Жизнь общажная

Дима и Олежа находились на кухне дома Душновых, куда Диму позвала Оля. На столе лежал открытый конспект со всеми выполненными пунктами. Всеми, кроме самого первого. Парни оба пытались оттянуть этот момент как можно дальше, но оттягивать уже было некуда. Они находились друг напротив друга и никто не решался сделать первый шаг. Оба боялись потерять того, кого полюбили. Олежа всё же решился сделать первый шаг. Он подлетел вплотную к Побрацкому и накрыл его губы своими. Парень обнял призрака за талию и прижал ближе к себе. Душнов же сцепил руки за шеей человека. Они целовались чувственно и глубоко. Дима хотел, чтобы Олежа вновь вселился в его тело, только бы никуда не исчезал. Создалось такое ощущение, словно прошла целая вечность, но на самом деле всего каких-то несколько минут. Парни отстранились друг от друга. Последний пункт был перечеркнут красной линией. Внезапно Олежа стал распадаться. — Дим? Шашлык крепко обнял призрака. В уголках глаз стали собираться слёзы. — Я долго молчал. Думаю пора сказать кое о чем. Я люблю тебя, Олежа. Призрак тоже заплакал, продолжая распадаться на свет. — И я тебя люблю, Дима. И после этих слов Олежа пропал. Дима взял в руки конспект и вышел из кухни с опущенной головой. В гостиной его ждали Оля и Антон. Побрацкий попросил их удалиться из кухни, чтобы они с Олежей выполнили последний пункт. Увидев Шашлыка, Душнова подскочила с дивана и подбежала к студенту. — Ну? Что там? Как прошло? Антон тоже поднялся и подошёл к парню. Дима не поднимал на них взгляда. Он еле сдерживался, чтобы не впасть в истерику. Слегка подрагивающим голосом он произнёс: — Мне надо побыть одному. Побрацкий развернулся и убежал на второй этаж, прижимая к груди конспект. Звёздочкин хотел пойти за ним, но Оля его остановила. — Не надо. Дай ему побыть в одиночестве. Видимо всё получилось и Олежа обрёл покой. Как не странно, но переживать гибель родного человека второй раз намного легче. Душнова даже не плакала и не билась в истерике. Она всё это прошла давным давно. И Антону тоже было легче это всё воспринять. — Я боюсь, как бы он с собой чего-нибудь не сделал. — Не переживай. Он сильный. Наша обязанность, как его друзей, помочь ему справиться с этим. Пока что нам следует просто подождать. Я бы не советовала тебе ложиться спать в нашей с Олежей комнате. Можешь переночевать со мной в родительской спальне. — Спасибо Оль, но я посплю на диване. — Хорошо. Я принесу тебе подушку и одеяло. Дима забежал в комнату, положил конспект на стол, упал на кровать и дал волю эмоциям. Ему было очень плохо и больно. Вот казалось, что он наконец-то признался в своих чувствах и они оказались взаимными, и буквально через секунду судьба забрала его любовь. Побрацкий никогда в своей жизни так не плакал, даже в тот момент когда отец бросил его, это было не так больно. Парень просто не хотел никого видеть. В голове начали всплывать воспоминания связанные с Олежей. От этого становилось только хуже. Дима проревел несколько часов. На дворе уже была глубокая ночь. Шашлык встал с кровати и решил спуститься на кухню, чтобы попить воды. Там он встретил Олю. Девушка смотрела на студента с сочувствующими взглядом. У студента были красные, опухшие от слез глаза, волосы в хаотичном беспорядке. Побрацкий налил себе стакан воды. Его руки очень сильно тряслись. — Дима. Парень повернул голову в сторону Душновой и на мгновение он увидел в ней Олежу. Он раньше и не замечал насколько же они были похожи. Стакан остался стоять на столе. Дима упал на колени и из его глаз снова потекли слёзы. Оля села напротив и крепко его обняла. Она гладила парня по спине и пыталась успокоить. — Я понимаю как тебе сейчас тяжело. Я сама через это прошла. — Нет… Ты не понимаешь… Никто не понимает… — Давай, я тебя провожу до комнаты. Тебе нужно поспать. Ты выглядишь просто ужасно. Девушка помогла парню подняться и они направились в комнату брата и сёстры Душновых. Дима снова лёг на кровать, а Оля закрыла дверь. Побрацкий обнял мокрую подушку и попытался уснуть, но когда он закрывал глаза перед ним возникал образ Олежи. Душнова вновь спустилась на первый этаж и тут внезапно раздался дверной звонок. — Кто бы это мог быть в такой поздний час? От звонка проснулся Антон. Он подошёл к девушке и недоумевающе посмотрел на неё. Оля пошла открывать дверь. На пороге стоял… — Олежа?! Но как? — Я обещаю, что потом всё расскажу. Внезапно воскресший ломанулся на второй этаж, чуть не сбив Звездочкина с ног. Тот был шокирован внезапным воскрешением своего друга. Олежа знал куда ему следует бежать. Вот он уже стоял у нужной двери. Он дёргает за ручку. — Дима. Шашлык смотрит на него заплаканными глазами и не верит в реальность происходящего. Он встаёт и подходит вплотную к Душнову. — Это правда ты или у меня уже галлюцинации? — Это я. Дима нежно касается ладонью щеки Олежи и притягивает к себе для долгого поцелуя. Сейчас это чувствовалось в сто раз лучше, чем с призраком или во снах. Побрацкий не хотел отрываться от столь желанных губ. — Если это сон, то я не хочу просыпаться. — Это не сон. Я действительно жив. Дима обнял Душнова за талию и развернул его спиной в сторону кровати. Захлопнув дверь ногой, Шашлык легко толкнул Олежу на кровать и навис сверху. — Д-Дим? Парень заткнул возлюбленного очередным поцелуем. Язык Побрацкого проник в чужой ротик и стал изучать каждый миллиметр. Душнов обнял соседа и протянул его ближе к себе. Дима медленно перешёл на шею. Он оставлял засосы на нежной коже. Теперь Олежа принадлежал только ему. Рубашка и футболка полетели на пол. Побрацкий наконец-то мог оценить тело Олежи. — В тысячу раз лучше, чем в моих снах. Щеки заучки покрылись красным румянцем. Дима стал целовать каждый сантиметр худого тела. Он лизнул один сосок, а затем несильно его укусил. Олежа выгнулся дугой и сладко простонал. Побрацкий быстро стянул с любимого штаны с боксерами и раздвинул его ноги. Парень смочил два пальца слюной и подставив один к девственной дырочке, медленно проник внутрь. Душнов замычал от немного неприятных ощущений. Вскоре Дима добавил второй палец, а затем и третий. Он медленно разводил их в стороны, чтобы как можно лучше подготовить возлюбленного. Вставший член Олежи немного подрагивал и сочился предсеменной жидкостью. Дима вынул пальцы и быстро снял с себя всю одежду. Он подставил свой член ко входу и медленно толкнулся внутрь. — Аааах! — Расслабься. Я не сделаю тебе больно. Обещаю. Побрацкий вошёл полностью и дал Олеже время привыкнуть. Вскоре он стал постепенно наращивать темп. При очередном толчке он попал точно по простате и Душнов вскрикнул. — Дима, продолжай! Шашлык буквально стал втрахивать возлюбленного в кровать. Спустя ещё несколько сильных толчков они одновременно кончили. Дима упал рядом с Олежей, крепко его обнял и поцеловал в лоб. Теперь он точно его никуда не отпустит. Никогда.