Жизнь общажная

Дима возвращался в общагу после дополнительных занятий. Это затянулось до самого вечера. Когда парень уже подходил к зданию, то увидел толпу людей. Подняв голову выше он понял, что дом почти полностью в огне. Вдалеке были слышен вой пожарных машин. Студенты и прохожие стояли и наблюдали за пламенем. В голове Побрацкого пронеслась только одна мысль: «ОЛЕЖА!» Дмитрий без раздумий кинулся в горящее здание. — Шашлык! Ты куда?! Совсем жить надоело?! — крикнул вслед кто-то из студентов. Парень не обратил на это внимания. Он думал лишь об одном, только бы с призраком было все впорядке. Пламя внутри уже окутало практически всё. Лестница, ведущая наверх оказалась пока что нетронутой. От запаха гари неприятно саднило в лёгких. Дима как можно скорее поднялся на нужный этаж. Как только он схватился за ручку двери, то та сразу обожгла его. Олежа находился в комнате. Он парит у подоконника, на котором лежал конспект. Пламя подбиралось все ближе. Призрак застыл в ужасе. Он просто смотрел на огонь и не мог пошевелиться. Пол под ним покрылся небольшим инеем, но это совсем не могло сберечь конспект. Когда Душнов услышал шаги и громкий стук в дверь, то сразу вышел из анабиоза. В комнату влетел задыхающийся от дыма Дмитрий, который смог выломать дверь. — Олежа! Ты кхе кхе в порядке? — Дима! Что ты творишь?! Побрацкий через пламя подбежал к конспекту и быстро засунул его под свитер. На его лице и руках уже появлялись следы от ожогов. — Надо валить отсюда, пока мы не под-кхе-кхе-жарились. Но выход был перекрыт столбом пламени. Единственным спасением было окно. Дима распахнул его на всю. С потоком воздуха пламя только ещё больше разрослось и поглотило почти всю комнату. Сгорели книги на полках, учебники и тетради на столе, постельное бельё на кроватях. Олежа смотрел на всё это, пока Шашлык взобрался на подоконник. Под окнами, к большой удаче, спасатели уже развернули ткань. — Парень, прыгай! — крикнул мужчина в рупор. Дима не стал долго медлить и полетел вниз. Душнов последовал за ним. Приземление вышло довольно мягким. Побрацкого сразу взяли под руки и отвели к машине скорой помощи. Там его посадили на каталку и дали кислородную маску, при этом фельдшер осматривали его тело и оценивала ожоги. — Тебе очень повезло. Ожоги не такие уж и тяжёлые. Я сейчас принесут лекарство и обработал их. Сиди здесь и не двигайся. Женщина ушла в глубь машины. Дима посмотрел на Олежу, который в свою очередь не отрывал глаз от горящего общежития. Почувствовав на себе взгляд, призрак обернулся к своему соседу. От вида Побрацкого у парня выступили слёзы на глазах. Он крепко обнял своего спасителя за шею. — Спасибо, что спас меня. Ты рисковал своей жизнью, чтобы спасти того, кто уже умер. Дима, ты мой герой. Олежа так обращался только к Антону и эти слова были довольно значимыми для призрака. Он немного отстранился и положил свои руки на щеки студента. Холодные прикосновения слегка снизили боль. Дима даже немного расслабился. Руки Олежи были очень мягкими и прохладными. Душнов в качестве благодарности за спасение своей смерти поцеловал своего героя в щеку. Парни оба слегка покраснели от такого. В этот момент Побрацкий вспомнил о конспекте. Достав его из-под свитера, парень оценил состояние тетрадки, она была немного обожжена по краям, но в целом не пострадала. Соседи перевели взгляд на общежитие, которое уже почти потушили. — И что нам теперь делать? Где мы будем жить? — задавал Дмитрий правильные вопросы.- Всё сгорело. У меня осталась парочка тетрадей, паспорт, карта и немного налички. — Предполагаю, что всех студентов должны будут расселить по остальным общежитиями города. Так и оказалось. В этот же вечер всех распределили по другим общагам. Дима с Олежей заселились в шестую, которая находилась достаточно далеко от института. Им посчастливилось занять пустую комнату под номером 66.