Эра Силы

Юная джедайка сверлила меня недовольным взглядом. Я же стояла в её комнате и перетряхивала гардероб. Ой не густо у неё с одеждой, ой не густо. Но всё же. – А это что? – Это юбка. Мальчики такое не носят. – Хм… Но она же удобнее штанов, разве нет? – посмотрела я на неё. – Мальчики… – Я ещё не мальчик, – отмахнулась я, создавая копию этой самой шмотки у себя на талии. – Ниже, – приложила руку к лицу Лисента, – вот так, – она поправила эту штуку, – вот так лучше. – О, спасибо, – я повернулась к ней, – хм. И правда удобная. – Ты вообще самый странный разумный, которого я встречала. Я не могу почувствовать, какого ты пола. – Я анг. – Это не объяснение. – Это самое исчерпывающее объяснение, – хмыкнула я, – большинство известных мне культур подразумевают свободу выбора в личных отношениях и профессии у подрастающего существа. Анг свободны в своём выборе практически абсолютно, – я топнула ногой, – Эх, – вздохнула, – ладно, давай объясню. Вы, двуполые, имеете строение мозга, которое отличается у мужчин и женщин, что обуславливает различия в мышлении. Мозг анга состоит из двух полушарий, каждое из которых является полноценным, состоящим из двух половин. – Э… – Лисента удивлённо распахнула глаза, – но у большинства разумных существ мозг состоит из двух частей. – Это верно. Но у нашей расы каждая из этих частей имеет уникальные особенности и является полноценным мозгом. Существовали даже прецеденты, когда критическое повреждение одного полушария никак не влияло на функциональность, разумность и память особи. Можно сказать, что одно полушарие мужское, другое женское. Они действуют синхронно, и информация поступает сразу в оба. Первое отвечает за логику, математические операции и структурирование информации, второе – за эмоции, чувства, интуицию, восприятие, и является женским. Поэтому я воспринимаю мир как мужчина и женщина одновременно. – А… – Она внезапно осеклась, – можно нескромный вопрос? Ты детей иметь можешь? – Ну… могу. Вполне себе. Репродуктивный механизм Анга уникален и так же легко адаптируется к партнёру, как и пол. – То есть… формально, ты можешь иметь детей. Как мужчина или как женщина? Я только вздохнула: – И так и так. – Это как? – удивилась она, – у тебя что, и то и то есть? – Ты про репродуктивные органы? – я склонила голову набок и улыбнулась. Лисента покраснела. – Ну… да. Там же не только какие-то маленькие органы нужны… – Для Анга не менее удивительным является то, как относительно статичные двуполые существа, вроде вас, со временем изменяются – у девочек растёт грудь, у мальчиков изменяется голос. Если ты об этом, – я немного утомилась от этого разговора. Никогда не думала, что для этих человеков вопрос пола имеет такое важное значение. Или это для этой девочки отдельно? – Лично мне не хочется прямо сейчас заниматься спариванием, поэтому я отложила этот вопрос на потом, – предупредила я её, – но мне нравится то, что я могу понимать женщин и мужчин в равной мере, не ограничивая себя половой ролью и стереотипами. Мне нравится и то, что характерно мужчинам и то, что характерно женщинам, если ты об этом. Я пока не могу определиться и сделать свой выбор. Между нами говоря, я не очень то и хочу его делать, будучи не связанным поведенческими стереотипами. – Это ты о чём? – Лисета села на свою кровать, подобрала под себя ноги и уставилась на меня, сложив руки на груди. – Как бы тебе объяснить… это сложно объяснить двуполому существу. Да что там – это практически невозможно. Вы пытаетесь всё отнести к одному полу, чтобы была ясность. – Ну не надо, в галактике великое множество рас, которые могут менять пол. Хотя бы те же хатты. И таких сотни, если не тысячи. – Я не знаю о ком ты. Расы-перевёртыши, как правило, имеют одну особенность – их сознание является не мужским и не женским, а стабильно-средним. То есть, становясь мужчиной или женщиной, у них только чуть-чуть меняется тело, или вовсе никак не меняется. Они же по сути являются неким средним существом. Анги отличаются от них тем, что есть мужское и женское начало, которые сосуществуют в одном существе. И они оба активны, при этом они чётко разделены. Моё сознание это не сознание мужчины, женщины или гермафродита, просто существую я-мужчина, я-женщина, и в зависимости от обстановки, ситуации, задачи, собственных чувств или партнёра, одно из этих сознаний выйдет на первую роль. – Хм… Вроде я начинаю понимать. – В таком вот духе, – махнула я рукой, – Поскольку половины мозга Анга являются синхронными, но разделёнными, то они могут работать несинхронно. – Это как? – удивилась Лисетта. – О, это очень просто. Я занимался недавно созданием себе спутника-дроида, и поскольку жуть как утомился, мозги расплавились от нагрузки, я заснул. И мужская половина моего разума, которая любит всякую технику, знания, расчёты и прочую науку, сейчас спит и отдыхает от нагрузки. – Это… – у Лисетты глаза на лоб полезли. – Примерно так. Ты сейчас разговариваешь с девушкой. А мне захотелось узнать, во что у вас тут одеваются, и прилично одеться, – я вздохнула, – мальчики совершенно не понимают важность красоты. – Ну не скажи, – вступилась за них юная джедайка, – ты, кстати, очень красивый. Ну… – она покраснела, – по меркам людей. Милый. – Правда? – я склонил голову набок, – почему? – Ну у тебя милый вид. Я посмотрел с сомнением на себя в зеркало. Если сравнивать с человеком – у меня более хрупкое строение тела, худощавое, стройное, волосы до плеч, серебристо-серые, глаза чуть больше обычных человеческих, примерно на пятьдесят процентов, и слегка раскосые, как у учителя Мо, только другой формы. Уши не длиннее человеческих, просто растут не в стороны, как у людей, а более прижаты к голове, и не имеют такой ярко выраженной ушной раковины из хряща. Сверху чуть заострённые. В остальном… Хм… – Правда? – Ну не знаю, – Лисетта так смутилась, – у тебя большие выразительные глазищи. Красивые волосы, стройное тело, и вообще, с такой внешностью как у тебя – можно соблазнять как девушек, так и мальчиков. – Хм… – я прищурилась, – приятно слышать. Трудно найти существо в галактике, которое не хотело бы нравиться другим. – Ладно, – Лисетта выпрямилась, – высочайше разрешаю тебе впредь лежать на моей груди. – Правда? Когда проснётся вторая половина, это несказанно меня обрадует. – Э? А чего это когда «он» проснётся? – Ему нравится. У женщин-Ангов не бывает такой пышной груди, как у тебя. А она мягкая и упругая, – я сделала руками жест, словно что-то сжимаю. Лисетта тут же закрыла грудь руками. – Но-но! – предупредительно сказала она. – Да ладно тебе, я же шучу. У наших женщин правда не бывает большой груди. Никогда. А мне почему-то понравилась именно твоя. Она пышная, упругая, такая мягкая и тёплая, – я обхватила себя руками, блаженно зажмурившись, вгоняя во всё большую и большую краску Лисетту, – прямо нежная как облачко. – Да ну тебя! – крайнее смущение переросло у неё в показной гнев. – О, не сердись, это был комплимент. – Извращенцы. Одинаковые. – Ну мы же одно целое, – невинно ответила я, – вот что, подруга, помоги ка мне лучше одеться. У вас тут так много разной одежды, что у меня аж слюнки потекли. – Правда? – Лисетта быстро сменила тему, – а что, так понравилось? – Не то слово. В нашей империи, конечно, тоже было немало, но старые пердуны, прожившие по пятьдесят тысяч лет, едва ли вообще заботились, во что они одеты, – грустно вздохнула я, – а кто помоложе – на них равнялся, так что такого буйства мод и красок не было. К сожалению. – Пятьдесят тысяч? – у Лисетты по-моему, отвисла челюсть, – сколько? – Ну до этого возраста редко кто доживает. Даже двадцать тысяч лет – уже очень почтенный возраст, – скромно потупила я взор, – но ты не волнуйся, я не настолько стара. Мне всего то три сотни, с хвостиком. – Обалдеть, – моргнула Лисетта, – вот уж правда долгоживущие. А я думала что Йода старик. – Йода? – Глава ордена джедаев. Ему уже почти тысяча лет. – Ну, это довольно большой возраст для обычного существа, не связанного с Деосом. Даже очень большой. – Ага… – Лисетта всё ещё отходила, – Ты говорила… тебя ведь теперь можно называть в женском роде? – Да. Мужская половинка ушла в сон надолго. Он создал что-то действительно не по своему уровню, теперь расплачивается за свою глупость. – Хорошо. Ты говорила, что тебе интересна мода? – она слегка прищурилась, – Слушай, а у тебя деньги есть? – Деньги? Конечно. Но я боюсь, они устарели задолго до появления вашей республики. Лисента нахмурилась, опустив голову. Я тоже. Каждое живое существо, будь то мужчина или женщина, хочет быть красивым и нравиться другим. Это природа. Но конкретно меня это касалось прямо сейчас в бОльшей мере, чем не сейчас, когда мужская часть сознания бодрствует и доминирует. Нравиться другим, вызывать восхищённые взгляды и вздохи в спину, завистливые или радостные – вот что я хочу, как и любая девушка в тайне желает этого. Некоторых мальчишек тоже за уши не вытащить из тренировочных залов, где они закаляют тело, а некоторые так уходят в слепое накопление силы, что проводят целые века, тренируя свои способности деоса. * * * * * В коридорах корабля пахло очень специфически. Фильтрованный воздух, смешивающийся с испарениями различных систем. Идя по стеночке, я едва касался пальцами ровной, слегка шершавой, матово-белой поверхности стены. Погрузившись в собственные ощущения, так глубоко, что мог, наверное, почувствовать на этой стене жар от того времени, когда она была ещё расплавленным металлом. Она молодая – ей всего двадцать лет, но металл, из которого она сделана – был частью горной породы – от неё исходила холодная, монументальная уверенность. До сих пор не выветрившаяся. Едва касаясь стены пальцами, я повернулся вокруг своей оси и прижался, когда мимо меня по коридору проехал маленький астродроид. Он совершенно не обратил на меня внимание. Эти дроиды – механические рабы, служащие людям и прочим расам галактики. Не стоит жалеть этих существ – от механизма их отличает только относительная самостоятельность. Но даже так – они всего лишь имитация жизни. Её неудачная копия, если так будет угодно. Заметив, что задумавшись я прижался спиной к холодной стене, я отпрянул от неё и пошёл дальше. Корабль был не то чтобы очень большим внешне, но внутри… Изнутри он казался гораздо просторней, чем снаружи. Меня захватила грусть – я оставил не только своё время, но и целый свой мир. Целую вселенную – и сейчас, здесь, чувствовал, что появился не просто в другом времени, а в совершенно другой реальности. Эти люди никогда меня не понимали и не поймут, наверное, но я им чужой. Нечто совершенно чужое для них всех. Предаваясь серому унынию, я увеличил свою синхронизацию с деосом, позволяя себе погрузиться в совершенно другую вселенную, что всегда была со мной. Эти люди… Да, они только на пороге открытия самого Деоса и природы той Силы, о которой они говорили. Он был здесь – деос. Он был всегда и везде, и нигде. Истинная его сила неизмерима и непостижима, мудрейшие из нас не могли приблизиться к границам его возможностей – куда уж жалкому недоучке в моём лице. Деос – мир души, она есть у всего – живого и неживого, даже механизмы имели своё отражение в нём. Это изнанка реальности – отражающая всё то, что есть на лицевой стороне, но абсолютно иначе, и манипулируя им, можно творить вещи, недосягаемые для простых существ. Но этого никто кроме меня не знает. Сейчас. Сейчас я им кажусь просто очень странным существом, пользователем Силы, небывалой мощи, который должен быть привезён в храм тех, кто поклоняется Силе. Для них это так же верно, как для старого рыбака принести домой драгоценный камень. Я грустно вздохнул – сейчас было самое время начать развиваться. Мне нужно избавиться от своих недостатков. Иногда на меня нападало такое желание – немедленно начать тренироваться и стать лучше. Но сейчас у меня не было другого выбора – не было ни учителей, которые меня понукали, ни родителей, которые так же требовали, чтобы я учился усердней, но теперь они мне не нужны. Теперь тот злобный засранец, который заставляет меня учиться, тренироваться и не даёт отдыхать и лениться – я сам. Дожил до этого момента, – криво усмехнулся я. Пока я в задумчивости шёл, дошёл до центрального помещения – это было большое, прямое помещение. На диване в небольшом углублении обычно сидел мастер Мо. Интересно, что могли бы сказать джедаи о агрессивной форме пользователей деоса? Так же, как простым смертным кажутся чудом их возможности, так и мои должны показаться им – энергия деоса может принимать столько разных форм, что нельзя, наверное, даже приблизительно сказать, что может случиться в следующий момент. Я стряхнул с себя остатки сонливости и недовольства – если меня попытаются тут захватить и удерживать силой – их ждёт большой сюрприз. Я уже почти закончил своего автоматона. Когда закончу окончательно – его боевая мощь превысит все их ожидания. Но это ничто по сравнению с возможностями деоса. Простым смертным никогда не суждено будет постичь его – их разум слишком примитивен, слишком слаб, чтобы выдержать это. Пока что у меня не было оказии продемонстрировать легендарный ум ангов, который превосходит возможности сознания людей и выходит за рамки биологических ограничений. Но гордиться этим умом – последнее дело, его нужно употребить с пользой, иначе это будет гениальный ум, доставшийся дураку. По моей коже пробежал недовольный холодок – я чувствовал слабое покалывание через Деос. Это было неприятное ощущение. Не понимая, в чём дело, я заглянул через деос в будущее. Одна из самых сложных техник, которая пока что недоступна мне в полном объёме – предвидение. К сожалению, чем лучше развито предвидение, тем более чётким и вероятным будет видно будущее. Наверное, у симбионтов-людей тоже есть такая способность, но они могут видеть только через нижний план деоса. Расслабился и постарался заглянуть за ту завесу, что отделяла настоящее от будущего – туда, куда никому не велено заглядывать. Куда опасно заглядывать неподготовленному или слабому существу. Я увидел расплывчатое ощущение опасности, увидел яркие отблески пламени, почувствовал запах гари и слабый отблеск опасности. Слабый, но весьма чёткий. Вибрации деоса были однозначны – я вернулся в реальность, не разрывая связь окончательно, и быстрым шагом направился в свою каюту, где покоился мой недоделанный автоматон. Теперь мною завладело новое состояние – предвкушающего возбуждения. Движения стали быстрыми, чёткими, словно я наблюдал за собой со стороны. Я понял, что размышления и медлительность уже закончились. Преодолев барьер нерешительности, я сам не осознал, как, но подхватил через деос своего автоматона и когда он взлетел в воздух – удивился тому, какими чёткими и решительными были мои посылы и движения, повинуясь моей воле, автоматон начал собираться воедино – его кубическое тело из соларита, двигатели по бокам, мощное орудие в передней части и ноктилитовое нейтронное ядро, дающее ему чудовищную энергию. Не было времени на глупости и на размышления, на сомнения и страх, не было его и для спешки. Быстрыми, механическими движениями установив последнюю деталь, я запустил в своего автоматона четыре стигмата, обеспечивающие ему прямую связь со мной и защиту от взлома, вдыхающие в него некое жалкое подобие жизни. Не успев упасть на пол, он с жужжанием завис на уровне пояса, после чего поднялся выше моего роста и подлетел ко мне, зависнув у меня за правым плечом. Резко развернувшись, я не мог скрыть слабую предвкушающую дрожь – чувство опасности, которое я ощутил, всё больше усиливалось. Я поспешил в кают-компанию и повинуясь моей воле, автоматон стукнулся пару раз о дверь каюты мастера мо и потом – в дверь его ученицы. Я же в это время запустил руки в пространственный разлом. Были некоторые вещи, которые я носил с собой и никогда с ними не расставался – подарок отца на моё трёхсотлетие. Пальцы ощутили её теплоту – это была необычная броня. Она походила на одежду – облегающий костюм, скинув с себя то, что я на себя напялил вместе с Лисеттой, я поспешил облачиться в этот костюм. Он был сделан из прочной, даже в чём-то плохо гибкой ткани, толщиной в палец на груди, спине и с боков. Вышедший мастер Мо уставился на одевающегося меня, после чего сказал: – Ох, ты позвал нас сюда, чтобы похвастаться новым костюмом? Лисетта, что происходит? – Не знаю, мастер, – Лисетта посмотрела на меня и прищурилась, – хм… А тебе идёт. – Тихо там, – прервал я их, – нам грозит опасность. Я чувствую приближение опасности. Нужно немедленно подготовиться. – Опасность, – насмешливо сказал Мо, – и какая же опасность? – Не знаю. Я лишь чувствую. Я закончил облачаться. Рукава были отделены от остального тела, оставляя оголённые плечи, их закрывала защита от стигмата, установленного на броне. Хм… Так меня скорее всего примут за человеческую девочку, виной тому узкие облегающие штаны. Впрочем… Глубоко наплевать. Угроза становилась всё более и более явной. Из своей комнаты выбежал и мастер Мо, теперь он тоже что-то почувствовал. Я же готовился ко всему, что могло случиться – потянувшись к деосу, я сумел наложить на себя простую защитную конструкцию – слабый покров защиты. Он не то чтобы был действительно мощным – но значительно лучше, чем ничего. Из оружия помимо самого деоса, я вынул из своего пространственного кармана лёгкий энергетический пистолет. К сожалению, лучшего у меня пока не было… Если не считать автоматона, который вооружён значительно лучше меня. – Корабль идёт курсом перехвата, – раздался голос Мо на палубе, – Лисетта, защищай Аруру, любой ценой. – Слушаюсь, мастер, – ответила она в потолок. Лисетта подмигнула мне. Мягкая и добрая улыбка на её лице говорила о том, что мне не о чем волноваться. И в следующий миг случилось это… Удар и взрыв – я заметил только как полыхнуло со стороны потолка и меня отбросило взрывной волной – несколько долгих секунд я кувыркался – взрыв даже не снял защитный покров, но этого было достаточно. Что-то твёрдое ударилось мне в грудь и это был мой автоматон. Я остановил своё вращение благодаря ему. И увидел… Я был в открытом космосе – корабль, на который было совершено нападение, практически разбился пополам. Его задняя часть медленно, в ворохе обломков, отлетала в сторону, из разрыва сочился яркий свет. Его разломало пополам! В этот момент что-то с силой ударило по носовой части корабля, там, где была кабина. Я поднял взгляд – всего в паре километров от нас, был относительно большой корабль, с которого и стреляли. Яркий луч энергии ударил по носовой части корабля, на котором я летел, и я почувствовал, что мастер Мо мёртв. Каким бы сильным ни был джедай, пережить такое ему не под силу. Эти мрази знали, на кого нападают. Я был зол – все тревоги отступили на второй план, а перед глазами у меня ещё была улыбка Лисетты, которая стояла практически там, куда пришёлся первый выстрел. Почему мне так плохо? Это всего лишь два маленьких человека. Жизнь Анга длится тысячелетия, я бы увидел как они состарились и умерли очень скоро. Но всё равно, мне было отвратительно видеть, что я ничего не мог сделать. Мог ведь! Будь на моём месте воин или даже мастер – они могли бы сделать всё. Окружить корабль непробиваемым барьером, переместить его в пространстве, скрыть, что угодно… Мастер мог бы даже воскресить умершего, если его душа ещё не растворилась в Деосе, но я не мастер. Я всего лишь обычный мальчишка. Сын главы храмовой стражи, которого спасли, нарушив все запреты. Достоин ли я новой жизни, в которую так верили мои родители? Мысли эти пронеслись в моей голове в тысячу раз быстрее, чем нужно на их обдумывание низшим существам. И я разозлился. На себя и на других. – Автоматон. Лети к этим ублюдкам. Их корабль уже разворачивался. Ну нет, милые мои, я не дам вам так легко уйти, я не могу совершить ещё больше ошибок, чем сейчас. Так что настал черёд ответного хода. Повинуясь моим мыслям, автоматон завис перед моим лицом и когда я ухватился за него, полетел вперёд с огромной силой, таща меня за собой. Выставив руку, я импульсом силы расплавил себе проход во вражеский корабль и залетел внутрь. Теперь не уйдут! Вы ответите за всё! * * * * Судьба, постигшая несчастный корабль, была ужасна. Я не сдерживал себя ни капли – низшие существа были намного медленней физически-совершенного анга, намного примитивнее было и их мышление, не способное к быстрой реакции. Так что я выхватив пистолет, убивал их одного за другим. Без сожалений и жалости – против меня вышли некоторые из них, но ничто уже их не спасло. Они слабы, медлительны, а главное – деос. Зачерпнув из него энергию, словно ковшом воду из реки, я выставив руку, обрушил на них гром и молнии, огонь, замораживал их до состояния ледяных статуй и заставлял сгорать изнутри. Выстрелы тонули в выставленной защите, они старались закрыться от меня прочными переборками, расстрелять из своего оружия – одна попытка воспользоваться гранатой даже помогла. Внешнюю защиту снесло и меня отбросило в стену, но дальше этого дело не пошло – папина броня играючи выдержала удар, да и сам я был прочнее, чем эти человеки. Переборка, ведущая на мостик, была толстая, но какое это имело значение? Я выставил руку и образовал кольцо из энергии, которое поляризовал и мгновенно образовался круглый проход, вырезанный в прочном корпусе. Меня уже ждали – от дроидов я отмахнулся, впечатав их в стены и превратив в тонко смятые куски металла. Взгляд мой упал на людей – они боялись. Их страх словно липкий спрут, опутывал всё вокруг своими щупальцами, они выставили свои пистолеты и стреляли в мою сторону. Я взмахнул рукой и создал щит, который выдержал все выстрелы. На этот раз щит был не такой, как тонкая плёночка защиты. Но в этом искусстве мне было далеко даже до умений обычного взрослого анга. Увы. Я двигался вперёд, они продолжили стрелять, не имея никаких других возможностей к сопротивлению. В этот момент сквозь щит с моей стороны пулей промчался автоматон и выстрелил. Длинная очередь выстрелов разбросала людей, и выстрелы достали тех, кто прятался за углами, изредка высовывая руку с пистолетом, в надежде попасть в меня. Автоматон, как и я, не знал жалости и сожаления, он пронёсся в ворохе выстрелов и подавил их огнём – из его струи вырвался мощный поток импульсов, которые разрывали врагов на куски. С мрачным удовлетворением я посмотрел на это – попасть в автоматона получалось, но вот его тонкий энергетический щит легко гасил вражеские заряды и ответный огонь подавил врага ещё сильнее. Я мысленно заставил автоматона отправиться вперёд, игнорируя многочисленных оставшихся в живых – туда, на мостик, где должен быть главный на этой посудине. Поняв, что машина улетела, враги снова сконцентрировали огонь на мне, но на этот раз я уже не собирался просто стоять и смотреть на вспышки их зарядов на моём щите. Я бросился вперёд и выставив руки, ударил по ним кинетическим импульсом, который захватил всех и собрал в одну кучу, они бессильно цеплялись за стены и пол, пытаясь удержаться на месте. В этом случае я просто отрезал руки, тонкими кинетическими лезвиями. Собрав воедино кучу врагов, я закрыл их щитом и создал внутри огонь – яркий пламенный шар вспыхнул и на пол осыпался пепел. Это умение требует большой концентрации, так что применять её в бою быстро практически нереально… но если есть некоторое время подготовиться – то вполне возможно. * * * * Сопливая размазня я. Только и могу, что сидеть и реветь. И дёрнуло же меня вляпаться во всё это! И ещё эти эмоции, слёзы, никак не могут остановиться и поедают сердце изнутри. Ну почему двум джедаям не дали даже шанса на сопротивление? Почему едва я к кому-то начал привыкать – их тут же у меня отняли? И кто? Жалкая горстка низших существ, грязные и оборванные пираты, наёмники. Утирая слёзы и сопли, осталось только горевать об утрате – мне до сих пор было тяжело подняться. Убив последнего на корабле, который забаррикадировался на мостике, я просто съехал по стенке на пол и расплакался. Мне было плохо, слёзы никак не останавливались, а сердце щемило от болезненной утраты, встать и выпрмямиться для меня сейчас было бы гораздо труднее, чем поднять гору голыми руками. Поэтому положив голову на коленки, я плакал до тех пор, пока не почувствовал, что боль начала перерастать в новое качество. В самоедство. А всё произошло потому что я был слаб. Будь на моём месте даже пусть мой сверстник, но талантливый, трудолюбивый, учившийся и упорно тренировавшийся, то он бы смог и увидеть опасность раньше, и понять в чём она заключается, и дать отпор. Но… Всему виной моя лень и слабость. Они идут рука об руку. Я виноват в этом сам, и некого более винить, не на кого переводить стрелки – я виноват, что та улыбка была последней в жизни Лисетты. Она так весело смеялась, когда наряжала меня. Мастер Мо был немногословен, но мудр, он всегда точно отвечал на мои вопросы и слушал мои слова. Заглядевшись в прошлое, никто из нас не думал о проблемах – всё казалось уже позади. Особенно мне. Час, или день спустя, я поднялся. Мрачный взгляд на автоматона заставил того отшатнуться. Пусть это всего лишь металлический кубик с подобием крылышек, но он не смел ко мне приближаться. Он сжёг трупы, пленных не осталось. Я даже не сумел допросить их. Подойдя к окну, я посмотрел в космос – в его мрачной, холодной пустоте, уже удалившись от нас на приличное расстояние, летали останки уничтоженного космического корабля. Корабля джедаев. Я подумал пойти поискать тела, но передумал. Вряд ли от них что-то осталось. Оставить их останки космосу. Вечному, чтобы они миллионы лет странствовали по вселенной, в конце концов – упав на какую-нибудь звезду. Надо собраться. Тряпка. Мысленно отвесив себе пару оплеух, я подошёл к многочисленным пультам и терминалам, стоящим тут, и решил для начала разобраться, как это всё работает. Я бы починил прежний корабль – отправился, притащил два куска, восстановил детали, но… Если честно, я боялся, что могу найти там тела, а я не хотел их видеть. Я… слабак. Да, я слабак, трус. Корабль управлялся просто – в основном дроидом. Дроида не было. Уничтожен в ходе налёта. Повреждения не позволяли лететь дальше – здесь и воздуха то не было. Вышел весь через обшивку, давление почти нулевое. И если бы здесь были люди – они бы задохнулись. Но мне не нужно было дышать. Анги не дышат. Мы вообще не используем кислород в процессе жизнедеятельности – всё устроено сложнее, чем у людей, но… Мне уже не было до этого никакого дела. Взмахнув рукой, я заставил машины восстановиться – немного силы, немного упорства, вот и готово. На обшивку уже налепили нашлёпки маленькие дроиды. Существа с тарелкообразными головами, тоненькими руками и ногами, и бегающие по кораблю и не обращающие внимания ни на что… >>>О мечте автора - читай в примечаниях!>>>