Ты будешь танцевать со мной

2003 год - Не слышала раньше этой композиции, - в потрепанные временем двери музыкального класса вошла девушка со спортивной сумкой на перевес. – Ваша? - Да, - не отрываясь от клавиш фортепиано и не открывая глаза, коротко ответил Энитан Ньюман, медленно кивнув головой. Молодой преподаватель чикагской школы искусств сидел спиной к девушке и четко ощущал на себе заинтересованный взор стального цвета ее глаз. - Началось все с импровизации Ллойда Веббера.. – он наиграл первые ноты главной композиции «Призрака оперы», - как прошло выступление? – Музыка замолкла, а мужчина крутанулся на стуле, поворачиваясь к своей ученице. - Как всегда, - пожала плечами девушка, скидывая сумку на один из стульев и поправляя свои идеально прямые, медного цвета, волосы, что достигали ей до лопаток. – Как всегда великолепно, - Лилиан победно улыбнулась и села напротив Ньюмана. - Кто бы сомневался, - похлопал Энитан, сдержанно улыбаясь, - готова хоть к уроку? Или устала? - Устала, но готова, - Сняв куртку, девушка немного размяла пальцы, встала, взяла стул и подсела к своему негласному преподавателю, который давал ей бесплатные уроки музыки. Лилиан уже очень много раз настаивала, чтобы она оплачивала эти уроки, но Энитан был непреклонен. Однажды он увидел, как некая незнакомая девушка, которую он ни разу не видел среди своих учеников, сидела в его классе, в то время когда школа почти совсем опустела, и в слезах пыталась неумело что-то выдавить из фортепиано, но с каждой неудачной попыткой казалось, что девушка вот-вот разрыдается еще сильнее.. либо еще хуже – впадет в истерику. И тогда, не задавая никаких вопросов, он молча подсел к ней и стал играть, показывать положение рук, движения, учил слышать ноты. Энитан решил помочь выплескивать всю отрицательную энергию через музыку и Лилиан Стефенсон оказалась весьма способной ученицей, которая все схватывала на лету. К тому же, еще и начинающей балериной. Позже он узнал, что слезы те были вызваны давлением от родителей, они настаивали на том, чтобы их дочь стала встречаться с одним парнем, с кем в принципе ей этого не хотелось делать. Но идти наперекор людям, которые дали ей все, когда у нее не было ничего, даже собственного дома, не хотелось. И она искала утешение в пустом классе музыки старой государственной школы искусств Чикаго, где и начинала сначала учиться балетному танцу. Так они и познакомились. - Папа! Па! – Защебетал детский звонкий голосок, ворвавшийся в класс, прервав урок и поток воспоминаний Лилиан о своем прошлом. В помещение вбежала восьмилетняя миниатюрная девчушка с копной темных волнистых волос, держа перед собой коробку пончиков, которая казалась больше самой девочки. - Па.. о, Лилиан!!! – Увидев девушку, малышка кинулась в первую очередь к ней и крепко сжала ту в объятиях. – А ты будешь пончик? Там есть клубничный, ты любишь клубничные пончики? – Дарси так тараторила, что Лилиан не могла перестать улыбаться. - Думаю, мой преподаватель по балету не оценит пончика в моем рационе, - мягко проговорила Лилиан, посадив девочку себе на колени. - Вот вы где, все в сборе, как и всегда, - в класс вошла мама Дарси и тепло обвела всех взглядом. - А где же нам еще быть, - Энитан подошел к жене, по пути потрепав дочь по волосам, и коснулся губами щеки миссис Ньюман. – Кажется, что сейчас мои пончики станут уже не моими, - мужчина улыбнулся и весело посмотрел на дочь и ученицу, которые уже что-то оживленно обсуждали. - А мы ничего не скажем твоей преподавательнице, - тихо проговорила Дарси, с надеждой глядя на Лилиан. - Обещаешь? – Девушка заглянула в карие глаза Дарси. - Зуб даю! - Уговорила, - подмигнула Лилиан, - клубничный мой значит.

***

2004 год О смерти Энитана Ньюмана Лилиан узнала от родителей, когда находилась на обучении в парижской балетной школе. Она порывалась приехать в родной Чикаго, проститься с Энитаном, поддержать его семью, но родители запретили ей приезжать и пропускать занятия и выступления в Париже. Они вложили в свою дочь много сил и денег и не собирались терпеть, чтобы это все летело на ветер. Лилиан разрывало на части, она не могла сосредоточиться на занятиях, концертах, плюс ко всему к ней прилетел Бенджамин.. по наводке родителей, конечно же. Они решили, что он ее утешит, успокоит, и ее бесконечные звонки им и метания прекратятся.. но этот парень, которого сосватали ей из-за бизнеса отца с его отцом, только еще больше усугублял ситуацию. Его она хотела видеть в последнюю очередь.. И все-таки, пойдя против родителей, Лилиан вырвалась в Чикаго. Хотя бы на пару дней. Она даже не сказала об этом родителям.. все прошло в тайне от них и те до сегодняшнего дня так и не узнали, что их дочь была в Чикаго, когда должна была находиться в Париже. А Бенджамин покорно ждал ее возвращения во Францию. Она успела на похороны. Успела попрощаться с учителем, которого провожала вся школа. А Дарси.. Дарси крепко вцепилась в тот день за Лилиан и не отпускала ту, что Барбаре Ньюман ничего другого не пришло в голову, как предложить Лилиан переночевать у них. Когда Лилиан улетала обратно в Париж, она понимала, что может потерять этих людей навсегда. Их связывал только Энитан.. А теперь Лилиан в другом городе строит карьеру балерины и в ближайшие несколько лет точно не сможет появиться в Чикаго.. Так и случилось. Последнюю мелодию, что они разучили с Энитаном была мелодия, которую он посвятил своей дочери. И именно отрывок этой мелодии Лилиан услышала, перед дверьми своего балетного класса. И уже, когда Дарси назвала свою фамилию, пазл сложился в полноценную картину. Она узнала ее.. она вспомнила ее. Ту маленькую девчушку, которую видела несколько раз в неделю на протяжении года. Которую забыла на долгие года.. И вот сейчас эта выросшая девчушка, с теми же ясными карими глазами, но уже со шрамом, который украшал ее лицо.. стояла и яростно сверлила ее своим взглядом тяжело дыша.. требуя объяснений, которых Лилиан не могла дать. Боялась. Боялась предать Энитана. Того, кто поднял Лилиан со дна, кто появился в ее жизни в самый нужный момент. - Я не могу.. – Прошептала Стефенсон, тяжело сглотнув подступивший к горлу ком. - Что ты не можешь? – Так же тихо спросила Дарси, нервно теребя рукав своего пиджака. - Это сложно.. Прости.. Прости, что вела так себя с тобой.. Прости, что.. – Лилиан не знала, как извиниться за свое поведение. - Что завлекла? Что была такой сексуальной со мной и манящей?? – Вырвалось у Дарси. - Да. – Стефенсон отвела взгляд, боясь смотреть девушке в глаза, потому, что ее разрывало от чувств к ней.. чувств старых, тех, что вновь заиграли красками, когда она вспомнила ее, и новых. Дарси, набравшись смелости, шагнула ближе к Лилиан. Она не знала, как вести себя с ней. Не знала, что делать. Но знала одно – ее, как магнитом, тянуло к этой женщине. И дело даже не в скудной сексуальной жизни.. здесь крылось нечто большее, в чем Дарси еще предстоит разобраться. - Не надо. Чтобы ты не намеревалась сделать – это будет ошибкой.. – Лилиан понимала, что нужно сделать шаг, увеличить расстояние между ними, но так и не двинулась с места. Еще немного и расстояние между ними станет непозволительно близким, наэлектризованным.. но внезапный звонок антракта заставил обеих вздрогнуть от неожиданности. Двери зрительного зала распахнулись, толпа зрителей повалила наружу, кто-то окликнул Дарси, на что девушка машинально повернулась, а когда она снова повернула голову обратно, то Лилиан уже не было рядом.. Смешавшись с толпой, Стефенсон, забрав свое пальто из гардероба, почти бежала до парковки, промокая от осеннего дождя, капли которого смешивались со слезами женщины.