда бываешь… мил… ничего, — Пасифика скользнула взглядом по полуголому соседу и шумно вздохнув, порывисто присосалась к его губам. — Мф… Какого?! — возмущенно уставился на неё раскрасневшийся Диппер, как только его выпустили из удушающих объятий. — Это такое «спасибо», ботаник! Кстати, — она наклонилась к самому уху, вдавливая его бюстом в матрас, — у тебя встал…