Многоуровневый мир

      Жаркое утреннее солнце только встает из-за домов, чтобы осветить верхние этажи современных многоэтажек, в городе "B" как всегда безоблачное утро, лишь легкая белая дымка проглядывалась в голубом небе, отдаленно напоминая облака. Крыши домов слегка блестели в лучах утреннего солнца, а за окном все еще стояла абсолютная тишина, лишь робот-уборщик полз по тротуару, очищая дорогу, которую толком ничего и не загрязняло. Только не здесь, не в городе, где все расписано по часам, где для каждого есть маршрут, а лишнего мусора не существует благодаря системам очистки и самим людям, которые не посмеют загрязнять город, где на каждом углу камера и другие датчики, что легко отслеживают граждан для их же безопасности и сохранности чистоты в городе. Идеальный, словно сказка новой эры - город "B" процветал в своей идеологии.       Каждый день, за исключением выходных, все граждане встают в 8 часов утра по электронному будильнику, система включает кофеварку или чайник, при наличии робота - Вам даже сделают завтрак.        Джемин по этому самому будильнику встает, привыкший к этому с самого рождения, он словно по определенному алгоритму умывается, чистит зубы и затем идет забирать свой приятно пахнущий кофе из кофеварки. Утро. Такое же утро, как и 7314 таких же в прошлом, разве что в день своего рождения он навряд ли пил кофе.       Кофе на вкус как всегда прекрасный, вид за окном не хуже, пускай и не сменялся уже года три, но "время — всего лишь форма протекания физических и психических процессов, условие возможности изменения. Одно из основных понятий философии и физики, мера длительности существования всех объектов, характеристика последовательной смены их состояний в процессах и самих процессов, изменения и развития, а также одна из координат единого пространства-времени, представления о котором развиваются в теории относительности, которое не поддается воздействию, протекая строго из прошлого в настоящее, а затем — в будущее. По сути своей — что-то, неподдающееся мышлению, но очень ценное для человека из прошлого. Сейчас время не имело каких-то филосовских особенностей. Сейчас время — закон. Люди должны делать все по часам, идеально соблюдая график вплоть до секунд.       Абсолютно обычный день наступает и сегодня, если бы не стая белых голубей, пролетающих мимо окна Джемина. Парень смотрит на то, как птицы, цвета самой чистой жемчужины, пархают с одного дома на другой, а потом улетают в неизвестную ему сторону. На требуется несколько секунд, чтобы обработать информацию, после чего лицо искажается в эмоции самого настоящего ужаса. Чашка с кофе летит в раковину, там разбивается с характерным громким звуком, после чего система "умный дом" начинает вещать об опасности осколков и предлагает вызвать робота-уборщика, но Джемин не слушает.        Ему требуется меньше двадцати минут, чтобы одеть строгие брюки, рубашку, которую он застегивает криво и небрежно, хватает свой металлический чемодан, где хранился рабочий компьютер и не забывает в такой спешке зарегистрировать время, в которое вышел из квартиры, иначе полиция будет искать его через пару часов, хотя, и искать не надо, посмотрев по городским камерам, какого маршрута придерживался парень, а обнаружив — выпишет штраф за "незарегистрированный выход на улицу". Штрафы — плохо. А в том месте, где работает Джемин нужна идеальная репутация. В мире, где он живет — все должно быть идеально. Именно поэтому, садясь в лифт и смотрясь в зеркало, на зеркале высвечиваются проценты внешнего вида и показания к тому, что нужно исправить: застегнуть правильно пуговицы, заправить рубашку в брюки, причесать волосы. И Джемин выполняет эти указания, пока лифт не спустился.       Внизу ждет электромобиль, предпоследняя модель, графитового цвета и блестит так, словно натерта воском. Машины тут не пачкаются — что такое дожди люди могут узнать только в специальном парке, который называется "RAIN", где за символическую сумму можно погулять под искусственным дождем, поесть в кафе и даже искупаться. Другой грязи в городе тоже нет: роботы убирают дороги каждое утро и вечер, хотя мусору и пыли браться так же неоткуда.       Джемин говорит машине, что направляется он на работу, а та механическим голосом просит воздержаться от поездки из-за учащенного пульса и предлагает включить автопилот. Джемин соглашается, ибо в ручную все равно машиной не управляет вообще. Давно пора вбить в настройки "только автопилот", но он почему-то постоянно забывает, наверное, потому что у него редко бывает учащенный пульс.       Дорога по практически пустой дороге занимает минут пятнадцать, за это время, в самом деле, спокойнее Джемину не стало. Он уверен — перед его окном пролетела стая голубей. Это не проекция, не голограмма, даже не роботы, потому что механические животные по закону не могут находиться на улице, а сумасшедших, которые бы хотели за это штраф, точно нет.       На входе с На здоровается андроид, которого механик называет "Лукас", чего Джемин откровенно не понимает, потому что на бейджике четко написано "L011999СAS", а рабочим роботам давать имена нельзя. — Доброе утро, господин На, — голос отдает басом и Джемин уже привык к этому, хотя андроидам не свойственно говорить подобным тембром. Как объяснили механики, когда "Лукас" впервые сломался (точнее, в него врезалась тестовая модель электромобиля, поскольку раньше данный андроид был не охранником, а "испытателем"), его голосовые связки были повреждены и голос стал звучать ниже. Заменить их не было возможности, поскольку модель была в разработке, поэтому, его поставили на вход в качестве охраны, чтобы не утилизировать робота просто так, а дать ему "вторую жизнь", пока гарантия не закончится.       Джемин не здоровается в ответ, игнорирует слова про прерывистое дыхание и про то, что в случае подозрительной деятельности к нему может быть применена физическая сила, поэтому камеры будут следить за объектом пристальнее, На свою сетчатку глаза сканирует у большой двери и попадает в коридор, из которого потом проходит в помещении для штатных работников. Окружающие игнорируют состояние Джемина, хотя по нему видно, что он взволнован и даже напуган, а парень игнорирует всех остальных, проходя в другую комнату, где его тут же встречают холодным взглядом пара глаз черного цвета. — Доен, ты уже знаешь? — спрашивает с некой надеждой в глазах На, проходя глубже в комнату и садясь на свой стул за огромным экраном, сшитым из идеально тонких микросхем, что в общей сложности был толщиной 5см. Идеальные технологии, хотя, этот экран уже устарел. — Голуби? — уточняет холодным голосом темноволосый парень, снимая с головы портативный комьютер, устройство, что всего-то надо было вставить в ухо, а специальный сенсор закрепить на висках, чтобы техника синхронизировалась с чипом, вживленным в виски каждого жителя города "B" еще при рождении. — Да, — кивает На, одновременно с этим по отпечатку пальцев снимая блокировку со своего ноутбука, что он достал из чемодана. — Что тут делают настоящие животные? На земле же не осталось жи... — Займись своей работой, Джемин. Это в твои обязанности не входит, — перебивает его строгим тоном Доен, вставая за тем со стула. — Собрание сегодня в четыре, — последнее, что произносит темноволосый, прежде чем покинуть помещение, а Джемин затем на своем нейробраслете добавляет новую напоминалку о собрании. Только вот не смотря на то, что Доен всегда такой угрюмый, Джемину не спокойно.       К четырем часам На собрал свой чемодан с компьютером, вышел из комнаты, закончив отчеты к сроку, потому что иначе тут не бывает, ведь жизнь по часам расписана, а затем выходит из комнаты, вызывая лифт к верхним этажам. Только вот, не успевает он проехать и пару этажей вверх, лифт останавливается, система говорит о сбое. А потом, Джемин слышит то, что никогда бы не хотел услышать. — Внимание! Сбой в главном компьютере! Внимание! Сбой в главном компьютере! Просьба всех сохранять спокойствие, система скоро будет восстановлена... — механический женский голос продолжает вещать эту запись снова и снова, чем режет уши Джемина. Снова чувство страха. Такое, что чип, вживленный в мозг, не может блокировать его полностью, поэтому наручный браслет начинает противно пищать, говоря о том, что если его обладатель сейчас же не примет никаких мер, будет вызвана бригада скорой помощи. Скорая ему сейчас не поможет, и он вдыхает глубоко, затем выдыхает медленно, как советует система, пока над головой до сих пор звучит это до ужаса пугающее "сбой в главном компьютере". Потому что в нем не может быть сбоя. Система идеальна, город тоже, даже жители. И Джемина пугает то, что самая совершенная система сейчас дала сбой. В голову закрадываются мысли о том, что ничего идеального просто нет. Не существует. Хотя с самого рождения Джемин верил, что этот мир не может дать сбоя. В рациональном сознании появляется вопрос "как идеальное может дать сбой?", но на этот вопрос он не узнает ответа, потому что в идеальном мире на такие не идеальные вопросы ответов не дают.       Браслет на руке издает сигнал о том, что в четыре часа собрание, но Джемин не успеет. Впервые за всю жизнь он куда-то не успеет. Вместе со сбоем главного компьютера сбой дают и мозги, точнее — чип в височной доле. Человек только что опоздал, а значит, что дальнейшее расписание тоже сбито. Алгоритм нарушен, цепочка, которая выстраивалась годами в идеальный пазл из миллиардов различных частей — сломана. Все рассыпается, подобно карточному домику. Идеальное резко становится не идеальным и здесь сама суть существования Джемина и городов "небесного замка" становится бесполезной, потому что не идеальное существовать не должно.       Мозг закипает, потому что человеческие эмоции: страх, паника, беспомощность, начинают брать над чипом верх. Система блокировки эмоций не справляется со своей работой, снова доказывая, что ничего идеального нет, а Джемина впервые за жизнь охватывают настоящие людские эмоции. Они для него словно сонный паралич — все ощущаешь, но выбраться не можешь. Для идеальных людей эмоции — ненужное. И Джемин от полученного шока валиться с ног, в обморок, как разрушился только что весь его идеальный мир.       Началась новая эпоха.