Клубничный джем для моей души

И мы разошлись, так и не поняв друг друга. На этом свете люди редко понимают друг друга. Иоганн Вольфганг Гёте

      Знаете, что бывает, когда не спишь добрую половину ночи? Наверняка знаете. А ведь это утро только второго учебного дня. Занятия даже не успели начаться, а Антон уже не высыпается, добром это явно не кончится. И ладно будь это по его же вине, но причиной тому был шумный сосед по комнате, который всю ночь рубился в какую-то игру, а теперь безмятежно дрыхнет. И ругаться с новым знакомым совсем не хотелось, но делать с этим явно что-то нужно. Поэтому он решил, что поговорит с соседом чуть позже, и, откладывая эту мысль на задворки памяти, Антон раскрывает глаза и встает с постели.       На часах 08:07, на кровати бардак, а в голове каша – так началось утро Шастуна. Сонный, дёрганный и с примесью злости он плетётся в ванную, не идеальную, но всё же лучше, чем в его прошлом жилище. Маленькая комнатка без окон, которая помещает в себя раковину, над которой небрежно установлено зеркало, унитаз и, какой бы то ни был, душ. Пытаясь смыть с себя остатки сна и сонливости, парень умывается ледяной водой, чистит зубы и, смотрясь в зеркало, влажными пальцами проходится по волосам. Приходится повозиться, так как они совсем не желали укладываться. Наконец завершив сие действие, он не спеша проходит в общую кухню и заваривает самый обычный кофе 3 в 1. Облокотившись о кухонный шкаф своей пятой точкой, смотрит на настенные часы все еще затуманенным взглядом и тут в голове раздается внутренний голос — “Ты ведь в курсе, что пары начинаются в 8:30?”       Антон раскрыл глаза настолько широко, что они вот-вот готовы были выпрыгнуть из орбит и подавился своим напитком, который имея в себе приличную долю сахара казался горьким от осознания ситуации.       За всей этой мыслью следует благой мат, самый что ни на есть красноречивый, учащенное сердцебиение, громкие звуки от падения чего-то тяжелого и … злобный рык? В общем всё то, что сопровождает человека, когда он опаздывает.

***

Ах*енно, бл*дь. Пиз*ец – крутилось в его голове на протяжении всего времени, пока он выбегал из общежития и летел в университет. Повезло хотя бы с тем, что он находится неподалеку, всего-то в 10 минутах ходьбы. 8:25 8:26 СУ*ААА 8:29       День отправляется к хуям. И туда же все люди, шедшие навстречу. Остался всего один поворот и вот он уже у ворот университета. 8:32…       Приплыли, бл*ть.       Осталось найти аудиторию в недрах этого огромного здания. Антон бежит, почти задыхаясь и делает резкий поворот в сторону лестничной площадки. И, о да, по всем канонам жанра ему навстречу бежит человек. Столкновения избежать было просто невозможно, а потому на пол полетели рюкзак Шастуна и тот самый парень, которого он сбил с ног. И он узнал его, когда остановился.       – Простите… - начал Арсений и провел указательным пальцем под носом, проверяя на наличие крови.       – Черт, парень, ты всегда будешь оказываться не в то время и не в том месте? Отойди, я пройду, - Антон не был настроен ни на простой разговор, ни на препирательство. 8:36       Что-ж, 6 минут не так уж и много – уже остыв и успокоившись подумал Антон. Этаж за этажом, ступенька за ступенькой и вот он на третьем грёбанном этаже стоит перед дверью, что открывала ему новый, неизведанный доселе мир. Вот она 328 аудитория, изучаемый предмет – экономическая теория.       Довольно волнительно открыть дверь и зайти в кабинет, где пройдет твоя самая первая пара, а если ты еще и опоздал… Но тут у Антона всё просто. Он решает, что это не такая уж большая проблема, что бывал в ситуациях и похуже. Поэтому просто слегка постучал по двери и приоткрыл, чтобы его было видно.       – Извините, я могу войти? – отбросив всю злость и обиду, которая, кстати, в основном была обращена на самого себя, он ждал ответа. Преподаватель сидела за столом, что-то объясняя студентам. Но, услышав Шастуна, обернулась.       – И кто тут у нас? Представьтесь, молодой человек, - со странным прищуром смотря на парня, ответила женщина средних лет.       – Антон… Шастун, – он не мог понять презирает его эта женщина или просто осматривает… с ног до головы.       – На первый раз прощается, не будем задерживать занятие, но как я уже говорила, - обращаясь уже ко всем студентам, повторяет, – я не терплю опозданий и пропусков без видимой на то причины. Садись.       Антон быстрым шагом, пытаясь не обращать на себя внимание одногруппников, прошёл внутрь аудитории и уселся за первую попавшуюся свободную парту, не замечая никого вокруг и даже Диму, что сидел совсем неподалеку. Позов же смотрел на него в упор, ожидая, когда его наконец заметит Шастун, но безуспешно. Он поправляет свои круглые очки, и в голове проносится мысль “И кто тут слепой?”

***

      Пара проходит довольно-таки интересно, как замечает Шастун. Его даже не раз спросили о чём-то, и он ответил с успехом. Преподаватель оказалась строгой и требовательной, но ничего лишнего не задавала и не спрашивала. В общем, вполне себе адекватная женщина.       Антон уже собирался выйти из кабинета, как его кто-то окликнул с задних рядов.       – Шастун, эй Шаст, здаров, - Дима пробегает между одногруппниками и устремляется прямиком к Антону.       – Дима? Ты чего эт здесь, эээ. Стоп, мы что в одной группе? Ахереть, - поражаясь своей тупости, замечает Антон.       – Тох, не тупи. А ты че думал я за тобой бегаю, как влюбленная восьмиклассница?       В ответ последовал лишь хохот, и уже вместе они вышли из аудитории и направились в следующую, где будет проходить культурология.       – Слыхал завтра вечером намечается тусовка в клубе. В честь нас, между прочим, - проговорил Дима с энтузиазмом и начал искать афишу в университетской группе какой-то там социальной сети.       – Не слыхал,- немного задумчиво произнес Антон и тряхнув головой спросил – Покажи-ка, - и ему приходится чуть ли не вдвое сложиться, чтоб рассмотреть картинку в экране телефона.       – Ну обычное посвящение первашей, развлечёмся да выпьем может чего.       – Слишком много народу, Не пойду.       По афише можно было понять, где, когда и во сколько произойдет событие. Позов уговаривает Шастуна пойти, но Антон не очень-то любит места, переполненные людьми.       – Да, Шаст, нуу. Да там только с нашего корпуса люди будут, незнакомых нет, - Дима как мог пытался уговорить собеседника, используя все знакомые ему способы убеждения.       – Да для меня тут все незнакомые, кроме тебя.       – Ну так как они тебе станут знакомыми, если ты не идешь на контакт?       – А хрен с ним, двинем тогда, - понимая, что спорить тут бесполезно соглашается Антон.       Делать всё равно пока нечего, новой работы он не нашёл, да и увлечений совсем нет.       – Ну вот уже лучше, не любит он людей. Тусанём там вдвоём, будет весело.

***

      Следующие 2 пары они просидели уже вместе за одной партой, изредка что-то обсуждая. И последняя пара на сегодня – русский язык. Этот предмет преподает им, кстати, их же куратор. Павел Алексеевич собственной персоной. Преподаватель, оказавшись в аудитории, с ходу начинает расспрашивать своих студентов:       – Так, детишки, как делишки? Как первый учебный день? – услышав положительные ответы, преподаватель продолжил, – изучаемая дисциплина общеобразовательная, поэтому мы будем дружненько заниматься с другими группами в одном потоке. Сейчас подойдут… так-так, экономисты, финансисты, бухгалтеры. Иии, по-моему, архитекторы с дизайнерами. А пока рассаживайтесь по местам, у вас преимущество пока остальные не подошли, - Павел Алексеевич даже весело подмигнул и в конце, дабы поторопить учащихся похлопал в ладоши.       – До начала еще минуты три, успею рассказать вам о завтрашнем вечере. Все, наверное, слышали о посвящении?       – Агадаконечно, - послышалось со всех сторон и преподаватель про себя усмехнулся.       До звонка преподаватель пытался передать все свои познания о студенческом посвящении, но тут за дверью раздается гул и в аудиторию входят студенты ранее перечисленных групп. Вот это толпа конечно. Из всей этой шумной компании Антон сразу же распознает обладателя ярко-голубых глаз.       Твою ж мать, здрасьте приехали.       Парень спрятался за Димой, дополнительно прикрыв лицо новенькой тетрадью. Довольно странная ситуация, раньше Шастун никогда не замечал за собой такого. Обычно всякую проблему он решал не мешкая, никогда не сбегал и не прятался. А тут всего лишь надоедливый парень, которого он встречает абсолютно везде, ведь он даже имени его не знает. И, наверное, знать не хочет.        Студенты расселись спустя еще две минуты после звонка. Преподаватель, не мешкая, собрал списки студентов от каждой группы. И вот она, перекличка. Не самое любимое занятие Шастуна. Погружённый в свои мысли он пропустил все это мимо ушей, только отозвавшись на своё собственное. Дальше последовало что-то не особо информативное. Пара была скорее как введение, поэтому не было особого смысла вдаваться в подробности всего сказанного. Только краем уха он услышал и взял на заметку что-то об экзаменах и в целом о всей ситуации в университете. Будь это важная тема, он, конечно, слушал бы. Но Антон не хочет заполнять мозг ненужной информацией.       Так было и в школьные времена, он вникал только в то, что считал для себя полезным и нужным, то, что в будущем могло ему пригодиться. Окончив школу на твёрдую четвёрку, он остался с приличными знаниями по всем предметам. Проблемы были только с историей, где преподаватель оценивал не по имеющимся знаниям, а по быстроте написания конспекта. Поэтому сложилось не самое лучшее впечатление о предмете и по сей день оно ни разу не поменялось.       Когда занимаешься чем-то посторонним на паре, а именно самокопанием, пара проходит довольно-таки быстро. И вот уже со спокойной душой можно выдвигаться домой. Прикинув примерный план дальнейших действий на день, Антон догоняет Димку и вместе с ним покидает здание университета.

***

      Арсений зачем-то просыпается очень рано, и вместе с сестрой доезжает до университета. Там, уже убедившись, что приехал на полтора часа раньше (то есть на одну пару раньше), он решает прогуляться по корпусу. В поисках чего-нибудь интересного он сначала поднимается на этаж выше. Там увидев не очень дружелюбно настроенную женщину, которая намывала полы он спускается обратно. Скорее даже мчится по лестнице , чтобы его не застали во время его прогулки. Он не замечает как врезается в кого-то очень высокого.       Резкая боль в области затылка и, кажется, спины. Открыв глаза, он понимает, что лежит на ступеньках, как бы глупо это ни звучало, очень твёрдой лестницы, а в носу что-то неприятно щекочет. Видимо, ему досталось чьим-то локтем. Арсений поднимает голову и видит его. Человека, который, кажется, очень спешит, и… очень злится. Он пытается встать и извиниться, но эта саднящая боль в области поясницы очень мешала. Тут Попов осознает, что парню, перед которым лежит он уже доставил однажды немало хлопот и почему-то стало очень стыдно.       – Простите… - начал Арсений и провел указательным пальцем под носом, проверяя на наличие крови.       – Черт, парень, ты всегда будешь оказываться не в то время и не в том месте? Отойди, я пройду.       Арсению так хочется сказать что-нибудь еще, извиниться получше, но, видимо, он уже сделал всё, что мог. С неприятным осадком на душе он подымается и быстрым шагом идёт в уборную, а затем прямиком в мед. пункт. Вот и нашёл себе занятие на полтора часа. Кровотечение прошло быстро, а вот спина болела еще довольно долго.        На всех занятиях он как губка старался впитать в себя абсолютно всё, старался выучить и изучить как можно больше. Арсений боится что-то упустить, даже малейшую деталь, хотя на самом же деле он просто боится своего отца. На последней сегодняшней паре, казалось, всё будет куда легче. Русский язык, чего же он там еще не знает, можно и расслабиться. Только вот есть одно но. Такое высокое но. Антон Шастун, как он узнает во время переклички. Перед ним хотелось провалиться сквозь землю, только бы еще как-нибудь не насолить ему.

***

      На следующий день всё проходит так же, мотивацией служит только предстоящий поход в ночной клуб. Как бы то ни было, Антону очень интересно посмотреть, что же там будет. Он никогда не ходил ни в клубы, ни на вечеринки, а все потому, что не было у него друзей. Таких друзей, которые устраивали бы такие вечера и приглашали бы его. Трудно быть одиноким с самого рождения, но со временем привыкаешь, настолько привыкаешь, что чье-то присутствие в твоей жизни кажется таким странным и неправильным. Всё это одиночество выливается в одну большую проблему - неумение общаться и заводить новые знакомства. Тут уж исключением стал Димка, только еще не до конца Антон привык к ежедневному общению с кем-то.       После четвёртой пары Антон с Димой заходят в супермаркет неподалёку от университета. Взяв всё более-менее необходимое для проживания, оба направляются к кассе. И уже там Антон, стоя в очереди, приглядывается к полке с сигаретами. Этот жест, конечно же, не остаётся незамеченным.       – Куришь? – с детским интересом спрашивает его Дима.       – Курю…       – А это... Ну вкусно хоть?       – Вкусно? – Антон еле сдерживал откровенный ржач. Это ж кем нужно быть, чтоб назвать сигареты вкусными. – На самом деле ничего вкусного, да и весёлого. Только помогает расслабиться.       – А ты вроде не часто куришь, как я заметил.       – Пытаюсь сдерживаться, пачка ведь не дёшево стоит, зараза. А ты чего эт такой интерес проявляешь?       – Не поверишь, когда-то тоже хотел начать. Может и начну, а винить потом тебя буду, - дружески толкая его плечом, проговорил Позов.       Антон только по-доброму усмехнулся.       В общежитии они попрощались и договорились, что Дима зайдет к нему в половине шестого.       В комнате на соседней кровати разлежался сосед и всё так же рубился в игры. Шастун, всё дальше откладывая беседу с ним, уходит в другую сторону комнаты, к открытому настежь шкафу. Нужно будет одеться приличнее, хотя из одежды есть только худи, толстовки, трико и джинсы. Но вот глаза зацепились за рубашку, которую он прикупил для 1 сентября, и, собственно, только в тот день и надевал. Недовольно фыркнув от воспоминаний, связанных с той же рубашкой, Антон берётся за приготовление обеда. Конечно, если это можно так назвать. Заваренная наспех лапша быстрого приготовления, сверху посыпанная кусками дешёвых сосисок. Не самая лучшая еда для молодого растущего организма, однако до стипендии еще целый месяц.       На часах 17:29. Антон перебирает все свои браслеты, кольца и пытается подобрать нужные. В ушах звенит музыка и он не слышит, как кто-то заходит в комнату и становится позади него.       – Ну, готов? – очень громко произносит Дима. Антон подпрыгнул на месте от неожиданности и обернулся, сняв наушники. Его сердце было готово вот-вот выпрыгнуть из своего обиталища.       – Никогда... так... больше... не... делай, - даже немного пригрозив указательным пальцем, ответил Шастун. – Пунктуальный засранец! Я готов, можем выдвигаться.       В ответ только упрёки о том, что однажды он оглохнет, слушая музыку так громко.

***

      – Арсений, подойди на минуту.       Парень, услышав свое имя из уст отца, будто перестает дышать. Он заметно побледнел, но набирается смелости и заходит в его кабинет без стука.       – Отец... звал? - стараясь вести себя непринужденно, ответил он.       – Да, подойди. Сядь. Времени у меня мало, спрошу быстро - как обычно, холодно и с нескрываемым превосходством подзывает его отец.       – Спрашивай, - Арсений немного поёжился и нервно сглотнул.       – Каковы успехи в учёбе? Я бы хотел видеть результаты и взглянуть на твои первые чертежи, - очень холодным и размеренным тоном отвечает Попов старший.       И снова этот взгляд, взгляд всепоглощающей голубой тьмы, от которого кровь стынет в жилах и становится неуютно где бы ты ни находился.       – Это только первая неделя, поэтому…- Арсений зажмурился и вздрогнул от неожиданного удара кулаком по столу.       – Тогда делай всё самостоятельно! Ты же знаешь, я люблю, когда всё делают быстро и беспрекословно! Ты должен стать лучшим архитектором в этом университете, городе, - он встал и упёрся руками о край стола, – А если я захочу, то и во всём мире! Ты понял меня? Я спрашиваю, ты понял МЕНЯ? – Сергей Александрович, казалось, был взбешён. Этот пронзающий словно клинок взгляд... Арсению иногда хотелось ослепнуть, только бы не видеть такие же глаза в отражении зеркала.       Арсений молчал, но не потому, что ему было нечего сказать. Скорее наоборот, он хотел сказать слишком многое, но боялся сделать еще хуже. Он сжимает до боли кулаки и оставляет красные следы от ногтей на ладони. Он не злится, нет. Мама всегда говорила, что злость никогда до добра не доведёт. Нужно всего лишь подождать. Время залечит все наши раны, а потому Арсений просто молча сидит и ждёт, когда отец наконец закончит свою тираду. Он слишком привык ждать и терпеть, настолько, что это стало неотъемлемой частью его самого. Словно он состоял из извечного терпения и ожидания. Был безмолвным болванчиком, куклой своего отца, которым повелевали как заблагорассудится. Но он терпел и оттого, возможно, становился иногда безразличным. Безразличным к собственной жизни...       – Смотри на меня, смотри! – Арсений поднял взгляд на отца. – Я возлагаю на тебя слишком много надежд, не вздумай не оправдать хоть одну их них. Я даже не представлю, что сделаю с тобой в ином случае. Свободен!       Арсений с облегчением выдыхает и выбегает из кабинета. Пожалуй, он никогда не привыкнет к своему отцу и его манере общения, остается только терпеть...       Очень любезно с вашей стороны, отец...А правда ли время лечит, мам? Это слишком больно, и иногда мне кажется, что я не выдержу.       Зайдя в свою комнату, он находит разрывающийся от сообщений мобильник и читает только последнее, прокручивая кольцо на мизинце левой руки.       Староста: – встречаемся к шести часам в клубе. Будет весело)       И прикрепленная картинка к сообщению, афиша с информацией о том самом посвящении. Арсений никогда не был на таких мероприятиях, но именно сейчас он решает, что ему нужно пробовать что-то новое. Нужно отвлечься и расслабиться. И с этой мыслью он смотрит на часы, быстренько переодевается и заказывает на ходу такси. Только бы уйти подальше от этого дома.

***

      Прошло уже порядка двух часов с прихода Антона в это заведение, Дима хотел взять и его с собой в центр танцплощадки, но это было уже слишком. Потому он просто остался стоять у барной стойки. Более-менее спокойное место где можно тупо вливать в себя алкоголь, правда в умеренном количестве. Он дал себе слово, что не напьется в первую же неделю учёбы. В глубине зала он замечает как его друг крутится вокруг миловидной девушки и про себя усмехается. К нему самому изредка подсаживались девушки, но Антон быстренько отправлял их обратно.       Во всей этой палитре запахов самого разного алкоголя Антон услышал сладковатый запах… клубники? Похоже на парфюм, такой приятный и манящий. Запах еле уловимый, а потому желанный. За ним хочется следовать, в него хочется окунуться с головой. Парень оборачивается на запах и весь мир словно перевернулся вверх дном.       Какого чёрта он пахнет клубникой? Чёрт, чёрт, чёрт. Свалю-ка я отсюда.       Шастун пытается незаметно проскользнуть мимо парня, но с его-то комплекцией о слове незаметно можно забыть.       Арсений оборачивается, и они встречаются взглядами. Словно разбушевавшийся, когда-то тихий, океан поглощает умиротворённую лесную чащу.       И что это за новое чувство, Антон не знал куда себя деть под этим прекрасным взглядом голубых глаз. Пусть он и смотрел на него снизу вверх, это сложно описать, но в этих бездонных глубинах можно утонуть, если вовремя не научиться плавать.       – Антон?       Пиз*ец       Решая не спрашивать откуда он знает его имя, Шастун решил всё так же держаться подальше от этого парня. Но слова сами льются рекой. Похоже он все-таки многовато выпил.       – Ты чего тут забыл? Не думал, что такие как ты ходят в такие места, - да, молодец. Всё как обычно, ведь лучшая защита – это нападение. Его навык общения растворился в алкоголе и теперь он даже не контролирует ситуацию, а в особенности свою речь.       Арсению не очень понравились эти слова, он смешно сморщил носик и опустил взгляд. Сейчас под бокалом какой-то странной жидкости его смелость словно возросла, и он решает поговорить с этим человеком и разрешить всё недопонимание и неловкость, что появилась между ними за столь короткое время.       – Так же, как и все студенты нашего корпуса имею право быть здесь, - Арсению не нравятся и его собственные слова, и он решает, что никогда больше не будет пить в незнакомой компании. Да и вообще в принципе не будет пить, ведь до этого момента ему удавалось сохранять самообладание и держаться пай мальчиком. – Что значит такие, как я? - язык немного заплетается, но он уверенно проговаривает эту фразу.       – Богатенькие избалованные жизнью дети, которые ни в чём себе не отказывают. Не слишком ли дешёвое заведение для вас, сударь? - последнее слово Антон произносит с особенной интонацией, немного с издевкой и надменностью.       Кажется, разговор состоялся не совсем удачный. Арсений сел за барную стойку, прокручивая вновь и вновь кольцо, и посмотрел в глаза Шастуну таким противоречивым взглядом. Антону показалось, что он пытается подавить в себе злость и обиду.       – Я, конечно, извиняюсь, как ты любишь это делать, но я человек прямолинейный и говорю то, что вижу,- Антон уже не понимает что говорит, ему так хочется задеть этого парня за живое, и, кажется, ему это удаётся. Он всегда считал богатых людей ненастоящими, ничем не обеспокоенными и никчемными. Эта необоснованная ненависть к ним сейчас делает свое дело и словно управляет Антоном.       – Откуда же тебе знать, какой я человек? Неужто только по одному внешнему виду ты можешь это понять?       Антону словно дали под дых, он немного опешил и от таких правдивых слов даже ответить ему, казалось, было нечего. Он действительно не знает этого человека, не знает его жизни, его сути, его прошлого. Но за обидой всегда следует обида, такую истину он принял в далеком детстве и сейчас ненароком пользуется той же схемой, что нельзя отступать и нужно бить до конца.       – Но ты ведь не будешь отрицать, что ты богатенький и ни в чём себе не отказываешь, а таких я, увы, не жалую. - желчь в виде слов так и лилась из Шастуна, словно ему самому должно было стать от этого легче.       Арсению очень хотелось оправдаться, но этот ком образовавшийся в горле не позволяет сказать ни слова.       Он чувствует, что еще немного и он расплачется, что не сможет сдержать эти предательские слёзы. Эти необоснованные слова упрека в его сторону от человека, который даже близко не имеет понятия о том, что ему приходится выносить будучи богатым. Он срывается с места, так и не ответив собеседнику, и выбегает из помещения. Уже на улице он пытается вдохнуть хоть немного воздуха, но получается довольно скверно. То ли от нехватки воздуха, то все все-таки от обиды глаза становятся влажными, и Арсений из последних сил старается не дать пролиться слезам. Пытаясь успокоиться, он задирает голову и вглядывается в звёздное небо, такое прекрасное и такое свободное… Завороженный красотой ночного неба он немного отвлекается и дыхание приходит в норму, но что-то внутри все же ломается от боли.       Достав из кармана пиджака сотовый телефон, он вытирает рукавом непрошенные слёзы, мешающие фокусировке, и звонит сестре. Самому родному живому человеку на этой планете. Пусть они такие разные и часто спорят и расходятся во мнениях, но она как никто другой понимает его, так же как и он понимает ее. Эта нерушимая связь между двойняшками, нерушимая настолько, что окажись один из них за пределами этой вселенной они все равно чувствовали бы друг друга.       – Маш, ты не занята?       – Угу, чего хотел. Стой, что у тебя с голосом? Ты где? Тебя забрать? -обеспокоенно спросила она.       – Забери... пожалуйста, - от приятного голоса сестры стало так легко, что Арсений уже не пытаясь сдерживать себя поддается слезам.        Антон же садится обратно за барную стойку, прокручивая в голове весь диалог. Но мысли путаются и это немного мешает. К нему подходит запыхавшийся друг и просит что-нибудь ему налить. Дима выглядит довольно уставшим, но в той же мере счастливым, кажется ему удалось познакомиться с очень красивой девушкой.       – Ты в порядке? Какой это уже по счёту? - взглядом указывает он на бокал в руках Шастуна. – Кажется, тебе хватит.       – Кажись и правда хватит, я наверное поеду, - отвечает Антон.       – Тогда я с тобой... - Позов оглядывается и взглядом цепляется за ту саму девушку. Антон, замечая это, проследовал за его взглядом и понимающе хмыкнул.       – Не парься, можешь остаться. Я сам доеду. Смотрю ты тут кое с кем познакомился? - спрашивает Антон с ухмылкой на лице. – Я такси заказал, так что доеду       – Точно всё хорошо? - довольно обеспокоенно спрашивает его Димка и разрывается между тем чтобы остаться или же проводить пьяного друга до общаги.       – Да лучше всех,- ответил Шастун, щелкнув при этом пальцами. – Расскажешь потом про эту девушку свою, - он уже встает из-за стойки и направляется к выходу.       – Замётано! - Поз оживился и улыбнулся во все 32. — Позвони как только доедешь.       Антон уже подходил к выходу, как его снова зовёт Дима:       – Эй, Шаст, ты кольцо забыл. Лови       – Спасибо!       Еле как поймав кольцо и сунув его в карман джинсов, Антон вышел из клуба и направился к подъехавшему только что такси.